Глава 10. Не надо делать меня счастливой, достаточно не делать несчастной

Анастасия решительно отправилась в комнату дочери и надолго застыла около её постели. Уличные фонари давали достаточно света, чтобы внимательно рассмотреть лицо.

– Ага… ладно! План намечен! – кивнула Анастасия сама себе. – О, а это что тут?

Она присмотрелась к двум теням у дочкиного плеча.

– Котята… нет, ну, и зачем они ей? – Анастасия вздохнула. – Ну да ладно. Наличие у девушки пары беспородных кошек тоже можно обыграть в её пользу! Подобрала – значит добрая, а это большой плюс! Будем брать плюсами, раз уж с внешностью так получилось…

Засыпала она уже с улыбкой – да, из кастрюльки амфору не сделать, но поработать в этом направлении очень даже можно!

Дашка слегка ошалела, когда мама утром требовательно уточнила:

– Почему ты не пользуешься косметикой? Тебе нужно увеличить глаза, подчеркнуть скулы…

– Мам! Я на работу опаздываю, какие скулы…

– Как какие? Твои конечно! – Анастасия вздохнула. – Вечером с работы я за тобой заеду, и мы кое-куда наведаемся!

– Куда это? – удивилась Дашка.

– Исправлять мою ошибку! – возвестила Анастасия.

Дашка раздумывала про странные мамины интонации ровно до прихода на работу – потом уже было некогда.

Бывают дни, когда на бухгалтерию накатывает девятый вал…

– Оплатить, отгрузить, проверить, просчитать, взаимозачесть, догнать вчерашний день и подёргать его за усы… И КАК? Вы ещё здесь, а не улетели? Тогда ещё сделайте вот это и то, и…

Нина Ивановна напоминала нечто очень опасное и разъяренное:

– И когда я должна отчётами заниматься, а? У них что, пригорает что ли каждый раз, когда отчётный период? – шипела она, – А тут ещё этот малахольный! Даш, представляешь, этот ненормальный Виктор ничего лучше не нашел, как с Марковским связаться! Вот баран круторогий! Его увольняют, разумеется, а мне велели срочно просчитать все его проекты, словно другой работы мало!

Дашка помалкивала и споро разбиралась с поручениями руководства.

О странной маминой фразе она вспомнила только когда истерически зазвонил её смартфон:

– Даша, я буду у тебя через двадцать минут! – сообщила мама, – Что значит, рабочий день не закончен? Уже полчаса как закончен! Собирайся.

– Чего она придумала-то? – заволновалась Даша.

Скоро она узнала об этом и была в полном шоке.

– Мам, зачем мне в салон красоты? Я там уже как-то была…

– Даш, ты так говоришь, словно я тебя на ужин к людоеду приглашаю! Как зачем, что значит "как-то была"? Ты девушка? Девушка! Будем тебя трансформировать в симпатичную девушку! – уверенно заявила Анастасия.

– Ой, нееее, не хочу! – заныла уставшая и задёрганная Дашка, которая мечтала только об ужине и кровати с Кошей и Мариком под боком.

– Хочешь, конечно! Но пока про это не знаешь! – решительно отмела ей возражения матушка.

– Понятно… режим насильного осчастливливания в действии! – подумала Дашка. – Как я попала!

В салоне красоты маму знали отлично. Ещё бы – постоянная и давняя клиентка

– Девочки! Это Даша, и её нужно привести в порядок, сделать ухоженной и симпатичной девушкой! – скомандовала Анастасия, собравшись принять в процессе преображения самое тесное участие. – Стрижка, укладка, брови, макияж, всё, как я вам говорила… Ноготками займёмся завтра – сейчас времени не хватит.

И пришлось бы Дашке туго, если бы маме не позвонил Дашкин отец. Она удалилась, чтобы без помех поругаться, а Даша, узрев, что именно из неё собираются сделать, активно запротестовала.

– Я в жизни не смогу укладывать эту стрижку! Давайте что-то попроще! Да куда же мне такой макияж? Нет-нет, не нужно!

