Глава 17

Пока стража волокла меня подозрительно пустынными коридорами, было время хорошенько себя отругать для начала.

Вот и аукнулась мне привычка выжидать да осторожничать. Пусть о моём даре пока не прознали, но что мне было теперь терять? Проклятье! Стоило сразу заставить доносчика во всём сознаться, но... Меня неприятно жгло осознание — на самом деле мне было безразлично: как всё так получилось, а о том “кто” постарался я и сама догадывалась, зато недоверие со стороны мужа ударило больнее всего.

Поведение Эрика меня поразило, заставило растеряться и всё это осело в груди неожиданно сильной обидой. Теперь у него отсутствовали оправдания по типу приворота. У меня просто не было причин для “понять и простить”. А ведь мне начало казаться, что неприязнь между нами всё меньше...

В итоге это оказалось самообманом. И куда же делась его хвалёная предусмотрительность? Какой же Эрик всё-таки идиот!

Пока меня съедали мысли, мои конвоиры доставили меня в незнакомую часть дворца. Перед нами выросла тяжёлая дверь, которая была предусмотрительно приоткрыта, а за ней оказалась... Комната, вполне себе обычная, только с минимумом мебели и слишком узкими зарешёченными окнами.

Хм, это что-то вроде специальной камеры для знатных арестантов? О чём-то таком я читала ещё на Земле — чтобы не сажать ценного заложника в сырые казематы к обычным ворам и убийцам, имелись особые покои, из которых был лишь один выход. Так что, что-то мне подсказывает, что вон та одинокая дверь в стене без окон точно не аварийный выход.

Подозрения о слишком скором заточении ускорили бег моих мыслей, и я в кратчайшие сроки приняла решение.

Меня ещё не успели поставить на пол как я, дозируя свою магию, приказала:

— А теперь вы выслушаете меня и сделаете всё, что я велю.

Пора забыть об излишней осторожности. Хватит, доожидалась уже, и теперь инициатива перехвачена. Потому отбросив угрызения совести, заставила эту плечистую парочку поработать на меня.

Оборотни, чем-то похожие друг на друга, быстро организовали мне перекус и нормальную одежду — раз уж я иду устраивать грандиозный скандал, то от белоснежного неглиже стоит отказаться. Да и на голодный желудок не воюют.

Через пару десятков минут я возвращалась к тронному залу в сопровождении послушных охранников. Ещё парочку воинов у входа в зал так же быстро завербовала, приказав никого не пускать кроме Эрика — от них же удалось узнать, что муж в сопровождении отца Анники покинул место действий сразу после меня.

Можно было выбрать другую локацию, но мне захотелось заставить Эрика как можно сильнее струхнуть. Так что антураж был очень важен. Пока один из одурманенных мной охранников умчался за альфой, я медленно шла по ковровой дорожке напоминающей свежий мох. Света в помещении уже было больше, но из-за колонн между окнами и центральной частью зала здесь всё так же царил полумрак.

Приблизившись к широким каменным ступеням, неспешно преодолела их, поднявшись к трону. Обойдя вокруг внушительного предмета мебели характеризующего власть, про себя обозвала его «диванчиком с низкой спинкой» и бессовестно уселась на него.

Любовь к драматизму требовала полной отдачи искусству, так что я постаралась принять как можно более вальяжную, но при этом властную позу. И всё для того, чтобы, когда разозливший меня муж появился здесь, до него дошло - кто тут хозяин положения.

На самом деле хоть на троне было довольно удобно, мне не нравилось сидеть на нём. Бремя ответственности, что идёт в комплекте с короной откровенно пугали. Потому заставлю Эрика понервничать, добавлю в его чёрную шевелюру седых волосков, а то белая прядь у лба одиноко смотрится, и смоюсь по-тихому отсюда. Жаль, конечно, оставлять Арона, но все претензии к альфе.

Ждать долго не пришлось, у меня даже рука, на которую я небрежно опиралась, не успела затечь. Видимо Эрик не успел далеко забрести, когда его нашёл охранник, сообщивший, что я ожидаю его здесь. Я не стала мудрить, понадеявшись на любопытство и самоуверенность мужа. И не прогадала.

Он вошёл в зал с ленивой грацией, и прекрасно рассмотрев меня от входа, заинтересованно склонив к плечу голову, после чего направился ко мне. Преодолев большую часть разделяющего нас расстояния, Эрик немного замедлился, а потом достаточно громко задал вопрос:

— Как это понимать?

