Глава 2. Торт и новые неприятности.

— Несушка, Пеструшка, Хохлушка, — распоряжался петух по имени Хмыч. — Дайте даме перья, ей нечем подписывать документ.

Вот уже несколько часов велись сложные переговоры с бравым офицером... тьфу ты, то есть с птицей.

Когда курицы на нас напали, но не нанесли каких-то заметных увечий, я громогласно заявила, что предлагаю им сделку. Бродячие, неприкаянные пернатые воззрились на меня с удивлением и недоверием, подозрительно косясь на облизывающуюся Аспиду.

Я предложила им жить у нас, соорудить теплый, сухой курятник, поселиться на ферме и нести яйца.

Опасливый, и, как оказалось, очень продуманный петух вытребовал больше. Ежедневное двухразовое кормление отборным зерном, смена соломы раз в месяц, чистка их жилища. Запросил и гарантии их жизни и свободы, а также заверения в том, что птенцы тоже будут, и змея подколодная, как он прозвал Аспиду, их не сожрет. Складывалось впечатление, что Хмыч закончил юридический, потому что формулировки сочинял очень складно.

Пришлось, скрепя сердцем, вырывать из купленных книг страничку и спешно составлять документ. Подписывать предполагалось кровью... моей. В этом мире все какие-то кровожадные.

Аспида, подглядывающая в бумажку, заметно нахмурилась.

— И на кой они нам сдались, если их в еду употребить нельзя? — расспрашивала она.

— Да я ей... Да я ей... — бушевал предводитель отряда курв. — На кой она тебе сдалась, Зои, если ее на сумку пусть нельзя?

— Что он там щебечет?

Посмотрела на Аспиду, потом повернулась к Хмычу.

— Хвалит чешую, говорит очень красивая, — соврала без капли стыда.

— Темнишь ты что-то, — не поверила девушка, но превратилась обратно, возвращая ногам удобный, привычный человеческий вид.

Душа радуется, что она не понимает звериный язык.

Бумагу я подписала, и Хмыч подписал, оставив след своей лапкой. И из-за задержки с крылатыми домой мы вернулись под вечер.

Не успела я просто сесть, перевести дух, как ко мне побежали Буран и Файер.

— Зоя, Зоя, надо скорее искать путь домой. — Хныкал и скулил хаски, пробуксовывая на лакированном паркете.

— Что случилось? Тебя кто-то обидел? — недоумевала я.

Друг выглядел паршиво, ныл, ластился к ногам. Даже курицы его не заинтересовали. И где-то неподалеку хихикал маленький, ехидный вивер.

— Здесь водятся чудовища, у-у-у. — Орал Буран.

— Чудовища? Чудовища? — заволновались новые жительницы фермы. — Какие чудовища? Как мы будет жить возле них?

— Молчать, строиться? — прокукарекал Хмыч и подлетел к псу. — Доложите обстановку, какие монстры на локации?

— Зоя, это кто? — окончательно ошалел питомец.

— Соседи, — отмахнулась я и жестом подозвала синюю ящерицу. — Какие чудовища?

— Какие-какие, мутный маламут, пожирающий сам себя самоед и оборотень-шпиц.

— Да-да, — подобрался к нам Файер. — Он приходит ночью и кусает за ноги псов, которые плохо себя ведут... У-у-у-у, — проговорил жутким голосом.

— Зоя! — сел на пушистый филей гордый, храбрый зверь и мой защитник.

И я не удержалась, заржала... Громко заржала. Хрюкала, словно завела не стаю несушек, а с пяток кабанчиков.

— Да что у вас происходит? — не выдержала гомона животных Аспида. — Переведи.

Кратко пояснив, в чем заключается суть, попросила не такую веселую барышню успокоить песика. На Файера, Хмыча, Пеструшку, Несушку, Хохлушку, Охру, Алую и других, чьи имена я пока не запомнила, надежды не было. Они тоже ржали и плакали. Плакали и ржали.

Но мое приподнятое настроение быстро улетучилось, когда я осознала, что могу провалить первые обещания. Во-первых, мне надо было соорудить отряду курятник. И не простой, а чтобы крылатым жителям фермы там было уютно. А во-вторых, с зерном тоже имелись проблемки. Где его достать?

— Мне не на что купить зерно, — тихо шепталась с Аспидой, временно разместив куриц в кладовке кухни.

— А зачем покупать? — оскалился Файер, который не захотел общаться с Хмычом и таскался за хозяйкой, словно банный лист. — Давайте сопрем. У Эдварда.

— Файер говорит спереть у Эдварда, — пояснила нагине.

— Ага, — мрачно отозвалась Аспида, — чтобы он нам из артефакта солью в одно место долбанул.

