Глава 7. Сомнительное предложение

Следующие несколько дней я готовилась к выговору и наказанию из-за пострадавшей мордашки мужчины, имя которого так и не смогла запомнить.

Время шло, а капитан не вызвал меня к себе. И пострадавший от моей несдержанности преступник тоже не показывался. За превышение полномочий мне не досталось и косого взгляда. Даже Мажена, так недовольная видом задержанного, забыла о нем, стоило только вернуться в управление.

Хотя получить порцию нотаций мне все же довелось. Совсем не связанных с моим проступком, что делало ситуацию абсурдной…

Юна ворвалась в кабинет за десять минут до начала обеденного перерыва, запыхавшаяся и взбудораженная, и громко выпалила в пустоту:

– Отпустите Вейю со мной на обед! Пожалуйста!

Йормэ непонимающе посмотрел на нее, потом перевел взгляд на меня.

– Пожалуйста? – не очень уверенно произнесла я.

Юна выглядела странно, ей определенно нужно было что-то мне сказать.

– Проваливайте, – проворчал лис, возвращаясь к своим делам.

Уже в коридоре, крепко держа меня за руку, Юна по своему обыкновению пожаловалась:

– Все утро пришлось работать без перерывов, чтобы пораньше на обед уйти.

– Видимо, у тебя ко мне очень важное дело, – серьезно кивнула я, даже не думая язвить. Если она работала все утро, не отвлекаясь по малейшему поводу, значит, разговор нас ждал и правда серьезный.

По широкой светлой лестнице мы спустились на первый этаж, тихий и малолюдный в это славное предобеденное время, и прошли в западное крыло, к столовой. На пороге, замерев на одну секунду, Юна с осуждением произнесла:

– Тебе нужно прекратить общение с капитаном Мэранном.

Я не сразу поняла, о ком идет речь. Привыкла за последние дни называть его Дайном, пусть и не вслух.

– С чего бы это?

– Такие связи могут тебе навредить. Ты же знаешь, что о нем говорят.

Юна была такой с самого нашего знакомства: каким-то невероятным образом все сплетни всегда доходили до нее, и самое удивительное – как правило, она верила каждой из них.

– И что? Если я продолжу с ним общаться, меня запишут в его подельницы?

Столовая была еще полупустой и тихой, но раздаточный стол уже был полностью готов к приходу посетителей. На обед, сводя меня с ума ароматом, сегодня было томленое мясо, и я, не раздумывая, поспешила за своей порцией.

Юне пришлось сдерживать свое возмущение, пока мы не получили подносы и не сели в уединенном уголке подальше ото всех.

– А что, если так и будет? Вдруг тебя начнут избегать? Подумай о своей репутации! Ты правда готова все потерять из-за одного человека?

– Юна, перестань…

– Нет! Я беспокоюсь о тебе. Все видят, какие у вас близкие отношения. И многие обратили внимание, что обедать в столовой капитан стал после твоего появления! Ты должна прекратить с ним всякое общение. Прошу, подумай о себе.

Я не могла поверить, что ей хватило наглости говорить мне нечто подобное.

Чтобы я прекратила общение с человеком, который мне симпатичен, в угоду тем, кого я даже не знаю?

– Скажи, если я не послушаюсь и это вызовет общественное недовольство, тогда ты, как и все, отвернешься от меня?

Как бы я ни старалась, не могла понять, с чего бы Юне так об этом беспокоиться. Дайн работал в управлении уже достаточно давно, со многими у него были хорошие отношения, с кем-то… например с Маженой, которая радовалась каждому его появлению, – особенно хорошие. Даже если кого-то злил сам факт существования алхимика, какое мне до этого дело?

– Я не… – Юна замялась и опустила голову. – Пойми меня правильно, ладно? В нашем отряде не терпят тех, кто пренебрегает законом, а про капитана Мэранна многое говорят.

