Глава 18

Арон

“Вернись.… Вернись…” — Всё повторял знакомый голос, пока я тонул в кромешной тьме.

Да я бы и рад, но уже не смогу. Угораздило же так сглупить. Эх...

Слуха коснулся звук похожий на тяжелый выдох, и мне показалось, что воздух вышел именно из моих легких. Не до конца веря в такую удачу, пытаюсь вдохнуть и, о чудо, это удается! Да ещё и с такой лёгкостью, будто это не меня переживала свора мрачников, прежде чем я успел разорвать их всех.

По обонянию ударил резкий запах трав, заставивший поморщиться. Но эта вонь прятала в себе очень приятный аромат — мягкий, сладко-цветочный шлейф мог принадлежать лишь…

— Иса? — имя жены сорвалось с моих губ тихим шёпотом.

Веки медленно поднялись, и в глаза ударил свет. Прищурившись, осмотрелся. Судя по светлому дереву вокруг, я в дворцом лазарете, а значит, всё же каким-то чудом выжил. Вопрос “Как?” крутился на языке, но вслух я уже громче произнёс:

— Сладкая? Ты здесь? — в комнате её не оказалось, но моё обоняние утверждало, что она точно была здесь.

За дверью послышалась возня, а затем в палату влетел Фолкор. Никогда не любил этого целителя за его упёртость и веру в то, что он всегда прав. Уже ожидая, что раздражающий старик опять начнёт нудить, неожиданно понял - лекарь чем-то до смерти напуган. Но спустя мгновение он взял себя в руки, и как ни в чём не бывало, подошёл ко мне.

Лежать было не очень удобно, да и находиться в таком положении мне было бы приятно, только если где-то поблизости наблюдалась бы соблазнительная жена. Так что, убедившись, что подыхать от боли не собираюсь, сел на койке.

Фолкор прошелся по мне недоверчивым взглядом, а потом, даже не отчитав меня, уверенно принялся спрашивать:

— Как ваше самочувствие, господин? Слабость, тошнота не беспокоят? — участливость в голосе вечно брюзжащего лекаря настораживала. Может, я так хорошо себя чувствую, потому что вот-вот отправлюсь на тот свет, и потому он так вежливо обращается ко мне?

— Всё хорошо, — пробормотал, сам особо не веря ни в то ни в другое. Однако все силы были на месте, даже от ран почти ничего не осталось.

— Прекрасно. — Как-то растерянно похвалил моё состояние лекарь и добавил: — Значит, обошлось без побочных эффектов. Что последнее вы помните?

На этот вопрос отвечать не спешил. Для начала, раз уж умудрился выжить то должен сперва наперво сообщить Эрику о том, что случилось у восточной границы. Обычному лекарю такое знать точно не нужно.

В памяти без труда восстанавливались последние события.

Едва Зигвард оставил меня одного недалеко от центрального входа в Рован, я не спеша направился к распахнутым воротам, чтобы встретиться с возможным учеником до заката. Но в мои планы вмешался обычный ветер, принёсший с собой почти незаметный запах того, кого здесь быть не должно.

Для многих эльфы пахнут утренней свежестью, но для некоторых из нас их запах кажется каким-то неестественно чистым и оттого не особо приятным. Вот и тогда я сразу понял, что совсем недалеко от Рована ошивается какой-то эльф. По условиям мирного договора они не имеют права ступать на нашу территорию без разрешения, так же как и мы на их. Потому я не мог оставить такой визит без внимания.

Решать пришлось очень быстро. В итоге забросив сумку как можно выше на ближайшее дерево, перекинулся и помчался по уже исчезающему следу. Пойди я за подмогой в город мы бы точно тогда упустили след. К тому же непрошенный гость был один, так что это решение казалось самым верным.

Несмотря на свою скорость, расстояние между мной и шныряющим по нашей земле эльфом сокращалось слишком медленно. Судя по всему, незваный гость неплохо владел магией и потому мы всё ближе подбирались к топям, в которые даже местные старались не соваться.

Эта часть границы была надёжнее горной, потому что всех своих гостей она никогда не отпускала. Трясина не являлась самой опасной причиной такого “гостеприимства”. В топях повсюду были гейзеры с ядовитыми газами, но они находились в центральной части болот. Здесь же даже леса оставались пышными и оживлёнными.

Уже раздумывал над тем, чтобы сбросить скорость да загнать эльфа в топь, где он благополучно самоустранится, как вдруг заметил, что он начал двигаться вдоль полосы болот держась на безопасной дистанции от них. Умён, гад.

