Глава 28
Что делать дальше? Виктория думала над этим вопросом весь вечер. Слейд явно решил похоронить себя на этом острове среди разрушенных бунгало и скудных остатков прошлого. Он добровольно покинул общество, оставшись наедине с морем, природой и самим собой. Виктории же хотелось попытаться вернуть его в мир. Не просто соблазнить, воскресить ту жизнь, которую этот упрямец вёл до гибели Кэтрин. Остров Бурь недавно процветал, сюда отовсюду стекался народ. Значит, у него хороший потенциал! С этого и нужно начинать.
Девушка взяла блокнот и открыла чистую страницу. Написала «цель», немного подумала и заменила на «ближайшую задачу». Сейчас самое главное — обустроить их жилище. А для этого нужны деньги. Следующей графой шло «что у нас в наличии». Виктория криво усмехнулась. Сюда полагалось внести растерзанные остатки дорого платья, брильянтовые серёжки и кольцо, которые можно загнать на рынке за хорошие деньги, ещё кучу барахла и одно влюблённое, пока ещё не разбитое сердце. Последнее уж точно бесценно.
Девушка с усмешкой посасывала кончик карандаша, глядя в блокнот и размышляя. За этими раздумьями её и застал Слейд. Побарабанив пальцами по приоткрытой двери, он заглянул в комнату.
— Завтра еду на рынок. Ты со мной?
Последние несколько дней он вёл себя как ни в чём не бывало. Завтракал вместе с ней, уходил в море и возвращался, когда уже темнело. Ужинали втроём — после жары к ним присоединялся проспавший целый день бездельник-енот. Слейд делился подробностями рыбалки, рассказывал про окружавшие их острова. Личных тем Виктория в разговорах больше не поднимала.
— Конечно, поеду, ты ещё спрашиваешь! — радостно воскликнула она, отбросив карандаш в сторону. Глаза её азартно загорелись. — Знаешь, о чём я тут подумала?
— Как побыстрее потратить завтрашнюю прибыль? — Слейд вопросительно поднял бровь.
Но девушка пропустила иронию мимо ушей.
— Мы должны купить печку и выпекать свой хлеб! — выпалила она. — Я могу этим заняться, Танис обещала рецепт, а хлеб тоже можно продавать!
Мужчина откинул тёмную прядь с лица.
— А что, неплохая идея, Меган. Обещаю подумать, — на лице его и в самом деле на мгновение появилось серьёзное выражение. Но мужчина тут же тряхнул головой: — Ладно, я спать, — он неожиданно улыбнулся. — Спасибо за вкусный ужин.
Сердце Виктории радостно ёкнуло. У неё едва не вырвалось: «Спасибо на хлеб не намажешь, лучше поцелуй меня», — но девушка лишь кивнула и снова взялась за карандаш. Пока рано было делать выводы, но ей отчётливо показалось, что чьё-то сердце начинает потихоньку оттаивать.
* * *
Утро следующего дня выдалось насыщенным. В шесть часов они уже были на рынке. Торговля шла как обычно: бойко и весело. Крабов расхватали очень быстро. Рыба тоже не отставала. Виктория уже почти всё распродала, когда к ней подошли двое парней.
Один из них, долговязый со светлыми, убранными в хвост волосами и неприятно бегающими глазками, обошёл прилавок и встал рядом.
— Эй, Меган, не хочешь с нами прогуляться? Может, сейчас в кино, а потом в бар или в ночной клуб? — неожиданно предложил он.
— С какой это стати? — девушка равнодушно вытерла салфеткой ладони и с решительным выражением лица упёрла руки в бока. — Я вообще-то никуда не хожу с незнакомцами!
Она уже привыкла к вниманию местной молодёжи и знала, как отвадить особо приставучих, к тому же скоро должен был вернуться Слейд. А ей вовсе не хотелось давать ему очередной повод для ревности.
— Хватит ломаться, — коверкая английские слова, парень попытался схватить её за руку, даже сделал шаг навстречу, глумливо улыбаясь. Впрочем, ему самому, вероятно, этот оскал казался обаятельным. Виктория же не испытала ничего, кроме брезгливости, а потому, не задумываясь даже, подняла руку, да и хлестнула его по щеке.
— Маленький ещё по клубам ходить… — насмешливо бросила она.
И тут же почувствовала на своём бедре горячую мужскую руку второго парня, который обошёл прилавок слева. Эх, зря она отвлеклась, надо было следить за обоими!
