Глава 6

Я предполагала, что на близнецов будут обращать повышенное внимание, но чтобы настолько… Зачем шарахаться-то? Ну бледные слегка, ну красноглазые. Они же шли молча, на прохожих не бросались, зубы не скалили… – Это уже слишком… – пробормотала, когда косматый дед в лохмотьях начал креститься. – Им самим не стыдно? Даже мне стыдно стало за их бесцеремонное поведение. – Что творится-то, люди добрые! – заголосила женщина, придерживая одной рукой ляпистый платок на голове, другой тряся в воздухе. – Нечисть средь белого дня разгуливает! Куда стража смотрит?! – И всегда такая реакция? – спросила у Тиля украдкой. – Нам без разницы, мы привыкли, – равнодушно отозвался он. – Но если вас напрягает, лучше было попросить повелителя пойти с вами, – произнёс Акай и его слова царапнули душу. Меня действительно напрягало происходящее. Хотелось вернуться в башню и никогда больше её не покидать, но… почему я должна? Почему меня должны уязвлять взгляды и слова незнакомых мне людей? Пусть болтают, что им вздумается. – Я собиралась печь и приготовить жаркое… и без продуктов не уйду, – ответила, как можно непринуждённее, воинственно передёрнув плечами. На самом деле я понимала, что люди попросту боятся. Но разве истошные вопли могут их спасти? К тому же во всём Фоэррате нечисти отродясь не водилось. Оборотни – да, аякаси, но их не видно человеческому глазу, но вот чтоб прямо нечисть – никогда. Зачем же так преувеличивать? Дядя учил: относись к окружающим так, как хочешь, чтобы относились к тебе. Поэтому я старалась не показывать страха и держала свои мысли при себе, а язык за зубами. Конечно, может потому, что знала наверняка: обитатели башни не причинят мне вреда. Повелитель отдал чёткий приказ, вряд ли они посмеют противиться его воле. Интересно, как бы я сама отреагировала на близнецов, не имея такой уверенности? Стала бы кричать как эти люди? Верится с трудом. Скорее, я бы просто поспешила уйти или дождалась пока порождения тёмной энергии сами пройдут мимо и скроются с глаз. – Это же прислужники Тёмной башни… – зашептал кто-то в толпе, что расступалась перед нами, опасливо косясь. – Их нельзя трогать. Коснёшься и рассыплешься прахом… Неосознанно скрипнула зубами и, вполне, осознано, даже демонстративно, взяла Акая за руку. … прикосновение обжигало могильным холодом, но не причиняло вреда. Остановилась и развернулась к нему лицом. – У тебя что-то на щеке, – произнесла с улыбкой и стёрла большим пальцем невидимую грязь на белоснежной коже. – Так лучше. … люди начали креститься ещё активнее. – Госпожа… – глухо произнёс близнец, гипнотизируя меня пристальным взглядом горящих рубиновых глаз. – Что вы делаете? Вы не в себе? – Похоже на то, – усмехнулась и махнула рукой. – Идёмте, нам туда. Как ни странно, настроение заметно улучшилось. Во мне взыграло давно забытое чувство ответственности. Ответственности за другого. Я привыкла заботиться о младших, защищать их по мере сил и возможностей и сейчас то же самое чувствовала по отношению к близнецам. Они хоть и казались жутковатыми, в то же время выглядели уязвимыми и одинокими. … одиночество было почти осязаемым. От него щемило сердце… Я шла вдоль торговых рядов, полностью сосредоточившись на процессе, на том, что мне нужно. Торговалась за картошку, купила кусок мяса, радуясь, что перед тем как прийти на рынок, разменяла деньги на мелкие. Достань я золотой, никто бы не понял, зато вмиг появились бы желающие завладеть им. – Подержи корзину, – попросила, выбирая свёклу и морковь. Жаркое – это хорошо, но надо бы и суп приготовить. Кто-то из близнецов безропотно забрал ношу. – Ещё бы хорошо томаты найти и зелень, – произнесла, протягивая торговке деньги. – А за мукой в лавку сходим, там и остальные ингредиенты для выпечки купим. – Вот, милая, возьми, – проскрипела старуха, дрожащей рукой протягивая сдачу. – Пусть