– Но ведь если бы были улики, его бы уже посадили, верно? А все эти сплетни только портят человеку жизнь. – Юна сидела спиной к залу и не видела, как к нам с подносами наперевес направились три стражника, о чем-то переговариваясь. Две девушки и парень. И ни один из них не казался мне приятным. – И знаешь, что еще я думаю? В вашем отряде, должно быть, мало работы, раз у вас хватает времени сплетничать.

– Но я же о тебе беспокоюсь!

– Не стоит, – попросила я, глядя поверх ее плеча.

Юна заметила мой взгляд, обернулась и неуверенно улыбнулась. Стражники были в трех шагах от нас.

– А я все гадала, куда ты так быстро сбежала, – протянула брюнетка, сдувая с глаз челку. Единственная длинная прядь волос закрывала ей обзор, в остальном прическа девушки представляла дерзкий ежик с выбритыми висками.

– Хотела пообедать с подругой, – бодро отозвалась Юна.

Незнакомка уделила немного своего внимания мне.

– Какой отряд?

– Она… ну… из неблагополучных, – совсем смутилась Юна. На девушку она смотрела с откровенным обожанием.

Услышав о моем отряде, загорелась вторая стражница.

– Так это ты та счастливица, которую Йормэ выбрал? А вторая где? – И без перехода, не дав мне шанса ответить хотя бы на один вопрос, выдала невероятное: – Которая из вас в него влюблена?

– Не думаю, что должна отвечать на столь бестактные вопросы, – произнесла я, едва сдерживая раздражение. Они прервали наш разговор, не представились и вели себя очень нагло. Парень пока молчал, но я ощущала его недовольный взгляд.

Когда я посмотрела на него, он лишь снисходительно улыбнулся и утратил ко мне всякий интерес.

Еще вчера я думала, что Мажена – очень необычная стражница, потому что на весь отдел она была одна такая раскованная и напористая… Сейчас ведьма казалась мне почти милой.

– Мы пообедаем с вами, – решила девушка с челкой. Вторая, тощая и рыжая, тут же потянулась к соседнему столу, чтобы забрать стул.

На мое счастье, ровно в этот момент на пороге показался Дайн. Поправив очки, он внимательно осматривался, пытаясь кого-то найти. Хотелось верить, что меня.

Я стремительно поднялась, напугав рыжую, и, даже не пытаясь быть вежливой, сказала:

– Присаживайтесь. Кажется, мы уже обсудили все, что хотели.

Юна первой поняла, к кому я так спешила, едва не забыв свой поднос, и это ее разозлило.

– Мы же об этом говорили!

– Ты совершенно права. И знаешь, я только что поняла, что если некоторые люди вдруг решат меня игнорировать из-за чего-то вроде дружбы с капитаном, то я не сильно расстроюсь. Думаю, это даже облегчит мою жизнь.

Дайн смешался, заметив, как я несусь на него с подносом наперевес, мне показалось, он едва удержался от того, чтобы не отступить назад и, кто знает, может, даже попытаться сбежать…

– Сударыня, мне нужно за что-то просить прощения? – осторожно спросил капитан, когда я остановилась перед ним.

– Что?

– Я могу ошибаться, но у тебя было такое выражение лица… Мне показалось, ты идешь меня убивать.

Признание в том, что он мой спаситель и я была счастлива его видеть, Дайна развеселило. Но причину, по которой я была так раздражена, решила не озвучивать. Не хотелось мне, чтобы алхимик знал, как старательно меня отговаривали от общения с ним.

Чуть позже в столовой появился и Йормэ. Я невольно обернулась на стол, за которым обедала Юна, и могла наблюдать, как рыжая при виде лиса потеряла аппетит и не отрывала от него взгляда, пока он не скрылся от ее внимания среди других стражников. Иветт хвостиком следовала за ним, но по сторонам все же смотрела.

Она-то нас и заметила. Не решаясь прикоснуться к Йормэ, позвала его и указала в нашу сторону.

Лис сначала направился к нам, Иветт сказала ему что-то еще, он передумал и вернулся к раздаточному столу.

За его метаниями было приятно наблюдать, но жадность, с которой на Йормэ смотрела та рыжая, поселила в моей душе смутное беспокойство.

