Глава 22 Эпилог
Лето. Сосновка
Стою перед зеркалом и не узнаю себя. Белое простое платье облегает округлившийся живот, волосы украшены полевыми ромашками, которые я собрала утром на лугу. В руках букет васильков и колокольчиков, никаких роз, только то, что растет здесь, в нашей Сосновке.
Да, в нашей Сосновке. Наша свадьба. Сегодня я выхожу замуж за Женю.
Я долго откладывала этот день, говорила, что подождем, поженимся после родов, когда я приведу себя в порядок. А он упрямо качал головой: «Моя беременная жена будет в белом платье. Какой бы ты ни была – ты прекрасна».
И вот этот день настал.
– Танюш, ну ты и красотка! – Ирка поправляет ромашку в моих волосах, которая норовит упасть. – Счастливая какая! Так и светишься изнутри!
Она приехала вчера из Москвы и привезла с собой целую команду: фотографа, визажиста и даже регистратора для выездной церемонии. «История должна быть задокументирована! – заявила она. – Сказка про Золушку и ее принца!»
За окном слышны смех, музыка, голоса. Вся Сосновка собралась у нас во дворе. И не только старожилы, за последние месяцы деревня преобразилась до неузнаваемости.
После выхода моего блога и статьи сюда потянулись люди. Сначала из любопытства, потом – влюбившись в это место. Они покупали старые дома за бесценок, реставрировали их, переезжали на лето или навсегда.
Дом напротив купила семья из Петербурга – он айтишник, она художница. Работают удаленно, растят двух дочек. Старый дом Федосеевых приобрели московские пенсионеры, которые всю жизнь мечтали о деревне.
По улицам теперь гоняют на велосипедах дети – местные и приезжие. У реки построили настоящий пляж с раздевалками. В центре деревни появилось небольшое кафе, где подают борщ и блины. Молодежь купается в реке, устраивает пикники, играет в волейбол.
В магазине Люси выстраивались очереди из дачников, поэтому пришлось открыть еще и лавку с местными продуктами – медом, творогом, молоком, яйцами, вареньем. А самогонка сестер Поляковых стала настолько популярной, что они официально оформили производство настойки на травах.
Даже почтовое отделение возобновило работу – раньше сюда приезжали раз в неделю, а теперь почтальонка Галя живет прямо в деревне.
Женя добился того, чтобы провели нормальную сотовую связь. Пришлось побегать по кабинетам, но результат того стоил. Теперь интернет ловит в любой точке, даже в лесу. Я могу вести блог, не отрываясь от новой жизни. Берем лучшее из двух миров.
Мы переехали сюда в начале весны, как только потеплело. Пока живем в доме Михалны, к нему я сильно прикипела. Женя отремонтировал крышу, поменял окна, провел водопровод в санузел. Я обустроила рабочий уголок у окна с видом на поле – именно там я пишу свои посты. По утрам я пью травяной чай на крыльце и слушаю пение птиц. Генрих стоит на подоконнике и, кажется, доволен переменами.
А еще с нами живет Маруся. Официально. Дядя Митя подарил ее нам на новоселье со словами: «Пусть ребенок с детства привыкает к живности». Теперь она каждое утро будит нас своим блеянием, требует завтрак и очень ревнует, если мы слишком долго обнимаемся.
Женя строит нам новый дом, почти рядом, земли много, этот будет с видом на лес. Сам чертит проекты, сам заказывает материалы. Хочет сделать большую веранду, детскую комнату с панорамными окнами, мастерскую для меня. «Будет готов к рождению малыша», – обещает он.
А еще Женя открыл свое дело – экоферму, его бизнес-план оказался интересен инвесторам. Завел породистых кур, коз пуховых пород. Оказалось, что это ему гораздо ближе, чем любая городская работа. Встает с рассветом, работает на земле, радуется как ребенок каждому куриному яйцу.
А спрос огромный! Те же дачники готовы платить хорошие деньги за натуральные продукты. У него уже есть постоянные клиенты в Москве, куда он раз в неделю ездит с фермерской продукцией. Планирует открыть интернет-магазин и организовать доставку.
– Все, красавица, пора! – Ирка берет меня под руку. – Твой принц ждет!
Выхожу из дома и замираю. Во дворе столько людей! Вся деревня в сборе – от мала до велика. Дядя Митя в парадном костюме (который, как выяснилось, хранился в сундуке с нафталином еще с советских времен), рядом с ним сияет Люся в розовом платье. Они объявили о своих отношениях месяц назад, и теперь дядя Митя ходит при полном параде и философствует о том, что «любовь – она как самогонка: чем дольше настаивается, тем крепче становится».
Сестры Поляковы в одинаковых синих нарядах держат в руках гармошку и балалайку. Новые жители Сосновки с детьми и телефонами, направленными на меня, расположились на лавочках.
А в центре, у импровизированной арки из березовых веток и полевых цветов, стоит Женя. При виде него сердце готово выпрыгнуть из груди.
Он в светлом костюме, без галстука – просто белая рубашка с расстегнутым воротом. Волосы слегка растрепаны ветром. И улыбка… такая счастливая, такая влюбленная, что у меня подкашиваются ноги.
