Глава 17

Кейвар Скорп не хотел отпускать Мину, но увидел и положительные стороны в их разлуке — наконец-то у него появилась возможность встретиться с товарищами, а не только обмениваться информацией в записках. Единственное, что он сделал для собственного спокойствия, — приказал одному из шпионов проследить за дилижансом Северта. Он уже давно сообщил, что Северт в будущем может стать важной фигурой на Рубеже, поэтому даже лишних объяснений не потребовалось. Разумеется, он выдал полную инструкцию и предупредил, что ни в коем случае нельзя сокращать расстояние — шестиранговый маг подобное сразу заметит. Достаточно будет лишь перечислить основные пункты и время остановок, а это можно сделать и отставая от преследуемых на шесть часов.

Нет, Кейвар не думал, что Лиам собирается обидеть Мину, но ему поперек горла вставала мысль, что в какой-то момент сама Мина может оказаться вовсе не против. Между этими двумя точно копится какое-то напряжение! Но если не поддаваться эмоциям и задуматься, тогда и беспокойство исчезает: его маленькая хрупкая сестренка способна в кого-то влюбиться, но названного брата она не предаст. Никакая страсть не встанет выше ее обожания и преданности, не бывает романтики, которая перечеркнула бы их прочные узы. Выходит, что в самом крайнем случае можно будет поставить ее перед выбором — Кей или мимолетные чувства, и только глупец не угадает верный ответ.

Лазутчики Сольдо просочились уже везде, проникли и во дворец, и во многие могущественные дома, причастные к свержению Скорпов. Найдены и другие доказательства заговора Эрнандо Армунда, Вильгельма Росса и Доминика Черси против законного правителя Кедара Девятнадцатого. В старых записях почти прямым текстом говорится о заблаговременном стягивании военных сил к столице, а также имеется черновик будущих «показаний» подкупленного слуги — того подонка, который оговорил своего короля ради наживы. Именно с его обвинений на городской площади началось массовое народное восстание, переросшее в свержение монарха. В закрытом архиве герцога Черси даже отыскали список из женских имен — предположительно, тех самых молодых крестьянок, которых позже выставили жертвами короля. А ведь бедняжки были умерщвлены в разное время бунтарями, чтобы за одну ночь перевезти их останки в дворцовый подвал и использовать в качестве нерушимых улик. Все было предусмотрено заранее, каждый шаг рассчитан с холодным цинизмом!

К сожалению, даже оглашение этих сведений на данном этапе не поможет — внук узурпатора заткнет всем рот или изобразит, что старые документы фальсифицированы. Однако они дождутся часа своего оглашения — когда к власти вернутся Скорпы и с чистым сердцем расскажут народу, как все происходило на самом деле. И этот момент так близок, что нервы звенят от напряжения. Понадобилось несколько поколений шпионов, чтобы просочиться на любые должности и заглянуть в самые секретные папки. Эртон презирал Сольдо за столь длительную подготовку, но именно поэтому Эртон все еще ломится в закрытую дверь Рубежа, а Сольдо уже прописывает план по устранению самых влиятельных врагов.

Рубежом Кейвар тоже интересовался. Граница все еще нерушима, но по эту сторону происходят изменения — на первый взгляд незаметные, но со временем они обязательно сыграют на пользу. Еще недавно крепкий союз домов Аврея и Росса казался незыблемым, и никто не мог подумать, что старая дружба споткнется о такой пустяк. Вторая жена Итана Росса стараниями Кейвара так и не родила наследника мужского пола, а юная герцогиня оказалась похотливой дурой и, будучи пойманной на измене собственным женихом, Гарольдом Авреем, с позором бежала. Между семьями начался разлад, что неизбежно скажется на обороне Рубежа, который сейчас частично обезглавлен. Если герцогиня Росс не возьмется за ум и не примчится обратно с сердечными извинениями, то правопреемником титула могут действительно назначить Лиама Северта.

Кейвар этого опасался больше всего и даже предложил сосредоточить все силы на устранении сильного бойца до того, как тот возглавит армию. Однако товарищи резонно заметили, что спешка в данном вопросе повредит. Если Лиам погибнет, то король будет вынужден отправить на его место кого-то более опытного. Как бы ни был одарен мальчишка в магии, он все равно безродный пасынок Итана Росса без нужных политических связей и какого-то влияния среди простых солдат. Все население герцогства жизнь готово отдать за законного правителя, а Лиам Северт останется формальным наследником за неимением других — пусть он еще попробует доказать, что достоин своего места. Его командование — это лучший скрытый подарок, который только может подарить Сольдо Эртону. Правильнее держать его на мушке и устранить с тыла, если он вдруг станет опасен. А вот настоящая герцогиня Росс, если вдруг она объявится, вариант гораздо хуже — само ее имя является символом. Верность местных Россам границ не имеет, а иногда это даже важнее военной мудрости.

В любом случае основная сфера удара Сольдо приходится на столицу. Когда Армундов загонят в тупик, это трусливое семейство начнет спасать свои шкуры любыми способами — в том числе и призывом армий с границ. Вот тогда железный кулак Эртона пробьет Рубеж, а к герцогству Черси подойдет армада со стороны Соленых островов. Армунды никак не смогут отбиваться по всем фронтам, очаги возгорания готовятся слишком далеко друг от друга. К сожалению, мирное население не избежит страданий, поэтому придется как можно скорее провести коронацию Кейвара. Как только престол займет Скорп, захватчики со всех сторон отпрянут.

