Глава 7. Мужчина из гранита

Оксана

Санаторий был прекрасный. Влажный воздух с ароматом прелой листвы наполнил лёгкие, и я умиротворённо улыбнулась.

— Как же хорошо! — запрокинув голову, посмотрела на грозное ноябрьское небо. И вроде поздняя осень на дворе, дожди и холод, а у меня на душе весна. Ощущение прекрасного и ожидание чуда. Как в детстве перед Новым годом.

Я здесь всего лишь несколько дней, а уже чувствую себя намного лучше. Чудесный доктор, похожий на доброго доктора Айболита из сказки, назначил мне прогулки по территории санатория, щадящее ЛФК, посещение бассейна и психолога.

Правда с психологом у нас вышло недопонимание. Её фраза «В разрушении отношений всегда два человека виноваты» просто как триггер сработала, и я достаточно эмоционально ей высказала свою точку зрения.

Зябко поёжилась и обхватила себя руками.

«Я не чувствую своей вины в том, что у мужа в штанах засвербело! Не чувствую!

— Я и не виню вас, Оксана, — она мягко улыбнулась. — Вы так эмоционально реагируете потому, что вам ещё больно?

— Больно? — я растерялась. — Уже нет, не больно. Обидно, скорее всего. Это так банально, уйти от жены к молодой! — я снова вспыхнула. — А вы говорите, виноваты оба! Я не могу бороться с молодостью! У нас разница с ней четырнадцать лет! Вы понимаете? Что я могу против её молодости?!

— Зрелость? Опыт? Ум? — она вскинула свои светлые брови.

— Ему не надо видимо этого, — с досадой скривилась я. — Ему нужна булочка, а я…, — вздохнув, добавила тише, — урюк.

— Это вы так считаете?

— Нет… так сказал мой муж.

— Но вы себя чувствуете «урюком»? Разве слова вашего мужа — это истина в последней инстанции?

Я закусила губу и нахмурилась.

— Я действительно чувствовала себя старой последние несколько месяцев. Уставшей и старой. Дети уехали, и я стала им не нужна.

— Но кроме детей у вас же есть вы сама. Есть ваши мысли, чувства… Разве нет?».

Тяжело вздохнув, я так и не ответила ей. Сейчас, гуляя по чудесному парку, раскинувшемуся вокруг санатория, я думала о нашем с ней разговоре, и никак не могла принять мысль, что я тоже виновата в том, что Саша завёл себе любовницу. Более того, он к ней ушёл.

У меня всегда на первом месте была семья. Дети и муж. Именно в этой последовательности. Дети, а потом муж. Я всё делала для их комфорта. Мои дети — это моя гордость и радость. Моя отдушина. И когда они оба уехали, я потеряла цель в жизни. Я потеряла себя.

Я всегда была опорой для Саши. Надёжным тылом и верным другом. Он всегда советовался со мной и многие решения мы принимали с ним вместе.

И может действительно, когда я ушла в себя, он потерял опору? Но разве так правильно? Разве не должен был он поговорить со мной? Сделать шаг в мою сторону? Получается, он просто заменил старый костыль на новый?

Я грустно усмехнулась. «Костыль, я всего лишь костыль в его жизни. А как же любовь? Где в нашей жизни потерялась любовь? И была ли она вообще? Может это была не любовь?».

Настроение совсем упало, развернувшись, я зябко втянула плечи и кутаясь в шарф, понуро пошла к зданию.

«Интересно, почему изменил Сашка, а я в себе копаюсь? Ищу виноватого? Ведь сколько ни думай, прошлого не изменить. Не вернуть того, что было у нас. Да, честно говоря, и возвращать не хочется. Словно тогда, на кухне, Саша разбил не мою гитару, а моё сердце».

Задумавшись, я совершенно не следила за дорогой и, конечно же, врезалась в человека.

— Извините! — охнула я и прижала руку ко лбу. Уж не знаю, из чего был сделан этот мужчина, но от удара мне стало реально больно.

— Больно? — он придержал меня за локоть и встревожено вглядывался в моё лицо.

— Больно, — улыбнулась я ему, потирая лоб. — Вы, наверное, каменный.

Он криво усмехнулся.

— Точно, гранитный.

— Извините ещё раз, я задумалась и не увидела вас, — я виновато улыбнулась и пошла дальше. Только в своей комнате поняла, что замёрзла.

К сожалению, мне нельзя было в сауну, поэтому, быстро раздевшись, я залезла в душ, под горячие струи воды. Согревшись, выключила воду и, замотавшись в полотенце, вернулась в комнату.

