ГЛАВА 33

Атти

Тем временем с неба на внезапно ставшую просторной поляну принялись приземляться драконы и, коснувшись лапами снега, превращались в людей. Кто-то бежал в нашу сторону, кто-то направился в дверной проем-раму, из которой уже торчали любопытные макушки Елика, Коти и феи.

– Детки, домой быстро, – прикрикнула на любопытствующих детей женщина в черных обтягивающих брюках и короткой шубке, едва доходящей до талии. – Бабушка принесла вкусняшек! И вы мне как раз расскажете, что здесь случилось.

Даже родительница Дарка и Дункела появилась в лесу драконицей – что за несправедливость? Кажется, осознание, что на весь Затаенный лес только двое не смогли поменять человеческую форму на драконью, вывело меня из оцепенения и тут же накрыло злостью, которую я и выплеснула в далекую-предалекую макушку исполина, отряхивающего ветку от угольков-иголочек.

– Чем, скажи, должен был провиниться Дункел, что ты почти позволил этой чокнутой его прикончить? Он что, ваш лес спалил дотла? Или саженцы косил направо и налево? Почему ты не помог раньше?

Меня буквально трясло от ярости и от осознания, что еще немного, и Дункел бы погиб, а вместе с ним и мы трое: перед глазами все еще стояла струя пламени, а на в нос бил запах подпаленных волос – кажется, я или лишилась челки, или бровей с ресницами, иначе от чего взяться такому навязчивому запаху.

Вмиг все драконы, что суетились вокруг, помогая выбраться из снега Дарку и Рите, заковывая в какие-то браслеты, а после загоняя в золотую клетку Луору, организовывая для Дункела носилки – все они замолчали, с беспокойством взглянув сначала на истерящую меня, а затем на высоких исполинов. В глазах большинства был испуг, причем больше, кажется, от моего непочтительного и фамильярного обращения к елям, чем от осознания, что нам все грозила реальная опасность.

– Дорогая, все было не так плохо, – обратился ко мне пожилой мужчина с ясными серебристыми глазами и мягкой улыбкой, единственный, пожалуй, кто не являлся драконом – его в лапах принесла «бабушка».

– Было бы не так плохо, если бы Дункел сразу смог обратиться драконом и дать отпор этой зеленой ящерице! – поток негодования лился из меня так стремительно, что я даже при всем желании не смогла бы заткнуться, если бы захотела, но, видит Бог, я не хотела. – И ему не пришлось удерживать это чудовище за хвост вместо того, чтобы просто откусить его!

По ужасу, который застыл на лицах драконов, я, конечно, поняла, что описывая альтернативный вариант событий, немного перегнула палку, но, в отличие от драконов, я была ребенком мира, где компьютерные игры предполагали и не такие варианты, а несколько раз просмотренный «Парк Юрского периода» вообще здесь приняли бы за великий кошмар нации. Потому я не прониклась их ужасом – для меня ужас был только что и он не завершился, потому что Дункел, как не крути, еще не пришел в себя.

Вдруг дерево, к которому я столь непочтительно обращалась, тряхнуло разом всеми иголками и принялось мелко трястись, разбрасывая вокруг мелкие снежинки. Возникшее резко недоумение тут же сменилось вздохом облегчения, а я догадалась, что дерево изволило смеяться, оценив, видимо, иронию ситуации, когда я кровожадно предлагала варианты расправы над драконицей, находясь в тот момент в кругу не мене десятка драконов, и не факт, что все они были родственниками Дункела и Дарка.

– Большая Ель просит простить за промедление, – проговорил один из мужчин, что стоял рядом с нами и магией что-то делал вокруг Дункела, когда елка «отсмеялась» и несколько раз потрясла веткой, на которой были сожжены почти все иголки. – К сожалению, скорость их передвижения от центра леса к окраине не слишком высокая, а порталы там не открываются.

Я по-умному кивнула, выловив в переводе знакомые значения, которые не убавили мой гнев, а наоборот, всколыхнули еще сильнее.

– То есть здесь можно было открыть портал и вытолкать эту зеленую плесень подальше?

– Но-но, бесперспективная, прошу не оскорблять своими плебейскими ругательствами потомственную драконицу! – рыжая даже в наручниках и из клетки умудрялась сыпать высокомерием и снобизмом, отчего и ее хотелось припечатать чем-нибудь тяжелым, а лучше вообще отправить на виртуальный остров динозавров в момент пробуждения последних.

– А тебя, потомственная драконица, вообще следовало запереть на острове и лишить крыльев, чтобы улететь не смогла и не портила жизнь нормальных людей. Да вообще, что такого нужно было сотворить, чтобы из-за тебя остальных так наказывали?

Ну, а что? Кто ее за язык тянул? Промолчала бы, и я бы еще не скоро на нее переключилась, изливая истеричные претензии на еловую братию, все же спасшую нас от огня этой ненормальной.

– Поверьте, дорогая, это всем хотелось бы узнать, – заверил меня все тот же седой мужчина и, сняв с себя меховую куртку, подложил под голову Дункела, чем тут же заслужил сто очков к карме. – За пять лет я от внука слышал только не слишком вразумительный рассказ про страшные игрушки. Сын, – обратился он к тому, что только что переводил слова ели, – вот тут подправь, а то носилки кренятся влево.

Внука? Так это, получается, дед Дункела и Дарка? А переводчик, стало быть – отец. Ничего себе я тут с семьей познакомилась! Даже икнулось от неожиданности.

Ну а взгляды всех драконов и Риты переместились на Луору, которая, осознав, что стала центром внимания, скрестила руки на груди и с презрительной усмешкой поджала губы, демонстрируя полное нежелание что-либо разъяснять. Стало интересно, а в голове у девицы эти драконы поковыряться смогут, чтобы выяснить, что там такое произошло?

Не знаю на счет драконов, но дерево, видимо, в голове ковыряться умело, потому что на мои мысли снова затряслось мелко-мелко и снова всех обсыпало снежинками. Правда потом снега стало больше, он вихрем пронесся вокруг Луоры, а затем переместился на просторную часть поляны, где взметнулся вверх и растекся в стороны огромным белым полотном, на котором замелькали снежные образы: Луора, Дункел, Дарк, елки…

Кажется, нам собирались показать «фильм» с участием этих лиц. Даже холодок пробежал по спине от нетерпения и беспокойства: что же на самом деле приключилось.