6

Мира, увидев нас, вздрогнула, отскочила подальше от лежавшего на земле Кассиана и прикрыла левую сторону лица ладонью.

Кирон рассмеялся, взглянув на своего полковника, распластанного на траве. — Торн, я оставил тебя на десять минут. Всего на десять! И ты умудрился… — он театрально осекся,

оглядывая сцену. — Нет, и представить не могу, как ты умудрился оказаться в такой ситуации. — Генерал, я могу объяснить, — Кассиан собрался подняться. Лучше не вставай, продолжал веселиться Кирон. — Картина слишком живописная, чтобы так

быстро ее разрушать!

Мира неуверенно переступила с ноги на ногу, все еще отворачивая лицо. Это… это действительно ваш подчиненный? — в ее голосе звучала неуверенность. Кирон сделал вид, что задумался:

— Мой подчиненный? — Он перевел взгляд на Кассиана, потом снова на Миру. — Нет, не он, определенно! Мой подчиненный — это непобедимый полковник Торн, гроза врагов. — Он сделал паузу. А это что-то невнятное к вам в сад заползло и валяется на траве. Понятия не имею, что это такое. — Генерал, я уже встал, между прочим, — пробормотал Кассиан, отряхивая камзол. Кирон с преувеличенным удивлением повернулся к нему.

— Полковник! — прищурился, словно только сейчас узнавал.

— Откуда вы взялись? Рад, что вы к

нам присоединились.

Я увидела, как уголки губ Кассиана дернулись, он явно пытался сдержать улыбку, несмотря на смущение.

Мира побледнела. Она попятилась, прижимая обе ладони к груди, даже забыла про лицо, ее глаза расширились от ужаса.

— Я… я избила полковника… — прошептала она дрожащим голосом. — Настоящего полковника. Правую руку генерала Де'Мара.

Она посмотрела на меня с паникой. — Меня теперь посадят в

темницу?

— Что? Нет! — Я шагнула к ней.

Но Мира уже повернулась к Кассиану.

Простите!

выпалила она и глубоко поклонилась, почти согнулась пополам. — Я не знала! Я думала, вы… злодей какой-то! Следите за сестрой! Простите, пожалуйста, подобное не повторится!.. Слова лились из нее потоком так быстро, что Мира едва успевала дышать. Госпожа Мирабель…

— начал Кассиан, но Мира его не слушала.

Я… я могу чем-то загладить вину? У меня есть книги, много книг, я могу отдать вам самые ценные! Или… или я могу…

Мира, успокойся. — Я попыталась взять ее за руку, но сестра отдернулась и снова принялась кланяться. Я повернулась к Кирону.

Генерал Де'Мар, пожалуйста, скажите моей сестре, что ее не

накажут.

Было очевидно, что мне она не поверит.

Кирон поднял бровь, в его глазах мелькнуло озорство.

— Как я могу ей такое сказать? — протянул он задумчиво. — Не я пострадавшая сторона. Не меня избивали садовым инвентарем.

— Значит, я окажусь в темнице? — Голос Миры окончательно сорвался. — Только не это, пожалуйста! У меня еще столько книг не прочитано!

Госпожа Мирабель, — твердо произнес Кассиан, и что-то в его тоне заставило Миру наконец замолчать,

— это всего лишь глупое недоразумение. Пожалуйста, не переживайте. Вы защищали свою сестру, и… — он запнулся, — это достойно уважения.

Мира моргнула и удивленно застыла.

— Но я же вас… лопатой…

Зато теперь я знаю, кого порекомендовать, если кому-нибудь понадобится охрана сада, Кассиан улыбнулся.

У вас неплохой замах. -

Он слегка поклонился и добавил: — И потом, быть

поверженным прекрасной дамой гораздо почетнее, чем проиграть на поле боя. Мира вспыхнула ярким румянцем. Она резко отвернулась, пряча не только пятно, но и все лицо

целиком.

— Я… я не… Вы просто… из вежливости…

Я открыла рот, чтобы успокоить ее, но не успела.

— Ариэлла!

Разгневанный отец спускался по ступенькам в сад. Он был красным от возмущения. Взгляд метнулся к Мире, ноздри раздулись от едва сдерживаемой ярости.

Мирабель, — процедил он сквозь зубы, — что ты здесь делаешь? Я приказал тебе… Господин Даррен, — произнес Кирон с легкой улыбкой, и отец мгновенно замолчал, застыв на месте.

— Да, генерал Де'Мар?

Мы тут случайно встретили вашу младшую дочь во время прогулки по саду. Может, представите ее нам, как полагается?

