Глава 1 .

Бескрайние песчаные просторы тянулись до самого горизонта, насколько хватало взгляда.

Отбросив назад растрепанные волосы, я присела, любуясь открывшимся видом. Если бы этот пейзаж был запечатлен на полотне, можно было бы восхититься тем, как такая огромная территория была окрашена лишь в оттенки одного цвета. Картина, которую я никогда не могла себе представить, теперь внушала больше трепета, чем бездонная пропасть, и была прямо передо мной.

Тело, казалось, содрогалось от охватившего меня страха. Не прошло и дня после того, как мы покинули злополучный корабль, а я уже чувствовала, что нахожусь на грани срыва.

Тот шторм, длившийся целых три мучительно долгих часа, стал для меня настоящим испытанием на прочность. Даже надменная Миления прибежала ко мне в каюту, чтобы вместе было не так страшно умирать.

К вечеру буря стихла, и выглянуло солнце, медленно клонящееся к закату.

− Эти земли не рады нам.

− Т-ты так думаешь? − испуганно пролепетала взъерошенная Миления за спиной. − Что за чепуха, Диана!

Всего за пару часов песчаные земли успели высохнуть после дождя. Вернее, они впитали в себя всю влагу без остатка.

− Не удивлюсь, если начнется песчаная буря, или на нас нападут кочевники, или из-под земли вылезет огромная змея и сожрет...

− А-а-а-а-а! − закрывая уши руками, завопила Миления, совсем не по-леди. К моей радости. Она разбавляла мою тревогу своей забавной реакцией на мои безобидные поддразнивания.

«Чёртов океан, а теперь и дьявольские пески!» − таково было мое первое впечатление от пережитого и увиденного сегодня.

Я подняла голову и взглянула на барханы. На них виднелись многочисленные темные фигуры, медленно приближающиеся к нам.

− О... Все именно так, как я и говорила, Милка.

И ткнула пальцем в сторону темных силуэтов.

Девушка округлила глаза и, с отчаянием взглянув на меня, испуганно зажала рот руками. Я же просто пожала плечами, сдерживая ироничную усмешку.

− Все, Миления, заберут тебя, красотку такую, в рабство. Станешь женой какого-нибудь богатого старика... Мужчинам очень нравятся юные девы вроде тебя.

На ее глаза навернулись слезы ужаса.

− Да уж... − глядя на нее, продолжила я: − Видимо, я перегнула палку, Эмма. Это была шутка. Не волнуйся ты так... Леди Таян.

Пока моряки переправляли с корабля припасы и необходимые вещи для ночлега на берег, мы с Миленией бродили по округе. Вернее, бродила я, в надежде расслабиться и собраться с мыслями после пережитого, но девушка, словно потерявшийся детеныш, следовала за мной.

Ну что ж, теперь я точно в аду...

Чуть позже к нам подошел Эсклиф и проводил к костру.

Мужчина выглядел совершенно спокойно, будто и не было той ужасной бури.

За короткое время рыцари, моряки и слуги разбили небольшой лагерь, и теперь у меня была своя палатка.

Эмма и Мия помогли мне переодеться в воздушное голубое платье, напоминающее наряд Золушки, и когда я вышла на улицу, заметила приближающихся людей, которых мы недавно видели с Миленией. Как оказалось, это были пустынные жители с другого судна, приставшего неподалеку от нас.

Из-за огромных волн корабли сильно растянулись вдоль берега, из-за чего пришлось разделиться.

В мою сторону направлялся высокий мужчина, скрытый куфией.

Своеобразный платок огромного размера, которым обычно закрывают голову и лицо от солнца и ветра в пустынях.

Тёмные глаза опасно блеснули.

На мгновение мне показалось, что под куфией скрывается Карлос, но это был Михаэль.

Молодой человек остановился напротив меня, открыл лицо и неловко улыбнулся.

− Леди Эрскин, − он поцеловал мою руку. − Вы в порядке?

Я лишь устало усмехнулась в ответ:

− Это было самое незабываемое приключение в моей жизни. Надеюсь, судьба будет милостива и избавит меня от подобных испытаний в будущем.

− Да... Вы, должно быть, очень испугались.

