Глава 15. Москва

А в столице вдруг случился ноябрь. Внезапно и вероломно.

Завершающий месяц стремительной осени на родной базе выглядел совершенно не так, как в шумном мегаполисе. Московский ноябрь переливался разноцветными огнями в темноте, неожиданно накрывал хмурым мелким дождем, хлюпал грязными и холодными лужами под ногами, шумел гулом трамваев.

Москва оказалась невероятно-огромной и всё же резиновой. Разве может иначе приличный город вмещать в себя столько людей? Лиза привыкла к сонным университетским кварталам европейских городов, к их узким улочкам, маленьким скверам и уютным зданиям. Москва же обрушилась на ее бедную провинциальную голову как Вавилонская башня на своих смущенных создателей. В Москве тоже отовсюду раздавалась иностранная речь. Лизино чуткое ухо вылавливало тягучие звуки восточных языков, знакомый английский и ещё кучу всего неопознанного. И к ее удивлению, даже в разгар грязного-серого ноября в Москве оказалось значительно чище, чем в Екатеринбурге или Челябинске. Столица красовалась ухоженными улицами и проспектами, активно строилась и обустраивалась.

Москва никогда не спала.

Во избежание пробок Илья въезжал в Москву в субботу и провез Елизавету по узнаваемым для провинциала местам – мимо ВДНХ, мимо МГУ, даже рукою махнув в сторону Останкинской башни.

– Дорогие гости Москвы и просто мимо нее проезжающие! Обратите внимание, – дурачился он. – Перед вами традиционные столичные забавы: укладка асфальта на лужи и добыча неизвестных науке полезных ископаемых. Асфальт, кстати тоже тут добывается, особенно ценен недавно уложенный. А знаешь ли ты, Лиза, что под зданием МГУ куча подземных этажей и гигантская холодильная установка для замораживания фундамента?

– Ой всё, – отмахивалась Елизавета. – Врун ты, Илья. Расскажи мне еще про призрак вечного студента!

Лучше бы не просила! Всю дорогу Илюша рассказывал Лизе московские сказки: про секретную линию Метро-2, и про призрак извозчика, и о студенте, конечно. Сопровождался рассказ душераздирающими подробностями, наверняка на ходу сочиненными.

Вполне соответствуя Лизиным ожиданиям, Бессмертный-младший не бедствовал. Жилой комплекс, в котором располагалась его квартира, выглядел внушительно: закрытый чугунным орнаментом ограды охраняемый двор с раздвижными воротами и вездесущими очами камер. Чудеснейший детский городок во дворе, красивый настолько, что Лиза и сама не отказалась бы там поиграть. Молодая липовая аллея, роскошные мрачные туи и пушистая, сказочная голубая ель у подъезда. На входе в дом их радушно встречала консьержка. Холл светлый и идеально чистый, полированные каменные полы и просторный лифт с зеркалом.

– Я с тобой в одной квартире жить не буду, – еще по пути в лифт заявила Лиза Илье.

– Естественно! – возмутился Илья. – Я молодой и свободный мужчина, у меня личная жизнь бьет ключом и вообще! На кой черт ты мне там сдалась? Поселишься этажом выше. Там тоже моя квартира, эконом-вариант.

– И сколько же у тебя тут квартир?

– В этом доме четыре, – ухмыльнулся Илья. – А всего в Москве семь. Пока еще.

Лиза тут не удержалась и совершенно плебейски присвистнула.

– Ну я же не виноват, что уродился финансовым гением, в папочку, – пожал плечами Кощеич.

– А скромный ты в маму иль в бабушку?

– Нет, в маму я красивый, – радостно улыбнулся Илья. – Или скажешь “нет”? Признайся, Елизавета, ведь ты меня тоже считаешь красивым?

– Ты красивый и толстый парниша, – успокоила его Лиза.

– Я не толстый! – возмутился Бессмертный-младший. – Я мускулистый!

Лиза только вздохнула тяжело. Видимо, чтением классики Илья себя не утруждал¹.

Квартира “эконом-варианта” девушку впечатлила. Страшно представить, какая “не эконом”. Во всяком случае, эта была полноценной двухкомнатной, с огромной кухней и с застекленным балконом величиной с половину Лизиной комнаты в замке Кощея. Размеры огромной кровати наводили на грешные мысли. Лизавета покосилась на Илью. Да, он точно поместится.

– Значит, так, – сказал бодро и громко Бессмертный. – Утром, не позже половины девятого, я забираю тебя в офис, а уж домой будь готова добраться самостоятельно. По вечерам ко мне не ломиться. Если превратишься в лягуху – под дверью не квакать и ждать до утра.

