Глава третья. Ах, какая это мука — решать чужие проблемы

Скоро осень… Последний летний месяц для директрисы Школы талантливых детей всегда был наполнен самыми разными заботами и хлопотами. Корона покровительствовала таким заведениям, выделяя достаточно средств на их содержание. Увы — талантливых детей в семьях аристократов становилось все меньше. Известная истина: если есть деньги — зачем тратить время на развитие Дара. Тем более что Анусьен — королевство не слишком великое, большого значения на карте мира не имеет. Короли — что прежний, что нынешний, планов по завоеванию новых территорий не строили. Однако нынешней весной по тайным каналам поступил приказ: отбирать на обучение всех детей даже с крошечной капелькой Силы. И как можно скорее начать проверку всех неженатых и незамужних молодых людей. Особо отмечать тех, в ком присутствует искра магии стихий. Для дальнейшего сближения оных с целью создания семей и рождения одаренного потомства. Для чего потребовалось короне такое общеанусьенское сватовство, в приказе не сообщалось, но подразумевалось само собой — разве нет? Короне нужны одаренные…

— Вот уж упертая парочка — вспомнила леди графа и графиню Тарских. Она-то уж было обрадовалась — готовая семья, осталось дождаться детей… Так ведь некстати гордость взыграла у обоих. Может, им приворотного зелья подлить? Нет, не выход. Наведенные чувства не дают нужных качеств… Еще и древний артефакт… Если б не мальчишка — он так бы и отравлял ауру дома, не давая пробудиться магическим способностям наследнику рода…

Древний артефакт… Изумруд в грубой золотой оправе. "Хранитель рода". Еще бы знать — какие функции у него есть, кроме определения принадлежности к роду, и явной подпитке старшего мужчины в семье. Но опять же непонятно — почему он показался мальчишке — бастарду? Может быть, потому что Артур изначально сильнее брата — отца? И не достать никаких сведений — граф ясно дал понять, что не желает видеть леди Силлу в своем доме.

Леди Силла вздохнула. Поднялась, подошла к окну, выходящему на широкий двор Школы. Там галдели, шумели, перемещались с запредельной скоростью десятка полтора подростков обоих полов. Дети, прибывшие на проверку. Кто-то из них станет школяром, кто-то отправится домой. И еще неизвестно — кому из них повезет больше. Стезя мага трудна и неблагодарна. С детства — множество самых разных ограничений. Постоянный контроль, иначе нестабилизированные потоки легко приводят к катастрофам вроде выгорания, затухания, полного исчезновения… Надо обладать поистине упертым характером, чтобы к двадцати годам развить в себе способности до такого состояния, когда они уже не смогут исчезнуть. Немного ослабеть — да, но ведь и говорить можно разучиться, если постоянно молчать.

Хорошо, хоть со взрослыми будет не так сложно: проверить наличие искры, полгода обучения, а потом отправить в столицу. Пусть там более могущественные маги ломают голову — что делать.

Что делать? Что делать с двумя упрямцами? А тут еще и граф Чесский ходит кругами. Поклялся собственной магией, что добьется леди Апрелии. А эта гордячка даже внимания не обращает на друзей. Впрочем, граф Тарский в городе не появляется. И лишь невнятные слухи блуждают по гостиным богатых особняков.

"Ах, вы слышали? Граф Тарский продал свой шикарный особняк". "Говорят, в имении Тарских развернулись строительные работы. Неужели такой перспективный молодой человек решил похоронить себя в деревне?" "Ах, какие перспективы, милочка? Ведь он женат". "Женат? Ах, как жаль"…

И такая дребедень носится по кругу влиятельных семейств Браска. Особенно сейчас, когда из загородных имений возвращается вся провинциальная знать. Можно подумать — год назад он считался завидным женихом. Зато теперь, когда по сведениям кумушек, у графа появились средства, общество решило, что… А ничего! Граф-то женат уже! Теперь все дружно обсуждают: откуда свалились на графа средства. Неужели нашлось дедово наследство? И почему-то никто не вспоминает, что новоявленная графиня — дочь богатейшего купца… Странно устроен человеческий мозг. Видит то, что ему выгодно. Впрочем, граф не афишировал изменение семейного положения. Вот никто и не запомнил свадьбу без жениха и невесты. Мало ли — что там по весне праздновала купеческая гильдия.