Это был первый раз, когда я заметила такую неприкрытую заинтересованность в лисе со времен академии, но тревожило меня не это: на Иветт рыжая тоже смотрела, и мне не понравился ее взгляд.

Я никогда не ревновала Йормэ, потому что не имела на это права, но переживать за Иветт я могла.

– Разве ты не ушла обедать с подругой? – На стол рядом со мной звонко приземлился поднос.

– Если матушка Брэнс узнает, как ты обращаешься с ее едой, станешь главным блюдом завтрашнего меню, – пригрозила я.

За последние дни я успела заметить, что местная повариха не просто так выходила в столовую и осматривала зал, она следила за тем, чтобы все блюда были съедены и никто не пренебрегал ее стряпней.

Йормэ проигнорировал мои слова. Его интересовало, как так вышло, что кабинет я покидала с Юной, а обедала с Дайном. Иветт, севшая напротив меня, тоже выглядела заинтересованной.

– Все просто. Мы поговорили, потом пришли люди из ее отряда, и я ушла.

– Они тебя выгнали?

– Сама ушла, чтобы не воткнуть вилку в глаз той рыжей.

Я лишь качнула головой в нужном направлении, но Йормэ из трех рыжих девушек безошибочно отыскал ту, о которой я говорила.

– Элла, – поморщился он. – Лучше бы воткнула.

– Меня бы наказали. Возможно, посадили…

– Я бы тебя прикрыл.

О том, что Элла не просто поклонница Йормэ, но и большая проблема из-за ее аристократического происхождения, мне рассказал Дайн под ворчание лиса.

– Ее отец купил титул барона, когда ей было двенадцать. Должного воспитания она не получила и почему-то считает, что в этом ее очарование, – раздраженно выплюнул Йормэ, когда Дайн замолчал. – Хуже всего то, что ее отец – партнер тети. У них несколько предприятий, и я никак не могу от нее отделаться.

Я знала о том, что его мать умерла полтора года назад, видела некролог в газете, но не могла выразить свои соболезнования даже в письме, потому что не знала, где Йормэ находится. И сейчас, когда он упомянул о сестре своей матери, я чувствовала себя виноватой за то, что не поддержала его в трудную минуту.

Мы никогда не говорили о наших семьях. Для меня это была больная тема, для него неприятная… но одно я знала точно: мать Йормэ любил и ее смерть должна была стать для него потрясением.

– К слову, о новых аристократах… – От его многообещающей улыбки у меня по спине побежали мурашки. Едва сдержалась, чтобы не передернуть плечами. – Надеюсь, сегодня вечером ты не занята, нам нужно подготовить кое-что для твоего плана.

О каком плане он говорил, я поняла сразу, но, сколько ни думала, не могла понять, к чему нам нужно готовиться? Йормэ с детства посещал различные приемы, зачем ему я?

***

Вечер выдался умиротворяюще прохладным, но у меня не получалось в полной мере насладиться хорошей погодой.

Я шла за лисом по широким людным улицам и не могла избавиться от недоброго предчувствия.

– Пирожочек, не отставай, – нетерпеливо велел он, когда я чуть замедлилась, чтобы разглядеть витрину оружейного магазина.

Кинжалы и короткие мечи, выставленные для завлечения покупателей, были удивительно красивы, но все мое внимание привлек анелас* с рукоятью из позолоченной латуни, украшенной резьбой и камнями, ценность которых, судя по стоимости кинжала, была довольно высока. Но понравилось мне именно это оружие не за свой богатый вид и россыпь драгоценностей, а за вытравленное на широком в основании клинке изображение лисы. Стремительную и тонкую фигуру я могла видеть лишь сверху, но почему-то не сомневалась, что лиса замерла в прыжке, вот-вот доберется до острия и сорвется в реальный мир.

От желания обладать этим клинком закружилась голова. Он был идеален во всем, начиная от синих отсветов камней в рукояти и заканчивая посеребренной лисицей.