− Я даже успела набросать завещание. Хотите взглянуть?

Конечно, я ничего не писала. В тот момент я могла только вцепиться в спинку кровати и отчаянно молиться.

Михаэль понимающе улыбнулся и огляделся.

− Заночуем здесь. А утром продолжим путь.

После нашего последнего разговора между нами чувствовалось напряжение, которое мы старательно игнорировали.

Я решила отложить расспросы о бабушкином кулоне.

Не место и не время.

Я посмотрела на бледное небо, усыпанное звёздами. Их было так много, что я никогда в жизни не видела подобного.

Я чувствовала, что молчание – лучшая благодарность Богу за то, что он услышал мои молитвы, позволил выжить и просто дожить до этой ночи.

Через некоторое время мужчины, о чём-то переговаривавшиеся вдали, вернулись с корзиной, полной еды. Ароматный запах наполнил воздух, и я вдруг осознала, как сильно проголодалась.

В костре потрескивал огонь, слышался шум волн, бьющихся о берег. Лица служанок, сидевших вокруг костра вместе с нами, выражали крайнюю усталость.

Я отломила кусок чёрствого хлеба и принялась его жевать, а Миления капризно выражала недовольство.

И немудрено. Она – настоящая леди, воспитанная в тепличных условиях, а не я. Поэтому такие угощения, как хлеб, вяленое мясо, жареная морская рыба, запечённый в костре картофель и вино, её не устраивали.

Солнце окончательно скрылось за горизонтом, но привычной кромешной тьмы не было. Песок освещался лунным светом, и казалось, что я нахожусь в серебряной пустыне.

Открывающийся вид звёздного неба и холмистой пустыни вызывал во мне одновременно чувство одиночества и восхищения. А ещё – тревогу перед завтрашним и последующими днями, проведёнными в этих землях.

Пока я размышляла о будущем и жевала сочное рыбное филе, которое иногда похрустывало на зубах, я почувствовала на себе чей-то пристальный взгляд.

Кто-то смотрел на меня из темноты.

Слабый свет костра, луны и звезд едва освещал пространство, но я отчетливо видела его взгляд. Темные глаза, устремленные прямо на меня, напоминали бездонную пропасть, в которой я тонула во время шторма. Эти глаза принадлежали Михаэлю.

Заметив мой взгляд, он не отвел свой, и юноше ничего не оставалось, как подойти ближе.

Диане с рождения уделяли много внимания. Ее яркая внешность всегда привлекала нежелательное внимание, особенно похотливые взгляды. Я ощутила это на себе, заняв ее место. Но мне было все равно, каким бы ни был этот взгляд: презрительным, похотливым, жалостливым или смущенным. Я давно научилась игнорировать подобное внимание, ведь оно преследовало меня, бедную калеку, на протяжении двух лет. Иначе я бы не смогла жить нормальной жизнью.

Однако взгляд Михаэля был другим. В глубине его глаз, казалось, горел красный огонь, вызывая во мне странное волнение.

Все же он чем-то похож на Карлоса. Возможно, именно из-за этого сходства я чувствую себя так неловко.

– Леди, позволите ли вы мне присесть рядом?

Я опустила взгляд на большую подушку рядом со мной и кивнула в знак согласия.

Михаэль спокойно и даже изящно опустился на подушку и устремил взгляд в пламя костра.

Потрескивающий огонь создавал ощущение уюта, которое я помнила по камину в своей комнате, а не привычный шум волн, разбивающихся о берег. Лица служанок, сидевших поодаль, выражали усталость.

– Как ваша рука?

– Рука?

Михаэль бросил мимолетный взгляд на мою ладонь, и я поняла, о чем он спрашивает.

– Ах, рука… – я развернула ладонь, на которой виднелась едва заметная розовая полоска. – Все в порядке.

– Вам следует быть…

– Внимательнее?

– …Осторожнее.

Меня трогала его вынужденная забота.

– Как скажете, Ваше Высочество.

Михаэль нахмурился и, сцепив руки перед собой, сдержанно произнес:

– Теперь вы находитесь на землях Ферзена. Здесь не принято обращаться ко мне «Ваше Высочество» или «Ваше Величество».