Ветер вплетался в шерсть, а под лапами вздыбливалась земля и сминались мелкие веточки. Азарт клокотал в груди, всё усиливая жажду крови добычи, чей след вёл меня за собой, но человеческая часть остужала неуместный пыл. Раньше поохотиться на эльфа было бы радостью, но теперь всякий раз, думая об остроухой расе я вспоминал крошку-жену. Это немного сбивало с толку, ведь зверь во мне уже привык считать этот вид врагами достойными клыков.

Кто бы мог подумать, что теперь острые уши, торчащие из копны рыжих волос, могут казаться мне настолько эротичными? Да, похоже, я медленно схожу с ума, раз вместо погони мои мысли заняты размышлениями о том, что сделать со сладкой женой, когда окажусь дома...

Так, что-то совсем мысли не туда устремились, пора сосредоточиться.

Едва собрался с мыслями, как учуял подступающие неприятности. К эльфу кто-то присоединился, когда между нами оставалось от силы пара десятков ярдов. Я бы сказал, что новый гость был человеком, если бы не его скорость передвижения.

Перевёртыши опять взялись за своё? Очень на них похоже. Наверное, эти ручные “оборотни” эльфов и дня не проживут без шпионажа. Жаль только, что нет официального подтверждения о слишком тесном сотрудничестве Лунной гавани и Эфельхайма. Так бы можно было и этих вредителей приструнить. Но раз эльф здесь в компании перевёртыша, и может даже не одного, то сейчас меня могут завести в ловушку.

Раздраженно рыкнув, пришёл к выводу, что пора отступить. Не сбавляя скорости, запрыгнул на выросший прямо передо мной широкий ствол дерева, оттолкнулся от него и, с его помощью резко развернувшись, помчался обратно. Постарался принюхаться, ожидая подвоха, но ветер дул из-за спины, что не давало учуять возможную опасность передо мной. Пришлось немного сместиться, чтобы бежать чуть по диагонали. Однако это не помогло.

Видимо ловушка захлопнулась, как только мы достигли границы с топью. Слишком поздно я спохватился.

Тени рядом стали вытягиваться, шурша проявляющимися лапами. В нос ударил запах плесени и сырости — скрипнув зубами, попытался оторваться от первых проявившихся мрачников, но поджарые твари старательно брали меня в клещи. Когда впереди показалась целая свора, пришлось атаковать первым. Так оставался хоть какой-то шанс выбраться из трёхпалых лап с шипастыми когтями минимально подпортив шкуру.

Мрачники хоть и были куда меньше, но их сила всегда была в численности, а также в ширине раскрытия короткой пасти. Там у них пряталось самое опасное оружие — ядовитые клыки, от которых никакая регенерация не спасёт. Испробовать их на своей шкуре получилось не сразу. Перед этим с визгом и хрустом позвонков удалось отправить на тот свет пяток тварей. Однако после этого на меня обрушились первые укусы.

Раны жгли огнём, но желание выжить горело куда как сильнее. Наверное, только поэтому бой не затянулся. Будь всё иначе, то так бы и сдохнул бы там посреди бесчисленных деревьев и опадающей листвы.

Трупы тварей медленно истлевали, пока я хромая упрямо шёл в сторону Рована. В какие-то моменты сознание меркло, но я упрямо возвращался и плелся дальше всё так же, не меняя формы — превращение в человека стало бы последней моей ошибкой. Масса тела позволяла яду медленнее распространяться по венам, только поэтому мне удалось доплестись до города.

Не знаю, сколько времени прошло, потому что последний рывок был самым тяжелым и запомнился лишь болью. Когда меня поглотила тьма, вдалеке послышались крики. Но были ли это союзники или же враги, решившие меня добить, уже не узнал.

Теперь же сидя на койке в палате я понял, что прожил так долго лишь благодаря уникальности нашей земли. Мрачники были наполовину магическими тварями, а их яд так же являлся частично похожим на проклятье. Когда с наступлением сумерек меня окутывал туман, то действие отравления мрачников сдерживалось, и только поэтому я не отправился на тот свет через сутки.

— Я помню всё, — наконец ответил лекарю, не вдаваясь в подробности.

— Замечательно, — кивнул Фолкор. — Но я бы рекомендовал воздержаться пока от прогулок. Вам стоит остаться под наблюдением потому что, честно говоря, ваше выздоровление.… Не естественно.