— А что за артефакт? — как-то все знакомо, как-то все близко.

Прямо флешбеки из юности, когда мы у деда Петровича яблоки, картошку и кукурузу воровали.

— Длинноствол называется, — хмыкнула оборотница. — Тоже рыжий изобрел, лет пятьдесят назад. Дорогущий... Эдвард на него десять лет копил.

— Воровала?

— Да, и один раз он в меня попал, — поежилась негодяйка. — Но зерно в долг выпросить можно.

Как потом этот долг отдавать? Мне претила мысль занимать деньги у плохо знакомых людей, к тому же не очень любивших рыжих. Да и у соседа масса причин остерегаться Аспиды.

Я поднялась наверх и начала разбирать багаж. Денег нет, но что-то ценное ведь осталось. У меня Герман собирался и платья отобрать, и украшения...

Украшения!

Безделушек у настоящей Зои Сандерс почти не было. Пару браслетов, с пяток колечек, два колье и две брошки. Одну из них я помнила очень хорошо. Весь вечер крутила позолоченную птичку с камешками, пока новоявленный муж срывал на меня злость.

Наверное, для Зои эти цацки что-то значили, но мне с ними расстаться, как по дереву постучать. Особенно с проклятой птичкой.

Я взяла ее в руки и погладила. Она явно дешевле всех вещей из свертка, при виде нее живот болит, воспоминания плохие. Решено, ее и предложим Эдварду.

Коснулась, провела пальцами по гладкой эмали и нащупала какую-то то ли кнопочку, то ли зацепку. Нажала и...

В комнате раздался неприятный голос беснующегося супруга:

«— Ты знаешь, что натворила. Добилась своего Зои?

— Не строй из себя идиотку, Зои.

— Я с тобой разведусь.»

И в самом конце запись обрывалась на:

«— С утра в Сандерс-хаус и не возвращайся. Пропади пропадом на этой долбаной ферме. Она твоя! Дарю!»

Все звучало отвратительно. Бедняжку Зои я жалела за неудачный выбор жениха, но не могла относиться с пониманием к Сандерсу. По крайней мере, он взрослее, умнее, мудрее двадцатилетней дурочки. Способен был выпутаться или хотя бы тихо развестись, не спуская на рыжеволосую малютку всех собак.

Но и птичку отложила. Похоже, это какое-то записывающее устройство. И несмотря на невзрачность артефакта, вещи, наделенные магией, стоили куда больше обычных драгоценностей.

Слава местным высшим силам, что сосед наш оказался ценителем драгоценных металлов. Взял себе несколько золотых колечек, и я обеспечила Хмычу и его отряду достойное пропитание на... на пару дней. Кто бы знал, что курицы очень прожорливые создания.

В кровать я упала без сил, перестала чувствовать ноги, и ко мне еще Буран завалился, подвывая и голося во сне. Ему самоед привиделся или мутный маламут.

Так что утром свежестью не блистала, а работы для меня прибавилось. Мне требовалось разобрать и очистить свою спальню, сделать курятник, приготовить еды. И заложить в какой-нибудь местный аналог ломбарда остатки ценностей.

Правда, с одним делом удачно справилась Аспида. Я спускалась по лестнице и почувствовала вкусный запах чего-то пригорелого. Учитывая, насколько я была голодной, и как бурчал мой желудок, я бы набросилась и на мешок углей. А витал-то аромат горячей еды.

Но радовалась я рано.

— Аспида, нет! — я вошла и закричала от ужаса.

Удобной жаровней нагиня не пользовалась. Зато на широком противне разложила небольшой вертел, насадила вчерашние купленные, несчастные тушки и крутила их, поджаривая с боков.

Рядом, на высоком стульчике устроился Файер и освящал в прямом смысле это действие. Выдыхал пламя из пасти.

И вроде ничего, меня и в таком виде устраивает курятина, но за соседней дверью толпятся несушки. По-моему, очень кощунственно жарить при них их же собратьев.

— Что нет? — она ко мне не повернулась. — Ты, я предполагаю, голодная. Твой пес тоже.

— А Хмыч? Он же уйдет, — заволновалась я не на шутку.

— Кто? А, пестрый петух, — догадалась она. — Так он с утра кукарекать начал, я бы его шею свернула, но больно ты с ним носишься. Он и его курицы на улице, я им туда зерна бросила.

— На улице... — упала на стул с облегчением.

— На улице, на улице, — подтвердила Аспида. — Сейчас позавтракаем, и я покажу, куда их можно разместить. Надо выбрать место подальше, желательно под окна соседней фермы.

— Да за что ты так Эдварда? — я искренне недоумевала. — Он нас и подвез, и зерна дал...