Рот отца приоткрылся, потом закрылся — он явно не ожидал такой просьбы. — Я… да, конечно, генерал Де'Мар, — пробормотал он.

— Это… моя младшая дочь, Мирабель

Даррен. Ей недавно исполнилось восемнадцать

Формальное представление прозвучало натянуто. Отец впервые в жизни знакомил Миру с кем-то официально.

— Восемнадцать, — задумчиво повторил Кирон. — Значит, уже брачный возраст. Отец заморгал, сбитый с толку неожиданным интересом.

— Да, но она… она не должна была выходить, раз в доме гости… — осторожно ответил он. Я была сбита с толку. Что Кирон задумал?

Видимо, еще не дебютировала на балу? — продолжал он.

Нет, мы… планировали это на следующий сезон, — солгал отец. Я-то знала, что никаких планов не было. Он не собирался показывать Миру обществу.

Кирон медленно кивнул, словно обдумывая что-то.

— Понимаю. В таком случае у меня есть предложение. — Его голос стал деловым. — Мое поместье находится далеко от столицы. Я часто бываю в разъездах — служба требует. Моя будущая жена окажется в незнакомом месте, без семьи, без подруг. Я боюсь, она будет скучать. — Он сделал паузу. — А когда молодым женщинам скучно и одиноко, они порой совершают глупости. Я уверен, вы понимаете, о чем я. Отец нахмурился.

— Я предлагаю, — продолжил Кирон, — чтобы госпожа Мирабель на год отправилась с сестрой в качестве компаньонки. Это вполне в рамках приличий, сестры часто сопровождают друг друга после замужества, особенно когда младшая еще не замужем и не дебютировала. — Он посмотрел на отца.

Конечно, все расходы на ее содержание я беру на себя. Считайте это инвестицией. Я застыла, не веря своим ушам. Мира будет со мной. Она будет в безопасности! Отец молчал, его лицо было непроницаемым. Но я знала, что он взвешивает варианты. — Разумеется, — добавил Кирон небрежно, — когда через год, госпожа Мирабель вернется в столицу, она будет под покровительством семьи Де'Мар. Это откроет ей определенные двери. Последние слова были приманкой, и отец клюнул.

— Весьма великодушное предложение, генерал, — медленно произнес он. — Я польщен вашей заботой о моих дочерях.

— Тогда считайте вопрос решенным.

Кирон повернулся ко мне, и на секунду наши взгляды встретились. Сердце забилось чаще. Он пришел, выполнил мою просьбу, нашел способ забрать Миру из дома. Значит, он все-таки мне верит? Между нами еще не все потеряно?

Надежда, которую я старательно хоронила после унижения в отеле, вспыхнула снова, робкая, но настойчивая. Я сама виновата в том, какое мнение у Кирона сложилось обо мне. Я оттолкнула его, разыграла спектакль. Но теперь он знает правду, теперь все может быть иначе!

Что ж, прошуе в столовую, — отец уже восстановил самообладание и изображал радушного хозяина. — Я распорядился подать обед. Вы ведь не откажетесь разделить с нами трапезу, господа? — С удовольствием, — кивнул Кирон.

Мы прошли в просторную столовую, где слуги уже накрывали на стол. У окна нас ждала мама. Отец коротко представил ей Кирона и Кассиана, после чего все начали рассаживаться. Кирон устроился рядом со мной. Мира замялась у двери, но пока гости были заняты рассадкой, отец бросил на нее быстрый взгляд — такой холодный и гневный, что она побледнела.

— Отец, — тихо начала сестра, — может, мне лучше вернуться в свою комнату? Я не хочу мешать… Да, конечно, доченька, — отец изобразил заботливую улыбку. — Ты, должно быть, устала. Иди, отдохни.

Мира развернулась, но вмешался Кирон:

— Госпожа Мирабель, прошу вас, останьтесь.

Отец повернулся к нему, на лице застыла вежливая маска.

— Генерал, моя младшая дочь не привыкла…

Кирон невозмутимо посмотрел на отца.

Если она будет сопровождать свою сестру в качестве компаньонки, ей придется присутствовать на обедах и приемах. Как же она научится держаться в обществе, если будет прятаться от гостей? Мама вопросительно посмотрела на отца — она, очевидно, не понимала, о чем речь, но отец лишь едва заметно качнул головой.

