Глава 11

Происходящее дальше настолько озадачило и обескуражило, что я не сразу сообразила — для воплощения моего плана мне больше не пришлось ничего делать. Почти полдня, до самого вечера, Эрик сам настаивал на моём присутствии рядом с ним. И пусть сегодня был важный день для страны, можно даже сказать: настоящий праздник, однако мой муж, едва мы покинули обеденный зал, направился в кабинет. Там предложив мне расположиться в мягком кресле недалеко от его рабочего стола, он снабдил меня книгами и занялся своими делами.

Сидя с прямой спиной и глядя пустым взглядом на страницы первой подвернувшейся под руку книги, я пришла к определенным выводам. Этот муж оказывается жуткий трудоголик. Пока все остальные отмечали заключение союза с Норваном и собирались делать это едва ли не до полуночи, Эрик закопался в бумагах. Также мне стало ясно, что муж был в курсе: как я проводила свои дни, потому что книги, предложенные мне, были как раз теми, что я отложила для более спокойного времени — с этими приготовлениями, попутным обдумыванием стратегии против приворота мне было не до чтения.

А ещё не составило труда догадаться что, кажется, нейтрализатор прекрасно действует и подсознание Эрика толкает его к источнику, помогающему ему ослабить вредоносную магию. Вот после этого умозаключения я облегчённо выдохнула и даже села в кресле поудобнее. Пришедшая совсем недавно хандра потихоньку стала отступать изгоняемая хоть каким-то хорошими умозаключениями.

Так мы и провели почти всё время до того как на дворец опустились сумерки. Муж иногда отвлекался от дел, чтобы уточнить, не нужно ли мне что-нибудь, при этом, не давая повода оставить его одного. Но мне только того и надо было, потому я вела себя хорошо, не огрызалась, не нарывалась и спокойно читала сборник легенд, который чуть не свалился мне на голову во время последнего посещения библиотеки. Кстати меня настолько увлекли старинные сказания, что я не отрывалась от них даже во время перекуса доставленного слугой.

Когда я пыталась понять, как могло божество, создавшее этот мир, оторвать от себя кусочек чтобы оставить стража для своего детища тишину кабинета нарушил задумчивый голос Эрика:

— Мне было любопытно — появишься ли ты на банкете, ведь я нарочно не стал говорить, чтобы ты пришла на него.

Оторвавшись от страниц, встретилась взглядом с мужем. Сложилось впечатление, что он уже продолжительное время смотрел на меня — бумаги, недавно бывшие в беспорядке, лежали аккуратной стопкой на краю стола, небольшой поднос с пустой тарелкой и чашкой из-под чая дожидался в уголке, когда его уберут, пока мужчина, положив подбородок на сплетенные пальцы, наблюдал за мной, ожидая ответа.

Хотелось из вредности промолчать, а потом оправдаться тем, что он же не спрашивал, а просто рассуждал. Может это привычка такая иногда размышлять вслух. Вот только время было не самым подходящим для проявления характера. Потому опустив взгляд на желтоватые страницы, так же задумчиво сказала:

— Почему бы и не прийти? Это важный день для нашей страны, — услышав одобрительный хмык со стороны мужа, вновь посмотрела на него и, не удержавшись, с нотками ехидства добавила, — да и не так уж много развлечений у меня во дворце, а тут такая возможность показать всем, что ты не держишь меня в чёрном теле.

И ведь не соврала же. Ради сегодняшнего события даже выбрала традиционное платье этой страны, как раз то, в котором собиралась отправиться на приём прошлым вечером. Уж это бело-золотое великолепие со шлейфом, полупрозрачной накидкой и богатой вышивкой не даст сказать нашим гостям о моём бедственном положении. Я даже расщедрилась и надела это вычурное украшение подаренное первым мужем. Стараюсь убить двух зайцев: подлизаться к Эрику, а так же сделать всё, чтобы до Светлейшего дошёл слух о том, как хорошо я здесь устроилась. Пусть считает, что я следую плану.

Медленно окинув меня взглядом с ног до головы Эрик, задержавшись на своём подарке, позволил себе улыбнуться.

— Я уже заметил, что порой ты говоришь и делаешь очень правильные вещи, — прозвучала похвала в мой адрес, заставляя мою бровь скептически изогнуться, после чего улыбка мужа превратилась в ухмылку, и он добавил, — а потом словно опомнившись, ты всё портишь.