— Я еще не отомстила, за то, что он в меня попал, — морщилась девушка. — Нет, курятник будет находиться там, и точка.

В этот раз предпочла с ней не спорить. Все нехитрое блюдо в стадии полнейшей прожарки и пережарки она честно разделила на четверых.

— Спасибо, Аспида, — поблагодарила я, не переставая дивиться поведению оборотницы. — Ты решила участвовать? Будешь помогать?

— Ммм, — она задумалась. — Скажем так, я буду участвовать, пока... пока мне не надоест. Или пока Йен Медлер не купит-таки мою... — Аспида поймала мой негодующий взгляд, — нашу ферму.

— Он хочет ее купить? Зачем?

— Вид из окон видела? — поджала нагиня губы. Я кивнула. Пейзаж потрясающий. И едва выдастся свободная минутка, я обязательно обойду все окрестности. — Из-за этого вида он и хочет купить. Открыть здесь отель или дом отдыха. Его Светлость успешный предприниматель, давно зарится на весь Хайклер, часто сюда мотается. Приезжал месяц назад, но цену предложил слишком маленькую. А потом пришла ты...

— И?

Мозги заработали в полную силу, я прощелкивала варианты.

Понятия не имела о ценообразовании, о стоимости жилья, об экономике в Хайклере. До меня доходило одно: Аспида заламывать цену не в состоянии, ее легче продавить. Популярностью в городке она не пользуется. Доходов у нее нет, как и денег. Местный герцог мог просто дождаться каких-нибудь долгов, и все, она попалась.

А она его защищала, он же благотворительствуем рыжим. Правильно, что мне не понравился.

— Сначала думала, что мистер Мендлер напишет Герману, предложит покупку ему. А брат с удовольствием подгадит мне, и твой приезд подтверждал догадки, — объясняла Аспида. — Но ты так рьяно реагируешь. Герман тебя выслал, значит, продажа в твои планы не входит.

— Как и в твои? Правильно я понимаю?

Следила за ее лицом. Одно сомнение, и я пропала.

Куда мне податься? Сейчас это хлам на хламе, он ничего не стоит, но хотя бы крыша над головой. Возвращаться в графу Сандерсу с покаянием абсолютно не хочется. Начнет развод, обдерет меня как липку. Да и цвет волос не позволит быстро отыскать работу, я не говорю еще про полное отсутствие знаний о законах, о мироустройстве.

— Не хочу, — девушка клацнула зубами. — Я здесь выросла, это мое место.

— Тогда отлично, — выдохнула. — Будем развиваться. Кстати, а что у тебя за история с кремами?

Аспида, как и остальные оборотни, обладала отличным нюхом. А ее мать научила дочку травничеству. И когда ей требовались средства на покупку чего-либо, она отправлялась в лес, где отыскивала душистые цветы и ягоды. Создавала при помощи магии крема и продавала падким на запахи и красивую упаковку аристократкам. Но никогда не занималась этим постоянно, как душа ляжет. Такой вот вольный художник.

Я, конечно, заинтересовалась, но разумно посчитала, что проблемы надо решать постепенно. В первую очередь надо заняться курятником.

После завтрака мы помыли за собой тарелки и отправились изучать закоулки фермы. Я поражалась масштабам, чуточку жалела, что не застала хозяйство во всем его великолепии.

— Там конюшни, тут был коровник, — кратко все описывала моя соседка и с нынешних пор партнер. — Здесь держали свиней. А на дальней территории, — взмахнула она рукой, — вспахивали землю и засеивали урожай.

— И где же будет курятник? — оглянулась я, когда мы приблизились к разломанной будке для собак.

Стояла она аккурат возле забора соседнего поместья, которое было не в пример нам, очень ухоженным. И заодно, с другой стороны забора доносилось незнакомое кудахтанье, видимо, и Эдвард расположил собственный курятник подальше от дома.

Коснулась деревянных, покосившихся палок и постепенно начала разбирать речь.

— Звич, там какие-то люди? — клокотали невидимые моему глазу пеструшки, — Звич, они обсуждают размещение вражеской стаи.

— Вражеской стаи? Кто? Покажите наглеца?

Чувствую, будет весело. Интуиция подсказывает, что Звич и Хмыч какие-то дальние родственники. Сто процентов будут сравнивать свои показатели. А здоровая конкуренция нам не помешает. Свой бизнес я вознамерилась начать с яиц.

— А знаешь, — угрюмо взглянула на будку, — идеальное место. Привести его в порядок поможешь?

Аспида, ура, моментально согласилась. И закипела работа.

Мы выровняли это убогое строение, обили его обрезками ненужных ковров, создали какой-никакой насест. Прямо скажем, строители из нас никакие. Прибивали мы и плотничали примерно, как Аспида готовит. Но этот ремонт проходил под девизом: «И так сойдет!»