К моменту возвращения Анастасии Сергеевны, Дашка сумела отбиться от излишне модного макияжа, отстоять свои брови, которым только придали форму, а не размахали их толщиной с упитанную гусеницу, не наклеивать веера из ресниц, и уговорить мастера-парикмахера сделать ей лёгкую стрижку, которую она сама могла укладывать…

– Даша, ну я же другое хотела! – Анастасия критически рассматривала результаты труда мастеров.

– Мам, спасибо тебе, конечно, огромное! Но я хочу именно так! – Дашка косилась в зеркало и признавала, что ей внезапно понравилось то, что она увидела. Да, ясное дело, поставь рядом с ней кого-то из её сестёр, на неё второй раз и не глянут, но она же к ним не пристёгнута! А так, если без сравнений, то она вполне себе терпимо выглядит.

Вернувшись домой, Даша облегченно вздохнула… Правда, тут же выяснилось, что у мамы какие-то наполеоновские планы на её счёт.

– Так, стрижка ладно… на первый раз сойдёт! Завтра поедем на окраску волос, потом сделаем ноготки, а потом…

– Мааам, спасибо огромное, конечно, но мне и так хорошо! – Дашке и правда стрижка понравилась, она давно хотела укоротить волосы, да всё как-то не решалась.

– Тебе хорошо сидеть одной? – саркастически уточила мама, – Нет уж! Мы приведём тебя в порядок и будем искать приличного молодого человека! Я не скажу, что это просто, но мы постараемся! – решительно кивнула она.

– О нет! – простонала Дашка. Она и сердилась на мать, и смешно стало – та так решительно выглядела, так старательно планировала шаги для «нахождения молодого человека», так по-детски радовалась своим планам.

– Ну, да… тут ещё и отец натворил дел, и у неё самой жизнь разваливается, и я неожиданно перестала соответствовать её убеждениям, вот она и начала выстраивать заново картину своего мира… Чудачка… теперь ей кажется, что если меня подстричь, переодеть, накрасить, сделать ногти и всё прочее, то я сразу найду себе «приличного молодого человека»! Или она начнёт меня с кем-то знакомить… – прищурилась Дашка, наглаживая обеими руками Марика и Кошу. – Можно подумать, что это так просто.

На следующий день она категорически отказалась ехать «на ноготки» и мама весь вечер дулась, как обиженная маленькая девочка.

– Я же для тебя стараюсь! – ворчала она.

– Мам, хватит. Нет, честно! У меня ногти и свои отличные – я ими скобы разгибаю, никакого антистеплера не надо! Зачем мне акрил? – спросила Дашка и быстро пожалела об этом. Аргументация её матушки была обширна и обоснована.

Правда, через два дня иссякла и она.

– Как мне сделать тебя счастливой, если ты не поддаёшься? – патетически уточняла Анастасия у дочери, упирающейся изо всех сил.

– Мамочка, меня уже не надо делать счастливой, достаточно не делать несчастной! – наконец сформулировала Дашка, а к выходным вздохнула с облегчением – мама решила возвращаться домой, чтобы не допустить появления там «дамы сердца» блудного мужа.

Вечер пятницы вдруг осознал, что он мало того, что предвыходной, но ещё и весенний, отчего в воздухе возникло какое-то странное ощущение перемен.

– Хотите вы или не хотите, а они будут. Они уже вылетели к вам! – словно сообщал прохожим свежий ветерок, – Они такие… обратно никогда не возвращаются! Весна неизбежна!

Дашка шла по парку, вспоминая, тот вечер, когда она подобрала котят.

– Надо же! Кажется, что год прошел! Как странно котята, даже совсем маленькие, влияют на время. Оно то растягивается, как потягивающаяся кошка, и вмещает в себя кучу событий, то начинает нестись вскачь, как расшалившийся кот. Впору мерять его коточасами и котогодами! – рассуждала она, – Вот интересно, что эти коточасы мне ещё принесут?

Она – наивный человек, ещё не знала, что предугадать это абсолютно невозможно!