Глава 26

Интересно, как работает стационарный телепорт? Так же, как и переносной? В прошлый раз мне было как-то не до этого — сработал, перенёс куда надо — и хорошо. Встала рядом с магом на круг. Ощущения, как в скоростном лифте — желудок захотел провалиться в пятки.

Но все быстро закончилось — мы оказались в большой темной зале, освещенной только… сверкающим надгробием, стоящим посередине. А вокруг него колебалось в воздухе светящееся марево. Сверкнула белая вспышка и я ничего не успела сообразить, только глаза закрыла. И вот, я уже лечу по воздуху и приземляюсь на жесткий камень. С магом в обнимку. Это он нас благополучно пролеветировал. Прямо на алтарь. Раскидав предварительно — кто это у нас тут валяется? Ага, все наши эльфы вперемежку с неизвестными людьми в балахонах. Сирень вон в сторонке, целёхонька. Это мы удачно зашли.

— Убери от неё руки, человек! — это наследник нарисовался. Громко, еще и эхо в этой зале…

— Нервный он какой-то. Съел что-то не то? — обратилась к магу. Тот натянуто улыбнулся.

— Жалкий человек! Как ты посмел…

И тут внезапно стало тихо. Я посмотрела на эльфов и людей — у многих рты открывались, но до нас не доносилось ни звука. Мы с магом были отделены от общества сияющей дымкой барьера вокруг… Маг поставил полог тишины? Это он хорошо придумал.

— Спасибо. Как-то напрягают его вопли, да? — посмотрела на Сигура. Тот выглядел неважно — кровь засохла на лице коркой, по виску стекает капля пота, руки дрожат. — Эй, ты в порядке? Не надорвался?

— Как ты там сказала — ушастые? Любят они «человек» говорить, как ругательство.

— Ну да, глупо как-то. Мы же не говорим эльф такой-то. Или просто эльф…

И осеклась. Я так говорила, и не раз, в разговоре с наследником. Вот раньше додуматься не могла? Ведь очевидно, раз я обращаюсь к нему «эльф», то я сама другой расы. Ведь люди не обращаются друг к другу «человек». Он же не дурак, такого не заметить. Вот так я и спалилась. Или не только так. Посмотрела на наследника. Он уже не орал, а спокойно так стоял и смотрел… Вот просто смотрел, но взгляд этот… Если бы можно было взглядом убивать, то маг был бы уже мёртв. Я, скорее всего тоже. Порадовалась, что мы за барьером. Так, а что у нас на повестке дня?

— Сигур, чья это гробница?

— Сразу поняла, что мы сидим на саркофаге? Молодец. Здесь покоится великий воитель, король королей Таиншефр…

— А, тот, который на эльфов войной пошёл и облажался? Как вообще можно было такое учудить? Венец в гробнице? И как его достать?

Маг, побагровевший при моём комментарии деяний великого короля, возмутился.

— Это ты у меня спрашиваешь? Вообще-то ты говорила, что достанешь венец.

— А, ну да. Тогда слезь.

Маг послушно сполз с надгробия. Его ощутимо штормило. Ладно, если силы останутся — подлечу. Хотя, нет, вряд ли. И так уже. А он, вообще-то, Элловирэла пытал. Ага, а Эл его за это избил.

Осмотрелась. Белая стела с узорчатыми письменами находилась в изголовье каменного… ну, пусть будет гроба… Плита, похожая на мраморную, покоилась на прямоугольном основании и выглядела вся эта конструкция… ну очень монументально. Влезла наверх, подошла к стеле. Надпись, вытравленная зеленым цветом, сделана на незнакомом языке. Разве я не должна была с первого взгляда понять, что тут написано? И вообще, интуитивно знать, как открыть ее? Избранная, епрст.

Тут меня отвлекли — со стороны барьера раздался треск и пошли электрические разряды, сопровождающиеся пламенными всполохами. Это наследник перешел к активным действиям — прицельно палил по преграде из тонкой металлической фигни, похожей на шариковую ручку.

— Сигур, а он не пробьёт барьер?

— Не должен. Преграда должна стать непроницаемой после того, как сквозь неё пройдет женщина, должная стать жертвой и которая возьмёт венец.

— А ты как смог пройти со мной? Или это потому, что вцепился в этот момент всеми четырьмя конечностями?