— Вы совершенно правы, генерал, — процедил он сквозь зубы. — Мирабель, садись. Я видела, как дернулась его челюсть, как сжались кулаки, а в глазах мелькнуло сомнение. Он явно раздумывал, правильно ли согласился на предложение дракона. Но перечить не стал. Мира неуверенно подошла к столу и опустилась рядом со мной. Я тихо сжала ее руку под столом в знак поддержки. Кассиан сидел рядом с Кироном и выглядел расслабленным, хотя и потирал время от времени плечо — возможно, именно то место, где Мира особенно усердно поработала лопатой. — Генерал Де'Мар, — начала я, пытаясь звучать доброжелательно, — я очень благодарна вам за… за заботу о моей сестре.

Это в интересах нас обоих, — ответил он ровно.

— Тем не менее,

— я улыбнулась,

— это очень великодушно с вашей стороны. И я рада, что вы

пришли сегодня. Это хорошо, что у нас будет время узнать друг друга лучше. Несколько секунд Кирон просто смотрел на меня.

— Возможно, — наконец произнес он негромко.

Я забыла, как дышать. Неужели судьба дает нам второй шанс? Обед проходил размеренно. Отец был словоохотлив, пытался произвести впечатление. Кирон отвечал вежливо, но сдержанно, не позволяя затянуть себя в долгие беседы. А я… я ловила себя на том, что просто любуюсь им. Изгибом его губ, когда он говорит, его рукой, в которой он держит приборы. Мой дракон. Мой Каэль. Я снова видела в нем того, кого любила: мужчину, ради которого готова была рискнуть всем.

Тихий звон стекла заставил меня отвлечься от своих мыслей. В столовую вошла Элен с бокалами на подносе, и я сразу заметила, что что-то не так: бокалы дрожали в ее руках, позванивая друг о друга. Лицо ее было бледным, глаза красными.

Отец тоже заметил это и нахмурился.

Элен поставила поднос на стол — один из бокалов качнулся, едва не опрокинувшись. Элен, — строго произнес отец, — ты можешь идти. Пусть кто-то другой тебя заменит. Простите, господин, — прошептала служанка и бросилась к выходу. Что-то было не так.

— Прошу прощения, — я поднялась, — мне нужно ненадолго… освежиться. Кирон и Кассиан встали, как требовал этикет, когда дама покидает стол. Я выскользнула из столовой, поспешила за служанкой и догнала ее в коридоре, ведущем на кухню. — Элен!

Она обернулась, на ее щеках были слезы.

Госпожа…

Что случилось? — Я подошла ближе и понизила голос. — Почему ты плачешь? Элен закрыла лицо руками, плечи задрожали

— Из-за Ньюта.

Кровь застыла в жилах.

Что с ним?

Он умер, — прошептала она.

Как так? — спросила я. — Не может быть! Это наверняка какая-то ошибка. Кто тебе это сказал? Элен всхлипнула и вытерла слезы тыльной стороной ладони. Конюх Марк и поваренок Томми пошли узнать, почему он не вышел на работу, — голос ее дрожал. Ньют снимал комнату в доме у старой Агаты, знаете, что у портовых складов? Вот они туда и ходили. Хозяйка им рассказала, мол, вчера вечером Ньют пришел весь расстроенный. Сказал ей, что его девушка бросила. Напился до беспамятства, а потом среди ночи куда-то ушел. А утром… — она запнулась,

утром рыбаки выловили его тело из реки, у старого моста. Говорят, упал с перил и не выплыл. Я застыла, не веря услышанному.

— Какая еще девушка?

У Ньюта не было никакой девушки, по крайней мере, когда он помогал мне разыграть тот спектакль. Он был одиноким жизнерадостным парнем, мечтавшим скопить денег и открыть собственную мастерскую. Элен пожала плечами

Это какой-то бред! — выдохнула я резко.

Бред? — раздался низкий голос позади меня, — Ты считаешь разбитое сердце недостойным поводом, чтобы свести счеты с жизнью?

Я обернулась: в полумраке коридора, скрестив руки на груди, стоял Кирон. В тесном пространстве его силуэт казался еще более внушительным.

— Я, пожалуй, пойду, — пробормотала Элен, шмыгнув носом, и поспешно скрылась в стороне кухни. Мы Кироном остались одни. Он медленно двинулся ко мне, и я инстинктивно отступила, прижавшись спиной к холодной стене.

— Так это тот самый Ньют, — произнес он тихо, останавливаясь в опасной близости, — который должен был стать твоим доказательством?

Он погиб, — прошептала я, — Ты сам слышал.

— Да. — Его взгляд впился в меня, не позволяя отвести глаза. — Судя по всему, не выдержал твоего цинизма. Похоже, тоже принял твою игру с ним за чистую монету. Кирон сделал еще шаг, и между нами не осталось пространства. Я чувствовала исходящее от него тепло, ощущала запах — смесь кожи, дыма и чего-то горького.