Светлый Бог Агар убережёт тебя от беды. Не дело это в компании чудовищ разгуливать. Они ж не люди… На моих губах растянулась широкая улыбка. – Я знаю, бабушка. Знаю, – ответила добродушно, но когда попыталась забрать монетки, старая схватила меня за ладонь, впиваясь ногтями в кожу. – Вы, что творите? Отпустите! – воскликнула, пытаясь вырвать руку. – Они высосут твою душу, – зловеще прошипела старуха, скаля гнилые зубы. Уловила боковым зрением движение и дёрнулась со всей силы, в последний момент успев схватить Тиля за плечо. – Не трогай её… – выдохнула сипло, ощущая, как в ушах грохочет сердце. – Всё хорошо, она мне ничего не сделала. Глаза беловолосого близнеца полыхнули тьмой. – Нам велено защищать вас, – безэмоционально произнёс он, а я едва не застонала от досады и безысходности. Опасная у меня охрана, от них самих защита нужна. – Эта смертная ранила вас, – бесстрастно констатировал Акай, глядя на мою руку, – и должна понести наказание. Я нервно усмехнулась. – Ерунда. Всего-то пара царапин. Пойдёмте уже, – я забрала корзину из его рук и развернулась, собираясь поскорее купить оставшиеся продукты и убраться с рынка. Слишком здесь людно. … но близнецы не сдвинулись с места. – Послушайте, – вздохнула тяжело. – Не нужно никому мстить просто так. Вы же должны слушаться меня, верно? – братья синхронно кивнули. – Вот и слушайтесь, – припечатала строго. – Всё. Идём дальше. На этот раз они последовали за мной. А меня всё ещё потряхивало от всплеска адреналина. Надо в будущем как-то учитывать подобные ситуации и постараться избегать их. – Ты ещё пожалеешь! – прилетели в спину слова старухи. – Вот увидишь, настанет день, и эти твари выпьют тебя досуха! Я запнулась на ровном месте. В груди всколыхнулась злость, но я легко погасила эту вспышку. Выдохнула и улыбнулась. – Не обращайте внимания. Вы не твари, – произнесла спокойно и пошла вдоль рядов дальше. Искать томаты. И лук… В какой-то момент я и сама перестала обращать внимание на чужие настороженные или откровенно испуганные взгляды, перестала слышать, что шепчутся за спиной. Всё это неважно. Если буду регулярно приходить сюда в сопровождении близнецов, вскоре люди привыкнут. Такова их природа – привыкать ко всему. Купила всё необходимое и отправилась в лавку за мукой. Очень хотелось зайти в пекарню к Лизе, но для начала отправлю письмо. Подготовлю её морально, а там и проведать зайду. Даже любопытно стало, как она отреагирует на существ Тёмной башни, что скажет на это. Хлеб решила испечь сама, не зря же работала столько лет. А вот буженину на бутерброды купила. Появилась идея сходить с подчинёнными дракона на пикник. Правда, я не знала, как они это воспримут. Что ж… вот и узнаю. С чего-то же нужно начинать нашу дружбу. Иначе, как мы сможем сосуществовать в одной башне? У дверей лавки я попросила близнецов остаться на улице, чтобы не пугать хозяина. Быстро купила всё необходимое и, вручив сумку Тилю, так как Акай держал корзину, повернула за угол на улицу, что вела прямиком к пункту службы доставки. Близнецам вновь пришлось ждать на улице, но отправка писем не заняла много времени. Адреса я написала заранее. – Осталось последнее дело, – произнесла, виновато улыбнувшись. – Потерпите ещё немного. – Как мы сказали ранее, нам всё равно, – произнёс Акай. А я обратила внимание, что они всегда говорят про себя «мы», будто они и правда одно целое. Никогда ещё из их уст не звучало «я». – Хорошо. Тогда заглянем в место, в котором я жила раньше. Там остались некоторые мои вещи, я бы хотела их забрать. Близнецы молча подчинились, а мне даже стало немного грустно. Похоже они действительно не испытывают никаких эмоций, им ничего не интересно, нет возражений, просто выполняют приказы. Хотелось хоть немного растормошить их… У серого угрюмого дома на Перекрёстной улице поджидал неприятный «сюрприз». Жена