Одно хорошо: никто не вспоминает о малыше Артуре. И никто не знает, что жена графа настояла на раздельном проживании, успела усыновить малыша, и теперь проживает в собственном доме в квартале Бризон. Вместе со старой нянькой заготавливает варенья-соленья, когда спадает зной — выходит прогуляться в ближайший парк. Артур от новоявленной мамочки не отстает ни на минуту: она, леди Силла, каждый день наблюдает за их прогулкой, благо парк прекрасно виден из окна её кабинета.

Часто к прогулке присоединяется Иеремей. Старый слуга все еще не оправился после сердечного приступа, но выглядит намного свежей, чем при последней встрече в лечебнице. Леди Апрелия, не задумываясь, взяла его к себе в дом, и теперь Иеремей боготворит хозяйку, и балует мальчишку.

А вот и они: идут неторопливо по узкой дорожке в сторону фонтана: Апрелия всерьез озабочена развитием малыша, дает ему возможность постоянно общаться со стихией. И никогда не ругается, даже если мальчишка умудряется вымокнуть с ног до головы. О, и их сиятельство Роксидион тут как тут: рассказывает что — то, явно веселое. Апрелия улыбается, чуть склонив голову в изящной шляпке.

Леди опустила маленький бронзовый бинокль — дорогая штучка, только что вошедшая в моду у театралов. Надо бы заказать себе морской бинокль, у него мощность больше… На ком бы женить Роксидиона, чтобы под ногами не путался? Если он приложит усилия — леди Апрелия может и не устоять. Нет — нет, надо как-то нейтрализовать этого ловеласа! Хорошо, что она объявила им о целибате на полгода. Уж Роксидион-то шутить со своими способностями не будет.

Продержится. А что потом? Апрелия — не легкомысленная девица, конечно, но ведь и ей когда-нибудь захочется… И пусть это свершится с законным мужем. У девочки сильный дар творца — этому даже блоки не помешали. Впрочем, дар и магические способности все же не совсем одно и то же. Дар можно развивать, можно не развивать. Апрелия увлеклась вышивкой, её картины из бисера украшают стены домов и в Браске, и в столице. Работа сложная, кропотливая. Если не вкладывать Душу — ничего не получится. Леди Силла видела работы Апрелии. Такие теплые, такие умиротворяющие… Не мудрено, что она такая сильная. Тариэлу именно такая и нужна. Кто еще сможет удержать капризного мальчишку?! Но как внушить это Апрелии, если она даже не желает слушать?

Леди задумалась, вспоминая события пятидесятилетней давности. Ах, если б не упрямство графа Тарского! Он тогда только что вступил в права наследования…

Был молод, хорош собой, поговаривали — богат. Надо ли говорить — его наперебой зазывали в гости все знатные семейства города. Это мужчинам можно копаться в невестах, а девушкам долго выбирать не пристало: чуть что — и ты уже старая дева. Девиц на выданье всегда хватает… Три подруги встретились с молодым графом и его приятелями на осеннем балу. Ах, как же злилась будущая леди Силла, а тогда еще просто Асиль, на подругу, ставшую соперницей в борьбе за сердце молодого графа! Победила София. Граф сделал ей предложение, заключил помолвку, задаривал будущую жену драгоценностями, заваливал цветами! Аксинья, вторая подружка, радовалась за Софию, помогала ей выбирать ткань на платье, приносила все новые и новые узоры для вышивки приданого — был такой обычай в те времена: застелить ложе в первую ночь бельем, вышитым невестой собственноручно. Ходила вместе с невестой на свидания к жениху. Еще одно негласное правило — не оставлять будущих молодоженов наедине до свадьбы. Правда, Аксинья больше сидела на отдаленной лавочке с книгой, чтобы не мешать молодым целоваться…

А потом был мальчишник… Асиль улизнула с девичника, переоделась в платье служанки и пробралась в спальню молодого графа. С зельем, вызывающем страсть… Все же, из них троих Асиль была наиболее сильной магичкой. Как же глупа была она тогда! На что рассчитывала?! Графа не удалось скомпрометировать — ни одного свидетеля поблизости не оказалось. И на рассвете он таки обвенчался со своей возлюбленной Софией.