— Иначе мне было не доставить тебя быстро через окружение, — обиделся маг. — А меня бы эти… ушастые сразу бы убили…

Похоже, кто-то нахватался от меня неуважения к эльфам. Или у мага его изначально не было? Он же вроде из этих отступников? Которые недовольны правлением эльфов?

В преграду бабахнуло, и довольно сильно — вспышка света засверкала радужными всполохами. Вот не жалко наследнику магического резерва?

— Я бы на твоём месте поторопился с венцом. При такой атаке барьер может долго не выдержать.

Это как поторопиться, если вся эта свистопляска ужасно отвлекает? Я вернулась к осмотру стелы. Преграду снова тряхнуло и она замерцала. Стало ощутимо теплее, а потом и вовсе жарко. Решил нас поджарить? Ну да, он же, наверное, думает, что я теперь с магом заодно, и тут проще нас обоих убить. Блин. Я, конечно, не ожидала от него нежного и трепетного отношения после совместно проведённой ночи, но убивать — по-моему, это уже перебор. Нда, Оксана, не умеешь ты выбирать сексуальных партнёров. И вообще, случайные связи — зло. Теперь проверено мною лично.

Ладно, не до сантиментов. Я поняла, что уже несколько минут неотрывно пялюсь на странную зеленую узорчатую надпись на стеле. Мне нужна подсказка. Потёрла виски. И ойкнула от боли — вся левая сторона была очень чувствительна и, по ощущениям, уже начал формироваться здоровенный такой отёк.

— Сигур, у меня синяк на лице?

— Да. И довольно большой. Тот стражник не умел обращаться с женщинами. За что и поплатился.

А, ну да, когда Иллору отбивали, я успела по морде получить. И элитари не применишь, вокруг столько любопытных… Элитари! Конечно же! Если моя магия — магия жизни, а гробницу должна по пророчеству открыть я, и все тут завязано на элитари, то нужно её и применять. Толку таращиться на незнакомую надпись, она от этого не расшифруется. Значит, я должна просто найти применение магии жизни для открытия гробницы!

Решила попробовать, как тогда с дверью — закрыла глаза, приложила руки к крышке и направила поток элитари вглубь, ища признаки жизни. И почти сразу почувствовала — под слоем камня, который, кстати, оказался прекрасным проводником для моей магии. Я почувствовала его — пульсирующий кристалл, бьющийся, словно сердце. Он сам по себе являлся средоточием элитари. А окутывало его странное свечение, которое было… энергетическим сгустком… или скорее, некоей сущностью. Это что? Какая-то жизнь, которая и не жизнь вовсе…

— Сигур… — не открывая глаз, уточнила. — Таиншефра сложили сюда вместе с венцом? А до этого некромантией, случайно, не баловались?

— Откуда ты…? Это секретные знания нашего ордена, о них знают только магистры!

— А там, откуда я родом, о некромантии знает любой ребенок, играющий в компьютерные игры. А эльфы там — добрые и милые сказочные существа, выступающие на стороне добра. А не кровожадные гады, приносящие женщин в жертву ради ценных артефактов.

Посмотрела на наследника. Он прекратил обстреливать барьер и внимательно наблюдал за нами, как будто слушая беседу. Смотрел он одновременно на меня и на мага. Но нас же не должно быть слышно?

— Можешь поднять надгробную плиту?

— Она не поддаётся магии. Это же наргиз!

Ах, ну да. Как я могу не знать, что сияющий белый мрамор не поддается магии? И этого не было в моей инструкции для попаданок. Как и самой инструкции у меня не было. Но вот что интересно: как я тогда смогла почувствовать не умершего несколько веков назад короля-жмурика? Ведь чувствую я при помощи элитари. Получается, элитари этот самый наргиз не помеха? На пробу направила сгусток магии жизни сквозь камень туда, где почувствовала эту самую не-жизнь.

Результат не заставил себя ждать — нечто внутри гробницы радостно сожрало мою магию, впитало её в себя и… попыталось прорваться наружу. О как! А что будет, если оно всё-таки вылезет? Хотя, амулет у него, так что придётся гробницу всё-таки открыть.

— Сигур! Ваших секретных архивах, случайно, нет информации о том, как упокоить нежить?