хозяина таверны. Я сразу её узнала. Но сейчас пышногрудая жгучая брюнетка выглядела хуже обычного. Лицо выражало неподдельную тревогу, лихорадочный взгляд метался по двору… Я вздохнула, не желая показываться ей на глаза. Понятно ведь, кого именно она поджидает. Наверное, ублюдок-Грэм рассказал о том, что произошло, когда пришёл в себя. Наверняка его ночь была кошмарной. – Госпожа? – позвал Тиль, видя мою нерешительность. – Нам убить её, госпожа? – равнодушно спросил Акай, проследив за моим взглядом. – Мы чувствам страх, что этот человек вызывает у вас. – Нам это не нравится, – бесстрастно добавил Тиль. Ни один мускул не дрогнул на его, будто восковом лице. Я сглотнула, судорожно пытаясь взять себя в руки. Ещё убийства по моей вине не хватало. – Эта женщина не сделала мне ничего плохого, но вот её муж… На меня нахлынули воспоминания, поэтому я испугалась, – призналась, выдавливая из себя улыбку. – Не трогайте никого просто так. Пожалуйста… Мне будет грустно, если вы совершите ошибку. Давайте возвращаться, заберу вещи в другой раз, – я уже развернулась, как меня окликнули. – Элла?! Это же ты! Подожди всего минуту! Я обречённо вздохнула и повернулась обратно, глядя на бегущую ко мне жену хозяина таверны со смесью жалости и раздражения… – Элла… – взмолилась она, пытаясь схватить меня за руку, но я проворно её одёрнула и спрятала за спину. Близнецы незаметно выросли прямо передо мной, заслоняя собой и оттесняя взвинченную женщину. – Грэм всё мне рассказал, – упавшим голосом произнесла она, роняя руки вдоль туловища, словно безвольные плети. – После того, как пришёл в себя после кошмарной ночи. Он совсем не может спать. Кричит и стонет, мечется. Это… страшно… Я поёжилась, передёргивая плечами. Ненавидела, когда во мне пытались вызвать сочувствие и жалость. – Зачем вы мне говорите это? Женщина вскинула на меня взгляд полный жгучей ненависти. При этом близнецов она будто вовсе не замечала. – Разве он стал таким не по твоей вине? Прошу… пойдём со мной, исправь то, что натворила. Мои брови изумлённо поползли вверх. – Простите, что? Я натворила? – даже веко нервно дёрнулось. – Вам не стыдно говорить мне такое после того, как ваш муж ударил меня и пытался изнасиловать? Или этого он вам не рассказал? – поинтересовалась язвительно, не скрывая сарказма. В груди клокотала обида. «Несправедливо! Почему снова страдаю я?!» – Он не мог… – дрожащим голосом вымолвила она, отступая. – Не мог! Ты всё врешь! – воскликнула яростно, сжимая ладони в кулаки. С моих уст слетел грустный смешок. – Зачем мне это? Прошу прощения, но мне больше нечего вам сказать. Я не хочу иметь с вами и вашим мужем каких-либо дел. Разбирайтесь сами. – Развернулась, собираясь просто уйти, пока не сорвалась, не наговорила лишнего, пока не разрыдалась позорно, под давлением воспоминаний минувшей ночи. – Бессердечная дрянь! – прилетело в спину. – Грэм долго не протянет, а у нас дети! Как я буду одна их содержать?! Я закаменела. Горло сдавило спазмом и мне пришлось сделать шумный вдох, чтобы суметь проглотить вязкий душащий ком. – Мне жаль ваших детей, – произнесла глухо, обернувшись через плечо. – Но вы зря потратили время. Я не могу просить повелителя Тёмной башни снять с вашего мужа «проклятье». Ему такое не понравится… – Пове-лителя башни? – запинаясь, выговорила несчастная. – Всего доброго, госпожа, – вымолвила, ощущая себя неуютно, и поспешила уйти. Близнецы безропотно последовали за мной, успокаивая и вселяя надежду, что жена Грэма не побежит следом, не станет умолять меня ради своих детей. Завернув за угол и сбежав по склону к Центральной улице, я остановилась. Жалость и тревога сдавливали грудную клетку. Сомнения уже проникли в разум, ещё немного и захочу помочь им, потому что перед детьми никогда не могла устоять. «Нельзя», – приказала себе твёрдо, выпрямляясь. Акай неожиданно ткнул