Дверь распахнулась настолько неожиданно, что от испуга я подпрыгнула, отпустив полотенце.

— Закройте дверь! — крикнула я, подхватывая полотенце с пола и спешно кутаясь в него.

На пороге соляным столбом застыл тот самый мужчина, об которого я недавно едва не расшибла лоб.

— Немедленно выйдите! — снова крикнула я, сердито хмурясь. — Как вы вообще смогли открыть дверь? — подойдя к кровати на которой лежал мой халат я быстро накинула его и покрепче завязала пояс.

— Простите, пожалуйста…, — мужчина отмер и удивлённо посмотрел на свою руку, держащую ключ. — Я думал, это мой номер. Мне девушка-администратор дала его.

— Это мой номер! Я здесь на несколько дней, по путевке. Разберитесь, пожалуйста, сами! — нервно ответила я и, подойдя к мужчине, указала ему на дверь. А когда он так и не пошевелился, попыталась вытолкать его за дверь.

— Вы что, действительно гранитный! — сердито прошипела я, не в силах даже сдвинуть его. Я сама немаленького роста. Во мне метр семьдесят пять сантиметров, но этот мужчина был выше меня на целую голову. Совершенно неожиданно я почувствовала себя рядом с ним маленькой. Маленькой и беззащитной женщиной рядом с большим и суровым мужчиной. Это было очень необычное чувство.

Мужчина не был красив в классическом понимании. Суровый жёсткий взгляд карих глаз, тонкие губы и достаточно большой нос, который, в принципе, не портил его.

— Я гранитный…, — снова сказал он и улыбнулся. У него на щеках тут же появились милые ямочки, делая его моложе и добрее, а возле глаз разбежались лучики-морщинки.

— Послушайте! — я сдула упавшую на глаза прядь волос и выпрямилась. Вся эта ситуация знатно напрягала меня.

— Константин, — он снова улыбнулся.

— Хорошо, — я кивнула соглашаясь. — Константин, вам надо уйти из моей комнаты!

— Судя по тому, что у меня в руках ключ с номером этой комнаты, это и моя комната тоже.

— Это ошибка! — снова сердито нахмурилась я. — Идите и разбирайтесь с этим! Вы вообще застали меня в пикантной ситуации и всё ещё продолжаете смущать своим присутствием!

— Вы про упавшее полотенце? — снова обаятельно улыбнулся он. — У вас прекрасная фигура, я оценил.

Я почувствовала, как краснею. Ещё немного, и из моих ушей повалил бы пар, настолько я разозлилась.

И непонятно, что было бы дальше, но нас перебил звонкий цокот каблучков.

— Константин Игоревич! Простите, пожалуйста! Я перепутала ключи. Вам совершенно в другой сектор, — девушка подбежала к нему и виновато заглянула в глаза. — Пойдёмте, я вас провожу! Извините за это недоразумение! — подхватив Константина за руку, она попыталась сдвинуть его с места и так же, как и я, не смогла.

— Приятно было познакомиться с вами, — снова улыбнулся он мне и, подмигнув, ушёл.

— А передо мной извиниться? — возмущённо посмотрела я в спину девушке-администратору.

— Ох, да…, — она, словно нехотя, развернулась. — Простите за беспокойство, — выпалив, тут же повернулась к Константину и мило ему улыбнулась. — Даже не представляю, как мы так перепутали. Вас ждёт номер люкс, как обычно.

От приторной сладости её голоса я закатила глаза и, не удержавшись, хлопнула дверью.

— Хам! — недовольно высказалась в закрытую дверь и устало выдохнула. — Даже ведь не извинился!

Весь оставшийся вечер я нервно вздрагивала от каждого шороха, и в конце концов, не выдержав, приставила кресло к двери. Вся эта ситуация выбила меня из колеи, но, по крайней мере, я перестала думать о бывшем муже, копаясь в нашем с ним браке.

«Подумать только! Он видел меня голой! Голой!», — эта мысль была подобна тайфуну, который сметает всё на своём пути.

Ни один мужчина, кроме Саши, не видел меня обнажённой. Не считая хирурга и анестезиолога в больнице, которые удаляли мне аппендицит пять лет назад. Но это были врачи, и мне на тот момент было не до стеснения.

А здесь! Я снова вспыхнула, вспомнив бесстыдный взгляд, блуждающий по моему телу.

— Уффф… Ну, видел и видел! Можно подумать, он других женщин до тебя не видел! — фыркнула я сердито и постаралась, выбросив ненужные мысли из головы, лечь спать. Вот только даже во сне я чувствовала на себе его жадный взгляд, от которого моя кожа словно горела и плавилась.