Глава 48

Виолетта Церингерен

Дома я не находила себе места.

После незапланированного перехода я всегда чувствовала свою ущербность. Предметы двоились и увеличивались в размерах, на уши давил подозрительный шум. Хотелось выхватить дубину и… Но я тут же вспоминала, что у меня человеческие руки, да еще и в длинных модных перчатках.

Малыш с пользой проводил время у меня на глазах. Он шустро ползал или же гордо вышагивал — и то и то с максимальным удовольствием. Он цеплялся за все горизонтальные поверхности подряд. В результате очень многое, но, слава Пламени, не ребенок, оказывалось на полу. Бэррион ворчала. Меня же волновало то, что сын снова палил все подряд.

Наверняка, это объяснялось тем, что Виттена я сегодня наблюдала в состоянии крайней дикости. Если он плохо контролировал свое пламя, то что уж говорить о мальчике, который пользовался только теми инструментами, которые ему дал отец. 

Действительно, во всем, что касалось ребенка, до поры до времени, мы так и будем связаны с Маркусом, как бы мне ни мечталось об обратном.

Загорелась четвертая за сегодня портьера. Беррион содрала ее голыми руками и вылетела из комнаты. С демоненком осталась няня. 

Через два-три часа мы уложим его спать. Да, это будет непросто. Сначала великанша прочитает ему сказку, а мне придется не только дать грудь, но и скорее всего спеть длинную троллью колыбельную. Мой голос успокаивал сына. 

Наверное, потому что тролли пели в пещерах чрезвычайно редко. И это всегда означало наивысшую степень безопасность. То есть ничтожные риски обвала, удаленность от всяких монстров, которые могли бы нам угрожать.

Вот только мой персональный монстр сегодня придет за мной. Я в этом не сомневалась. Герцог не станет прятаться. Я прочитала это днем в его глазах. Он настроен решительно и попробует доказать, что это я не права и на самом деле не могу без него обойтись.

Еще полчаса потискала сына, и, когда он все-таки удрал от меня громить дом дальше, не выдержала. Написала единственному демону, кто мог извлечь из очередного скандала в этом доме пользу для меня. 

Деус откликнулся тут же. Подозреваю, что он ждал приглашения совсем иного рода, однако ведь и не отказал. Когда особняк погрузился в сон, я впустила его через отдельный адресный портал. Адвокат вошел и сразу заполнил собой мой кабинет.

Грациозный и в то же время опасный, фигурой он разительно отличался от моего твердокаменного супруга. В который раз отметила про себя, что мало кому в Аду так шли белоснежные накрахмаленные сорочки. 

Дэв принес с собой еще одну связку бумаг и погрузился в них. Но я знала, что он опять внимательно изучал меня всей кожей. Свет вдруг мигнул и погас, и теперь нас освещала только луна. Я завороженно уставилась на его голую по локоть руку. Он как раз согнул ее, а затем отложил папку. 

…Какие мышцы. Не узловатые, не выпирающие, но с намеком на то, что справиться с их обладателем будет не так просто. Если я резко прыгну, успеет ли он среагировать? Бездна, прошу тебя… Скоро полночь, у меня слишком давно никого не было… Уже несколько лет? 

На губах демона танцевала улыбка. Не исключено, что это иллюзия, вызванная неровным светом.

Не знаю, чем бы кончилась напряженная тишина, в которой я постепенно вязла, как в трясине, если бы не Беррион. 

Великанша ворвалась к нам с подсвечником и в капоре. Схватила кочергу и, ворча себе под нос, принялась елозить ею в камине.

— Все последние недели что-то с освещением по ночам. Маглинии регулярно замыкает, потому что адский огонь жарит, как сумасшедший. Поговорите с рогатым, с Виттеном в смысле, что творится там в Горнилах. Весь огонь поступает по ветке, выведенной специально для Вельзевула. Хорошо, что мы хотя бы не поджариваемся.

Деус резко поднялся. Папка перекочевала обратно в портальный карман. Он даже не стал дожидаться, пока великанша закончит, а сразу потащил меня прочь.

— Где у вас самый большой камин, леди Ви? Судя по всему каждую ночь к вам приходит не только огонь, но и его повелитель — распыляясь на множество частиц и забивая линии. Вы спите и не обращаете внимания, что во всех комнатах может какое-то время не работать магосвещение.

Мы перешли в основную гостиную. На самом деле у меня не было центральной залы. Я предпочла сделать несколько почти одинаковых, парадно убранных комнат. Однако Маркус настоял, чтобы в одной из них камин был наряднее и превосходил все остальные по размеру. 

— Подождем здесь, — предложил демон и подвинул мне кресло.

В собственном доме я ощутила себя чуть ли не гостьей. Мы уселись друг против друга, разделенные лишь небольшим резным столиком из белого мрамора. Уставилась в камин, лишь бы не смотреть на Деуса. 

Центральный камин в особняке лорда и леди Церингерен

Уже жалела, что поддалась панике и вызвала адвоката… Нет, о чем это я. Сегодня мне категорически нельзя было находиться вдвоем с мужем. Тело по-прежнему болело от желания обрушить на него что-нибудь тяжелое. Давно такого не случалось. 

Надзиратели Набериуса не нашли бы ничего подозрительного. Сам маркиз… Ну, он бы затеял драку, и к долгожданному разводу меня бы это не приблизило.

— Насколько вы и в самом деле желаете ускорить свое избавление от супруга? — уточнил Дэв, словно прочитав мои мысли. 

Он вытянул вперед ноги, — его излюбленная поза — и казался абсолютно расслабленным. Но я-то прекрасно видела, как и тогда в суде, — он подстерегал свою добычу в засаде. 

Немного огненных чар — чтобы сердцебиение жертвы участилось и стало нечем дышать. Чуть-чуть демонстрации грубой силы… Адвокат как будто ненароком взял со стола пресс-папье, — кусок обсидиана величиной с ладонь, выточенный в форме капли, — и сжал, превратив в каменное крошево… Муж обожал эту безделицу.

Ну а далее, конечно, последовал недвусмысленны намек на тотальное магическое превосходство. Деус смотрел в другую сторону от камина, но в его глазах полыхали жуткие огненные цветы. 

В последние дни мы много времени проводили вместе. Я не раз имела возможность убедиться, что передо мной высший демон, скрывающий происхождение и свое истинное имя, но впервые его энергия давила с такой силой. Заставляя платье на мне превращаться в болезненный для кожи наждак, а саму кожу — словно выкручивая другой стороной. 

Моя троллья половина требовала немедленных действия. Либо атаковать, либо уносить ноги. Я же продолжала сидеть и попивать остывший чай.

Это же Деус. Самообладание — его первое, второе и третье имя. Он ни за что не станет меня принуждать. 

— Вы подумали над моим предложением, герцогиня? — уточнил он, сделав верный вывод, что на первый вопрос я не отвечу.

— Как я и говорила, сначала мне нужен развод. Потом — время, чтобы прийти в себя и разобраться с тем, что меня окружает.

— Вы недооцениваете силу момента, Виолетта. Очень зря. Иногда мгновение определяет всю идущую за ним эпоху. 

Квадратными глазами я наблюдала, как он принялся расстегивать верхние пуговицы на вороте рубашки. Нет, нет, я все еще не верила. Однако на всякий случай перестала дышать.