Кейвар как никто другой знал, что первыми надо устранять наследников — если останется хоть один носитель крови Армундов, то ответный удар последует, пусть и через несколько поколений. Прямо сейчас уже полным ходом шла подготовка к нападению на наследника престола. Как только эта миссия будет успешно завершена, Кейвару сообщат — он как раз в идеальном месте, чтобы в тот же день убить Иристину и Ристиана. Близнецы даже не подозревают, как приветливо здороваются с их будущим убийцей, и не будут ожидать ножа в спину именно от него. До короля и королевы доберутся уже после — и какой бы охраной они себя ни окружили, но будут деморализованы, ведь власть передать в буквальном смысле некому. А высшей точкой восстановления справедливости станет уничтожение членов всех верных Армундам семей. Часть из них желательно прилюдно казнить, чтобы народ навсегда запомнил лица предателей, но решать этот вопрос Кейвару Первому предстоит уже после того, как он займет причитающееся ему по праву место. Возможно, раскаявшихся он готов и помиловать — разумеется, лишив земель и титулов. Хотя вряд ли, милосердие обойдется будущему королевству слишком дорого.

Посему план на ближайшее время остается тем же — находиться в академии и всеми силами изображать из себя добропорядочного шахтера, желающего выжить и выслужиться перед начальством.

Капитан Гельт, не ведая, что сам уже давно носит неофициальную кличку, принялся раздавать позывные всем подопечным, отмечая наиболее яркие детали в характере или стиле боя. Он после военной карьеры закономерно считал, что подобное является едва ли не статусом, а статус — это то, что подведомственному сброду заполучить сложнее всего. Таким образом, отсутствующие Лодушка и Мина в его речи начали называться «Гиеной» и «Скорпионом», а Руперт получил прозвище «Комар». Сам вор надеялся, что это за его меткие дальние атаки из арбалета, а не потому что его легче всех прихлопнуть.

По поводу Кейвара капитан изгалялся как мог, упражняясь в несвойственном ему остроумии, поэтому вчера парень назывался «Падлой», поскольку во время тренировки осмелился огрызнуться, сегодня — «Мартышкой», ведь продемонстрировал самую высокую ловкость во время упражнений на бревне, а завтра А на завтра Гельт придумал организовать массовое сражение, чтобы оценить промежуточные результаты учебы. Вывел всех на полигон, отобрал оружие и приказал драться всем против всех. Долгая потеха ему не удалась — через неполных десять минут Кей стоял в центре расползающихся противников: кто перебирал конечностями сразу в сторону лазарета, а те, что поумнее, изобразили обморок в самом начале и тем самым избежали серьезных травм — разве что о них спотыкались смельчаки, решившиеся все-таки напасть на Дорна.

Провожая взглядом проползающего мимо силача Арлана, Гельт задумчиво протянул, обращаясь к Кейвару:

— Я нашел тебе идеальный позывной — «Шило в капитанской заднице». Длинновато, правда. И ведь действительно хорош, просто матерый волк против щенят Точно, будешь Шилом, отлично же придумано!

Так и повелось — как только все шахтеры начали переходить на позывные, Кейвара окликали «Волком». Хорек, который по незнанию полагал себя Гельтом, с этим тоже ничего поделать не мог. Вероятно, он только радовался заинтересованности подопечных в новых именах — они придумывали собственные клички, иногда самые обидные приклеивались к кому-то намертво, если уж больно подходили, но и против этого возражений почти не случалось. Шахтеры бездумно переходили на новый этап своей жизни, вместе с прежними именами отказываясь и от прошлого. И уже горделиво улыбались, когда вместо «недоносков», «каторжников» и «рабов министерства» капитан принялся их ласково называть «зверинцем».

И пусть перед Кейваром стояли совсем иные цели, он в эту игру тоже вовлекался с головой — и не только забавы ради, хотя веселье имело первостепенное значение. Будто бы хоть на время он не истинный правитель королевства, а обычный специалист по добыче эфира и глава своей восьмерки, в которую входят всего пятеро, зато самые достойные: Волк, Скорпион, Гиена, Комар и Татья. И пусть хоть кто-то посмеет придумать последней уничижительную кличку — Кейвар им быстро напомнит, кто здесь волк.

После победы во время массового поединка Кейвара окликнули. Он с широкой улыбкой подошел к Иристине и Таланее, которые наблюдали за их состязанием.

— Кей, я начинаю тебя бояться! — весело прощебетала принцесса. — Не удивлюсь, если ректор впервые назовет сильнейшим бойцом академии шахтера, а не студента!

Кейвар улыбнулся еще шире. Комплимент вроде бы заслуженный, но с небольшой оговоркой, которую ее высочество осознанно пропустила: «Сильнейший, пока чертов Лиам Северт отсутствует». Но она готова на любую ложь, лишь бы сказать ему что-то приятное. Девушки уже не впервые прогуливаются по краю полигона, и всякий раз принцесса придумывает хоть какой-нибудь повод перекинуться парой фраз. Таланея здесь просто для компании, Иристине хочется общаться с Кейваром, она наглядеться на него не может, но одна ни за что не придет — это стало бы открытым признанием в интересе.

По характеру Иристина Армунд — настоящий ангел, добрая и поразительно неравнодушная. Но и внешностью может похвастаться, а в ее чистых распахнутых глазах видны все эмоции как на ладони. Кейвар склонил голову набок, беззастенчиво ее разглядывая и тем заметно смущая. И чем сильнее розовели ее щеки, тем больше хотелось приблизиться, наплевав на присутствие Таланеи. Хорошенькая, что уж греха таить! Самая милая из всех принцесс, да и не только. Интересно, а она будет визжать недорезанной свиньей, когда Кейвар всадит ей нож между ребер, или начнет жалобно умолять о пощаде, проявляя врожденный трусливый характер ее семьи?

Конец второй книги