Виктория отпрянула, краем глаза отмечая приближавшуюся к ним мощную фигуру Слейда. Один из наглецов, тоже приметивший хозяина острова Бурь, заметно струхнул и поспешил ретироваться. Второй же оказался не таким расторопным и продолжил стоять рядом. Девушка хмыкнула про себя. Тупой он, что ли? Сейчас кому-то явно не поздоровится…
— Быстро отошёл отсюда, сопляк! — пробасил хозяин прилавка.
— И не подумаю… — долговязый сложил руки на груди.
Слейд приблизился. Суровым выражением лица и габаритами он напоминал грозовую тучу.
— Отойди от девчонки, я сказал! — рявкнул он на ходу. Виктория от его тона едва удержалась, чтобы не присесть на корточки. А вот до парня, кажется, и тут не дошло. Он обернулся с самоуверенным выражением лица:
— А то что будет?
— Узнаешь, когда размажу тебя по асфальту, — буркнул Слейд, и почему-то ему сразу верилось.
Юноша нервно хмыкнул.
— Можно подумать, твоя девчонка!
Вокруг уже начали собираться любопытные.
— А что, если моя? — Слейд неумолимо надвигался на парня.
— Врёшь, она слишком красивая для такого дикаря! — выпалил долговязый, но на всякий случай отошёл подальше. Толпа заулюлюкала.
— Меган, ты ведь моя девочка, не так ли?
Слейд все с тем же разъяренным выражением лица схватил её за руку, прижал к себе и неожиданно накрыл рот страстным поцелуем. И все это произошло настолько стремительно, что у Виктории буквально подкосились ноги, она чуть не потеряла сознание в объятиях этого великана. Голова кружилась, за спиной словно выросли крылья. Казалось, она воспарила над землей. Вот оно — счастье! Но почему именно сейчас, когда на них смотрят десятки любопытных глаз, и нестерпимо палит средиземноморское солнце? Когда она даже руки не успела помыть и вся насквозь пропахла окунями с кефалью?! Какое оно необыкновенное, это рыбацкое счастье! Девушка ничего не понимала, лишь наслаждалась моментом, о котором мечтала почти целый месяц. Только бы Слейд не останавливался, она готова была простоять в обнимку с ним целую вечность, и даже этого будет мало!
— Ну всё, собирайся, мы уходим, — приказал мужчина, разрывая поцелуй, а Виктория стояла столбом и всё никак не могла прийти в себя.
До неё даже не сразу дошло, что вокруг поднялся весёлый гул.
— Эй, Слейд, после такого ты просто обязан жениться на Меган! — кричали торговки.
Мужчина поднял пустую корзину и обвёл собравшихся грозным взглядом.
— Не ваше это дело, старые сплетницы. За своими мужиками лучше следите!
Виктория чего-то такого от него и ожидала, от его грозного рыка болтливые бабы сразу притихли, и, расталкивая локтями зевак, из густоты базарной сутолоки появилась Танис.
— Послушай, сосед, давайте ко мне зайдём! — её звонкий голос перекрыл царящий на рынке гомон. Только узнав лицо и знакомый голос, Виктория будто пришла в себя и вспомнила где находится. Сердце её колотилось как сумасшедшее, но она взяла себя в руки и весело улыбнулась женщине.
Внутри у нее всё ликовало, радость распирала грудь, а губы продолжали гореть.
— Отдохнёте от жары, я вам с собой сыров, йогурта, оливкового масла дам, — Танис прятала улыбку в уголках губ, но её глаза светились, словно говоря «как же я за вас рада!»
— Да мы уже всё распродали, с пустыми руками… — начал было Слейд, но торговка его перебила:
— Меган меня всё время хорошей рыбкой угощает. Не люблю оставаться в долгу!
— Зайдём-зайдём, — заторопилась Виктория. — Спасибо за предложение, Танис!
* * *
Спустя пару часов, сытые и довольные, они сидели в уютной гостиной, слушая болтовню хозяйки дома.
— Вот что сынок подарил ко дню рождения — телевизор последнего поколения! — Танис взяла пульт и принялась щёлкать программы. — Одно удовольствие!
— Какой он у тебя заботливый, — глядя на экран, Виктория придвинулась поближе к Слейду. Его присутствие будоражило в ней чувства, без которых, казалось, она уже не сможет прожить.
Однако мужчина не отрываясь смотрел не на Викторию, а на экран. Сама девушка даже толком не приглядывалась, что там транслировали, болтало что-то… так, для фона.
А вот Слейд, кажется, серьёзно увлёкся.
— Подожди, Танис, — неожиданно произнёс он, — когда произошло это кораблекрушение?
Виктория тоже взглянула на экран, там с высоты птичьего полета показывали бесконечную панораму лазоревой водной глади, у кромки которой как-то нелепо и неуместно, китом, всплывшим кверху брюхом, вздыбилось днище гигантского судна.
