Глава одиннадцатая. Настоящее

На следующее утро Ада и Марк прогуливались по жилому комплексу.

– Я с детства мечтал победить смерть. Думаю, большую роль сыграл тот факт, что мой отец был врачом. Я видел смерть своими глазами, видел ту боль, которую испытывал он, когда уже ничем не мог помочь человеку. В такие моменты я верил в то, что смогу изменить всё. Жизнь связала меня с Николасом Егорсоном, который стал моим учителем и другом. Он открыл для меня мир науки и алхимии. Николас верил в легенды и полжизни потратил на поиски растения, дарящее бессмертие.

– Расскажи мне легенду о нём, – попросила Ада, поглаживая ладонь Марка.

Парень улыбнулся.

– Ты заслуживаешь её услышать. Много веков назад на земле жили двое влюблённых. Они вместе искали путь к исцелению, мечтая о мире без страданий и болезней. Но однажды девушка смертельно заболела. Мужчина отчаянно искал средство, чтобы её спасти, но всё было бесполезно. В самую последнюю ночь, когда дыхание любимой становилось всё тише, он поднялся на вершину утёса, откуда лучше всего видно звёзды, встал на колени и попросил их вылечить любимую. И тогда небо ответило. Из упавшей звезды вырос таинственный цветок с лепестками, похожими на отблеск луны в воде. Мужчина сорвал его, вернулся – и дал возлюбленной две капли нектара из плода. Она ожила – и в тот же миг цветок увял.

С тех пор прошли столетия, но если чувства искренни, цветок способен вновь явиться миру и одарить человека тем, что ему нужнее – исцелением или вечной жизнью. Он расцветает лишь там, где исчезает время и торжествует любовь. Люди назвали цветок Элуриум – в честь той девушки, чьё имя было Элура, что на древнем языке означает «свет сердца».

Ада долго молчала, поглядывая на деревья, усыпанные снегом.

– Значит, Николас Егорсон сумел найти растение? – спросила она наконец.

– Не только. Он создал настой, благодаря которому оно зацвело.

– И ты воспользовался цветком почти двести лет назад?

– Это должен был сделать сам Николас, но он трагично погиб при пожаре, а лаборатория сгорела дотла. Выжил лишь цветок. Николас всегда надежно прятал его в тайнике, о котором было известно лишь мне. Я успел спасти цветок, но не человека. В ту страшную ночь я потерял не только друга, но и ценные наработки. У меня не оставалось выбора, кроме как завершить эксперимент – добавить настой в землю. Правда я не знал, как изготовить его вновь. В полнолуние растение подарило миру единственный цветок, нектар которого я принял.

Ада подняла голову и прищурившись, принялась разглядывать медленно летающие в воздухе снежинки. Она думала об учёном, который, как и эти снежинки, прошёл долгий путь. Только вот если им суждено лечь на землю, то ему – исчезнуть в пламени.

– Скажи, – повернулась Ада к Марку, – как ты оживил цветок? По легенде он должен был погибнуть?

– Легенды не всегда правдивы, на то они и легенды. Растение не завяло, но больше не цвело. Я потратил два века, чтобы наконец добиться результатов. Благодаря твоему дару восстанавливать историю, я смог распознать формулу и приготовить настой.

Ада улыбнулась.

– Мы потратили с тобой немало усилий!

Марк кивнул и приобнял девушку за плечи.

– Не замёрзла?

Ада покачала головой и предложила сделать ещё один круг. Снег продолжал кружиться в воздухе, создавая волшебную атмосферу. Зима не хотела покидать город, окутывая его пушистым одеялом.

– В те далёкие годы у меня был друг дагеротипист, – продолжил Марк, стряхивая снег с воротника Ады и засовывая руки в карманы. – Чего он только не держал в своей мастерской: зеркальные пластины, йод, ртуть, в общем, запах там стоял резкий! Но он был к нему привычен. Эжен любил снимать и был одним из первых, кто научился сохранять момент на века.

Тот снимок, что я искал с таким трудом – его рук дело! К учителю приехал старый друг – помочь с приготовлением настоя для растения, единственный, кто, кроме меня, был в курсе его работы. Я попросил Эжена запечатлеть этот момент в лаборатории. Он не задавал лишних вопросов и в науке не разбирался. Поэтому учёные быстро согласились – портрет показался им безвредным. Эжен сделал три дагеротипа, один из которых спустя столько лет помог мне.

Ада вдруг остановилась и подняла взгляд на Марка.

– Я должна тебе кое-что сказать, – начала она, запинаясь. Её голос дрожал, а пальцы нервно сжимали перчатки в руках.

Снегопад усилился и уже было тяжело пробираться по сугробам.

– Твоё признание и вчерашний вечер, со мной впервые такое! Я почти ничего не забываю, а тут – будто всё вылетело из головы!

Девушка в панике заходила кругами.

– Прости, прости меня, что не сказала тебе сразу. Марк, я не сама догадалась о твоём бессмертии. Ко мне обратились. Я увидела на снимке тебя и согласилась на работу, чтобы во всём разобраться. Пожалуйста, прости меня!

Марк будто застыл. Сначала он просто моргнул, медленно, словно пытаясь прочистить зрение. Его лицо вытянулось, взгляд метнулся в сторону, а потом снова вернулся к Аде – недоверчивый, настороженный, почти чужой.

– Кто обратился? – спросил он медленно.

– Я не знаю, он отказался от встречи. Мы связывались по телефону. Он скинул папку со снимками и просил разузнать о тебе всё, что возможно. Я думала, что он интересуется годами жизни и местом захоронения. Но когда открыла файлы, то поняла, что дело в другом. Марк, этот человек искал тебя!

– Почему ты мне ничего не сказала?

В его голосе слышалась усталость, напряжение и предательская обида, как будто часть доверия между ними треснула в этот самый момент.

– Я сомневалась. Что бы я спросила у тебя? Почему на этом фото ты?

– Да! – выкрикнул Марк и пнул носком ботинка снег.

– Я пыталась, даже поехала в тот день в лабораторию, но ты солгал мне! Марк! Я ненавижу враньё!

– Я просто хотел защитить тебя. За мной уже два века гонятся страшные люди. Каждый день, что я проводил с тобой, я был на чеку. Ада, – парень обхватил её за плечи и отчеканил, – я не хочу потерять тебя.

– И не потеряешь, – сглатывая слёзы, проговорила девушка.

Марк аккуратно убрал выбившуюся из-под шапки Ады прядь волос и уже более спокойным тоном произнёс:

– Ты уже отправляла ему что-то?

– Нет, вчера ты позвал меня к себе. Работа зависла на середине, я ужасно выбилась из сроков – что совсем не укладывается в наши с ним договорённости.

– Это очень плохо. Ада, послушай внимательно, сейчас мы вернёмся к тебе домой, ты возьмёшь Джерри, соберёшь вещи и будешь ждать меня. Я отлучусь всего на пару часов, а когда вернусь, мы покинем это место.

Она хотела что-то возразить, но он уже отвернулся, проверяя телефон и прислушиваясь к шуму улицы – снег валил стеной, скрывая всё вокруг.

– Ты мне доверяешь? – спросил он, не глядя.

– Да.

– Тогда сделай, как я прошу. Пожалуйста. Я возьму твою машину и подготовлю всё к отъезду.