Если выгорит, вызову к нам настоящих мастеров, а пока это все равно лучше, чем жить на улице и прятаться под кустами с черникой.

— Хмыч, Хмыч, — звала я петуха, пока подруга забрасывала пол сеном (хотя бы его было навалом). — Лети к нам, принимай квартиру.

Он не заставил себя долго ждать, прошелся с важным видом, прислушался к звукам со стороны.

— Звич? Там Звич? Эта куропатка лысая? Павлин безголовый? Девочки, построиться. Пройдемте, обсуждать тактику нападения будем.

— Лучше яценосного поражения, — посоветовала я, — пока обойдемся дипломатическими методами.

С другой стороны забора шли похожие речи.

— Хмыч? Где они отыскали шпиона! Он не пропал в огненной бездне?

— Звич, они собираются перещеголять нас в количестве снесенных яиц!

— Не бывать этому.

Я довольно потирала ладоши.

— Чего это все раскукарекались? — спросила недоумевающая Аспида, которая речь птиц не разбирала.

— Война у них, — проверила доски на крепость. — Надеюсь, будут соревноваться в умении нести яйца. Хмыч, девчонки, вам там как? — заглянула я внутрь курятника.

— Не мешай, Зои. Нормально. Рассыпь зерно и удаляйся, ты не в том звании, чтобы подслушивать стратегические военные тайны.

— Конечно, Хмыч, конечно, — торопливо согласилась. — Так мне завтра за яйцами приходить?

— Завтра, завтра, — подтвердил он, — все, вали.

Я думала, что вопрос с курятиной исчерпан, но тут в беседу вмешалась Аспида, и мои одомашненные птицы, как назло, ее подслушали.

Глаза у нагини блестели дьявольским огоньком.

— Получается, — она переводила взгляд с нашего хлипкого строения на территорию соседа и обратно, — этих есть нельзя, но тех-то можно? Подожди, я Файера позову.

— А змеища подколодная дело говорит, — почесал крыло лапой Хмыч.

— Никого есть нельзя, Аспида, — шлепнула себя ладонью по лбу. Честно, я устала. Два дня, а ощущение, что живу в цирке. — Не наших, не чужих.

— Вот и останемся сегодня голодными, Зои, — забурчала девушка. — У нас из запасов два картофелины и одна сомнительная морковка. И поверь, я себе пропитание добуду, — намекнула она на свою животную ипостась, — а тебе одного кофе хватит?

С этим доводом невозможно не согласиться. Благо Аспида все-таки начала проявлять рвение.

Жить в пыли и грязи мне не улыбалось, и я оставила оборотницу старшей по уборке. И не одной кухни и собственной спальни, а всего домика. Наказала ей отмыть все на первом этаже, чтобы нам было не стыдно принимать гостей, а сама вознамерилась пешком тащиться до Хайклера.

Во-первых, следовало прикинуть расстояние, ходить теперь мне до города часто. А во-вторых, тревожить Эдварда не решилась.

Платьям и юбкам я предпочла мужские брюки, найденные в недрах шкафа. Аспида в таком виде разгуливать не стеснялась, вот и я отбросила смущение.

Буран и Файер потащились со мной. Я их не звала, но они все равно потащились.

Дошли мы через полтора часа. Можно было бы быстрее, но гордому псу было жизненно важно все обнюхать, погоняться за бабочками и порычать на несколько улиток. Так что на удобные, аккуратные улочки Хайклера я шагнула крайне изведенная, взмыленная и уставшая.

Глазами искала хотя бы одну вывеску, отдаленно похожую на ломбард.

— Мисс Сандерс, вы опять на дорогу не смотрите? — узнала надменный голос герцога. Он мне скоро снится начнет, ей-богу.

Заметив мужчину, чуть зубами не заскрипела. Естественно, он в чистом, выглаженном костюме, с тростью, надушенный чем-то приятный с древесными нотками направлялся ко мне, а я похожа на чучело посреди кукурузного поля, со спутанными волосами, мокрым лбом и, кажется, от меня разит псиной.

— Добрый день, Ваша Светлость, — сложила руки на груди. — Отчего же, смотрю. Не намоталась же на колеса вашей телеги. — Назвать телегой его великолепную карету было грубовато. — Только вы ошиблись, я не мисс, я миссис.

— Миссис? — прыгнули вверх брови аристократа.

В этот момент к нему приблизился Буран, собирая новые впечатления и запахи.

— Какой замечательный у вас охранник, — произнес мистер Мендлер, стягивая перчатку с пальцев.

— Да, Буран отличный друг, — похвалила собаку.