— И кто в этом виноват? — спросила с сарказмом.

Муж стал серьезным, подумав немного, опустил руки на стол и спокойно произнёс:

— Да, я был груб, — и пока у меня происходил случайный шок после такого признания, Эрик поспешил “реабилитироваться”, — но всё из-за того что ты раздражала меня одним своим присутствием.

Наверное я бы разозлилась, сказала что-то из разряда «ну так нечего было меня замуж брать», а потом швырнула в этого эгоистичного мужчину книгой, если бы не ситуация в целом. То, что альфе удалось осознать странность реакции на меня, уже ого-го какой прогресс. И им надо поспешно пользоваться.

— И что изменилось? — вкрадчиво спросила, при этом я старалась говорить без прежней холодности.

— Не знаю, — повёл плечом Эрик, и я услышала, как его тон меняется вслед за мной, становится более интимным, обволакивающим, — но теперь ты во мне подобных чувств не вызываешь.

На мгновение показалось, что я слышу треск ломающейся стены между нами, и уже осмелев, почти заигрывая, произношу:

— Только не надо говорить о внезапно вспыхнувшей любви.

— Не буду, — насмешливо фыркает муж, — ведь это не так. — После этих слов разгорающийся во мне огонёк едва не затих, но его спасла всего одна фраза. — Но теперь мне хочется к тебе присмотреться.

“Уловить атмосферу” наверное, именно так это называется. По-другому я не могла описать ощутимое всем телом притяжение, эту уверенность, что вот сейчас меня точно не оттолкнут. Мои сомнения, вместе с тормозами испарились, оставляя меня наедине с этим слишком заносчивым, бесящим и… возбуждающим мужчиной.

— А ты не смотри, ведь нам не нужны эти глупые чувства, — прокатывается по кабинету мой томный голос. Книга ложиться на стол, а я плавно встаю со своего места, шурша тканью платьев. И медленно приближаясь, тихо прошу. — Просто закрой глаза.

— И зачем мне это делать? — заинтригованно произносит Эрик, при этом откидываясь на спинку, одновременно сдвигая своё кресло так, чтобы я могла без помех приблизиться. Вся его поза расслабленная, выжидающая: щиколотки скрещены, колени разведены, локоть небрежно стоит на мягкой обивке, а подбородок опирается на костяшки пальцев. Более длинные чёрные пряди упали на лоб и их белоснежный кусочек разделил чёлку почти пополам. В тёмных глазах блестит азарт, отчего даже привычная чёрная одежда уже не кажется такой мрачной.

Остановившись так близко, что мои ноги коснулись свободного участка сиденья между ног мужа, не разрывая зрительного контакта, наклонилась ближе и прошептала ему в губы:

— Закрой глаза и всё узнаешь.

Глядя на то, как наигранно подозрительный прищур сменяется опущенными веками, я просто тонула в бешеном азарте. Рассматривая длинные чёрные ресницы под низкими хищными бровями, думала ли я о каком-то там плане? Ха! Три раза нет. Всё на чём сосредоточился мой разум это слишком покладистый мужчина, запах дерева и кожи его кабинета, а ещё именно его аромат — вроде бы ненавязчивый, немного горьковатый, но в тоже время потрясающе приятный.

Без стеснения запустив свои пальцы в волосы на затылке обычно такого отстраненного мужа, приблизилась, чтобы первой подарить ему поцелуй. Его губы были сухими, и потому я поспешила это исправить. Кончик языка скользнул между губ мужа приглашая поучаствовать в этом поцелуе. На удивление Эрик отказывать не стал. Он позволил главенствовать мне лишь пару мгновений, но потом уже сам притянул меня, усаживая к себе на колени и с жадностью впиваясь в мои губы.

Тело стало ватным, но в тоже время переполненным обжигающей энергией. Мы целовались как безумные, то и дело перехватывая инициативу, исследуя рот друг друга. Пока наши губы сливались воедино, а языки сплетались в возбуждающем танце наши руки также не оставались без дела.

От нахлынувших чувств я то и дело выпадала из реальности. Совершенно не помню, кто первым решил, что одежда слишком закрытая, но когда я немного вынырнула из всепоглощающих ощущений, мои пальцы уже вовсю исследовали поджарый торс Эрика, пока он в это время сминал мою грудь.