Глядя на изображение гигантского перевернувшегося лайнера, Виктория неожиданно для себя почувствовала смутную тревогу.
— Да об этом уже почти месяц говорят! По всем каналам показывают одно и то же, — затараторила хозяйка дома. — Люди до сих пор разыскивают своих родственников, друзей…
— Значит, вот откуда ты пожаловала на Остров Бурь, — прошептал Слейд, глядя на Викторию так, будто она была незнакомкой. — Послезавтра уже месяц…
И тут в её сознании будто что-то щёлкнуло. Короткими вспышками замелькали смутные картинки. Она танцует под ночным небом на верхней палубе, чьи-то улыбающиеся лица… богато обставленная каюта… роскошный ВИП-столик в ресторане, заискивающий взгляд официанта…
Виктория застыла с остекленевшим взглядом, смотря не на стену, к которой повернулась, а внутрь себя.
Поток воспоминаний оборвался, когда Слейд стремительно поднялся.
— …Мегги-Меган, пора найти твою семью!
— О Господи, — Виктория схватилась за голову. — Значит, это была не яхта Карла, а круизный лайнер… Но с кем же я путешествовала? Одна, что ли?
Таис хлопнула рукой по лбу.
— Господи, как же я раньше не догадалась, у вас же нет телевизора! Мегги… бедная наша девочка! Ты ведь ничегошеньки не помнишь… Тебе нужно срочно обратиться в полицию, они помогут найти твоих близких!
Виктория вздрогнула и подняла взгляд на торговку.
— В полицию?..
— Пошли, — Слейд схватил её за руку и рывком дёрнул на себя. — Это я дурак, нужно было сразу тащить тебя туда!
Но тут внутри нее неожиданно поднялся протест.
— Никуда я не пойду! — вспыхнула Виктория.
Она ещё не до конца всё вспомнила. Перед глазами снова встала физиономия Карла и его рука, протягивающая таблетки «Экстази». Это же незаконно! Как о таком рассказать?! Перспектива угодить в тюрьму пугала гораздо больше гнева любимого мужчины.
— Вот упрямая девчонка, — рявкнул Слейд. — Не пойдёшь — насильно понесу, ты же меня знаешь!
И, будто в подтверждение своих слов, он грубо схватил её за руку и поволок к двери.
Виктория упиралась и сопротивлялась как могла.
— Пусти, пусти! Ты просто невозможен! Сначала целуешь, а потом тащишь в полицию!
— Этот поцелуй ровным счётом ничего не значит, — буркнул Слейд, не сбавляя скорости.
— Для тебя он ничего не значит, а для меня — всё! — всхлипнула девушка, едва переступив порог.
За ними, шлепая босыми ногами, бежала хозяйка дома. Но Виктории было уже не до неё. От обиды и страха на глазах выступили слёзы. Почему Слейд ведёт себя как безжалостный варвар?
— Подожди, Слейд. Возьмите хоть вина с собой! Сейчас принесу из подвала, — крикнула им вслед Танис.
— Спасибо, хозяйка, мы ещё вернёмся, — прозвучал ответ «невозможного мужчины».
* * *
— Значит, вы утверждаете, что являетесь той самой Викторией, наследницей богатой империи Батуриных, о которой с утра до вечера болтают журналисты и разыскивают все службы Греции? — начальник полиции с недоверием разглядывал остолбеневшую девушку. — И правда, очень похожа! Вот это нам повезло, обещали ведь солидное вознаграждение! Знаете, не каждый день приходится видеть миллионерш. И где же вы были все это время, объявление уже целый месяц тут висит?!
— Ничего себе, дочь известного русского бизнесмена, — присвистнул стоявший рядом Слейд. — А ты, оказывается, богатая девочка, Виктория-Меган.
А она стояла и смотрела на вырезку из газеты, где красовалась её фотография.
Острые, как бритва, воспоминания нахлынули на молодую наследницу: болезненная ссора с Максом, тревожный взгляд провожавшего её до трапа Алексея и… лицо угасающего отца, которого она бросила, укатив в круиз.
— Отец, — вскрикнула Виктория. — Папа, о господи! Телефон… дайте же мне скорее телефон!
Полицейский, скривившись в некрасивой ухмылке, услужливо передал ей трубку.
— Предупреждаю, один звонок! Это очень дорого — звонить в другую страну.
Виктория судорожно набрала домашний номер, но там никто не ответил.
— Чёрт, никто не подходит… — она с мольбой взглянула на мужчину в форме. — Ещё один звонок, пожалуйста! Я должна позвонить своему брату, видите, здесь тоже указан его телефон!
Несколько мгновений, показавшихся Виктории вечностью, она вслушивалась в длинные гудки. Наконец раздался родной голос.