— Эй, а я? — ревниво пророкотал Файер, исподлобья поглядывая на мага. — Мне этот хлыщ не нравится. Пальнуть в него огнем?

— И ты замечательный, — наклонилась к виверну и почувствовала какой-то странный взгляд со стороны.

Йен смешался, застыл, так и не коснувшись Бурана. Черт, я забыла, что разговаривать с животными на людях не стоит.

— Можно погладить? — мужчина все-таки сделал вид, что не заметил моих чудаковатостей. — Он не укусит?

— Можно, — кивнула.

И едва герцог попытался, хаски зарычал. Он любил принимать ласку, но улавливал напряженность и враждебность между хозяйкой и новым для него человеком.

— Вы же сказали, что он не укусит? — возмутился Его Светлость.

— Ну да, меня не укусит, — подтвердила свои слова. — А что насчет вас, не знаю. Буран передо мной не отчитывается.

— Какая же вы язва, миссис Сандерс, — закачал головой Йен.

Мне хотелось, как можно скорее избавиться от надоедливого мистера. Я отвернулась и продолжила всматриваться в вывески.

— Давайте я вам помогу, — изменил свой тон мужчина. — Кажется, мы не с того начали.

Блин, кого угодно я могла попросить о помощи, но не его. А с другой стороны, чего я, собственно, смущаюсь?

— Мне нужно кое-что заложить, — медленно проговорила, оценивая его реакцию, — несколько ценностей.

И конечно, лицо Йена моментально приняло сочувствующий вид. Фу! Не хочу, чтобы мне сочувствовали.

— Зачем закладывать? Правильно ли я понял, что вы замужем за двоюродным братом мисс Аспиды Германом? Мы давно не виделись, но он никогда не нуждался в деньгах.

— А я нуждаюсь, — злилась я, потому что Мендлер лез не в свое дело.

Внезапно растворились ставни окна лавки, у которой мы вели неспешную беседу.

— Ваша Светлость, вы чего? У Зои Сандерс муж гуляка, — оповестил всех и каждого мясник Росс.

— Да, — из его же лавки выскочила моя вчерашняя знакомая леди Айвери, — И сослал ее к нам, чтобы жить с новой куртизанкой. Он еще и игрок, да, дорогая? — с притворной грустью воззрилась она на меня.

— И мужской силы у него, вот, — обозначила вообще незнакомая мне барышня, показывая маленькое расстояние.

Твою мать, а я недооценила силу сплетен в городишке.

Самое обидное, что я ляпнула всего одно слово... одно. А местные болтушки и болтуны допридумывали остальное. К тому же, сочувствующие взгляды были напрочь фальшивыми. Наоборот, все кряхтели, говорили о поддержке, а на деле мечтали сунуть нос поглубже, выяснить максимальное количество подробностей и смаковать слухи между собой.

— Это неважно, — отмахнулась я, предпочитая не подпитывать неуправляемый поток сознания. — Найду сама.

Уже шагнула вперед, чтобы поскорее удалиться, но мистер Мендлер поймал меня за локоток.

— Не убегайте, миссис Сандерс. И извините за мои вопросы, это было бестактно.

— Спасибо, — приняла извинения я.

Сегодняшняя галантность Йена меня не удивляла. Я подозревала, что дело кроется в его желании выкупить ферму. И не доверяла ему.

Как бы то ни было, он довел меня до дверей одной лавки. Сходу и не поймешь, что это такое. На вывеске нет значка ювелира или монеток.

— Прошу... — от открыл мне дверь и позволил войти первой.

Едва я переступила порог, оставив питомцев снаружи, как мои глаза разбежались от восторга. Складывалось впечатление, что все товары, продающиеся в магазине, были живыми. Что-то бегало, ездило на колесиках, прыгало. Виднелись клубки пара, звенели клавиши и струны неведомых инструментов. Невозможно сосредоточиться на чем-то одном.

И хозяйничал в этом месте пожилой маг с приятной наружностью.

— Добрый день, чем могу помочь? — вышел седовласый мужчина, с небольшим пузиком. — Здравствуйте, Ваша Светлость, — отдельно он поприветствовал герцога.

— Миссис Сандерс, познакомьтесь с Коулом Миллером. Это наш знаменитый артефактор. Работает в Хайклере и в моих угодьях. Коул, это Зои Сандерс, теперь она живет...

— Я понял, понял. В Сандерс-хаусе. Сложно не догадаться. А в чем заключается ваш визит? Видите ли, я немного занят...

Одет он был в белый фартук, напоминавший фартук мясника, только в отличие от Росса, разводы на одежде были масляные и серые. На лбу смешная повязка с окулярами, а само лицо в копоте и пыли. Точно от чего-то отвлекли.