— Упокоить? Уверяю тебя, девочка, ни один эксперимент по приданию жизни мёртвому человеческому телу не был успешным…

— А вот я могу тебя уверить в том, что один всё-таки был… И он был успешен. Пораскинь мозгами, зачем иначе вот это — я кивнула на саркофаг — соорудили?

Маг попятился. Его ощутимо шатало. Тут ещё словно в подтверждение моих слов на крышку надгробия обрушился удар. Изнутри.

Вот как быть? Смогу ли я удержать то, что выпущу наружу? Контролировать это существо? Я ведь ни разу не некромант, я даже местной магии толком не обучилась… Все, что у меня неплохо получается, это элитари. То есть давать жизнь. И, как сказала тогда богиня, забирать элитари я тоже могу. А что, если просто забрать жизнь у этого создания? Получится ли?

Должно получиться. По крайней мере, есть ощущение, что очень скоро я узнаю это наверняка — крышку саркофага сотряс ещё один удар, сильнее прежнего. И это от маленькой порции моей магии? Что же было бы, если бы я направила ему больше? Нужно подстраховаться и убрать отсюда как можно больше людей. И эльфов.

— Сигур, сними полог тишины, пожалуйста.

— Зачем?

— Пришло время для прощального слова. Хочу, чтобы все ушли. Думается мне, сейчас будет большой кабабум.

— Кабабум?

— Ну, ты вот недавно Таиншефру дифирамбы пел. Так вот, совсем скоро сможешь лично выразить ему свое уважение. И я не хочу лишних свидетелей. Так что, снимешь свою завесу?

— Хорошо. Но хочу тебя предупредить, что наследник эльфийского старшего дома, который здесь присутствует, обладает ментальной магией и может просто голосом заставить выполнять все его приказы. Я отчасти поэтому отгородил нас от звуков.

— Поверь, звуки, которые он способен издавать, ещё не самое жуткое в нём, — усмехнулась. — Не бойся, я с тобой.

На мага это произвело мало впечатления, но он решил сделать, как я попросила. Произвёл несколько пассов, закрутил в три вихря магические потоки — я увидела это! И снял полог тишины. А у людей магия выглядит попроще, чем у эльфов! Нда, если бы не собиралась умереть, попросилась бы к магу в ученики.

Но мои размышления были прерваны ещё одним ударом изнутри гробницы, после которого на крышке появилась трещина. А силён местный Тутанхамон! Подошла к барьеру почти вплотную. Эльфы рассредоточились по периметру, все почему-то повёрнуты спинами к нам. Только наследник стоял близко и я встала напротив него. Люди, находящиеся здесь, были все либо связаны, либо под прицелом эльфских луков. Я набрала воздуха в легкие:

— Уважаемые люди и… нелюди! — ого, мой голос тоже очень хорошо слышен. — Сейчас, как вы можете наблюдать, случится эпохальное событие — на свет появится довольно древняя и вряд ли добрая в лучшем случае мумия, а то и что-нибудь похуже. В любом случае, с этим продуктом экспериментальной магии лучше не сталкиваться. Так что всем, кто не считает себя бессмертными, лучше покинуть подземелье и выбраться на поверхность. В противном случае вы можете погибнуть. Скорее всего, это место будет разрушено.

Вот откуда у меня такая уверенность? А оттуда, что очень мне не нравился этот город, где проводились эксперименты над животными, превращающие живые тела в полумёртвые — сразу вспомнились шассеры. Сигур сказал, что эксперименты по возвращению жизни человеческому телу не были успешными. Но вот с животными у них почти получилось — пауки, которые наполовину нежить, яркое тому подтверждение. Так что у меня просто руки чесались вернуть этому городу его изначальный, так сказать, природный вид — то есть попросту сравнять с землёй. Погибать, так с музыкой.

Эльфы, конечно, и не подумали никуда уходить. Но зато внимание себе я обеспечила — все повернулись и смотрели теперь только на меня.

— Прикажи своим подчинённым выйти на поверхность, — обратилась я к наследнику, который стоял буквально в двух шагах от меня. Хорошо, что за барьером — глаза его буквально горели недобрым огнём, — скоро тот, кто все эти века охранял Венец жизни, выйдет из гробницы. Что случится дальше, я не знаю, но город прекратит своё существование.