Дай угадаю,

продолжил он, наклонив голову, — вчера ты попросила его солгать мне? Сказать, что между вами ничего не было?

— Что? Нет!

Я попыталась отойти, но рука Кирона уперлась в стену рядом с моей головой, отрезав путь к отступлению.

Не могу поверить, что едва не дал себя обмануть. Снова! — прошептал он, и в его голосе прозвучала такая горечь, что у меня перехватило дыхание.

— Кирон…

Его рука мгновенно обхватила мою шею, не больно, но крепкое. Большой палец лег на яремную впадину.

Замолчи, — его дыхание коснулось моих губ. — Не хочу больше слышать ни слова из твоего лживого рта.

Отчаяние накрыло волной. Нет. Я не сдамся. Я заставлю его поверить мне! Не хочет слушать мой рот? Пусть слушает мое сердце. С этой мыслью я впилась губами в его губы. Кирон замер. Секунда — и он перехватил инициативу, его пальцы сжались на шее крепче, притягивая меня ближе. Поцелуй был требовательным, почти жестоким. Его свободная рука скользнула по моей талии, и я прильнула сильнее. Пусть он чувствует. Пусть поймет, что это не игра, не обман. Вот только несколько секунд спустя Кирон резко оторвался от моих губ. Ариэлла… — прохрипел он.

Я не лгала тебе, — выдохнула я, глядя прямо в его серые глаза. Он молчал, хотя в его взгляде была буря. А потом есловно ворота захлопнулись, пряча все, что я успела разглядеть. Уже неважно. — В голосе Кирона зазвучала сталь. — Через две недели ты станешь моей женой. И

проведешь эту жизнь взаперти в дальнем крыле моего поместья. Будешь моей женой на бумаге и в постели, пока не подаришь мне наследника.

И меня совсем нет шанса оправдать себя?

Оправдать? — протянул он насмешливо и коснулся кончиком пальца своих губе. — Хочешь убедить меня вот так? Если думаешь, что способна убедить меня не только словами… что ж. Я предлагаю сделку. Холодок пробежал по спине от того, как он это произнес.

— Какую сделку?

Его рука скользнула под мой подбородок, вынуждая смотреть прямо на него. — До свадьбы ты будешь делать все, что я скажу. Все, Ариэлла. Без вопросов, без возражений. Докажи мне своим послушанием то, чему я не могу поверить на слово. Сердце бешено колотилось. Я понимала, что это ловушка, но какая у меня была альтернатива? — И что мне следует делать? — спросила я, стараясь не выдать волнения. Сейчас? — Он наклонился ближе. — Сейчас я хочу, чтобы ты вернулась к столу, села рядом со

мной и всю оставшуюся трапезу улыбалась, изображая счастливую невесту. Думаешь, сможешь? — Это все?

Я не верила, что все так просто.

— Нет. — Его рука обхватила мое запястье. — После обеда ты проводишь меня к экипажу. И попрощаешься со мной

так, как прощается влюбленная женщина со своим женихом. На глазах у всех слуг, у твоего отца, у сестры. Он сделал паузу, его пальцы сжались сильнее.

А потом, до свадьбы, я буду приходить. И ты будешь встречать меня, гулять со мной, разговаривать. Позволять мне прикасаться к тебе.

— Его взгляд потемнел. — Но я не буду трогать тебя

первым, Ариэлла. Ты сама будешь тянуться ко мне. Заставь меня поверить в твою искреннюю любовь. Я сглотнула. В горле пересохло.

— А если у меня не получится?..Тогда я буду убежден, что все твои слова — ложь, просто ответил он. — И наш брак будет

пустым и формальным. Ты родишь мне наследника, выполнишь свой долг, а я… — он усмехнулся, — буду искать утешение в других местах, как это обычно делают драконы.

Меня словно ударили по голове.

— Ты собрался изменять мне? — прошептала я. Почему нет? -

Он пожал плечами.

Если моя жена окажется лгуньей, продавшей себя ради

титула, зачем мне хранить ей верность?

Что-то внутри меня оборвалось. Он так легко сказал об измене, будто речь шла о смене перчаток! — Понятно, — отозвалась я. Мой голос прозвучал ровно. — Значит, если я не смогу доказать свою любовь, ты просто найдешь развлечения на стороне. Очень благородно. Кирон прищурился.

Ты согласна?