Я недоуменно уставилась на Мендлера. Зачем мне артефактор? Мне нужен банкир, ювелир, ростовщик. Кто этим занимается?

— Миссис Сандерс в затруднительном положении, — как ни в чем не бывало, продолжал вещать Йен, — и собиралась заложить некоторые свои украшения. Вряд ли в ювелирной лавке ей дадут достаточную сумму, а тебя могут ее вещицы заинтересовать. Ты любишь собирать украшения для созданиях новых изобретений.

Сгорала от стыда. Герцог разговаривал так, словно намекал Коулу сделать мне одолжение.

— А чего сам не выкупишь? — прищурился мистер Миллер.

Теперь настала очередь Его Светлости отмахиваться, но на губах заиграла какая-то многозначительная улыбка.

Я выложила на прилавок весь нехитрый хлам, что успела спрятать при вынужденном переезде. Артефактор это добро лениво перебрал, покрутил колечки, приложив уже другие очки к носу и произнес обескураживающим тоном.

— Миссис Сандерс, мне жаль, но они очень мало стоят. В толк взять не могу, зачем Его Светлость вас привел.

— Совсем ничего не стоят? — расстроилась я.

— Нет, не ничего, а мало. Тот же ювелир заплатит вам за них больше. Лучше пройдите до конца улицы и навестите его.

Я уже протянула руку, чтобы все убрать, но мистер Мендлер меня остановил.

— Миссис Сандерс, а в чем-то Коул прав, давайте я возьму с вас расписку и заберу украшения.

— Зачем?

Вот и пошли первые ужимки. Несмотря на красивую внешность, благотворительность, проявленную внезапную вежливость, герцогу я начала доверять еще меньше. Он то ли в долги меня хочет загнать, то ли сделать так, чтобы я чувствовала себя обязанной. Не на ту напал!

Ответа никто не дождался, потому что из внутренней комнаты с громким звуком выскочило нечто, напоминающее волчок. Правда, очень острый и опасный. Он метался из стороны в сторону, доехал до стола, подрезал у мебели ножку, оставив стол покосившимся, откатился вправо и чуть не достиг моих сапожек.

— Ай! — не разбираясь, спряталась за спиной провожатого.

— Берегись, — испугался владелец лавки, — убирайте ноги. Что за дрянь? Никак не стабилизирую.

Я испугалась, а мой спутник и бровью не повел. Все вокруг нас замерло. Предметы двигались плавнее, тягуче, словно перенеслись в кинофильм, в замедленную съемку.

Он наклонился, поднял предмет вверх и внимательно изучил его перед тем, как отдать Коулу.

— Что это такое? Ты бы не раскидывался ножами, которые не останавливаются.

— Простите, простите, — повинился артефактор. — Леди Даррен передала. Сын у нее малолетний, тоже мечтает в артефакторы податься. Сил прорва, а мозгов, — постучал мистер Миллер по голове. — Теперь вот думаю, что с этой поделкой сделать. Отключить не получается и жалко. Малец душу вложил.

— В кастрюлю закиньте, — брякнула я.

— Зачем?

— Зачем? — хором спросили мужчины.

Я аж растерялась от подобного напора.

— Эм... А кто у вас фарш из мяса делает? Капусту шинкует?

— Слуги, — предположил Его Светлость.

— Женщины, маги, помощники. — делал догадки Коул.

Ну, я так не играю. Это можно до бесконечности продолжать. Не понять мне, крестьянке, какого это, когда все работает без тебя.

Хотя постойте... Вспомнилось, как чудесно просыпается утром, когда мультиварка приготовила кашу, робот-пылесос почистил от шерсти пол, стиралка постирала, а машина включила подогрев сидений и разогревается по нажатию автоматического ключа. Технологий в Хайклере нет, а магии в избытке.

Быстро пояснив, что такое измельчитель, получила одобрительный и уважительный взгляд мистера Миллера, а заодно чек. И новое предложение — стать музой, точнее идейным вдохновителем.

— А вы умеете удивлять, Зои Сандерс, — дал мне оценку герцог, покидая артефактора. — И куда теперь?

Привязался как банный лист.

Впрочем, помощь Йена я оценила. Я узнала, где находится местный рынок, накупила овощей и круп, показывая чек Коула, и даже научилась пользоваться местной доставкой. Его Светлость не торопился, проводил меня и в банк, где я открыла собственный счет.

Поражалась, как легко все устроено. Документы не потребовались. Слепок ауры — и ты можешь распоряжаться деньгами, не таская с собой набитый кошелек.

— Мы уже добрых два часа гуляем, — отметил мой сопровождающий, — не хотите отобедать? — Я намеревалась отказаться, потому что каким бы щедрым артефактор ни был, но средств на рестораны мне не хватало. Но герцог и об этом помнил. — Я угощаю.