Конечно же, не было каких-то уточнений, по типу: “Почему охрана не выполнила свою задачу?”, “Что ты здесь делаешь?” или “Какого чёрта ты умостилась на мой трон?”. Его очень интересовала ситуация в целом.

Немного подумав, подбирая слова, решила начать с правды. Горько усмехнувшись, ответила приближающемуся мужу:

— Знаешь, я очень не люблю кому-то что-то доказывать, вот и решила наглядно тебе показать.

Уже стал различим интерес в его взгляде, а в голосе наоборот не было замечено и капли того холода, который совсем недавно трещал в каждом его слове. Эрик чуть изогнул уголки губ и мягко поинтересовался:

— И что же ты хотела мне показать?

Меня насторожило такое поведение, но отступать было поздно. Зато такая реакция мужа заставила ответить не яростными обвинениями, а спокойным рассуждением:

— Если бы я хотела твоей любви, то могла бы просто заставить тебя, без каких-то там зелий. А уж если бы меня интересовала власть, то и её вынудила бы отдать.

Чёрная бровь изгибается, а шаги становятся ещё медленнее, пока в тишине зала звучат бархатистый смех и слова:

— Надо же, интересно... А как бы ты это сделала?

Чуть наклонившись вперёд без напускной гордости сказала:

— Очень просто. Например, так, — насмешливо склонив голову набок, тем самым отразив недавнее действие мужа, с ухмылкой приказала ему, использовав свой дар: — Сидеть!

Единственное слово, отражаясь осколками эха, прокатившись по залу, достигло своей цели. Эрик выполнил приказ, не дойдя до меня тройки шагов. Удивленно вскинутые брови стали единственным только его действием. Остальное же тело послушалось меня и резко опустилось, усаживая великого альфу его аппетитной пятой точкой на ковровую дорожку.

Забавно, но кажется именно там ещё полчаса назад на коленях сидела я.

Пока муж лихорадочно соображал о случившемся, я спокойно принялась рассказывать:

— Видишь ли, у меня есть очень необычный дар, который оказался просто идеален для этого места. В моих силах подчинить себе любое животное, а также, — откинувшись на мягкую спинку трона, полюбовалась непривычно растерянным мужем и закончила, — каждого в ком спрятан зверь. Желай я власти или, боги упасите, твоих чувств, то давно бы это получила.

— Дар подчинения животных…, — протянул Эрик, выходя из задумчивого транса. После чего как-то слишком радостно заулыбался. — Надо же, какая необычная жена мне досталась, а я ещё сомневался в своём выборе.

— Потешаешься? Или это такая реакция на страх? — подозрительно уточнила, разглядывая сидящего на полу мужа. Казалось, что его вообще не заботит такое положение, даже вон странное веселье полезло наружу.

Посмотрев внимательно мне в глаза, Эрик как-то слишком уж нежно произнёс:

— Я не боюсь тебя, Иса. — А вот теперь уже растерялась и забоялась я. Слишком спокоен он для того, кто только узнал, что его жена может без проблем совершить переворот. Пока я прикидывала процент вероятности того, что мне оторвут голову за откровенность, муж вполне буднично рассуждал: — Меня всё это время съедало любопытство — зачем Светлейшему первому предлагать мир, да ещё и на таких условиях? Но теперь я догадываюсь, в чём была причина. — Лукавый взгляд пробежался по мне, вызывая невольную дрожь. — Видимо ты не очень любишь своего дядю.

— Свою жизнь я люблю больше, — ответила пространственно я, на что муж одобрительно кивнул.

— Правильные приоритеты — самая важная составляющая счастливой жизни. Ты сделала правильный выбор.

— С чего ты взял? — фыркнула, опять начав закипать. — И вообще, откуда тебе знать каким был мой выбор?

— Разве не очевидно? — веселился муж за мой счёт. — Следуй ты планам своего дяди, то не стала бы раскрывать своих сил. Так же за четыре месяца во дворце враждебно настроенный повелитель животных уже правил бы всеми Туманными землями. Исходя из этого, я сделал вывод, каким именно был твой выбор.

Мне не нравилась эта его уверенность в том, что он знает меня как свои пять пальцев. Наверное, только поэтому я прищурилась и процедила:

— А может это мой коварный план? Усыплю твою бдительность, и начну вербовать оборотней и акшидов. Ты же не знаешь, скольким я уже успела промыть мозги. Хотя бы в отместку за то, что ты так легко поверил в мою виновность.