А у меня есть выбор? — Я выдернула запястье из его хватки. — Ты все решил за меня, как всегда решают мужчины. Позволь попросить тебя еще кое о чем. Узнай, что случилось с Ньютом. Пожалуйста. Я подняла голову и встретилась с ним взглядом. В глазах Кирона полыхнул гнев. — Ты хочешь, чтобы я разбирался в смерти твоего любовника? — Голос его стал ледяным. — Мне плевать, как он умер, Ариэлла. Он мертв, и это все, что мне нужно знать. Он не был моим любовником

Я все еще тебе не верю.

— Не верь. Узнай сам. кем он был на самом деле. И заодно — что с ним произошло. Молчание затянулось. Кирон смотрел на меня, и я не могла понять выражение его лица. Хорошо, — сдался он. — Я разберусь. Но при одном условии.

Каком?

Ты больше никогда не заговоришь о нем. — Его пальцы сжались в кулак. — Ни слова. Никогда. Даже если окажется. что ты говорила правду — мне не нужно слышать о нем от тебя. Ясно? — Ясно. — Я развернулась в сторону столовой. — Тогда возвращаемся. Тебе ведь нужна счастливая невеста, изображающая влюбленность?

Я пошла вперед, чувствуя его тяжелый взгляд на спине.

Когда мы вернулись, отец с облегчением выдохнул — видимо, нервничал в наше отсутствие. Кассиан поднял бровь, но ничего не сказал. Я скользнула на свое место рядом с Кироном, расправила юбки и натянуто улыбнулась. — Простите за задержку, — произнесла я слащаво.

Кирон бросил на меня взгляд, но промолчал.

Служанки внесли следующие блюда: дымящиеся жаркое в пряных травах, овощи в масле, корзины со свежим хлебом.

И тут меня осенило.

— Позвольте. — Я поднялась с места прежде, чем служанка успела подойти к Кирону. — Я сама позабочусь о своем женихе.

Отец заулыбался во весь рот:

— Вот это правильно, Ариэлла! Мужу нужна заботливая жена.

Кассиан усмехнулся и едва не поперхнулся вином, но быстро скрыл рот за салфеткой. Я взяла кувшин и склонилась к бокалу Кирона.

Вино, дорогой? — промурлыкала сладко.

Ариэлла… — сказал он тихо.

Но я уже начала наливать. И специально дернула рукой. Темно-красное вино плеснуло через край прямо рубашку.

— Ox! — Я почти уронила кувшин обратно на стол. — Прости, Кирон! Я такая неловкая! Кажется, рядом с тобой у меня от волнения дрожат руки.

Кирон застыл, глядя на пятно, расползавшееся по дорогой ткани. Все в порядке, — процедил он.

Нет-нет, я должна исправить! — Я схватила салфетку и принялась энергично тереть пятно. Ариэлла, не нужно…

— Голос Кирона звучал напряженно.

Я не слушала, терла и терла нарочито неловко, так что ткань собиралась складками. — Прости, прости, — щебетала я. — Просто хочу помочь!

Тут у меня будто невзначай скользнула нога под столом, и я со всей силы наступила на ногу Кирона, еще и придавила каблуком. Кирон дернулся, на его лице мелькнула гримаса боли, но он сдержал рычание, превратив его в сдавленный кашель.

Все хорошо? — подняла я на него невинные глаза.

Да, — прошипел он. — Спасибо. Твоя забота очень… трогательна. О, я еще и жаркое тебе положу! — Я потянулась к блюду.

Не стоит! — Кирон перехватил мое запястье с такой скоростью, словно отбивал атаку на поле боя. Я сам. Или пусть служанка. Благодарю тебя за заботу, но мне бы не хотелось тебя утруждать. Но мне совсем не трудно! — Я изобразила обиду. — Разве не жена должна ухаживать за мужем?

Жена, — согласился Кирон, не разжимая хватки. — Но пока мы еще не супруги. И, думаю, стоит подождать, пока ты научишься это делать правильно.

• Ты прав, — вздохнула я так искренне, как только могла. -

Знаешь, я никогда прежде ни о ком не

заботилась. У меня совсем нет опыта. Наверное, мне правда стоит поучиться. Мать одобрительно кивнула.

Это достойно истинной леди — заботиться о своем женихе. Но, Ариэлла, тебе нужно быть аккуратнее. Посмотри, что ты наделала!

• Простите, генерал Де'Мар, мы не воспитали ее как следует, — добавил отец. Ничего страшного, — с опаской покосился на меня Кирон. — Это похвальное рвение. — Тогда все-таки позволь угостить тебя жарким! — воодушевленно воскликнула я, пользуясь моментом.

