Глава 13

Соня в панике мелет совершенно неподвластную пониманию чушь, но что-то в ней цепляет.

Я очень давно так не отдыхал. Даже не так: я очень давно не получал такого колоссального наслаждения от общения с девушкой.

Хотя я был уверен на девяносто девять процентов, что наши мамы это всё спланировали. Почему-то лицо Анны Викторовны мне показалось знакомым.

Но сейчас!

– Соня, давай ты успокоишься, и мы придумаем, как быть дальше, – предложил я Свистуновой, которая продолжала перечислять самые разные хронические и не очень заболевания.

– Святослав, я тебя прошу, – она резко развернулась ко мне. – Скажи нашим мамам, что это всё шутка.

– В чём шутка, Сонь? – сделал вид, что не понимаю её.

Хотя реально не понимаю. Что не так? Что её так напугало в предложении выйти замуж?

– Ты не хочешь за меня замуж? – спросил, внимательно смотря на Соню, а она замерла.

Мне уже перевалило за тридцатник, и я никогда не стремился стать семейным человек. В моей семье младший брат радовал родителей внуками, а старший, то есть я, работал на благо компании.

Но сейчас меня реально задела реакция Свистуновой.

– Свят, – Соня прикрыла глаза и тяжело вздохнула, – это уже не игры. Они же женят нас, ты даже моргнуть не успеешь, – она возмущённо ткнула пальцем в сторону наших мам, которые боялись даже рот сейчас открыть. – А потом начнутся другие проблемы. Они захотят внуков. А потом…

– Я понял, – перебил Соню, выставляя руку вперёд. – Можешь не продолжать.

Я поднялся из-за стола, бросил взгляд на детей, которые смотрели на нас с какой-то затаённой надеждой, что рассыпалась на их глазах. И если Ромка как мужчина ещё держался, то Рита готова была расплакаться с минуты на минуту. Посмотрел на родительниц и, улыбнувшись, сказал:

– Новогодняя шутка не удалась, – развёл руками. – Концерт окончен. Все могут быть свободны.

– Спасибо, – услышал тихо в спину от Сони, но не развернулся к ней.

– Мам, идём, я тебя провожу, – подошёл к маме и протянул ей руку.

– Сынок, но как же, – ошарашенно смотрит на нас мама, но поднимается.

– Всем до свидания, – отвечаю я. – Ах да, – решаю всё же напомнить Свистуновой. – Должок за тобой всё же остаётся, Соня. Всё, что вы сделали, нужно будет вернуть в первозданный вид.

Соня молча кивает и опускает лицо, пряча его в ладонях.

Дети провожают меня каким-то слишком жалостливым взглядом, но я и сам не понимаю, что же меня так задело.

– Сынок, – мама догоняет меня уже у моих ворот. – Это что сейчас было? Какая шутка?

– Мам, – вздыхаю я. – Обычная.

Захожу во двор, смотрю на мою многострадальную машину, на сломанную тую, вспоминая разрисованную стену дома, и всё же улыбаюсь.

– Дети слишком расшалились, и я решил помочь Соне присмотреть за ними, – говорю я и снова вру. – А пока мы их успокаивали, придумали, как развеселить вас, родителей. Слишком вы достали – как оказалось, не меня одного – своими планами на наши жизни.

– Сынок, – мама подошла ко мне, заглядывая внимательно в глаза. – Но ведь я же волнуюсь за тебя! Ты мой мальчик. Я хочу, чтобы ты был счастлив.

– Мам, я ты мне можешь сказать, в чём счастье? – спрашиваю я серьёзно. – В чём счастье для меня лично?

– Как же, – начала было мама, но резко замолчала.

– Вот и я не могу тебе сказать, – кивнул я, спустя минуту ожидания ответа. – Так что езжай домой, и дайте мне отдохнуть наконец-то.

– Ну чаем ты меня хоть напоишь? – спросила мама обиженно.

– Ты только что выпила несколько кружек у соседок, – ответил я и пошёл к дому.

Я понятия не имею, на чём мама приехала, так как машины её возле дома не оказалось. Но спустя пятнадцать минут услышал, как от двора отъехала какая-то машина.

Я, может, и плохой сын, но я люблю своих родителей на расстоянии. Их сверхлюбовь слишком давит, когда они рядом.

На столе стоит кофе, наполняя кухню ярким горьковатым ароматом, а я смотрю в окно в надежде увидеть что-то летящее в сторону моего дома, чтобы иметь возможность снова прийти к Свистуновой.

– Я слишком сильно ударился головой, – вздохнул тяжело.

Но руки сами потянулись к мобильному, и номер сразу попался под руку.

– Вот скажи мне, ты издеваешься? – стонет в трубку Грач, мой начбез, а я улыбаюсь.

– Извиняться не буду, так как время уже почти полдень, – смеюсь я. – Для начала с Новым годом тебя, а для разгона – скинь мне полное досье на Свистунову.

– Это на какую? – слышу замешательство в голосе Грача, но он всё же соображает, о чём я. – Ах, ты об этой Свистуновой! Так у меня его нет.

– В смысле, нет? – спрашиваю я и даже проверяю, тому ли я абоненту позвонил.

– Так вот и нет, – уверенно заявляет Грач. – Я собирал только на твоих соседей, а не на их родственников. Да и собирать особо не пришлось.

– Ты меня сейчас решил добить, Грач? – вот теперь я начинаю злиться.

– Свят, ну чего ты бесишься? – стонет он. – Твои родители, оказывается, знакомы со Свистуновыми. И одно время даже тесно общались. Не то чтобы дружили, но общение было довольно мирное.

– Какая прелесть, – хохотнул я и в очередной раз поблагодарил свою интуицию, что она меня не подвела. – А когда ты собирался мне это сказать?

– Ты не спрашивал, – нагло ответил Грач. – А по поводу досье – соберу, но только не сейчас. И не в ближайшие семь дней.

– Сейчас! – рыкнул я в трубку. – И как можно быстрее.

Грач тяжело вздохнул, а я усмехнулся и начал придумывать повод, чтобы заявиться к Соне снова.