Глава 10. 3 марта

Говорят, понедельник – день тяжелый. У меня теперь будет наоборот: тяжелые выходные, а в понедельник относительный отдых. Даже была мысль в этот день кофейню закрывать. Но вначале, конечно, будет не до того. Надо настроиться на одну сплошную работу. Сегодня хочу посмотреть на сайтах кандидатов на работу. Надеюсь, кто-то сможет подъехать в этот же день, поэтому еду в кофейню. Мне уже там привычно и отдавать помещение нет никакого желания – как родной дом покинуть. Когда подхожу к кофейне что-то цепляет взгляд – что-то чужеродное вижу боковым зрением. Оборачиваюсь. И правда – почти напротив нас был чайный магазин, а теперь там идет ремонт. На дверях объявление. Подхожу ближе, чтобы прочитать: «Скоро здесь откроется кафе!» Вот так-так… Я своему месту была рада еще и потому, что рядом нет конкурентов. Самые близкие – два довольно дорогих ресторана и Сонина любимая пиццерия. Но до них все равно идти, и у них другая ниша. – Ребят, что здесь открывается? – спрашиваю ремонтников, просовывая голову внутрь. – Кафе вроде, – отвечает один из них. – Запредельно дорогое, – добавляет второй, – судя по оформлению и мебели. Да и нас наняли для люксовой отделки. Благодарю за ответ и иду в свою совсем не элитную кофейню. С одной стороны, люкс нам не конкурент. Хотя определенный отток туда вполне может быть – вряд ли там чашка кофе будет намного дороже нашей. С другой стороны, Алекс точно знал об открытии. Его алкомаркет вообще из другой ниши, и он мог планировать его открытие. А вот для меня кафе в шаговой доступности – не очень хорошее соседство. Пытаюсь сосредоточиться на объявлениях о поиске работы и отвлечься от кафе. Ставлю ноут на стойку и усаживаюсь со стороны баристы. Естественно, плохо получается: постоянно поднимаю взгляд на кафе. Надо было заставить себя сесть спиной ко входу, но любопытство сильнее меня. Вижу, что туда проносят коробки с логотипом жутко дорогой компании, производящей посуду для ресторанов. Мне она была не по карману. Я даже не смела о ней думать. М-да, у кого-то слишком много денег. А у кого-то слишком мало. Когда наконец удается сфокусироваться на объявлениях, возле кафе появляется Алекс. Интересно, он раньше тоже так часто приходил в этот свой ТЦ? Он меня замечает и машет рукой, как старой доброй знакомой. В общем-то, я и есть старая знакомая. И, наверное, добрая. Поговорив с каким-то мужиком, он идет ко мне. Понимаю, что пора отложить поиски баристы – Алекс не дает мне толком сосредоточиться. Его присутствие мучает. Хочется и чтобы он остался, и чтобы сгинул нафиг. – Привет! – независимо от того, что он скажет дальше, всегда приветствует радостно, словно только меня и мечтал увидеть. – Занята? – Как всегда, – киваю. – Ищу баристу. Смотрю, кто-то открывает кафе почти напротив нашего? – стараюсь придать своему голосу побольше равнодушия. Алекс усаживается на высокий стул за стойкой. – Да. Мой друг. Ну или, точнее, знакомый. Вместе учились в Англии. Тоже вернулся. Здесь больше возможностей. Предугадываю твой следующий вопрос. И сразу отвечаю: да, он твой конкурент. Вы в разных ценовых категориях, но часть клиентов перетянет. – То есть, ты уверен, что не я перетяну, а он? – хмыкаю. – Без сомнений! Возможно, не сразу, но перетянет. Видишь ли, у него твоя кофейня, только масштабированная. – Что это значит? – хмурюсь. В моем понимании «масштабированная» – значит больше. Там помещение действительно чуть длиннее и шире моего. Но уж не настолько… – Давай кофейку своего. Только не проливай, – насмехается надо мной Алекс. – Значит это то, что у него будут и перекусы, ланчи, и десерты, и спиртное. А у тебя милые десертики и кофеёк. – С какао, – добавляю тихо, понимая, что любимый Сонин «кофе» не спасет. Алекс игнорирует мою реплику. – Да, все дорого. Гораздо дороже, чем у тебя. Но, как бы тебе сказать… Это как сравнивать разваливающийся домик в деревне с элитным особняком на берегу моря. – Я не разваливающийся домик. И не в деревне. В том же торговом центре, где и условный особняк. – Да, и это тоже минус. Но начнем с домика. Есть люди такие же как ты. У них тоже мало денег, и они не могут позволить себе… блин, особо ничего не могут позволить. Вот чашечку кофе с пирожком из котят, которые как раз подаешь ты. – Из каких котят? Ты о чем? Мы договорились с прекрасной пекарней. Не надо говорить о том, чего не знаешь, не пробовал, – мне становится реально обидно уже не только за себя. Алекс вздыхает. – Ты, кстати, кофе обещала. Свари, пожалуйста. Ладно, хорошие такие пирожки и пирожные. Но не сравнимые с тем, что будут подавать напротив. Ты же ела позавчера десерт? Это другой уровень. Я включаю кофемашину. Спиной чувствую его взгляд. – А ты понимаешь, что обычным людям… как я… тоже надо где-то есть? Куда-то хочется прийти, посидеть? – оборачиваюсь и осторожно ставлю чашку перед ним, стараясь сконцентрироваться