27

Мира

Глазам стало горячо. Такие слова… Не думала, что когда-нибудь их услышу.

Мирослав просил прощения, хотя я сама пять лет назад разорвала наши с ним отношения. Глупая девчонка, максималистка… В то время, когда он был нужен мне как никто, я заставила себя уйти. Выдержала его непонимающий взгляд, когда сердце рвалось от боли и тянулось обратно к нему. Знала, что этим причиняю боль и ему тоже.

Наша пара привлекала много внимания. Сначала одноклассники, затем однокурсники — мои и его. Знакомые, соседи. Некоторые откровенно завидовали мне. А ещё не упускали случая напомнить о том, что я по сравнению с Загорским сущая голодранка. Из обычной семьи, без отца, без матери. Ещё и в университет не поступила, слишком уж мало там было бюджетных мест.

Я отвечала остро и резко, но порой, когда злые языки в очередной раз напоминали мне о разнице в нашем с Миром положении, меня одолевали сомнения. И всё же я неизменно напоминала себе о том, что мы любим друг друга. Что наши чувства зародились ещё в детстве. Что мы вместе, и это главное. Вот только я не знала о том, что думает отец моего парня обо мне и наших отношениях. Просто боялась спрашивать. К тому же о свадьбе мы говорили ещё не совсем всерьёз, а так, с замахом на будущее.

— Ты меня тоже прости… — сморгнув набежавшие слёзы, откликнулась я. — За то, что ушла тогда. За то, что ничего даже не объяснила… Я действительно не хотела, чтобы моя мать узнала о тебе. Она и без того-то постоянно заводила разговоры в духе «Вот бы выдать тебя за богатого, мы бы тогда все наши проблемы одним махом решили»…

Я поморщилась, вспоминая эти её слова. Для моей матери я была не дочерью, не родным человеком. Просто капиталом, который можно выгодно вложить и получить с этого прибыль.

— Красивая деваха выросла, в меня, — первым делом заявила она, едва переступив порог бабушкиной квартиры. — А тут, я гляжу, ничего не меняется. Даже вещи мои донашиваешь… — прищурив глаза, добавила совершенно чужая мне женщина в вульгарном красном платье, которое скорее подошло бы в качестве наряда для посещения ночного клуба.

Я вспыхнула. Халат, что был на мне, я нашла в старых вещах, которые тогда как раз недавно разбирала. Бабушка даже не сказала, чьим он был раньше!

— Не надо. Забудь об этом… — Мирослав притянул меня ближе, усаживая к себе на колени. — Главное, что сейчас ты здесь… Ты со мной…

Тепло. Покой. Защищённость. Вот что я сейчас ощущала в его объятиях. Но я также знала, что в любой момент к этому может добавиться обжигающая страсть. Та, что зародится где-то в груди, жидким огнём скатится к низу живота, охватит всё тело желанием — прикасаться, ласкать, целовать, прижиматься, дышать в унисон. Одним воздухом, одним чувством.

И такими упоительными, такими сладкими и волнующими были его поцелуи, что у меня снова закружилась голова, а веки сомкнулись сами собой. Так, что я даже не сразу заметила, что Загорский подхватил меня на руки и куда-то понёс. Кажется, в комнату. В его комнату. В спальню, куда я заглядывала лишь тогда, когда делала уборку в квартире.

Там было темно, лишь узкая полоска света пробивалась из коридора. Мир поставил меня на ноги, поймал в полумраке мой взгляд. Наклонился, касаясь моего лба своим.

— Я безумно скучал по тебе… — хрипло выдохнул он.

От этих слов захлестнула нежность. Захотелось ответить, что я тоже по нему скучала. Безумно, изматывающе, день за днём, год за годом…

Даже сейчас не верилось в то, что Мирослав рядом. Прижимает к себе, целует, касается обнажённых участков кожи так, что одежда вот-вот вспыхнет от жара наших тел. А мне так и кажется, что сейчас я проснусь, и всё исчезнет. Растворится, как обрывки счастливого сна. И эта комната, и единственный мужчина, к которому я стремилась всем существом.

У меня нет слов, чтобы сказать ему, что с ним всё по-другому. Всегда было по-другому, даже в первый раз — самый первый для нас обоих. Потому что никого, кроме него, я не…

А впрочем, не нужны нам сейчас никакие слова. Он всё понимает и так. И моё согласие, и безмолвные признания, и мою тоску по нему, которая наконец-то отодвинулась в прошлое.

Может быть, я действительно совершила в жизни немало ошибок. Но сейчас я словно обретаю второе дыхание. Рядом с человеком, который ничего от меня не требует, не заставляет быть такой, какой желает меня видеть. Просто дарит свою любовь и заботу. Внимательно, терпеливо.

Я потеряла себя. Это не просто слова, такое действительно случается, когда жизнь поворачивает не в то русло. А он мне меня вернул.

Всё происходит так, словно мы и не расставались. Без неловкости, смущения. Наши губы и тела вспоминают друг друга. Я знаю, какие ласки ему нравятся, а Загорский точно наизусть выучил все мои эрогенные зоны. Я не закрываю глаза, чтобы пусть даже в полутьме не только чувствовать, но и видеть его. Мне мало наших поцелуев, мало прикосновений, хочется, чтобы эта ночь никогда не кончалась. Потому что это только наша ночь, и все дневные тревоги отступают перед ней.

Наконец Мир засыпает, а ко мне дремота всё никак не проходит. Я лежу рядом и тихонько шепчу ему, как он мне дорог. Как я заново влюбляюсь в него каждый день. Как благодарна за то, что он ждал меня всё это время. Ждал так долго…