Нет! — Кирон снова попытался остановить меня, но я уже подцепила вилкой щедрый кусок дымяшегося мяса в пряном coуce.

— Очень аппетитно! — защебетала я. И в этот момент мясо соскользнуло с вилки прямо на колени Кирону. Он взвыл и вскочил со стула так резко, что тот опрокинулся с грохотом. Господи! — отец тоже вскочил.

— Ариэлла! — мать побледнела. — Что ты творишь?!

Кассиан отвернулся к окну и поднес кулак ко рту. его плечи мелко вздрагивали. Мира же сидела с широко распахнутыми глазами, прикрыв рот ладонью. На ее лице застыло что-то среднее между ужасом и восхищением, будто она не могла поверить, что ее благовоспитанная сестра творит такое. Кирон! — всплеснула я руками. — Прости! Ох, тебе горячо, наверное?! Помочь? Я. Сам. Справлюсь, — процедил он. Я просто хотела позаботиться о тебе… — Я опустила глаза, демонстрируя раскаяние.

Ведь я же твоя будущая жена, я должна это делать!

— Нет, — отрезал он. — Ты мне ничего не должна, Ариэлла. Это я должен заботиться о тебе. Прошу меня простить. Мне нужно… привести себя в порядок.

И, прихрамывая, Кирон направился к выходу из обеденного зала. Повисла гнетущая тишина.

Отец пришел в себя первым:

Генерал Де'Мар! — воскликнул он поспешно. — Куда же вы в таком виде? Позвольте, я прикажу слугам принести вам свежую одежду.

Он сделал едва заметный жест слуге, стоявшему у дальней стены, тот мгновенно кивнул и скрылся за дверью. Я похолодела, потому что знала этот знак: отец явно что-то задумал. Кирон же остановился в дверях, обернулся. На его лице не было ни гнева, ни раздражения. Он оглядел себя придирчивым взглядом и, помедлив, кивнул.

— Это было бы кстати. Буду премного благодарен, — произнес он ровно. Я провожу генерала. — Кассиан внезапно встал из-за стола.

— Кажется, у него обострилась

старая травма. Вон как хромает. Помогу ему.

— Это не… — Кирон метнул в мою сторону взгляд, но тут же поправился. — Да, это старая травма. Одна разьяренная виверна в прошлом году наступила мне на ногу. О, и что вы с ней сделали? — с живым интересом спросил отец. — Убили? Нет, попытался усмирить. — Кирон поморщился. — Применил метод кнута и пряника. И что лучше подействовало? — уточнил отец.

Кнут, — усмехнулся Кирон. — Пряник она просто швыряла мне в лицо. Отец нахмурился, явно пытаясь понять, как это могло выглядеть, но потом решительно закивал: Понимаю, понимаю… Кнут всегда надежнее.

Угу, — согласился Кирон, его взгляд снова скользнул в мою сторону. — Особенно если виверна молодая и своенравная.

В его глазах плясали опасные огоньки, а губы изогнулись в подобии улыбки. «Ну-ну, — подумала я, сам он виверна! Это ему еще повезло, что суп не подали». Я слегка приподняла подбородок — пусть видит, что я не напугана его угрозами. Пусть знает, что его «кнут» мне не страшен. Он уже пообещал, что возьмет Миру с нами, а взять свое слово назад для дракона — позор.

Кирон наконец оторвал от меня взгляд и повернулся к Кассиану:- Пойдемте, друг мой. Пора привести себя в порядок.

Отец повысил голос:

— Слуги все подготовили в Зеленой комнате. Вас проводят.

Прежде чем они ушли, я успела уловить тихий голос Кассиана:- Виверна? Серьезно?

Дверь за ними закрылась.

Отец поднял руку, требуя тишины, и склонил голову. Прислушался. Размеренные шаги постепенно затихали. Только когда последний звук растворился в недрах коридора, он медленно выдохнул. Мать уткнулась взглядом в тарелку. Мира втянула голову в плечи.

Отец с искаженным от ярости лицом очень медленно повернулся ко мне. Что это было?! — рявкнул он так, что бокалы на столе звякнули. — Ты обезумела?! Ты хоть понимаешь, что натворила?

Я ухаживала за своим женихом, ответила я, стараясь сохранять спокойствие. — Разве это

плохо?

— Не смей дерзить мне! — Отец ударил по столу кулаком. — Ты опозорила себя! Опозорила всю нашу семью! Как ты посмела так обращаться с героем страны, с генералом, с драконом?! — Я пыталась изобразить влюбленную невесту, чтобы покрепче привязать его к себе. Ты же сам говорил, что мне нельзя упускать столь выгодную партию.