Оторвавшись от губ, муж принялся прокладывать дорожку из страстных поцелуев по моей шее, ключицам, а когда он добрался до затвердевшего соска, я протяжно застонала, выгибая спину и подставляя для ласк настолько чувствительную точку. В нынешней позе было не очень удобно, и потому Эрик решил эту проблему очень просто.

Всё, что было на столе, отправилось на пол, грохот бьющейся посуды был похож для меня на писк комара — раздражающий, но слишком тихий и мимолетный, чтобы отвлекаться на него. Меня аккуратно уложили на столешницу, рывком распахивая полы платьев над поясом, тем самым увеличивая декольте и открывая плечи. Наряд так и оставался на мне, но он больше не скрывал грудь, позволяя мягким полушариям бесстыдно вырваться на свободу.

Голодным взглядом, пройдясь по открывшемуся виду, Эрик развязал украшенный золотой вышивкой пояс, сбросил с себя верх и слишком медленно распустил завязку на штанах. Тяжелая ткань широких брюк низко повисла на узких бедрах, выпуская наружу налитый желанием член. Вид подрагивающего ствола в окружении чёрных, жёстких волос заставил нетерпеливо сглотнуть и с жаждой посмотреть в глаза Эрика.

Меня пронзило мыслью, что если он сейчас остановится, то я просто скончаюсь тут от перевозбуждения. Но к счастью в этот раз альфа отступать не стал, снова прижимаясь ко мне.

Мы опять то целовались, то муж принимался ласкать мою грудь. Внизу живота разливался жар, пока моё громкое дыхание заполняло кабинет альфы Туманных земель. Всё это было настолько волнующе непристойно, что я лишь ещё больше возбуждалась.

Горячий пульсирующий член вошёл в меня, когда уже начало казаться что муж решил поиздеваться, бесконечно доводя меня до предела и не давая разрядки. Мой крик слился со стоном наслаждения, заклокотавшим в груди мужа — он был хриплым, густым и пробирающим до самого основания. Толкнувшись несколько раз, чтобы смазка хорошенько разлилась по его бархатистому древку, Эрик дал мне привыкнуть, а потом я только и успевала хватать ртом воздух, пока его член в рекордные сроки доводил меня до оргазма.

Но, так же как и в единственный раз наедине с Ароном, мне было мало. Едва рассыпавшись от удовольствия на части, я снова вернулась, и пришло понимание, что хочется больше. Меня даже начало трясти от этой невыносимой сексуальной жажды, при том, что кожа мужа не просто согревала, она обжигала своим слишком близким теплом.

Обвив ногами талию Эрика, впилась в его плечи ногтями и, глядя прямо в подёрнутые дымкой глаза порочно простонала:

— Ещё, хочу ещё...

После этого крупная дрожь прокатилась уже по телу Эрика, в его чёрной радужке вспыхнули голубые огоньки и он приник ко мне в новом поцелуе, сильнее вколачиваясь в меня. Почувствовав, как внутри нарастает уже такое привычное давление, я чуть не захлебнулась восторгом, потому что когда кончал альфа, он каким-то образом каждый раз утаскивал меня за собой. И было неважно: кончала ли я до этого или же финишировала буквально мгновение назад. Едва он взрывался, я взрывалась в ответ.

Такое острое, в тоже время агрессивное наслаждение затопило нас, снося любые барьеры. Всё вокруг исчезло, слуха касались лишь звуки барабанов, вторящих нашим сердцам, а перед глазами плясали тёмные точки. Тело Эрика всё содрогалось, пока моё лоно щедро наполняла его сперма, и я сама старалась пустить его как можно глубже, утопая в порочном тумане.

Однако где-то на задворках сознания что-то шептало: что может быть лучше, гораздо лучше, но для этого кое-кого не хватает. И мне приходилось соглашаться с этим внутренним голосом. Потому что когда меня одновременно брали оба мужа - это наслаждение было ни с чем несравнимо, а уж когда мы втроём одновременно кончали, мне каждый раз казалось, что я умираю, а затем возрождаюсь, оставляя после этого частичку себя в своих мужьях.

Вот мы и приплыли к точке невозврата. Ведь уже сегодня утром я поняла, что печать меня больше не сдерживает. Я могла отказать, могла попробовать с помощью своей силы заставить Эрика испытывать ко мне чувства необходимые для безопасного развеивания приворота, но… не стала. Как оказалось, слишком сильно я хотела этого мужчину. А ещё больше я хотела, чтобы он желал меня именно как женщину, а не вместилище для наследника.

Вот именно так, как было сейчас.