– На что смотришь? – Йормэ, так и не дождавшийся меня, неохотно вернулся и встал за моим плечом, разглядывая кинжал. – А у тебя есть вкус! Подожди минуту.

Он скрылся в магазине, а я осталась стоять на месте. У стражников, даже у таких стажеров, как я, жалование было неплохое, и, если бы у меня было несколько месяцев, чтобы накопить нужную сумму, я смогла бы его купить… но сильно сомневалась, что кинжал меня дождется.

И не ошиблась. Прямо у меня на глазах анелас сняли с витрины вместе с ножнами и куда-то унесли. На темно-красной бархатной подкладке можно было отчетливо различить очертания недавно лежавшего там оружия.

Вышедший через несколько мгновений Йормэ невольно замер под моим злым взглядом. Не нужно было быть провидицей, чтобы догадаться, кто прибрал к рукам мою драгоценность.

– Не смотри на меня так, мне страшно, – попросил он, невольно спрятав сверток за спину. – У меня к тебе деловое предложение.

– Какое же?

– Если ты не опозоришь меня на следующей неделе, кинжал твой.

– Что? Погоди… а что будет на следующей неделе?

И лис вновь расплылся в широкой улыбке.

– Скоро узнаешь.

Когда Йормэ заказал на вынос ужин на двоих, у меня просто не осталось сил испытывать хоть какие-то эмоции. Сложно было вспомнить, когда я в последний раз оставалась наедине с Йормэ… но точно я никогда не была в его комнате в общежитии академии: тогда хитрый лис старательно делал все, чтобы не дать повода пустить о нас какой-нибудь слушок.

А сейчас тащил в свою квартиру, будто так и надо.

Недовольна этим я была недолго: лишь пока мы поднимались на последний этаж многоквартирного дома и лис звенел ключами.

Когда я оказалась на кухне и выглянула в окно, настроение мое сильно улучшилось.

С высоты четырех этажей было хорошо видно раскинувшийся внизу парк и озеро.

– Красивый вид, – вынуждена была признать я. Из окна моей спальни в общежитии было видно лишь старую кладку стены пятого корпуса и серый скучный проход между зданиями.

– Нравится? – Йормэ шуршал бумажными пакетами, выставляя на стол наш ужин, но оторвался от своего занятия, чтобы посмотреть, что меня так впечатлило. – М-м-м… можешь переехать ко мне. Второй комнаты нет, зато есть двуспальная кровать.

– Спасибо, – ответила я, посмеиваясь. – Откажусь.

Была уверена, что он просто пошутил, и не ожидала услышать завлекательное:

– До управления пятнадцать минут пешком. А в прошлом году проложили путь для городских трамвайчиков…

Для простой шутки лис оказался слишком настойчив, и довольно скоро это перестало быть забавным. Почувствовал ли он перемену моего настроения или сам устал, но сменил тему.

– Это тебе.

На стол рядом с тарелкой упал пухлый журнал.

– «Каталог готовых платьев», – прочитала я вслух и подняла непонимающий взгляд на Йормэ.

Лис сел напротив и готовился приступить к ужину, но вынужден был еще раз встать, чтобы принести из комнаты вскрытый кремовый конверт из дорогой бумаги.

Когда он лег рядом с каталогом, я почувствовала едва ощутимый цветочный аромат.

– Как ты и хотела, я выбрал приглашение. Убил на это последние несколько вечеров, но подобрал подходящее. На следующей неделе тетя устраивает званый ужин.

– На следующей… подожди, а не слишком ли поздно ты решил принять ее приглашение?

– Не беспокойся об этом. Тетя закроет глаза на мое неподобающее поведение. Она настоятельно просила меня присутствовать, особое внимание уделила тому, что ждет меня с парой. Не оставляет попыток свести меня с Эллой.

– Почему именно с Эллой? Она уточняла, кого хочет видеть?

– Нет. Но в стопке было письмо от барона, в котором он просил меня составить пару для его дочери, так как ей тетя выдвинула условие, схожее с моим.