Это была самая правдоподобная ложь, которую я смогла выдумать на ходу. Ты уверена, что знаешь разницу между «влюбленная» и «полоумная»? — отец сорвался на крик. Если он откажется от тебя после этого цирка… Если он разорвет помолвку…Он замолчал, тяжело дыша, потом медленно выдохнул. В его глазах зажегся холодный огонь.

Рейнар, — мать наконец подняла голову, и в ее голосе прозвучала робкая попытка успокоить отца, с генералом Де'Маром уже подписан договор. Вряд ли из-за… недоразумения… Молчать! — рыкнул отец с такой яростью, что мать тут же снова опустила взгляд. — Если дракон откажется от тебя, Ариэлла, я выдам тебя за лорда Грейстона. Меня будто окатили ледяной водой.

Первой отреагировала Мира.

— Отец, нет, пожалуйста! Лорду Грейстону же… ему же восемьдесят! Он…Заткнись, Мирабель! — отрезал отец, даже не взглянув на нее. -

• Это тебя не касается.

Но Ари…

Мира схватилась за край стола, я видела, как ее пальцы дрожали. Отец,

пожалуйста, он же… Недавно в газете был некролог на его четвертую жену! — Я сказал — заткнись! — припечатал отец.

Мира всхлипнула и зажала рот ладонью. Она смотрела на меня с таким ужасом и отчаянием, словно уже представляла меня в руках этого старика.

Лорда Грейстона я видела однажды: сморщенный, с влажными глазами и дрожащими руками, которые он протягивал к каждой молодой девушке. А его жены… Четыре молодых женщины вошли в его дом и больше не вышли. Желудок свело от отвращения. Я сжала кулаки под столом, чтобы не выдать дрожь. Мать положила руку на плечо Миры, пытаясь ее успокоить, но сестра только еще сильнее побледнела.

Ты меня прекрасно слышала, Ариэлла, — продолжил отец спокойнее. — Лорд Грейстон давно проявляет к тебе интерес. Да, ему под восемьдесят, он четыре раза вдовец, но он все еще дракон. И этого достаточно, чтобы защитить нашу семью. — Отец усмехнулся.

Так что молись, чтобы генерал

Де'Мар был снисходительнее, чем ты заслуживаешь.

Отец подал знак слуге, чтобы тот наполнил бокал, затем выпил его залпом. Генерала проводили в Зеленую комнату, — произнес он. — Поэтому ты, Ариэлла, сейчас пойдешь в фортепьянный зал, а потом доложишь мне все, что услышишь. Так вот что он задумал. В фортепьянном зале есть тайный проход: узкая щель в стене, скрытая за панелями. Оттуда слышно все, что происходит в Зеленой комнате. Он хочет, чтобы я шпионила за Кироном? Хочет, чтобы я превратилась в послушный инструмент?

• Почему бы тебе самому не пойти помузицировать? — резко бросила я. Отец посмотрел на меня так, будто я только что плюнула ему в лицо. Его пальцы сжались так, что костяшки побелели. Казалось, еще мгновение, и он швырнет в меня бокал или тарелку, но он взял себя в руки и медленно процедил:

— У драконов отличное чутье. Если заметят, что подслушиваю я, это будет нарушением всех норм гостеприимства и оскорблением. Если же обнаружат тебя… — он усмехнулся, — это можно будет списать на волнение влюбленной дурочки. А то, что ты дурочка, все уже убедились. Это же надо было такое устроить! Вино, жаркое… Цирк! Я молчала, поджав губы.

— Иди, — отец махнул рукой к двери. — И не подведи меня. Хочу знать каждое слово. Мгновение я колебалась. Часть меня хотела демонстративно отказаться, но другая понимала, что так я сделаю хуже только себе и Мире. Свадьба еще не завтра. К тому же какая разница, что я услышу? Я не собиралась рассказывать отцу правду. Поэтому я кивнула, встала и вышла в коридор. Ноги сами несли меня по знакомому маршруту, потому что фортепьянный зал — одна из моих любимых комнат в доме. Дверь бесшумно поддалась. Внутри царил полумрак, только из окон пробивался мягкий свет.

Посреди зала стояло фортепиано, а по краям тянулись узкие диванчики, обитые зеленой тканью. Я прошла мимо инструмента к стене, что граничила с Зеленой комнатой, нащупала край панели, отодвинула ее и проскользнула в узкий проход. Здесь было темно и пахло пылью.