– Да ты герой-любовник! – вскинула брови Лиза, не скрывая сарказма.

– И герой, и любовник, – с достоинством ответил Кощеич, пожимая плечами. – У всех свои недостатки.

– Я идеальна, – напомнила Елизавета. – У меня нет недостатков, пора бы признать этот факт и смириться.

Илья медленно наклонился к ее лицу, да так низко, что они почти соприкоснулись носами. Лиза растерянно поглядела в его почерневшие вдруг внезапно глаза.

– У тебя, милая, есть один неприятнейший недостаток, – вкрадчиво протянул он. – Который, впрочем, легко исправляется. У меня есть и навыки, и опыт, и… инструмент. Ты обращайся, если надумаешь, не стесняйся.

И пока, медленно заливаясь краской, Лиза осознавала, что именно он сказал, негодник оперативно сбежал. Хлопнула тяжелая дверь. Пряча лицо в руках, Лизавета со стоном упала на пуфик в прихожей. Ну и как его понимать? То злится и дразнится, то намеки фривольные делает. Приходится констатировать: нет, это совершенно определенно не романтические отношения. Это… наверное, нечто другое. Своего рода дружба. Хотя… как там классики говорили? “Дружба между мужчиной и женщиной возможна при физическом отвращении?” Лучше даже об этом не вспоминать, ведь так хочется большего! Может быть, в офисе будет легче?

Разложила по полочкам огромного шкафа-купе свои немногочисленные вещи, прогулялась еще раз по квартире, протерла везде редкую пыль. Достала из холодильника йогурт и съела, с тоской посмотрев на красующиеся на этикетке калории. Постояла на балконе, рассматривая потоки гудящих машин. И читать не хотелось, и спать еще было рано. Хотелось мороженого и на Красную площадь. Больше знаковых мест в древней столице не вспомнилось. Лиза подержала в руках телефон и с сожалением отложила его. Нет, Илья дал понять очень ясно, что ее навязчивое присутствие в его планы совсем не входило. А жаль…

…

Телефон внезапно завибрировал и запрыгал по краю стола.

– Елизавета! – раздался бодрый вопль из трубки. Легок Илья на помине. – А пойдем погуляем?! Я тебя на метро покатаю, Москву покажу.

– Пять минут, Кощеич, – с трудом сдержав радостный писк, Лиза ответила. – Жди у подъезда.

Лиза быстро накинула красивое бежевое пальто, надела новые сапожки на каблуке, схватила сумку и выскочила в подъезд, где у лифта ее встретил Илья. Скептически оглядел девушку, покачал головой:

– Так и знал! Ты совершенно дурная. Куда на каблуках поперлась? Принять вид унисекс: кроссовки и теплая куртка. Живо переодевайся, я тут подожду.

Лиза со вздохом повесила пальто в шкаф: а так хотелось его выгулять!

Вечно эти мужчины все портят…

Но потом как-то вдруг быстро выяснилось, что джинсах и куртке она ощущала себя семнадцатилетней девчонкой, только теперь рядом был большой и сильный Илья, который смешил ее, переносил через лужи на руках, натягивал на нос шапку и заставил скупить половину продуктового отдела в супермаркете, ненавязчиво оплатив все это безобразие сам.

Лиза хотела сказать, что вообще не умеет готовить и даже не собирается учиться, зачем? У Кощея на базе осталась столовая, в голодное детство с поджаренными макаронами и вареными яйцами она уже не вернётся… Но Илья заявил, что он все сам умеет, а Лиза прекрасно помоет посуду и отстирает его вонючие после тренировок носки. Гномские, ручной работы. В стиральных машинах не место таким. Девушка покивала согласно: она забрала с собой с базы хозяйственного домового, с ним никакие носки не страшны.

Их прогулка настолько напоминала свидание, что Лизе отчаянно захотелось, чтобы они оба вдруг стали подростками и вели себя так, как Лизины сверстники там, в другой, прошлой жизни. Гуляли бы в обнимку до утра по темным улицам города, а потом, возвратившись к подъезду, долго стояли, любуясь на яркие и далёкие звёзды, запуская озябшие руки под куртки друг другу и целуясь, пока губы не заболят.

Вот только юность у Ильи наверняка была совершенно другая, без посиделок на грязных ступенек подъезда, без хмельных ёлочных гуляний с петардами и хлопушками под новый год и даже без потайных шалашей в кустах заброшенной парковой зоны. Было наверняка что-то другое…

– Илья, а как ты обычно Новый год празднуешь? – не выдержала Лиза.

– До конца года еще больше месяца, – возмутился Илья почему-то. – Может, ты и список подарков уже написала?

