Глава двадцатая

Месяц наших поисков и дорог завершился успехом. Я, на гнедой кобыле, и Горд, на чёрном мерине, везущий за плечом неизменную сумку с Ллойдом, стояли перед величественным замком, какие я видела только на картинках в книжках, да и то это были сказки! Лесная дорога привела меня к моей единственной, оставшейся в живых, родственнице по маминой линии Девириэль Светлоокой, троюродной тёте моей матери. Почему-то сведений о других родственниках практически не было: во всех архивах нам отвечали кратко:" Скончался". Возле ворот замка стоял крестьянский обоз, который никак не хотел пропускать внутрь человек в зелёной униформе. – Дар Девириэль запретила вам въезд, несс Тимион, мы с вами больше не торгуем! – по-эльвински сказал зелёный, а вам что нужно, тессы? Благотворительностью мы занимаемся в начале каждого месяца, вы немного опоздали! – Уважаемый тесс, – также по-эльвински ответила ему я, – доложите дар Девириэль, что её хочет видеть её родственница, дар Эллирея Светлоокая Вакур, – я специально поставила фамилию отца последней, чтобы подчеркнуть своё происхождение. Горд с уважением посмотрел на меня, когда я заговорила на незнакомом ему эльвинском, ведь даже свои поиски я вела по-ританийски, чтобы не привлекать внимание к путешественникам из другой страны, так хорошо знающих этот язык. Но, когда мужчина в зелёном мне отвесил поклон и произнёс церемониальное приветствие:" Дар тиомэ келло!", пропустив нас во внутренний двор, Горд мне шепнул: – Далеко пойдёшь, девочка! Я рад, что в тебе не ошибся! – Я – мажордом Его Светлости графини дар Девириэль Светлоокой, подождите в гостиной, я доложу о вас, дар Эллирея и… – Тесс Горд, – подсказала я. – Тесс Горд, без фамилии? – Да, и дар Ллойд Светлоокий Вакур, – я взяла сумку из рук Горда и показала мажордому спящего сына. Я не знаю, где находилась всё это время Девириэль, но, по моему ощущению, она стояла за дверью и слушала, потому что через миг ко мне подскочила невысокая женщина в пышном платье синего цвета с огромным декольте, с уложенными в замысловатую причёску волосами, украшенными крупными чёрными жемчужинами, и замысловатыми бусами из такого же жемчуга, плотно закрученными на морщинистой шее. – Эллирея! – женщина кинулась меня обнимать. – Я не верю, что это ты! Последнее письмо из Ритании от Карониэль было пятнадцать лет назад! Я писала твоему отцу, когда погибли родители Кары, но мне никто не ответил! – Моя матушка и отец мертвы.... Я – сирота, и уже довольно давно, а писем из Эльвинии ко мне не приходило, я проживала долгое время в доме родителей. – А твой супруг? Только не говори мне, что ты родила бастарда! – А если родила, прогоните? – Шутишь? Просто нашему угасающему роду нужен наследник, а бастард… – … наследником быть не может, – я продолжила за тётю, – я немного знаю законы Эльвинии, мама пыталась просветить меня, но умерла слишком рано… Не волнуйтесь, дар Девириэль, мой сын рождён в законном браке, заключённом по всем обычаям и законам Ритании, просто я – вдова. Мой муж погиб на войне… Мы помолчали. – Девочка, называй меня тётей! Давай пройдём в столовую, ты поешь, и мы поговорим. – Мы присели за маленький обеденный столик, еду нам принёс мажордом лично. – Эллирея, для девушки из Ритании, ты не плохо образована, но для представления ко двору… – Подождите, подождите, тётя Девириэль, никаких представлений! Я еле сбежала из Вольвгандта, возможно, меня ищут, а вы хотите меня показать эльвинским аристократам, это тоже самое, что крикнуть на весь мир: "Вот она, хватайте!" – Ты что-то натворила, Эллирея? Украла, убила, совратила, предала? – В том-то и дело, что нет, но Тайная Канцелярия Вольвгандта захотела сделать меня своей шпионкой, лазутчицей, собирающей сведения о нужных людях через постель. Это было ниже моего достоинства! – Ты такая же гордая и бескомпромиссная, как и все женщины в нашем роду… Такой же была и Карониэль… – Моя гордость и бескомпромиссность не принесла мне много счастья, – я вздохнула, – но моё имя называть действительно опасно! – Эллирея, Эллирея… – о чём-то задумалась тётя. – Ты знаешь одно из правил сложных существительных эльвинского языка? – Да, каждое сложное существительное, написанное задом наперёд или без гласных букв, одними согласными, является таким же по сути существительным, как и изначальное, – я добрым словом вспомнила магистра Леогаста, заставляющего меня зубрить бесконечные правила эльвинского языка. – Вот и ответ на твою проблему! Эллирея Светлоокая Вакур превратится в дар Эриллэ Светлоокую, наследную графиню и мою племянницу! А сына твоего пока сможем прятать! Замок огромный, иногда я в нём теряюсь, а что сказать о маленьком ребёнке? – тётя лукаво посмотрела на меня. – А как обставить твоё появление, я придумаю сама! – Мой спутник Горд, он полукровка, их же не жалуют в Эльвинии… – После вашей войны к нам хлынуло в качестве беженцев столько разнообразного люда, что одного полукровку мы найдём с тобой, чем занять! А пока спать! – Спокойной ночи, тётя! – я зашла в отведённые мне роскошные покои и сразу легла на застеленную кровать, но уснуть мне не дали: пришла горничная и принесла мне мои вещи и чистую рубашку, расшитую эльвинским кружевом. – Дар Эриллэ, Ваша ванна готова. Я сняла тюрбан, и глаза горничной округлились. Моя голова продолжала оставаться девственно чистой, даже признаки новых волос на ней не появились. Когда горничная ушла, я погрузилась в ванную и, впервые за долгие месяцы, расслаблено выдохнула.