Новая порция хриплого смеха в этот раз смутила. Я ему что, клоун?

— Иса, — сказал Эрик с улыбкой, — с одной стороны я рад, что всё так сложилось. Ты пришла и рассказала такой интересный факт о себе. А с другой… — муж вздохнул, а в его взгляде появилась вина. — Прояви ты терпение и поняла бы, что обмануть меня, не дано даже достаточно сильному альфе.

— Что? — переспросила, немного растерявшись. На что, кажется, слишком удобно сидящий на полу Эрик, спокойно объяснил:

— Чем старше альфа, тем он искуснее умеет прятать ложь, но Рейндалу не удалось обмануть мой нюх. Запах лжи в его словах был очень слабым, едва различимым, но… Он был.

А вот тут я откровенно опешила. Не сиди я на троне, то точно бы грохнулась от осознания:

— Так ты ему не поверил? — слова с губ сорвались шёпотом, а потом я взвизгнула: — Но зачем тогда было присылать стражу за мной?

— Мне нужно было убедить его в том, что я поверил в ложь. — Всё так же спокойно ответил Эрик. — Сейчас за каждым шагом Рейндала следят, чтобы узнать, кто ещё замешан в этом деле. Знай я, о твоих способностях изначально, то просто попросил бы заставить его говорить. Ведь этот альфа в силу своих лет очень силён ментально и я мог его не расколоть.

— Погоди…, — взмахом руки прервала исповедь и потёрла нервно висок. — Так выходит ты подыграл отцу Анники? — И получив кивок на свой вопрос, вскочила с трона, чтобы злобно прорычать: — Да ты издеваешься?! Я же поверила, что ты…

— В том и смысл, Иса, — прервал меня Эрик. — Нужна была достоверная реакция, ведь Рейндал следил за каждым твоим жестом и словом.

— Ну, ты и скотина…, — пораженно выдохнула, обессилено опускаясь на сиденье. — Использовал меня.… Даже не подумал о моих чувствах...

— Я планировал всё объяснить и принести извинения. — Просто добил меня своими словами Эрик.

Снова вскинувшись, заорала на него:

— В жопу себе засунь свои извинения! А если бы я взорвалась и принялась раздавать приказы ещё до того как меня выволокли из тронного зала?

— Неучтенный фактор, — досадливо заметил муж, немного поморщившись от моих криков. После чего с хрипотцой произнёс: — Поэтому я в очередной раз убеждаюсь, что ты не только красивая, но и умная девушка.

— Ты сейчас что, решил подлизаться? — поразилась я такой наглости.

— Хм-м, — Эрик сделал вид что задумался, а потом у него появилось такое проказливое выражение на лице, что я во все глаза уставилась на эту диковинку, — в этом предложении что-то есть. Я же должен загладить вину за доставленные тебе беспокойства. А потом уже можно будет поговорить об алчных родственниках, а также обо всех твоих скрытых талантах.

После этих слов случилось то, чего я боялась. Эрик будто преодолевая слишком сильное земное притяжение, поднялся, сделал очень тяжелый первый шаг, затем уже более уверенный второй и улыбнулся.

Да твою ж! Вот чуяло во мне всё, что с этим смазливым альфой будет не так-то просто. Этот гад мог противостоять моему дару!

— Стой! Не двигайся! — взвизгнула я, с ногами забираясь на трон, но муж коварно улыбаясь, не обратил внимания на магию моих слов.

Тёмным опасным хищником Эрик приблизился ко мне, упёрся руками в спинку трона по обе стороны от меня. Я сжалась как кролик перед удавом. Улыбка этого “удава” так точно была гипнотической и очаровательной, но мой испуг ей пробить не удалось.

Задрожав как осиновый лист, я не отводила взгляда от белых клыков, выглянувших из-под губы. А в мыслях билось лишь: “Эх, значит, отгрызут мне голову и дело с концом…”

Тихий смешок не вязался с моментом устранения опасной жены, и я набралась храбрости посмотреть в глаза мужа. В его непроглядной тьме не было злости или жажды моей крови, там светились лишь живой интерес и … Нежность?

Нависнув надо мной, Эрик проникновенно спросил:

— Так как насчет того, чтобы я загладил свою вину?