— Я знаю, что случится. Ты сейчас выйдешь за барьер, как хорошая девочка и дашь мне закончить то, что ты так неосмотрительно начала, не считаясь ни с какими магическими законами, — такого голоса я у наследника ещё не слышала. В нём был абсолютный приказ, не оставляющий места неповиновению. — Иди сюда, Эллари. Я сам завершу ритуал. И никто больше не посмеет тронуть тебя.

— Да? И кого же ты принесёшь в жертву? — прошипела я. — Её? — и кивнула на стоящую вдалеке Сирень. — Ну уж нет, я тебе не позволю.

И повернулась к магу.

— Сигур, тебе тоже лучше уйти. Я разрушу этот город после того, как возьму венец.

— А силы у тебя хватит на это девочка на то, чтобы сделать то, что ты сказала? — голос мага был не то, что полон скепсиса, он просто ни на секунду мне не поверил.

Ну да, встречают по одёжке. А моя одёжка… Порванная рубашка, под ней тоненькая туника, пыльные штаны и ботинки. Волосы растрёпаны… Красотка, одним словом. Синяк на пол-лица. Что ж. Будет им дочь богини. Уже не до конспирации — похоже, моё время в этом мире подошло к концу.

Сняла амулет и убрала его в карман штанов. Краем глаза заметила, как усмехнулся наследник. Удивления на его лице, в отличие от лиц его соплеменников не было — значит, всё-таки знал. Интересно, когда он догадался? Хотя, какая теперь разница?

Позвала элитари, которая привычно откликнулась теплой волной. Почувствовала, как вокруг меня закручивается зеленый вихрь моей магии — вот такого раньше никогда не было. Ну да я и не тяготела к… наглядности. Кожа стала светиться золотым светом, на лице сразу перестало ныть место удара. Глаза, наверное, тоже светятся, как желтые фонари. Вроде, должно произвести эффект?

— А сам ты как думаешь, маг? — и голос мой изменился, стал чуть ниже и… громче, что ли?

— Повторяю для тех, кто не понял с первого раза или не услышал. Сейчас я пробудила к жизни древнее существо, спавшее несколько сотен лет, чтобы взять у него Венец жизни. Всем, кто не хочет пострадать, нужно немедленно выйти на поверхность.

Захотелось добавить: это не учебная тревога. Я усмехнулась. Сигур ещё больше попятился. А я нашла взглядом Сирень.

— Лиирра Сирениеллоароэль, я прошу у вас прощения за то, что была вынуждена скрывать от вас свою личность. Для меня было честью знать вас. Будьте счастливы! И найдите Иллору, они с Витаэлом уже должны были выйти на поверхность.

Будем надеяться, мои слова отведут от неё подозрения о том, что она помогала мне. Перевела взгляд на Илидориана. Он, вопреки ожиданиям, был не рядом со своим повелителем, а возле Сирень. Молодец!

— Береги её, Илидориан. Она настоящее сокровище!

От кивнул и улыбнулся. Сирень тоже ободряюще улыбнулась мне. Так, кому ещё напутственного слова не хватает?

— Элловирэл, — посмотрела на него и эльф вздрогнул. — Выбери себе другую девушку, более реальную.

Не знаю, понял он или нет, но я не могла этого не сказать — жалко парня. Влюбился в Найстиаурель, мою эльфийскую маску, в фантом, в иллюзию. Я уже не стала смотреть на его реакцию, потому что от ударов существа из саркофага начали трескаться уже стены подземелья. Что-то долго мумия выбирается. А эльфы всё не торопятся. Вот как там наследник голосом управляет? Зелёные вихри вокруг меня стали ярче. Вложила в голос все свое желание.

— Всем, кто не считает себя бессмертным, покинуть помещение, — ого, как я могу громко говорить. — Я, дочь богини Эллитаририаниарианны, матери вашей, остроухие, приказываю вам выметаться на поверхность! — посмотрела на Илидориана и уже тише добавила: — Уведи её, — кивнула на Сирень. И уже всем: — ВООН!!!

Тут одновременно произошли сразу несколько событий: эльфов и людей как ветром сдуло из подземелья, по стенам и полу зазмеились трещины и саркофаг буквально взорвался.

Я увернулась от обломка, летящего в меня. Проследила за ним взглядом — он просвистел сквозь барьер и шлепнулся почти в центре зала. Интересно, это потому что саркофаг был из антимагического камня или барьер уже не действует? Наследник, который, конечно же, и не подумал уйти вместе со всеми, тоже задался этим вопросом. Иначе, как объяснить то, что он с размаху бросился на преграду? Посмотрела на то, как его отбросило и швырнуло через весь зал. Красиво летит! Как хочет быстрее добраться до амулета!