— Хорошо, — согласилась я.

Честно, совсем не хотелось. Понимала, что за этим приглашением последует некий разговор, который я не готова поддерживать. Но как отказать?

Вновь оставив хаски и виверна на улице, наказав им вести себя прилично, я позволила себя увести внутрь злачного заведения.

— Как здесь красиво... — не смогла не восхититься.

Я словно попала в женский будуар, с зефиром и розочками. Повсюду висели горшки с цветами, по стенам полз нежный вьюнок. Обстановка была девичьей, выполненной в пастельных тонах, а встречали нас красивые дамы с кружевными передничками.

— Да, очень, — кивнул мужчина, объясняя подавальщице, куда нас посадить. — Это кондитерская принадлежит мне.

— Да? — у меня чуть челюсть на пол не упала. — Это...ммм...

— А вы ждали черные стены, бильярдные столы и аромат крепких напитков, миссис Сандерс? Или что хозяйкой окажется бабуля в батистовом платье в цветочек?

— Подходят оба варианта, — скривившись, признала я. — Извините. И извините, вообще, за мое поведение. Без вашей помощи я бы, наверное, до сих пор блуждала по Хайклеру.

— Не переживайте, — он, наконец, выбрал стол и галантно отодвинул для меня креслице. — Я тоже вел себя несносно. Рад, что мы примирились. Если позволите, я бы сделал заказ и за вас.

— Позволяю.

Пока он давал указания, я оглядывалась по сторонам. В зале было полно народу, и самое поразительное, мужчин тоже было множество. Кажется, эту кондитерскую выбирали, как место для свиданий. По-моему, в дальнем уголке я узнала младшую мисс Айвери, но девушка потупила взгляд и отвернулась.

А на нас пялились. Рыжая незнакомка и аристократ. Естественно, мы вызывали вопросы у людей и чуточку общественного порицания.

— Миссис Сандерс, — вновь подал голос мистер Мендлер, — не хочу ходить вокруг да около. Вы показались мне дамой с деловой жилкой. Уверенной в себе, предприимчивой.

О, пошла неприкрытая лесть.

— Вы хотите выкупить ферму, — я сразу насторожилась. — Будете умасливать, чтобы я вам ее продала.

— Значит, я не ошибся в своих предчувствиях, — собеседник отклонился на спинку кресла. — Верно, мне очень нравится территория Сандерс-хауса. Я разговаривал с Аспидой и получил четкий ответ.

— Она вам отказала.

— Не совсем. Она же не владеет фермой единолично. Она отправила меня в столицу, чтобы я переговорил с ее двоюродным братом Германом. И тогда, возможно, она согласится. Но я почти уверен, что это была уловка.

— Почему?

На стол положили несколько пирожных и принесли большой чайник с чаем. Я начала разливать, памятуя о том, что леди ничего не умеют, а вот кружки и чайники держат отменно.

— Семья Мендлер и Сандерс не владах. Давно. Причина кроется в землях, где вы поселились. Когда-то они были нашими. И я полагал, что вы, обиженная на супруга, будете столь добры, чтобы продать их мне. Вернуть, так сказать, настоящему хозяину.

Ого, а Герман с Йеном не дружны. Это просто прекрасно. Если граф Сандерс вознамерится мне напакостить, то придется выбирать из зол. И определенно, я зло меньшее.

— Нет, — отрезала я. — Простите, но я не планирую продавать ферму. Она мне слишком дорога.

Бесценна, потому что обратного пути не предвидится.

Надо было видеть обезумевшие глаза герцога. Я упрямилась из-за территории, где не сыскать прямо стоящего здания.

— Миссис Сандерс, вы не знаете моего предложения, — хотел он меня образумить.

— Не старайтесь. — Мотала я головой. — Ни я, ни Аспида не согласимся за любые деньги.

— И на что вы собираетесь жить? — зашел он с другой стороны. — Ваше хозяйство в упадке.

— Мы его воскресим. Начнем с яиц, — улыбнулась с вдохновением.

Предвкушала завтрашнюю прогулку в птичник и первые продажи. Правда, дикий хохот Его Светлости меня напряг.

— С яиц? Миссис Сандерс, вы серьёзно?

— Я не понимаю причин для смеха.

— Кому вы будете их продавать? Наш мясник торгует яйцами, ваш сосед торгует яйцами на рынке и снабжает ими мою кондитерскую. Есть еще пара фермеров.

Говорил он вполне искренне, и я сделала вывод, что бизнесмен из меня паршивый. Идею я принесла, но не сделала никакой аналитики.

Взглядом зацепилась за объявление:

«Покупайте билеты. Только один день в Хайклере. Знаменитый кондитер с тайным рецептом торта. Попробуйте этот незабываемый вкус».