– И ты решил использовать меня в качестве живого щита? Собираешься мною и от тети, и от барона отбиваться?

– Пирожочек, разве это была не твоя идея? Пробраться в аристократическое общество с целью получить информацию о Мяснике? – Он расслабленно откинулся на спинку стула, и тот тихо скрипнул.

Квартира была уютная, но неожиданно небольшая. Не в таком жилище ожидаешь увидеть наследника одного из влиятельнейших герцогов страны.

Добротный и дорогой ремонт удивительно гармонично сочетался с неновой и немного потрепанной мебелью. Кухонный гарнитур был новым, но на краю обеденного стола виднелась царапина, и темно-синяя обивка на стульях истерлась. Казалось, этой мебелью часто пользовались и они были специально перевезены откуда-то.

Возможно, из родового дома после смерти матери… это было бы неудивительно: если эти предметы напоминали Йормэ о ней, он непременно захотел бы их сохранить.

Наверное, я на его месте поступила бы так же.

– Моя. Но аристократ из нас двоих ты.

– К твоему счастью, тетя не указала, какой должен быть статус у моей пары.

– Йормэ…

– Послушай, когда у нас только появились подозрения, что в деле замешаны аристократы, я предлагал боссу использовать мой титул, чтобы разузнать что-нибудь, но он не посчитал идею удачной. Опасался, что преступники могут что-то заподозрить и затаиться. Но если я выйду в свет с тобой, это едва ли кого-нибудь удивит. Пустим слух, что я так безнадежно влюблен, что решил официально представить свою избранницу высшему свету, не заботясь о последствиях. Соглашайся. Так все будут в выигрыше. Я избавлюсь от навязчивого внимания незамужних аристократок, а мы получим возможность побеседовать с подозреваемыми. Тетя благоволит новым аристократам, уверен, все, кто нам нужен, соберутся на ее ужине. – Лис перегнулся через стол и постучал пальцем по обложке каталога. – А чтобы у нас все получилось, тебе нужно выбрать платье. Времени осталось мало, поэтому сшить тебе что-то стоящее мы не успеем, придется брать из уже готовых.

Я несколько мгновений гипнотизировала каталог взглядом. Йормэ был прав: я сама это предложила, а значит, должна была участвовать… но как же не хотелось.

Мой тяжелый взгляд лис понял по-своему.

– Давай сначала поужинаем. А потом я помогу тебе с выбором. Но должен предупредить: я и сам не очень много знаю о современной моде.

– Ладно. – Я решительно отодвинула в сторону каталог и придвинула ближе тарелку.

Йормэ до конца ужина так ни разу и не вернулся в разговоре к предстоящему посещению его тети, но мой взгляд то и дело притягивал конверт с приглашением. Светские приемы никогда не были чем-то таким, о чем я мечтала. Может, потому, что с семи лет меня старательно обучали этикету, не жалея и строго наказывая за ошибки. А может, от понимания, что мне там не место…

Из дома в академию я ушла раньше, чем меня представили обществу, и все эти знания мне еще ни разу не пригодились. Долгое время я считала все мучения, через которые мне пришлось пройти, бессмысленными, но теперь появился шанс продемонстрировать высшему обществу все, что я умею. И не опозорить Йормэ.

После ужина, когда лис решил самостоятельно приготовить чай, я взяла каталог и отошла к окну, в рыжеватом свете заходящего солнца рассматривая наряды.

За спиной шумела вода, и Йормэ ворчал что-то себе под нос, воюя с чайником.

Я открыла первую страницу, увидела цену и почувствовала, как во мне просыпаются доставшиеся от мамы отголоски драконьей жадности.

– Ты, должно быть, шутишь! Из чего это платье? Из золота? Из шелка Арахны**?

Платья я не любила, длинные многослойные юбки путались в ногах и сковывали движения. Куда удобнее и комфортнее мне было в брюках…

Но модели, представленные в каталоге, и вовсе приводили меня в ужас. Я быстро пролистала несколько страниц, поражаясь стоимости каждого платья. Самого главного в своем плане я как раз не учла – бюджета на проникновение в аристократическое общество мне точно не хватит. Нет у меня таких денег.