Мне тоже моё состояние казалось странным. Ликантроп, накачанный ядом мрачников, не может себя чувствовать так хорошо. Потому решил не противиться:

— Как скажешь, — пожал плечами, однако поспешил уточнить, — но я бы хотел увидеть Эрика и Ису.

А вот и упрямо поджатые губы и недовольная складка между кустистых бровей. Наконец появился всем известный Фолкор.

— Простите, господин, но сейчас слишком рано, чтобы беспокоить нашего альфу и вашу жену.

Тут в моей фантазии появился образ сладкой, мирно спящей в своей кроватке. То как она обнимает одеяло и сопит в подушку, настолько вдохновило, что я передумал слушаться лекаря.

— Извини, Фолкор, но мне срочно надо отлучиться, — быстро проговорил и, придерживая простыню на бедрах, покинул палату. Целитель, конечно, попытался меня остановить, но весовые категории у нас разные, так что я спокойно отодвинул его со своей дороги.

К Эрику пойду сразу, как полюбуюсь на спящую жену, заодно у неё в спальне и оденусь. В коридорах всё ещё было пустынно, потому я, не боясь с кем-то столкнуться, шлепал босыми ногами по полу.

Заветная дверь показалась довольно скоро. Сам не заметил, когда на губах расцвела улыбка от мысли, что скоро я увижу эту маленькую, вечно накручивающую себя девушку. Жена так неожиданно ворвалась в мою жизнь, что сам удивляюсь чувствам, которые она вызывает во мне. Эта эльфийка очень сильно запала мне в душу, и меня то и дело посещает мысль, что она просто её часть. Но… Эрик не чувствует того же, а значит я просто влюбился и к истинной любви это отношения не имеет.

Уже у спальни понял, что что-то не так. Личная охрана сладкой была темнее тучи, а створки дверей были нараспашку.

— Что случилось? — спросил, едва оказался рядом с Кристером и Бернтом.

— Мы не знаем. — Угрюмо ответил Крис, сводя светлые брови. — Когда пришли, госпожи уже не было.

Бернт кивнул и добавил:

— Дежуривший здесь охранник сказал, что её увели по приказу альфы. А нам велено ждать её возвращения здесь.

Нехорошее предчувствие царапнуло изнутри. Не особо думая, что делаю, развернулся и, принюхиваясь, стал двигаться по едва заметному шлейфу оставленному Исой. Мысли заполнил лишь её запах, потому я не особо обратил внимания, когда чуть не налетел на пару девушек из прислуги. Они тихо охнули, на что я почти не обратил внимания и, бросив извинения, помчался дальше.

След привел меня к тронному залу. Двери были закрыты, а у них расположилась четвёрка стражников с одинаково постными лицами.

— Моя жена внутри? — резко спросил, вырастая перед охраной.

Они едва заметно вздрогнули, потом выкатив глаза, осмотрели меня и синхронно кивнули. Нахмурившись, проследил за их взглядами, после чего выругался.

Я так торопился, что забыл даже накинуть хоть что-то. Так и промчался от спальни жены до тронного зала в простыне обёрнутой вокруг бёдер.

— Пропустите и скажите лакею принести что-то из одежды, — отдал приказ, и уже было шагнул, чтобы войти в тронный зал, но все стражники неожиданно преградили мне путь.

— Извините, — как-то заторможено начал один из воинов, — но у нас распоряжение: никого кроме альфы не впускать.

— Это что за распоряжение такое? — удивился я. Ещё бы было понятно, если бы туда можно было пропустить только сладкую, а так выходит, что Эрик сказал впускать только самого себя. Бред какой-то. И теперь я точно должен попасть внутрь.

Мысленно извинившись перед парнями, недолго думая отправил их “отдыхать”. Последний ещё пытался сопротивляться, успев отреагировать лучше остальных, но я спешил, и потому пришлось сломать ему нос, а уже потом познакомить его темечко с моим кулаком. Ничего, будем считать это тренировкой.

Когда же удалось попасть в тронный зал, я немного опешил. Зрение у меня всегда было очень хорошим и потому мне не составило труда от входа рассмотреть происходящее на троне. Тихо присвистнув, опёрся спиной о закрывшуюся створку.

Ну, раз такое дело, то подожду немного, а потом уже поприветствую своих жену и альфу. Эрик точно заметил моё появление, а вот сладкая слишком увлечена, чтобы обратить внимание. Не хочу мешать ей получать удовольствие. Да и на моей памяти альфа очень немногих женщин так награждал. Интересно, что же случилось пока меня не было?