– Как, а ты еще не закупился? – Елизавета ехидно сверкнула глазами. – И черную пятницу пропустил? Да ты просто слабак!

– В этом году мы празднуем в Италии, – сообщил вдруг Илья. – Там не так холодно, как в Москве.

– Мы – это кто?

– Мы – это весь целый я, – туманно ответил Илья. – И еще с шестьдесят шестого по восьмидесятый этаж.

– Кто? – не поняла Лиза.

– В понедельник увидишь.

И глаза почему-то отвел. Самое время для рабочих вопросов, конечно. Но Лизу уже понесло.

– Ой, Кощеич, а чем ты в офисе занимаешься?

– Тебе официальную версию или как? – поморщился неохотно.

– Обе, конечно, – ответила Лиза. – Я же должна быть в курсе. В общих чертах. Детали пусть позже.

– Официально мы занимаемся широкопрофильной ай-ти дистрибуцией.

– Ай…чем? – последние три слова ей не показались внушающими доверия.

– Компьютеры, комплектующие и периферийное оборудование. Индивидуальное ценообразование. Самые выгодные цены и ассортимент товаров. Гибкий подход к финансовым и кредитным условиям. – С каждой фразой вид у Ильи становился все более вдохновенным и даже немного дебильным. Того и гляди, пустит слюни. Или что-нибудь втюхает. Очень уж глазки сияют. – Дополнительно к ценовым условиям мы транслируем партнерам рибейты и бонусы производителей. За время работы наша компания смогла выстроить прочные партнерские отношения со всемирно известными производителями. На данный момент в портфеле компании четырнадцать вендоров.

– Долго зубрил? – осторожно поинтересовалась ехидная Лиза.

– У меня память хорошая! – радостно выдохнул Кощеич. – Перевод тебе нужен?

– Погуглю потом, – отмахнулась, все еще под впечатлением от услышанного. – А неофициальная версия так же помпезна?

– Ну… это как посмотреть, – и совсем взгляд потупил.

А вот это уже интересно. Или нет? Чувство Лизиного самосохранения вопило как сигнализация. Беги! А куда? И зачем… В банке квакать опять? Жить серой жизнью, отказавшись от приключений? А вдруг это шанс? Эту мысль качественно додумать она не успела.

– Видишь ли… – Илья вдруг продолжил с внезапной серьезностью. – Мир не так прост.

Когда мужики издалека так заходят, всегда жди какой-либо гадости.

– Те, кого отец собрал у себя под крылом, только малая часть. В общем… есть некое подобие мирового государства волшебы. Иных, колдунов, магии… как хочешь, так и называй. Есть законы.

– Которые папенька твой не особенно соблюдает, – прозорливо заметила Лиза.

– Он их старательно не замечает, – ухмыльнулся Илья. – Но в разумных пределах.

– А ты тут при чем? – ей не хотелось выслушивать лекцию о сотворении мира, стоя на улице, под ледяным то ли снегом, то ли дождем.

– Я дист… – поймав укоризненный взгляд собеседницы, Илья тут же исправился: – поставщик специального компьютерного оборудования сразу нескольких брэнд… компаний. Маготехнического характера. Это другое.

– И как тебя угораздило? – вяло поинтересовалась, скорее для поддержания разговора. Замерзла.

– Я интуит, – веско ответил Илья. – Наши… поставщики конкурируют, скажем так, по законам военного времени. Свет, Тьма, Инквизиция. Случается всякое. То порталами партию перенаправят, то просто сожгут. Но – не у нас. Сделки, заключенные через меня, не срывались ни разу. Имморты² – гарантия качества.

– Поразительно! – почти искренне восхитилась Елизавета. – Никогда о твоих этих мортах не слышала.

– Обычно такой дар у ведьм, – охотно пояснил Илья. И кто Лизу за язык тянул? Теперь будет мерзнуть и слушать еще одну сказку. – У матушки была очень сильная интуиция. Больше мне от родителей почти ничегошеньки и не досталось. Пришлось поневоле учиться, тренировать память, интуицию и…

– И мускулатуру, – хихикнула Елизавета, ткнув его в бок. И за руку потянула вперед, недвусмысленно намекая на окончание их прогулки. Хотелось в тепло и пожрать.

– О, это само собой, – он очаровательно улыбнулся. – Бессмертие и красота – самый первый мой капитал.

_____________________________________

¹Имеется в виду знаменитая фраза Эллочки-людоедки, – второстепенной героини сатирического романа Ильи Ильфа и Евгения Петрова «Двенадцать стульев».

² Имморты от лат. immort – бессмертный. Название компании И. Бессмертных.