Шум воды прекратился.

– Что случилось? – Голос лиса раздался совсем рядом, и я решила на всякий случай не оборачиваться. На подоконник рядом со мной легла его ладонь. Китель Йормэ скинул еще в прихожей, рукава закатал во время ужина, и я могла отчетливо видеть белесую полоску старого шрама на его руке. В академии лис гордо называл его отметкой своего взросления, потому что получил шрам во время первой тренировки с матерью.

Раньше я мечтала когда-нибудь с ней встретиться. В лисе было столько восторга каждый раз, как он упоминал свою мать, что я не сомневалась – она просто удивительная.

И сейчас, от осознания, что мне уже не представится шанс познакомиться с главной женщиной в жизни Йормэ, на душе становилось тоскливо и тяжело.

Решительно захлопнув каталог, я откашлялась.

– Думаю, тебе все же придется идти одному.

– Почему?

– Видишь ли в чем дело, я не готова тратить жалование за несколько месяцев на платье, которое надену всего один раз.

Я бы лучше потратила его на оружие…

– Об этом можешь не беспокоиться. Так как ты помогаешь мне избежать нежелательного общества Эллы, расходы покрою я.

– Серьезно?

Мне не хотелось соглашаться – это казалось очень обременительным, но возможность лично познакомиться с подозреваемыми и составить о них свое мнение все же выглядела соблазнительно.

Йормэ опустил подбородок на мое плечо, обдав меня приятной прохладой.

– Для Пирожочка все что угодно.

– Послушай, почему ты все еще зовешь меня пирожочком?

– А почему бы и нет?

Эта его любовь отвечать вопросом на вопрос обычно не вызывала у меня раздражения или злости, но бывали такие редкие случаи, когда из-за этого хотелось убивать. Например, сейчас.

– Потому что я уже выросла.

На улице было еще достаточно светло, и в оконном стекле не отражалось ничего, кроме неясных силуэтов, потому разглядеть лицо лиса я не могла. А поворачиваться не рисковала. Слишком близко он находился, это было небезопасно для моего сердца.

– М-м-м… думаешь? Хотя я слышал, что сейчас входит в моду доминирование. – Уха коснулось теплое дыхание. – Хочешь, буду звать тебя госпожой?

– Зараза, – прошептала я, чувствуя, как по телу прошлась будоражащая теплая волна.

От локтя моего лис уклонился легко, кажется, я даже слышала его снисходительный смешок, но к подсечке он был не готов.

Я зацепила ногу Йормэ в развороте, он схватил меня за руку, и мы вместе полетели на пол. Лис упал подозрительно тихо, я отбила коленки.

– Это значит «да»? – спросил он сдавленно, все еще прижимая мою руку к груди. Я чувствовала, как под ладонью судорожно бьется сердце, хотя Йормэ выглядел совершенно расслабленным. И смотрел нагло. Глаза его едва заметно светились.

– Вейей зови, хватит глупых прозвищ, – проворчала я и попыталась встать, но высвободить руку не смогла. – Может, отпустишь? Или мне и дальше на тебе сидеть?

– Почему нет? Поза мне нравится. Только пол твердый, давай в спальню переместимся. – Вверх по бедру заскользила неожиданно теплая ладонь. Я отчетливо ощущала это даже сквозь плотную ткань форменных штанов. – Заодно и качество кровати оценишь.

На этот раз под дых лис все же получил. Закашлялся и отпустил меня.

Я порывисто подскочила. Уши пылали, и очень скоро покраснеть должно было лицо.

– Будешь издеваться, на ужин к тете отправишься с Эллой. Понял?!

– А я и забыл, что ты никогда меня всерьез не воспринимала, – проворчал он, медленно сев и потирая ребра. – Удар у тебя, конечно, что надо.

– Каталог я с собой возьму. В общежитии просмотрю, а завтра покажу, что выбрала.