За стеной раздался звук плеснувшейся жидкости — кто-то наливал вино или воду. Послышались шаги, скрипнули половицы.

Кому думаешь поручить это дело?

Киргану, — ответил Кирон. — Пусть копает, как закончит основную работу. Если там что-то нечисто, он найдет.

— А сам не хочешь заняться?

Долгая пауза.

— Нет, — наконец произнес Кирон глухо. — Я не хочу… Если окажется, что он на самом деле был ее любовником, мне лучше этого не знать. Кирган доложит, если найдет что-то подозрительное в его смерти. Этого достаточно.

Я прикрыла глаза. Они говорят о Ньюте. Значит, Кирон выполнит мое требование и расследует его смерть. Вот только поручит это кому-то другому, а тот возьмется не сразу, а как «закончит основную работу». Чему удивляться? Для дракона смерть человека — дело десятое, не приоритет. Всего лишь одолжение капризной невесте. Но ты же видел ее сегодня, — осторожно начал Кассиан. — Она не похожа на… — Не знаю, на кого она похожа! — перебил Кирон. — Я видел ее с ним. Своими глазами. Слышал, что она говорила. Но…

— Ho?

Девушка, которая предала меня, которая продала себя ради титула… Она бы не стала швырять в меня жаркое из-за моих слов. Ей было бы все равное. А она злилась. Мое сердце забилось быстрее. Он сомневается, видит, как я реагирую. — Ты так и не сказал, чем ее разозлил, — в голосе Кассиана послышалось любопытство. Тяжелый выдох.

— Сказал, что, если не будет паинькой, буду ей изменять, — буркнул Кирон. Повисла пауза, а потом Кассиан от души громко расхохотался. Казалось, он начал задыхаться от смеха.

Ты… ты серьезно? — еле выговорил он между приступами. — Боже, Кирон! Угрожал ей изменами? Рад, что тебя это так веселит.

— Да как это может не веселить?! — Кассиан все хохотал. — Изменщик! Регулярно будешь красоток по борделям соблазнять, ага! Я прямо представляю, как ты это делаешь! Хватит, — голос Кирона прозвучал угрожающе.

Хорошо-хорошо! Ну, а что она хотела? Такой уж ей дракон достался: каждая красотка вызывает у тебя… бурную реакцию. Мимо пройти не можешь, чтобы тебя не скрутило, так сказать, от страсти. Ха-ха! Я замерла. Внутри все сжалось. Кассиан говорил про измены Кирона так легко, будто бордели у них и правда в порядке вещей. Значит, для них это нормально — угрожать жене, а если она провинилась, то воплощать угрозу в жизнь? А я-то думала, он порядочный!

— Еще чуть-чуть, и я за себя не ручаюсь.

Все, молчу-молчу! — смех Кассиана стих, и его голос стал серьезнее. Кстати, насчет кабинета: у меня все получилось. Правда, потом младшая…

Замолчи, — резко перебил Кирон. — Не здесь. О деле поговорим позже. И в следующий раз думай, где открываешь рот.

• Думаешь, нас подслушивают?

Я вздрогнула, инстинктивно отстранившись от перегородки.

«Насчет кабинета: у меня все получилось». Что это значит? Кассиан проник в кабинет отца? Хотел сделать что-то еще, но помешала Мира? Значит, они что-то ищут. Улики? Документы? Что-то, что может погубить отца? И генерал достаточно осторожен, чтобы не обсуждать это там, где могут подслушать. Или речь совсем не об отце, и я сама себе надумала? Кассиан ведь не успел ничего толком сказать. Все, что я услышала — это намек. Ничего конкретного.

— Пойдем, — велел Кирон. — Чем дольше мы здесь задерживаемся, тем больше вопросов. И я не хочу, чтобы отец невесты решил, что я обиделся на ее заботу. А ты не обиделся?

Имеешь дело с виверной — будь готов ко всему, — глубокомысленно изрек Кирон. Раздались шаги, затем скрип петель и глухой звук закрывшейся двери. Я едва добежала обратно до столовой через боковой коридор, чтобы успеть до того, как Кирон с Кассианом вернулись. Генерал был в свежей рубашке и брюках, видимо, отец распорядился дать ему что-то из своего гардероба. Но ужин не продолжился, Кирон, сославшись на дела, поспешил откланяться. Я проводила их до дверей, как полагается хорошей невесте. У экипажа генерал задержался и повернулся ко мне:

Завтра меня, скорее всего, не будет, — сказал он тихо, чтобы слышала только я. — А вот послезавтра я вернусь, и мы продолжим наше… знакомство.