Глава 10

Я бы никогда не подумала, что с мужчиной можно просто сидеть и разговаривать. Но после нескольких фото и строгого выговора от Святослава, что я веду себя как бревно, он всё переделал.

– В такие фото даже дети не поверят, Соня, – возмущался Святослав, смотря на то, что у меня получилось. – Посмотри на своё лицо. Ты будто делаешь что-то такое страшное, что твои родители быстрее поверят в то, что я маньяк и удерживаю тебя, чем в то, что я твой парень, как ты выразилась.

Обидно, но в словах Свята была доля правды. Моё перекошенное от прикосновений Свята лицо можно сравнить только с тем, когда я попробовала устрицы.

– Иди сюда, горе-женщина, – Свят сгрёб меня в объятия и развернул лицо так, что наши губы соприкоснулись.

Моё минутное замешательство закончилось несколькими щелчками камеры, и, как итог, отличными фото.

– Голову мне на плечо положи и смотри на ёлку, – скомандовал Свят.

Как под гипнозом, выполнила все его задания, и ещё несколько фоток готовы.

– Вот, – довольно заключил. – Это уже можно отправлять родителям.

– Эй, – выдернула у него телефон. – Моим родителям, Святослав.

– Помощь должна быть обоюдна, – хитро усмехнулся он

– Вот ты точно не родственник с моим племянниками, но лицо у тебя сейчас такое, что моя интуиция вопит просто: «Спасайся», – смотрю на Свята насторожено.

– Шалости бывают заразны, – усмехнулся он и протянул мне бокал с шипучим напитком. – Верни мобильный, и я отправлю тебе фотки.

И как итог оказалось, что Свят очень интересный собеседник. Я хоть и хореограф, но, ради родительского спокойствия, заканчивала экономический факультет. И прекрасно понимаю, о чём рассказывал мне Свят.

– Ты постоянно смотришь на телефон, Соня, – замечает Святослав расслабленным голосом.

Мы с ним уже спустились на пол. Я сижу в любимой позе лотоса, а Свят, закинув одну руку на согнутое колено, второй крутит в руках бокал.

– Странно, – по-идиотски хихикаю я. Боже, мне завтра будет стыдно, но это будет завтра.

– Что? – Свят склоняет голову набок и смотрит сощурившись.

– Я вижу, что мама прочла сообщение, но нет ни ответа, ни привета, – отвечаю и замечаю, как Святослав поднимает свой мобильный и тоже заглядывает в него.

– Моя тоже прочла, – спокойно констатирует он.

– Что? – спрашиваю резко севшим голосом.

– А что ты думала, Свистунова, только у тебя проблемы с родственниками? Или ты думаешь, я просто так искал спокойствия на Новый год?

Вопросы вроде логичные, но почему-то мне становится обидно. Понять бы ещё почему.

– Ну да, а встретил нас, – отвечаю я и хочу встать, чтобы отнести бокал, но не успеваю среагировать, как уже оказываюсь сидящей на ноге Святослава.

– Свистунова, и почему мне кажется, что ты обиделась? – снова вопрос, а вот от близости Свята становится жарко.

– Тебе только кажется, сосед, – отвечаю я, но в глаза ему не смотрю. – Хочу бокал отнести на кухню. Да и время уже позднее. Спать пора, а тебе домой.

– А если мы ещё пообщаемся? – предлагает он. – Веришь, у меня давно не была такого разрушающе-раслабляющего Нового года.

Зачем я согласилась, понятия не имею. А может, это всё какой-то магнетизм Свята, но когда я открываю глаза, то в доме светло, ёлка работает, а где-то рядышком шепчутся дети.

Поворачиваю голову в их сторону и взвизгиваю от испуга:

– Мама дорогая! – пытаюсь подняться, но, оказывается, я прижата к Святославу его же рукой, и удачно попадаю ему по его самой болезненной точке.

– Да вашу же ма… – стонет Свят, скатываясь на пол.

– Я, конечно, очень рада, что меня так встречают, но у вас дети не кормлены, а вы спите. Хорошо хоть одеты, – голос мамы вроде и строгий, но слишком уж довольный.

– Мама, – выдыхаю я и крепко зажмуриваюсь, надеясь, что она исчезнет. Открываю глаза: – Не исчезла.

– И тебя с Новым годом, дочь, – мама закатывает глаза, а мне хочется спрятаться.