Оставаться в его квартире и дальше мне не хотелось. Недели не прошло, как мы снова разговаривали – и вот пожалуйста, почти поссорились каким-то невообразимым и совершенно нелепым образом.

– Подожди. Давай я тебя провожу.

Прогулку по вечернему городу Йормэ предложил заменить короткой поездкой на трамвайчике.

Когда перед нами притормозил яркий красно-рыжий вагончик, выбивая искры из-под днища, я замялась. От трамвая пахло смазкой и железом, внутри ко всем этим запахам прибавился слабый, но от этого только более раздражающий аромат новой обивки.

Я часто видела, как эти яркие, новые, будто игрушечные трамвайчики катились по улицам по проложенному для них пути, но никогда не хотела на них прокатиться. Не сбегала с занятий, не тратила выходные на бессмысленные путешествия по городу на этих нелепых, но так быстро ставших популярными вагончиках.

Даже мне, с моим слабым нюхом, было сложно мириться с исходящими от них запахами, как все это переносил Йормэ, я не могла даже представить.

Когда спросила его об этом, он лишь пожал плечами.

– Просто привык.

Мы выбрали места рядом с выходом, чтобы хоть так я могла получить немного свежего воздуха во время недолгих остановок – их на нашем пути ожидалось всего три.

– И сколько времени ты привыкал?

Лис что-то подсчитал в уме и сообщил:

– Около года.

– Зачем было так над собой издеваться?!

– Чтобы стать сильнее, разве не нужно преодолевать свои слабости? – удивился он.

– Больше похоже на самоистязание, – в ответ проворчала я.

Йормэ не спорил, хотя было видно, что он со мной не согласен.

Из трамвайчика на своей остановке я вышла, уже совсем не злясь на лиса. Он вновь выглядел крайне самоуверенно и не желал так скоро прощаться. Отговорить его от идеи проводить меня до самого общежития удалось с трудом.

– Подумай о моей репутации, а? Если тебя кто-нибудь увидит, могут подумать, что я с парнями встречаюсь, вместо того чтобы работать в поте лица.

– Почему сразу с парнями? – не понял Йормэ. – Я ведь один тебя провожаю. И служебные романы у нас не запрещены.

– Запрещены, если ты живешь в шестом корпусе.

– Это кем же?

– Дежурной. Я ей и так не нравлюсь. Если дам повод, она с удовольствием состряпает про меня какую-нибудь грязную сплетню.

Лис помрачнел.

– Вейя, это же ненормально.

– Ничего. Через год получу звание констебля, а вместе с ним и повышенное жалованье, смогу квартиру снять в городе.

– Ты всегда можешь переехать ко мне…

– Да-да, я помню, оценить качество кровати, – закатила глаза я. На остановке, среди людей, когда Йормэ не прижимался сзади, это его предложение меня почти не смущало. И ударить лиса не хотелось.

– Я буду спать на диване.

– У тебя нет дивана. У тебя и гостиной-то толком нет.

– Куплю диван и буду на нем спать, – невозмутимо произнес он.

Решающим в нашем споре стало прибытие трамвая, идущего в сторону дома Йормэ.

– Это твой. – Я подтолкнула лиса вперед, чтобы он не стоял на месте, а поспешил к остановившемуся вагончику, такому же красно-рыжему, как и тот, на котором прибыли мы всего несколько минут назад.

– В этот раз я сдамся, – угрожающе произнес он, – но не думай, что на этом все закончится.

К чему именно относились эти слова, к предложению проводить меня до общежития или купить диван, я не поняла, но решила не уточнять.

Мне еще предстояло просмотреть каталог и не умереть от жадности…

_____________

* Анелас (англ. Воловий язык) – средневековый обоюдоострый кинжал или короткий меч, отличающийся значительной шириной клинка в его корневой части (погуглите, бывают очень интересные экземпляры).

** Арахна – мифическое существо. Паучиха. По преданию, она сплела кокон из шелка, в котором после сотворения мира уснула Извечная богиня.