Тем временем из саркофага из-под обломков выбралось… нечто… Не мумия, как я ожидала, и не зомби. Скорее, просто скелет, со всех сторон окутанный золотым свечением, с шаром зеленого цвета на груди. Красного не хватает, ага.

Существо подковыляло ко мне и остановилось, не дойдя буквально двух шагов. А я смотрела на него. Скелет, как скелет, совсем не страшный, таких в анатомических классах должно быть полно. Симпатичный даже, с подсветкой. Глаза тоже горели золотым светом. И в этих глазах чувствовалась… жизнь. И разум… интересно.

— Ты действительно воплощенная элитари, — раздался голос прямо у меня в голове. — Я так долго ждал тебя!

— Ты Таиншефр?

— Я был им когда-то. Вот он, — кивнул туда, куда усвистел наследник, — и убил меня когда-то. С тех пор прошло слишком много времени.

Это сколько же лет чуваку, с которым я имела глупость переспать? Ой-ёй… В свете этой информации выражение «древний старец» приобретает совершенно новый смысл…

— Смерть повсюду — и он несёт её. Я когда-то жаждал жизни, но нашёл лишь смерть от его руки. Эта жажда и сгубила меня, и я оказался заперт в этом воплощении, мечтая лишь об одном — об избавлении. Ты освободишь меня?

— Да. Я сделаю, что смогу.

Вот никто не заслуживает такой участи — осознавая себя, быть запертым в теле скелета и лежать чёрте сколько лет в гробнице. И, несмотря на это, способен ещё ясно мыслить, что удивительно.

— Ты права, девочка, — а скелет, оказывается, мысли читает, совсем как Арианна. — У меня для тебя подарок.

И с этими словами снял зелёную штуковину со своей шеи и надел на меня. Это то самое, из-за чего весь сыр-бор? А я думала, что венец — это то, что на голову наевают…

— Да, это Венец жизни. Используй его во благо жизни, а не смерти. Потому что наша алчность принесла в итоге лишь разрушение и хаос. Нельзя пойти против природы. Человеку суждено родиться, прожить жизнь и умереть от старости. У меня было время подумать над всем этим. Более, чем достаточно.

Нда, всё-таки придётся отдать амулет эльфу. Сигур же пойдет по той же дороге, что и маги Равсомира. И наступит на те же грабли. Люди в основной своей массе не меняются. А эльфы? Ну, эти хотя бы природу не портят. Канализации людей заставляют строить, опять же. А то, что некоторые эльфские представители излишне кровожадны, так не мне же с ними жить. Должна и я страдать разумным эгоизмом?

— Эльф твой хоть и несёт смерть, но превыше всего жаждет жизни. Но ты сделала правильный выбор, дочь богини. Даруй же и мне освобождение.

И я взяла руки скелета в свои. Через прикосновение мне всегда было лучше, легче чувствовать. Я увидела нити силы, пронизывающие его существо, поняла, где проходят жизненные токи, поддерживающие его существование. Поняла я и то, как он «жил» всё это время. Он много лет питался энергией Венца жизни. Амулет, призванный давать жизнь, работал лишь для существа, которое не желало этой самой жизни в том виде, в котором его заперли. И пришла пора мне отпустить его. Последний вопрос:

— Кто так поступил с тобой?

— Бог этого мира. Это моё наказание за то, что я совершил.

Бог? Ещё и бог есть? Я только богиню знаю.

— Я не могу ответить на твой вопрос. Люди поклоняются ему, как богу-отцу.

У эльфов богиня-мать, у людей бог-отец. Серьезно?

— Моё время в этом мире истекло, — и это были его прощальные слова.

Магия в существе, бывшем когда-то Таиншефром, стала перетекать из него в мои руки. Поначалу это было даже приятно, но затем я почувствовала, что меня переполняет энергия. Нужно было срочно её куда-то девать!

— Эллари, — раздался голос наследника. — Перенаправь магию в землю, иначе ты погибнешь!