Асиль изломала веер, разорвала перчатку, искусала и без того опухшие губы, но сделать ничего не могла. Разве что сказаться больной, и не присутствовать на церемонии — хоть этим досадить Софи.

Молодожены отправились в свадебное путешествие. А когда вернулись — Софи была в положении. Асиль, как выяснилось — тоже. Ей пришлось сказаться больной еще раз, и уехать на воды — якобы лечить расстроенные нервы. На самом деле она скрылась в глухой деревушке у старой травницы, не переставая следить за событиями в жизни четы Тарских. Дети родились с разницей в четыре дня. И вот тут Асиль повезло: Софи почему-то оказалась вблизи от той самой деревушки, когда начались роды. Почему, как — Асиль никогда над этим не задумывалась. Главное — у неё появилась возможность избавиться от неприятного довеска в виде крикливого мальчишки. Ребенок Софи родился мертвым. Вот тогда-то и наступил её звездный час: она пришла к графу и предъявила сына. Пригрозила, что расскажет всему свету о том, как граф надругался над молоденькой неопытной девушкой, силой принудив провести с ней ночь перед свадьбой. Разошлись, однако, мирно: граф оплатил ей учебу в столичной Школе магии, предварительно взяв магическую клятву никогда не вмешиваться в жизнь его семьи. Асиль и не вмешивалась. Столица — это вам не Браск! Учеба, круговерть молодых магов, свобода — ах, какой же глупой она была, когда хотела женить на себе графа! От Аксиньи она знала, как живут Тарские: почти не выезжают из имения, растят сына. Больше детей у Софи так и не было…

У Аксиньи жизнь не сложилась: её возлюбленный бросил невесту чуть ли не на пороге храма. Потом ей пришлось стать опекуншей двоюродного племянника. Потом все как-то закрутилось, завертелось — и Асиль, теперь уже леди Силла, вернулась в родной город, где её не помнил никто. Стала директрисой Школы одаренных детей, отследила события в жизни Тарских, и однажды приехала в имение, желая поговорить с графом. К тому времени он был вдовцом. И леди была уже не так молода. Хотелось своего угла, семьи, внуков… Увы — граф слушать не стал, запретив слугам пускать её на порог.

И тут такая удача! Её внук женится на внучке Аксиньи! Жаль, что она не попала на свадьбу — могла бы еще тогда подействовать на девицу. А теперь надо всеми силами сохранить этот брак: уж она-то знает, каким богатством, пусть и не раскрытым пока, обладает Апрелия! Надо лишь сыграть тонко на чувствах этих двоих! А уж там она не оплошает!

ОТСТУПЛЕНИЕ Проказы моего Муза.

Девочки, мой Муз, похоже, обхитрил сам себя. Теперь мне приходится рисовать схемы по родственным отношениям.

Итак: семья Апрелии Аэрт, в замужестве — Тарской.

Отец Гордей Аэрт. Преуспевающий купец. Женат. Кроме старшей дочери от первого брака, имеет еще двух дочерей и сына. Дети в романе упоминаются вскользь, так как роли не играют.

О родной матери Апрелии пока нет ни слова, кроме того, что она сирота.

Умерла родами.

Аксинья — двоюродная тетка и опекунша Гордея. Стало быть, Апрелии она доводится двоюродной бабушкой. С детства воспитывала девочку как аристократку. Оставила ей в наследство приличный капитал и домик в престижном квартале городка. В доме вместе с Апрелией проживают нянюшка Талия — бывшая нянька Апрелии, и её муж, Верт, исполняющий обязанности садовника, конюха, истопника — в общем, всего, что касается хозяйства. На данном этапе в доме живет няня Артура — того самого сына — брата пока еще мужа, Тариэла Тарского, и бывший камердинер — он же дворецкий графа Тариэла — Иеремей.

Семейные связи Тариэла Тарского.

Дед — граф, ныне покойный. Бабушка — леди Силла, но Тариэл об этом не знает, так как его отец — бастард. Иными словами — подменыш. Других близких родственников нет, кроме маленького Артура, которого считал сыном кого-то из кузенов. Оказалось — мальчик его единокровный (то есть, родной по отцу), младший брат.

У графа есть несколько близких друзей, но общается он чаще с двумя: виконт Зарион Контре и граф Роксидион Чесский.

Вроде бы всё? Муз объелся малиной, стонет и просит водички. Или водочки?