– Дыши глубже, – шепчет Ирка. – И не споткнись!
Медленно иду к нему под мелодию «Подмосковных вечеров», которую играет на гармошке дед Поликарп. Все смотрят на меня, улыбаются, кто-то вытирает слезы. Слышу, как дядя Митя говорит Люсе: «Красота-то какая! И пузо не портит, а только красит!»
А я вижу только его. Только Женю, который ждет меня у алтаря из веток и цветов.
Рядом с аркой важно стоит Маруся. На шее у нее ленточка с привязанной к ней коробочкой – там наши кольца. Конечно же, это идея Ирки. «Коза-свидетельница! Это же так символично!»
Но когда я подхожу к Жене, Маруся вдруг решает, что церемония ей наскучила. Разворачивается и важно идет к калитке, явно намереваясь прогуляться по деревне. С нашими кольцами.
– Маруся! – шепчет Женя. – Стой!
Но коза не обращает на него внимания. Дядя Митя суетится, пытается ее поймать, но Маруся ловко уворачивается.
– Мэ-э! – довольно говорит она и ускоряет шаг.
Вся свадьба замирает. Гости переглядываются. Регистратор в растерянности листает свои бумаги.
– Стоять! – кричит дед Поликарп и бежит за козой с гармошкой наперевес.
В итоге Марусю ловят всей деревней. Дядя Митя хватает ее за ленточку, Люся придерживает коробочку с кольцами, а сестры Поляковы отвлекают козу укропом.
– Артистка! – смеется Женя, снимая с ленточки коробочку. – Хотела побыть в центре внимания!
– Это она репетировала побег, – шучу. – На случай, если ты передумаешь.
– Не передумаю, – серьезно говорит он и целует мою руку.
Церемония продолжается. Мы говорим клятвы. Женя обещает любить меня в горе и радости, в богатстве и бедности, в болезни и здравии. А я обещаю то же самое, и голос дрожит от эмоций. Слезы текут по щекам, но я не вытираю их. Пусть весь мир видит, как я счастлива.
– Объявляю вас мужем и женой! – торжественно произносит регистратор.
И Женя целует меня так нежно, так любовно, что я забываю обо всем на свете. Аплодисменты, поздравления, объятия. Дядя Митя плачет в открытую, Люся вытирает ему глаза платочком.
– Женька, – всхлипывает он, – доченька моя дорогая нашла свое счастье! А мне и помирать не страшно теперь!
– Дядь Мить, не говори глупости! – смеется Женя. – Ты еще правнуков нянчить будешь!
– Правда! – кивает дядя Митя. – Буду им сказки рассказывать. Про то, как жизнь переворачивается, когда любовь приходит. Как у тебя с Танечкой получилось.
Сестры Поляковы запевают песню «Горько!», и все подхватывают. Маруся, довольная вниманием, важно жует ромашки с арки.
– Ну что, подруга, – Ирка обнимает меня, – счастлива?
– Безумно!
– А здесь, случайно, нет какого-нибудь холостого мужика? – она оглядывается по сторонам. – Может, и мне так повезет?
– К нам тут недавно новый ветеринар приехал, – вмешивается дядя Митя. – Молодой, красивый. Только вот характер у него, говорят, сложный. Но ты же журналистка, справишься!
– Где он? – тут же оживляется Ирка.
– Да вон там, с краю стоит. В очках. Зовут Антон.
Ирка оборачивается и замирает. А я вижу, как молодой мужчина в очках тоже смотрит в нашу сторону и краснеет.
– Ох, кажется, у нас будет еще одна свадьба, – шепчу я Жене.
Вечером мы сидим за накрытым столом у дома – я, Женя и наши гости. Пьем чай, едим пироги, которые испекли сестры Поляковы. Рассказываем истории, смеемся. Маруся дремлет у моих ног, изредка поглядывая на меня – мол, не забыла ли покормить?
– А знаешь, – говорит дядя Митя, обнимая Люсю, – я вот думаю: жизнь – она как река. Течет себе, течет, а потом бац – поворот! И уже не знаешь, куда она тебя понесет. Вот Женька думал – все, пропал, сбежал в деревню. А оказалось – домой вернулся. К своему счастью.
– А Танечка думала, что едет в командировку, – подхватывает Люся. – А она ехала за судьбой!
– Вот именно! – кивает дядя Митя. – Судьба – она хитрая. Не сразу показывает, что задумала. Сначала напугает, потом запутает, а потом как даст – и понимаешь: все правильно было. Все к этому шло.
Смотрю на мужа, на этого удивительного человека, который изменил мою жизнь. На нашу деревню, которая стала моим домом. На друзей, которые стали моей семьей. Кладу руку на живот, чувствую, как малыш толкается.
Смотрю на звезды над Сосновкой, на наш дом, на деревню. Слушаю тишину, которая больше не пугает, а обнимает. И думаю: иногда нужно потеряться, чтобы найти себя. Иногда нужно убежать от одной жизни, чтобы прибежать к другой.
Лучшей. Настоящей.
Я больше никуда не бегу.
Я дома.