42

— Алексей Макеев, — представился друг Вадима, видимо, предположив, что Ирка не запомнила.

— Ирина Лебедева, — положила она руку на штакетник, не торопясь впускать незваного гостя.

— Вадик улетел? — спросил он, словно не знал.

— Угу, месяц назад, — смотрела на него вопросительно Ирка.

На язык просилось: какого чёрта?

Какого чёрта! Откуда он знает её адрес? Какого чёрта припёрся? И какого чёрта припёрся, когда Вадик улетел.

— Я за кофтой, — ответил Макеев на её немой, но очень выразительный вопрос.

— За чем?! — вытаращила глаза Ирка.

— А, Лёша, здравствуй! — Куда больше, чем визит Макеева, удивила Ирку мама.

Вытерла мокрые руки о висящее на поясе фартука полотенце, подошла.

— Здравствуйте, Марина Сергеевна, — кивнул Алексей.

— Ты за кофтой? — Поправила закатанные рукава старой отцовской рубахи, в которой работала на огороде.

«Это что, заговор какой-то? — ничего не понимая, уставилась на них Ирка. — Пароль: «Я за кофтой». Ответ: «А, ты за кофтой!».

— За ней, — кивнул Макеев, когда Ирка всё же впустила его в калитку.

— Ты что, его знаешь? — спросила она шёпотом у мамы за его спиной.

— Конечно, — так же тихо ответила мама. — Они с Вадимом доски привозили. Кадки эти все выгружали, горшки таскали, — кивнула она на недостроенную веранду. — Он тогда взмок, разделся, а потом уехал и кофту забыл, — она с удивлением посмотрела на Ирку. — А в чём дело-то?

— Да ни в чём, — выдохнула та и вспомнила, что в тот день была на работе, а когда вернулась, значит, Макеев уже уехал, поэтому Ирка его не видела.

Вадим опять же говорил, что у Лёхи транспортная компания, он всем помогает с переездами, Воскресенский, видимо, его и попросил по-дружески.

Что-то она и правда разволновалась зря.

Или нет?

Какое-то странное было ощущение от этого неожиданного визита.

Какие-то смутные сомнения не отпускали.

И желание поскорее выставить Алёшу за дверь так и не прошло.

«И так на душе будто кошки насрали, — скривилась Ирка, — ещё этот явился не запылился».

— Как идёт стройка? — свернул он к веранде.

«Да никак! Как она может идти?» — тут же мысленно ответила ему Ирка.

Мама была доброжелательнее:

— Ой, тут ещё работы, — махнула рукой. — Ну, пойду принесу твою одежду.

— А вот это Вадик зря, — положил Лёха на прикрученную Вадимом доску оставленный там же строительный уровень.

— Что именно? — подошла следом Ирка.

— Наклон нужен, — показал он на пузырёк воздуха, стоящий на шкале ровно посередине. — И обязательно наружу, чтобы вода стекала. А он ровно доски положил.

— Серьёзно? — засунула Ирка руки в карманы. Какой-то нездоровый озноб пробирал её рядом с этим Макеевым, очень ей было неуютно. — Я что-то забыла, а ты где работаешь?

— У меня своя транспортная компания: фуры, автомобильные перевозки, сейчас думаем ещё филиал в Уссурийске открыть, большой контракт с китайцами заключили. А вообще, я работаю в управлении информационных технологий администрации города, — потёр гладко выбритую щёку Макеев.

— Даже так? — достала Ирка обнаруженный в кармане смятый пакетик.

Пока Макеев что-то пространно объяснял про межведомственное электронное взаимодействие и свою руководящую роль в этом процессе, толкал вдохновенную речь, из которой Ирка не поняла, ни чем он занимается, ни зачем ему вторая работа, только что Алексею лично звонит мэр, она вспоминала, как в зоосаде они с Вадимом кормили ослика.

Ирка кормила: доставала из пакетика и кидала через прутья ограды нарезанные кусочки моркови и яблок, целясь поближе к косматой морде. Ойкала, если случайно попадала в осла. Ослик не обижался — благодарно подбирал и жевал, а Вадим снимал на камеру телефона и смеялся.

Пакетик из зоосада она и нашла в кармане.

— Ты ещё и в строительстве разбираешься? — восхищённо присвистнула Ирка, плохо прикрыв сарказм и ещё хуже — холодность.

Что-то неуловимо неприятное исходило от чёртова Макеева. Скользкое. Злое. Липкое. Вроде высокий, симпатичный, стройный, улыбчивый парень, а что-то Ирку в нём напрягало. Какая-то фальшь, неискренность, несоответствие того, что он говорит с тем, что делает. Ирка почувствовала это ещё в баре на встрече одноклассников. И сейчас испытывала острый приступ неприязни.

Инстинктивно, бессознательно он ей не нравился, но что именно не так, Ирка понять не могла.

— Не сложно на двух работах? — спросила она.

— Ну, транспортной компанией больше занимается отец, поэтому справляюсь, — небрежно отмахнулся он, как бы говоря, да что тут сложного. — Не дадите водички, Марина Сергеевна? — попросил он, когда мама принесла спортивную кофту.

— Может, чайку? — предложила та, не заметив Иркин выразительный взгляд.

«Нет. Скажи: нет. Пей свою воду и вали отсюда на хрен, Лёша! У меня и без тебя хватает проблем. Тебе что, нечем заняться вечером в пятницу? — сверлила Ирка спину незваного гостя. — Бары, коктейли, музыка, девчонки, спонтанный секс. Ночная жизнь! Какой чай! Оставь чай в саду тёплым вечером для пенсионеров!»

— Можно, — не оправдал он Иркиных надежд.

«Икать и какать! У тебя что, девушки нет, Алексей? — возмущённо взмахнула она руками. — Никто тебя с двух работ дома не ждёт?»

— Сейчас принесу, — снова убежала мама, не проявив никаких признаков беспокойства. Словно, а что тут такого: ну, зашёл человек за кофтой, почему бы и чаю не испить.

Ирка посмотрела на багровеющий за рекой закат, с тоской подумала про свою мягкую кроватку, поставленный на паузу телевизор, открытую пачку чипсов. Перевела взгляд на припаркованную за оградой дорогую иномарку: она даже калитку не закрыла, красноречиво давая понять, что гость тут ненадолго, но, кажется, ошиблась.

«Да чтоб тебя!» — обречённо шарахнула она засовом калитки и выразительно махнула, приглашая Макеева на недостроенную веранду.