пальцем в моё лицо, заставив меня недоумённо моргать. – Что это? – спросил безэмоционально, глядя на свой палец, на подушечке которого блестела влага. Я машинально провела по щеке ладонью. – Это слёзы, – снисходительно усмехнулась, наконец поняв, о чём он. – Люди плачут, не знали? Близнецы, не сговариваясь, помотали головами. Подавила вздох и, возобновив шаг, начала объяснять, посчитав это своим священным долгом. Обитатели башни не должны жить в неведении. А там, глядишь, и очеловечатся. Хоть немного. – Люди плачут, когда испытывают сильные эмоции. Страх, обида, сожаление, разочарование. Когда расстраиваются. Мужчины плачут реже, – улыбнулась непринуждённо. Судя по сведённым бровям, близнецы усиленно обдумывали мои слова. До чего же они забавные. И несмышлёные. – Выходит, та человечка обидела вас? – заключил Тиль. – Надо было всё же убить её, – задумчиво изрёк Акай, а мои глаза изумлённо распахнулись. – Вам бы только убить кого-нибудь! А ну прекращайте! – пригрозила строго, несильно шлёпнув брюнета по плечу. – Что за несносные мальчишки… – проворчала, перекидывая косу на спину. – И чего застыли? – не поняла я, обернувшись на близнецов.* – Вещи потом заберу, не такие они важные. Спокойно пошла вперёд, соображая, как нам лучше выйти к заброшенному храму. Братья послушно следовали за мной, неся корзину и сумку с продуктами. Жаль не существует пособия по воспитанию аякаси. Мне бы пригодилось. Так ненароком и правда кого-нибудь убьют. Чувствую себя очень опасной и роковой девушкой. С такой-то защитой и врагов не надо… Моё внимание внезапно привлекла витрина ателье. За стеклом были выставлены шляпки, шейные платки и ленты. Прекрасные атласные ленты для волос. Я почему-то подумала о храмовнике. Было бы чудно собрать его серебристые локоны и подвязать одной такой лентой. Алой. – Давайте зайдём на минуту, – предложила, остановившись. – Если что-то приглянется, говорите. Близнецы не могли мне возразить, наверное, даже если бы хотели. Конечно, я не собиралась пользоваться их безмолвным подчинением, но перчатки купила. Тилю чёрные, Акаю белые, чтобы контрастировали с волосами. Приобрела две ленты для Эллара и шейный платок для Лиена глубокого кобальтового цвета, в тон его глаз. А вот для повелителя ничего выбрать не смогла. Но не могу же я вернуться без подарка для него? Это будет нечестно, всем же купила… К моему счастью через дорогу находилась ювелирная лавка. Ощутив предвкушение, смело шагнула в неё, забыв, что близнецы следуют за мной. Торговец едва не грохнулся в обморок. Я не ожидала такого поворота, потому что хозяйка ателье оказалась с крепкими нервами, да и меня близнецы уже не пугали. Привыкла… – Ну что же вы… – вздохнула обречённо, обмахивая несчастного рукой. – Взрослый же мужчина, а такой впечатлительный. – Ты… – зашипел он, пытаясь подняться по стенке, по которой пару секунду назад некрасиво съехал. – Дьявольское отродье! – Элла, – невинно улыбнулась в ответ. – Приятно познакомиться. Торговец оторопело захлопал глазами, а я поспешила, пока до него не дошло. – Мне нужны мужские запонки. В подарок. – Да-да… – растерянно протянул он и, обойдя аякаси по широкой дуге, зашёл за прилавок. Мужчина не попытался меня обмануть. Показал бюджетные экземпляры с искусственными камнями, за которые не попытался задрать цену. То ли понял, что денег у меня немного, то ли побоялся рисковать. Всё на близнецов испуганно поглядывал, а меня так и подмывало сказать: не бойтесь, они не кусаются, заглатывают целиком… Через минут десять я стала счастливой обладательницей серебряных запонок с крупными чёрными кристаллами. – Да-а… – протянула удовлетворённо. – То, что нужно, – улыбнулась и, спрятав бархатную коробочку в карман платья, повернула к часовне. Скоро окажемся дома… *пр.автора: мне уже жаль этих добряков :D Земля вам пуховик, ребята. Это только начало)))