— Макс, это я! — вскричала она. — Как кто? О чём ты говоришь, Максик, какая ещё Нина? Это я, Вика! Да, я жива… Не могу говорить сейчас. У меня нет денег, а мне дали только одну минуту на звонок. Перезвони по этому номеру прямо сейчас!
Она отключила связь и подняла взгляд на Слейда. Обычно бесстрастное лицо его выражало волнение, голубые глаза горели, на лбу обозначилась складка.
— Я всё вспомнила, Слейд… Всё… — руки её дрожали, на глазах выступили слёзы. — Я поступила с ним так ужасно… так…
— Ты что, замужем, Меган?
В руке Виктории зазвонил телефон, и, нажав принять вызов, она прошептала одними губами:
— Нет.
* * *
Когда они вышли из полицейского участка, небо затянуло тучами, начался дождь. Слейд набросил на плечи Виктории свою джинсовую куртку, но она сняла её и передала обратно.
— Ты же вымокнешь.
— Пускай.
«Дождь скрывает боль…» Чьи это слова? Неважно… Макс всё ей рассказал, папы больше нет. Она так и не успела вернуться, чтобы сказать отцу, как сильно любила его… Чтобы поддержать и провести последние дни рядом, как и должна была сделать любящая дочь. Виктория шла вся мокрая, небо над ней плакало, и её душа горевала о том, чего уже никогда не вернуть, о том, что безвозвратно потеряно. Потеряна целая часть жизни, которую она могла провести с отцом.
«А дождь смывает все следы,
Следы обиды, страха, боли,
Как будто вышел из неволи,
Так дождь смывает все следы…» — вспомнились строки из песни, и девушка, подняв голову, подставила лицо дождю.
— Мне жаль, Меган, — Слейд остановился. Развернул её к себе и заглянул в глаза. — Жаль твоего отца. Да, его уже не вернуть. Но, самое главное, ты сама осталась жива после этой катастрофы и теперь нашла семью. У тебя есть любимые братья, ты нужна им!
Его слова заглушил шум полицейской сирены. Мужчина продолжал говорить что-то о родственниках, но отчего-то сейчас Виктории хотелось услышать совсем другое.
Когда шум стих, она схватила его за локоть.
— Скажи, а тебе я разве не нужна? Ну хоть немножечко, хоть капельку? — переспросила она, жадно вглядываясь в красивое волевое лицо и пытаясь прочесть на нем хоть какие-то эмоции.
Но оно снова было бесстрастным, а взгляд пронзительным и холодным. Мужчина отцепил её руки.
— Ты очень спешишь, Меган. Я не могу ответить на этот вопрос.
— Я так и думала, — Виктория опустила голову.
— Эй, красотка, не кисни, сейчас зайдём к Танис и домой, — как ни в чём ни бывало продолжал Слейд. — У нас полно дел, мы должны достойно встретить твоего брата.
— И что ты задумал? — спросила она сдавленным голосом.
Какая разница, что Макс увидит на острове? Она жила в этой нищете последний месяц и даже не мечтала о достатке. Но Виктория, теперь она это точно знала, никогда не была так счастлива, как здесь. Никакие сокровища мира не нужны для счастья, любовь — вот самое главное богатство! Она поняла это только сейчас…
— Хочу закоптить окуньков, заодно и ты перед отъездом попробуешь деликатес.
— Перед каким отъездом? — встрепенулась Виктория, отбросив все остальные мысли. — Я никуда не собираюсь уезжать. Даже не мечтай об этом!
— Поедешь, Меган, поедешь! Тебе не место в этом богом забытом месте. Ты должна блистать в обществе. — Слейд отвернулся от неё и зашагал в моросящую пену дождя.
Девушка бросилась следом, шлёпая по лужам. Нет! Об этом не может быть и речи. Уплыть с острова? Исчезнуть из жизни Слейда? Чувства в форме невысказанных слов вертелись у неё на языке.
— Я хочу блистать только перед тобой… Мне никто не нужен, — она поравнялась с ним. — Слышишь, никто!
— Брат увезёт тебя, через пару дней ты уже забудешь обо мне и правильно сделаешь!
Ногти Виктории вонзились в ладони. Естественно… Она обнажила перед ним душу и… ничего! Разумеется, Слейд не собирался просить её остаться. То, что она в него влюбилась, ничего не меняло. Вот же бесчувственный дикарь! Ничего, у неё ещё есть шанс…
— Я и правда могу уехать, но только на несколько дней, чтобы восстановить документы… — пробормотала Виктория, но Слейд этого не услышал.
Он шёл быстрым шагом, не останавливаясь, а дождь продолжал хлестать по их лицам.