Я и так погибну. Вот куда ни кинь…

Тем не менее, совет дельный. Поток элитари начал распространяться от меня, впитываясь в камни, стены, пол, потолок. Я почувствовала все растения, окружавшие этот каменный мешок, в котором мы находились — их корни, подземные лианы, еще только собирающиеся пробиваться на поверхность ростки. Позвала их, побудила расти и расцветать. На поверхности была неправильность — растения были темными, неживыми, злыми. Нуждались в исцелении. Я дала им это — стала лечить окружающую землю и всё, что на ней своей магией.

Моё восприятие раздвоилось — частью себя я была под землёй, возле разрушенной гробницы, держа за руки-кости древнего скелета, а частью распространялась по поверхности земли вместе с элитари, исцеляя землю и делая все растения вновь живыми и зелеными. Моя магия уничтожала на своем пути шассеров и им подобных тварей, оставляя в живых лишь тех созданий, в которых не было части умертвий. Энергия скелета перетекала в меня, и он разрушался. Сначала рассыпались ноги, преобразовываясь в золотой свет, перетекающий в меня, затем исчезло постепенно туловище, голова и, наконец, последними растворились его руки, которые я сжимала. Но моё путешествие вместе с элитари по поверхности на этом не закончилось. Магия продолжала истекать из меня, оставив единственную цель — исцелить земли, называемые Проклятыми.

Краем сознания я слышала какие-то звуки, кто-то что-то говорил, потом кричал, пытался трясти меня. Вокруг падали камни, вздымалась земля… Все это не имело значения, ничего не имело значения, кроме главного — исцелить землю. Но есть еще одна задача — эльфу и человеку нужен путь наверх! Они же должны после этого выбраться! А то будет хохма — вытащила амулет из гробницы, чтобы потом завалить его. Так что нужно сделать выход. И элитари, послушная моей воле, устремилась выполнять приказ.

Когда всё было кончено, и последний клочок земли очистился от проклятия, я осела на землю, теряя сознание. Усилием воли удержалась на краю — ещё не время! Осталось одно дело.

Открыла глаза. Получилось с трудом. Я лежала в центре освещенного круга света — наверх, на поверхность выходила вертикальная шахта, в которую радостно заглядывало солнце. Стенки этого колодца были укреплены большим количеством лиан и корней деревьев, которые его, собственно, создали и поддерживали. Ух ты!

Нашла глазами эльфа — тот стоял в небольшой нише метрах в трех от меня. Нормально. Барьер, кстати, все ещё наличествовал. Крепкая конструкция! А маг… Сигур валялся почти рядом со мной, обхватив обеими руками большой кусок белого камня, бывший когда-то гробницей. Антимагическая защита? От кого? Тоже взяла себе булыжничек, небольшой. Наргиз, говорите?

Стянула с головы амулет. Это оказался большой кристалл зеленого цвета, оплетённый цепочкой белого металла. Камень светился ровным светом. Красивый. Обмотала цепочку вокруг булыжника. Вроде, слететь не должно. Руки дрожали.

— Сигур, ты там живой?

Он застонал и приподнялся. По виску текла кровь.

— Отдай мне Венец жизни, ты поклялась!

— Да, маг я поклялась тебе.

И изо всех швырнула камень в эльфа. Осколок саркофага из антимагического камня с обмотанным вокруг него амулетом легко пролетел сквозь барьер. Краем глаза увидела, как наследник его поймал. Глаза у него были круглые от удивления.

— Я сказала тебе, маг, что если я не отдам тебе Венец жизни, ты можешь меня убить. Убивай.

И легла обратно. А камни такие мягкие-мягкие… И удобные, оказывается. И то, что острые, совсем не важно. И одеялко мне не нужно, я и так посплю.

В меня что-то ударило. Так вот она, какая, смерть. Больно. Но ожидалось больнее, если честно. Надеюсь, проснусь я уже дома, в своей постельке, ведь меня в этом мире убили? Я же жертва в ритуале и в любом случае должна умереть в этом мире? Это и есть моя миссия.

— Неправильные у вас какие-то ритуалы с жертвами. Должны быть пентаграммы и свечи…

Все силы и сама жизнь моя ушли на избавление от проклятия Равсомира и его земель. Кто-то орал, что-то громыхало, меня приподняло вверх и шарахнуло обо что-то, но я уже ничего этого не чувствовала. Почти. Меня окончательно затянуло в темноту и всё происходящее здесь стало совсем безразлично.

Мой мир, встречай — я возвращаюсь к тебе!

Конец