Глава 23

Весна.

– Ну ты даешь, Вёська. – Хихикает Танюшка, прихлебывая чай. – И ты не вышвырнула ее? А тренировала на совесть? Еще и пригласила в пятницу?

– Да, – растерянно развожу руками. – Она оплатила занятия, поэтому…

Я уговорила Таню встретиться в кафе после работы. «Уставшая, расстроенная, с грязной головой…» – отметаю все Танюшкины отговорки, произнеся короткое «надо».

Вроде бы взрослая женщина, а веду себя, как глупая девчонка… Вот зачем Татьяне мое нытье? И что она мне сказать может? Маша имеет полное право бороться за своего мужа, пускай ее методы несколько эксцентричны.

– Будешь совершенствовать его жену? – Танька откусывает пирожное. – Делать ей фигуру мечты. Правильно, Весна. Тогда он точно от нее никогда не отстанет! – в подтверждение своих слов Танюша хлопает ладонями по столу.

– Откуда такие мысли, Танька? – взрываюсь я. – Уйдет или останется? Я не собираюсь разрушать чужую семью, вот что я скажу. Пусть живут… Детишек рожают. Что еще…

– Мда, – резюмирует Татьяна, покосившись на соседний столик. Там громко разговаривают и смеются парни кавказской национальности. – У тебя же на лице все написано, Вёська. Любишь ты его… Костика своего. Сколько бы лет ни прошло.

– Ничего не люблю! – фыркаю, отпивая кофе из маленькой чашки. – Все в прошлом. И иногда прошлое действительно нельзя вернуть. Можно вспоминать, пытаться что-то возродить, простить… Короче, Танюш, зря я разнервничалась и тебя взбудоражила.

– Зато попробовали новые пирожные от шефа и поболтали. Сейчас концерт начнется, Весна. Хорошо, что ты меня вытащила. – Танюшка игриво поправляет прическу и достает из сумочки косметичку. – Ты мечешься между двумя мужиками, а у меня, подруга, ни одного нет. И дело это надо исправлять. – Татьяна медленно поднимается и походкой о бедра направляется к туалетным комнатам.

Пока ее нет, я оглядываюсь. Кафе «Золотой колос» – уютное местечко в центре города, совсем рядом с площадью Ленина. Студенты, подростки на самокатах, молодые мамочки с колясками – из-за летней террасы здесь находится место всем. Немного заскучав в отсутствии Танюшки, я выуживаю из сумочки телефон и листаю ленту. Может, Маша тоже есть в инстаграме? Константин Духин – сотрудник ФСБ и начальник отдела, неужели, Мария осмелится выставлять личную жизнь напоказ? Успокаивай себя, Весна… Тебе остается только это: брюзжать, впадать в ностальгию, вздыхать украдкой и… Да, права Танька – лепить из Маши женщину мечты.

Затаив дыхание, набираю в поисковой строке: Мария Духина. Среди разных Маш нахожу Костину… Видел бы он, чем я тут занимаюсь? Слежу за его женой, подглядываю за крошечной порцией личной жизни, что Мария открывает подписчикам. Вот они на водопадах… А вот Костя обнимает жену, сидя на пляже. А вот… Маша открывает рот, а Костик деловито кормит ее из ложечки. И везде подписи с цитатами знаменитых людей о жизни, любви и верности. Нет, это невыносимо. Надо уезжать из города, бежать куда подальше от Духина! Настроение портится, как перебродившее тесто. Может, мне нужно переключиться? Вернуться мыслями к Илье? И не только мыслями, но и телом тоже. Мужская ласка излечит от любого недуга – так Танюшка говорит.

Музыканты настаивают аппаратуру, парни за соседним столиком по-прежнему хохочут, в соседнем зале устанавливают кальяны для посетителей. Алешка отпросился на футбольный матч с Илюшей, так что домой я могу не спешить… Сейчас Танюшка вернется, предложу ей выпить. А что? Красное теплое вино отлично помогает при пневмонии.

Пальцы дрожат от желания залезть в профиль Маши и снова помучить себя.

– Черт, – шепчу вслух и остервенело сую телефон в сумочку.

Еще и Тани нет… Что можно так долго делать в туалете? Неужели… Смотрю на соседний столик – парня, сидящего возле окна, ветром сдуло. Ох и Танюшка!

Только я собираюсь взмахнуть рукой, чтобы подозвать официанта, воздух пронзает женский крик… К нему тотчас мешается звон разбитого стекла и упавшего металлического подноса. Что за черт?

– Что случилось? – приподнимаюсь с места, растерянно оглядывая зал.

Официанты шепчутся, девушка, уронившая поднос, неуклюже собирает осколки с пола. Все словно замирает, концентрируется в ужасающем мгновении… Где Танюшка, черт возьми? Во рту пересыхает от нарастающего беспокойства. Побледневший администратор кафе судорожно куда-то звонит, а я… Срываюсь с места и бегу в сторону туалета.

– Девушка, туда нельзя. Там… – мужские сильные руки крепко сжимаются на моих предплечьях. – Случилось происшествие. Нельзя оставлять следы на месте… преступления.

– Туда заходила моя подруга. – Вздыхаю, чувствуя, как к горлу подступает приступ кашля.

– Как она выглядела? Мы вызвали полицию, вы можете ее опознать?

– Да. Невысокая, русые прямые волосы до плеч, в синей футболке и бежевых зауженных брюках. – Чеканю я. Дочь генерала – я частенько слышала телефонные переговоры отца и знаю, как описать пропавшего или пострадавшего. – А что случилось?

– Это она. – Парень тягостно вздыхает. – Возьмите бахилы и зайдите внутрь. Похоже, ее опоили чем-то. Вроде дышит… Мы скорую вызвали и полицию. Я помощник администратора. Меня Максим зовут.

В нос ударяют запахи жареного мяса, выпечки, пары кальяна и сухого вина. Парень ведет меня по коридору к дверям с надписью WC. А там… Сквозь пелену проступивших от волнения слез я вижу лежащую на полу Танюшку. Раздетая, в одних трусиках, с порванной на груди майкой, она выглядит беспомощной… И униженной. Спит – глаза закрыты, веки подрагивают.

– Ее же прикрыть надо. – Хрипло выдавливаю я.

– Нет. По телефону в полиции сказали, чтобы не трогали. Мы входные двери закрыли, гостей выпускать не будем. Хотя… – парень переводит взгляд на бьющиеся о подоконник жалюзи. – Он вошел через окно и так же вышел. Камер в туалете нет.

Я перевожу тоскливый взгляд на Танюшку и замечаю упавший с подоконника букет ландышей…