Нахмурившись, я опустила глаза.

− К сожалению, в книгах я не нашла подходящих форм обращения к королевским... Имперским особам.

Михаэль усмехнулся и повернулся ко мне.

− К императору следует обращаться «Повелитель». Что до детей и внуков, то всё зависит от положения. «Жак» – самое распространенное обращение к первенцам или главным наследникам мужского пола. «Джак» – к остальным сыновьям.

− Значит, к вам я должна обращаться «Джак Михаэль»?

Мужчина расплылся в улыбке.

− Именно.

− А к вашей сестре? Как к ней обращаться?

− С женщинами всё сложнее...

Я скептически фыркнула.

− Как обычно.

− К императрице принято обращаться просто «Дэжа». К младшим женам, стоящим на ступень ниже, – «Сэви», но только если у них есть сын от императора. В противном случае женщина носит статус «Эви».

− Так... Жак, Джак, Дэжа, Сэви, Эви... – бормотала я, загибая пальцы, пока Михаэль не остановил меня.

− Стой! Подождите... – Я посмотрела на него с обреченностью. – Обращаясь к мужчинам, ударение на первом слоге, а к женщинам – на последнем.

− Приму к сведению. Надеюсь, это всё?

− Дочерям императора разных поколений при рождении дается статус «Эдэ», что выше, чем «Эви». К наложницам и женщинам высокого ранга обращаются «Жэде». К остальным – «Сэра».

От такого количества информации у меня свело челюсти, казалось, сейчас закиплю.

− Но почему у мужчин всё так просто, а у женщин такая градация?

Михаэль пожал плечами и отвернулся к костру.

− Видимо, потому что императору полагается иметь много женщин в гареме. Это признак богатства, власти и гарантия продолжения рода.

Я задумалась. В этом был смысл, но мне было сложно понять этих женщин. Наверняка в гареме кипят страсти не меньше, чем в Акросе.

− Но как тогда определяется наследник? При таком количестве женщин детей должно быть много и... А если у императрицы не получится родить сына?

− Тогда по праву первенства. – Мужчина с усмешкой посмотрел на меня. – Не переживайте так, леди. Скоро всё узнаете.

С этими словами он поднялся и, попрощавшись, исчез в темноте.

− Глория, ты всё запомнила?

Я обернулась к девушке, стоявшей в тени, вопросительно приподняв бровь.

− Записала, но не выучила, мисс.

Я зловеще улыбнулась и обвела взглядом сидящих у костра.

Многие дремали, но из-за моего присутствия не могли уйти. Поэтому я поспешила в палатку, чтобы люди могли отдохнуть.

***

Взгромоздившись на спину огромного верблюда, я пристально всматривалась в горизонт, где на фоне золотистых песков маячили смутные фигуры. По всей видимости, это была остальная часть группы, от которой мы отстали. Вероятно, там ждали Пенелопа с компаньонками и Карлос со своей свитой.

Верблюд под моими ногами издал громкое хрипение, заставив меня вздрогнуть.

Сложно передать моё изумление, когда, выйдя из палатки утром, я увидела это внушительное животное с толстыми губами. Не знаю, когда и кто привёл его, но я отметила, что всё было продумано до мелочей, и невольно обрадовалась, что избежала пешего путешествия.

Через несколько часов мы догнали основную группу, присоединились к ней и, ускорив шаг, двинулись следом. Благодаря тому, что мы шли в арьергарде, я избежала встречи с наследником Ферзена. И к счастью. Мне и без того нелегко, а видеть его лицо совсем не хотелось.

Так прошло трое суток.

С наступлением темноты разбивали лагерь, а с первыми лучами солнца отправлялись в путь. Бесконечные песчаные дюны вызывали у меня тревогу.

А вдруг мы сбились с пути?

А что, если на нас нападут разбойники?

А вдруг я усну от усталости, упаду с верблюда и меня затопчут?

И когда паника начала подступать, я заметила вдали зелёный оазис.

– Мисс!

Навстречу мне галопом неслась гнедая лошадь, на которой сидел Эсклиф.

Мужчина, который когда-то казался мне суровым и пугал своим настороженным взглядом, теперь смотрел преданно. Даже с обожанием и осторожностью. Словно преданный пёс...

