69

И дни полетели.

С утра до вечера я что-то читала, считала, решала и куда-то бегала. Время от времени мой бег прерывал Хаотик — он ловил меня в неожиданных местах, утаскивал в укромные местечки целоваться и тихо рычал, когда там наша свадьба.

Как будто сам не знал!

Фетресс исправно раз в два дня приносила мне по новому платью. И раз в три дня заставляла мерить свадебное. Если с обычными все проходило довольно прозаично, то в свадебном швея каждый раз находила что доделать. На мои замечания, что мне не нужно идеальное платье, хватит просто свадебного, женщина отмахивалась. Ничего-то я, девчонка, не понимаю в этом! Платье — это статус, платье — это символ, платье — это предмет гордости и зависти! И оно должно, просто обязано быть идеальным! Поэтому, Ваше Высочество, втискивайтесь обратно в корсет и кринолин и не делайте такое лицо, морщины будут.

Я печально вздыхала и втискивалась. Спорить со швеей было можно, но очень уж энергозатратно. Фетресс была совершенно искренне влюблена в свое дело и настроена решительно и фанатично.

В общем, проще дать, чем доказать, почему нет. К тому же все ее усилия были направлены на то, чтобы сделать мне лучше, и разве можно мешать такому благому намерению?

Маэстро, кажется, настолько хотел побыстрее убраться из города, что выполнил все работы по дому в недельный срок. Там, конечно, ничего сложного не было, но я ожидала, что валандаться творческие разнорабочие у меня будут минимум месяц.

Лайшеры сами предложили пекаря себе в соседство и уже активно обживались. Фетресс заняла самое дальнее помещение, потому что «Ваше Высочество, теперь ко мне вся столица бегает, так пусть бегает через все здание! Заодно, глядишь, чего прикупят…»

Это на самом деле было так же гениально, как и пекарня на входе — ведь с тех пор как Мари «случайно» проболталась, кто шьет платье моему высочеству на свадьбу, дела у Фетресс пошли в гору. Я бы даже сказала, не пошли, а полетели!

Также швея посоветовала парочку интересных рукодельниц — одна плела шикарные кружева (долго и дорого), а второй делал удивительно удобную обувь (дешево, быстро и не очень эстетично). Я посадила всех троих в одной комнате и поручила придумать линейку туфель с каблуками для аристократок и высоких сапог для магичек.

Как они там не передрались — не знаю, но Лора сказала, что вопли стояли такие громкие, аж городская стража заглядывала. Которую, к счастью, тут же спровадил Стивен.

— А почему капитан дворцовой стражи регулярно появляется в моем здании? — поинтересовалась я.

И спрашивая, уже догадывалась, что сейчас услышу. Но, честное слово, не ожидала того, что увидела!

Лора, эта сдержанная женщина, которая повидала всякое дерьмо, у которой двенадцать детей и просто бесконечный океан спокойствия, вдруг потупила глаза и вспыхнула.

Как будто и замужем не была, и детей не прижила!

Я аж растерялась от такой реакции.

— У вас что, — спросила я громким шепотом, — любовь?

— Ой, да какая любовь, Ваше Высочество, — тут же отмахнула Лора. — Так, романчик…

И совсем по-девчачьи хихикнула. А я смотрела на свою помощницу и думала, что та помолодела лет на десять. Плечи расправились, румянец, легкая улыбка и глаза горят. Вот что правильно подобранный мужик-то делает!

— Ну, смотри сама, — хмыкнула я. — Только если соберешься в отпуск по уходу за ребенком, предупреждай заранее.

— Да какой дитячий отпуск! — воскликнула Лора в легком ужасе. — В моем-то возрасте?!

Я выразительно посмотрела на нее. Лора упрямо поджала губы, и стоило бы отстать от помощницы, но любопытство было сильнее меня:

— А он что, против?

— Да какое там! — раздраженно воскликнула Лора. — Все уши прожужжал со своей женитьбой!

Тут она поняла, что ляпнула лишнего, и прикрыла рот ладонью.

Я же хмыкнула и ответила:

— Ну ты уж сразу-то так не отказывайся, романчик же нравится?

— Нравится… — вздохнула Лора снова с мечтательным выражением лица.

— Ну и пусть пока нравится, — резюмировала я.

А пока ей просто нравится, я спрошу у Хаотика, можно ли за его стражников своих девочек вообще выдавать, или лучше гнать погаными тряпками подальше от нашего цветника?