на ней, а не на нем. Выдыхаю – сегодня обошлось без происшествий. – Или нам остается сидеть дома? – продолжаю наезжать на Алекса. – Или ты для нас придумаешь закрытый анклав, чтобы не портить вид? – Не поверишь, но ты отчасти права. Только отчасти. Однако доля истины в твоих словах есть. Он отпивает кофе и аккуратно ставит чашечку на блюдце – так что она даже не звякает. – Видишь ли, – он смотрит на меня с усмешкой, – это место другу я обещал давно. Я предпочитаю не выгонять тех, кто и так, по-моему, вскоре съедет. Иногда договор заканчивается, и мы не продляем аренду. Иногда закрываются сами, потому что не тянут. Чайная не тянула. Я часто проходил мимо и видел, что скоро она закроется. – Мало посетителей? – встреваю я с предположением. – Крайне мало. Почти совсем не было. Иногда зайдет кто-то к празднику купить красивую упаковку чая, а так – тишина. Так же как ты, хозяин не понимал, что обречен. Но в итоге ему просто нечем стало оплачивать расходы. – Тут ты и подсуетился. – Почему нет? Договоренность была. Я свистнул другу. Он тут же приехал и подписал договор аренды. На твое заведение обратил внимание, но я сказал, что беспокоиться не о чем. – Что я умру своей смертью от естественных причин? – шучу, хотя мне не до смеха. – Примерно, – он смеется, будто здесь цирк, а я в нем клоун. – Понимаешь, я буду потихоньку поворачивать торговый центр в сторону элитного, дорогого места. Мне он достался в наследство. Я долгое время занимался другими проектами. Но сейчас концентрирую силы именно на этом, потому что появилась причина. – Какая? – я себе кажусь роботом, который выдает вопросы и ответы. Но внутри у меня кипят эмоции. Близость Алекса все больше распаляет. В голову лезут всякие разные мысли о том, как мы с ним когда-то… – Рядом строят элитный комплекс зданий. Снесли какой-то завод, там теперь будет три дома для очень богатых людей. С бассейнами, тренажерными залами и прочими радостями жизни. Индивидуальная планировка. Естественно, огороженная территория. Поэтому я заранее превращаю этот торговый центр тоже в дорогой. Место, где не будет странной смеси. Вот как у тебя и кафе моего друга. Тоже с магазинами – будут только бутики. Чтобы люди могли спокойно сюда приходить и проводить время, зная, что чужих тут нет. Кинотеатры на несколько мест с ресторанным обслуживанием – столиками, напитками, закусками. С возможностью нормально посидеть в своей компании, а не с кучей посторонних, воняющих попкорном. – Получается, ты хочешь убрать отсюда все бюджетные точки? Но ведь не у всех заканчиваются договора аренды, и не все разоряются, – я сижу в некотором шоке. – Там пока строительство на уровне фундамента. Успеется. Как раз когда начнут заселяться первые жители, у нас будет более-менее нормальный уровень. И те, кто будут приезжать смотреть квартиры, сразу будут замечать наш центр. А ты тем более у входа. У самого входа! Тебя нельзя тут оставлять. Впрочем, когда это станет совсем критично, как я уже говорил, ты и сама съедешь. Некоторое время мы пьем каждый свой кофе в тишине. Я перевариваю информацию. Меня от нее тошнит, но приходится осознавать, что мне грозит в ближайшем будущем. В этот момент приходит Инга. Раньше она так часто не заходила, но видимо надеется застать Алекса. И она права – он здесь. Но не совсем по той причине, по которой хотелось бы. – Ты к нам зачастил, – наигранно весело говорит Инга. Она опять шикарно одета, хотя не уверена, что по меркам Алекса это называется шикарно. – И что-то совсем пропал, не звонишь, не пишешь. Она пытается показать, что ей все равно. Но я ее слишком хорошо знаю, чтобы поверить в напускное равнодушие. – Дела. Вот рассказывал Ане о некоторых из них. Превращаем торговый центр в место для элиты. Напротив вас, тоже к восьмому марта, откроют дорогое кафе. – Как интересно, – я вижу, что ей совсем неинтересно. – Они же нам не конкуренты. – Видишь ли, скоро здесь вообще таких как мы не останется. Такие уж у Алекса планы, – встреваю я. – Он все пытается мне объяснить, как я неправа, держась за свою кофейню. Мне так грустно, что хочется зареветь. Я вспоминаю, как ходила за ним хвостиком, как потом он начал меня приглашать на свидания, как я летала в облаках… И тогда, и сейчас он одним махом рушит мои воздушные замки. Они рассыпаются на мелкие кусочки, не оставляя никакой надежды. – Не расстраивайся ты так, – неожиданно Алекс протягивает руку и гладит меня по голове, как маленького ребенка. – Иногда мне кажется, ты совсем не изменилась. Витаешь, как когда-то, в облаках. Пора приземляться, малыш. Жизнь – жестокая штука. Надо привыкать. Видимо, чтобы привыкание шло быстрее, он опять приглашает Ингу в ресторан. На его лице написано безразличие. От того, что Алекс ее совсем не любит, мне не легче. Он и меня больше не любит. Хотя, сейчас я начинаю задаваться вопросом: а любил ли когда-нибудь?