Я не ожидала, что всё обернётся подобным образом... Мужчина передо мной превращается из волка в покладистого пса, но стоило кому-то приблизиться ко мне, его внутренний зверь начинал показывать клыки.

Мне становилось грустно и неловко от того, что я так явно манипулирую мужчиной, да ещё и по его собственной инициативе, но, с другой стороны, почему бы и нет? Не без его участия моё сердце ожесточилось.

Пусть стыдно будет той Тане, что наивно верила в добро и порядочность.

– Мисс?

– Феликс, скажи, что мы прибыли...

– Почти. Этот оазис станет нашей следующей стоянкой, а уже завтра вечером мы будем в столице.

Мысленно проклиная эту песчаную пустыню, я ощутила прилив сил. Это лучше, чем бесконечный песок и обжигающий ветер, от которого уже не было спасения.

Впервые лагерь разбили задолго до заката.

Оказавшись в тени пальм и густых кустарников, я облегчённо выдохнула.

– Мисс, – выбежала из-за куста Эмма. – Дамам предложили отдохнуть и искупаться у водопада.

Я насторожилась и обернулась.

– У водопада? Не может быть... Ты серьёзно?

Эмма энергично закивала.

— Здесь неподалеку есть водопад, его выделили для принцессы и её свиты. Джак Михаэль отдал распоряжение окружить это место, чтобы никто не побеспокоил вас.

— Какая удача... Покажите, где он.

Мой интерес был продиктован обычным любопытством юной леди. По крайней мере, поначалу...

Что плохого в том, чтобы просто полюбоваться этим чудом посреди пустыни?

Водопад...

Однако с каждым шагом любопытство уступало место навязчивому желанию искупаться. Эта мысль пульсировала в голове, подбрасывая всё новые и новые доводы в пользу её осуществления.

Невозможно передать словами, как сильно хотелось ощутить прикосновение тёплой воды к коже. И это я ещё не говорю о пользе! Гигиена необходима, особенно в такую жару. На дворе октябрь, а зной, словно в августовском пекле.

Внутренние колебания завершились тем, что я убедила себя в отсутствии чего-либо предосудительного в этом желании. Смущение робко пыталось возразить, но его быстро усмирили рассудительность и нетерпеливая авантюристка Таня.

Даже если найдется смельчак, готовый рискнуть жизнью ради подглядывания за купанием юных дев, пусть насладится зрелищем перед неминуемой расплатой. Я уже не настолько юна, чтобы смущаться. К тому же, стесняться нечего. Фигуре и формам позавидует сама прекрасная греческая богиня Диана.

Нас с Мией, Эммой и Глорией пропустили без задержек, а вот Феликса, который увязался за нами с псами, попросили подождать.

За стволами экзотических деревьев и пышными кустами скрывался настоящий тропический оазис. Водопад, хоть и не поражал своими размерами, как известные гиганты, был поистине волшебным.

Многоуровневый каскад ниспадал в бассейн, окруженный камнями, деревьями и цветами. В брызгах играла радуга, а мелодичный шум, казалось, исполнял свою песню, ложась на цветные струны. Вода была прозрачной и лазурной, как на отретушированных снимках, которые публикуют красотки в соцсетях во время отпуска.

— Не верится, что он настоящий...

Прошептала Мия, озвучивая мои мысли.

Мы обошли бассейн и вышли к небольшому песчаному пляжу, обернувшись на женские голоса. Судя по всему, рядом находился ещё один бассейн, скрытый густой растительностью.

Я задумчиво посмотрела на Глорию и Эмму.

— Может быть, там мы встретим принцессу? — неуверенно предположила Эмма.

Даже если Пенелопы там не окажется, стоит взглянуть на обладательниц голосов хотя бы из вежливости. Вдруг я ошибаюсь, и всё это время там были фрейлины и принцесса. Будет неловко, если моё невнимание станет очевидным.

С обреченным вздохом, я приподняла подол платья и направилась к источнику звука.

Оказалось, что мы с служанками находились на одном из уровней водопада, а основным бассейном был именно тот, к которому мы вышли, и в котором девушки плескали ногами.