— А о чем ведется речь? Кто кондитер? Что за торт?

Герцог недоуменно уставился.

— Миссис Сандерс, вы словно не из нашего мира. Приедет мистер Бейн. Он придумал совершенный вид пирожных. Неужели не пробовали? Воздушные, из очень хрустящего коржа, взбитых сливок. И сверху посыпается ягодами. Я с большим трудом вызвал его сюда и к себе в герцогство.

Складывалось впечатление, что мне нахваливают торт Павлова. Он вкусный, да. Но это они еще меренговый рулет не пробовали.

— Хотите, дам вам приглашение, — Йен потянулся вперед. — Возьмите с собой Аспиду. Я попрошу оставить за вами столик, чтобы вы не стояли в толпе.

— А что вы попросите взамен? — насторожилась я.

— Ферму за пустяк просить не могу. Но попрошу вас обоих выслушать мое предложение.

Я задумалась. Вряд ли он предложит нам много. Он умный, обставит так, что нам некуда будет податься.

Нет, в очередной раз заводить разговор о покупке нежелательно. Как бы Аспида мне ни нравилась, но мы плохо знакомы. Вдруг она менее упертая, чем показывает, и на самом деле мечтает свалить из этого места.

— А к кому мне идти, если я знаю рецепт этого замечательного, вкуснейшего воздушного торта?

Ох, как лицо Его Светлости заколебалось.

— Знаете?

— Может быть, мне надо удостовериться.

— Тогда опять же ко мне, — объявил мужчина. — Денег на рецепт я не пожалею. Приглашения обязательно пришлю.

— И яйца будете у нас покупать, — я ехидно улыбнулась. — Деньги и закупка.

Я понимала, что Йен не в восторге. Если я найду покупателей, еще и подпишу какие-то долгосрочные договоры, то ферма буквально выплывает из его рук. Но пока рецепт торта в его глазах стоил больше.

— Условились, — протянул он. — Если вы, конечно, действительно знаете, как готовить этот торт.

Извилины в мозгу лихорадочно зашевелились. Было бы что там готовить. Это обычное безе. А я умела и медовик, и наполеон. Правда, хвалиться своими знаниями не спешила. Урок с яйцами пошел на пользу. Прежде изучу, а что есть в ассортименте. Вдруг местные кудесники с магией все умеют? И только потом начну выдавать свои маленькие кулинарные тайны.

Я принялась собираться.

— Вы куда-то торопитесь? — нахмурился мой спутник. — Давайте я вас отвезу?

— Нет, спасибо, — теперь я уже не смущалась и прямо отказалась от помощи. — Планирую вернуться к Коулу.

— Зачем? — не понял моего порыва мужчина.

— А это коммерческая тайна, — подмигнула я, чинно поклонилась и побежала прочь.

Пойду миксер изобретать.

Но когда я оказалась на улице, застала нелицеприятную сцену. Я искала Бурана и Файера, а наткнулась на леди Айвери и ее дочь Бэлу. Мама отчитывала девицу за свидание, полагая, что их никто не видит и не слышит.

— Поверить не могу, как ты себе это позволила? Бэлла, там был герцог. Мистер Мендлер мог заметить тебя. Ты нас опозорила.

— Мама, мы сидели всего пять минут, — понурилась девчонка. — И мистер Киндлер не какой-то крестьянин, он аристократ, мама.

— Он ветеринар. Он лечит зверей, даже не людей. Фу, это такой мезальянс. Боги, что же скажет Его Светлость?

— Ничего он не скажет, — начала заверять Бэлла. — Он был слишком занят рыжеволосой Зои Сандерс. Они долго о чем-то шептались.

— Про них и не упоминай. Эти рыжие... — гримаса у Эланоры была красноречивее ее слов. — Зачем он с ними только носится?

Какая дрянь. А с виду такая приятная, благоухающая. Вот и проявилась ее истинная натура. Я бы расстроилась, но, во-первых, меня предупреждали, а во-вторых, на местных дам было как-то наплевать. Я не подарок.

Жаль немного Бэлу. С такой властной матерью она либо нескоро выйдет замуж, либо выйдет, но не за того, за кого мечтает.

С другой стороны, я выяснила, что в Хайклере есть ветеринар. А вот это было прекрасной новостью. Чует мое сердце, мой питомник будет пополняться.

Запыхавшись, я забежала к Коулу, наскоро объяснив свою идею. Заодно я еще рассказала про плуг, культиватор и газонокосилку. О плуге, артефактор, естественно, знал, поэтому чуточку надо мной посмеялся, а вот от остального пришел в восторг. Появится свободное время, я еще поведаю про пылесос и стиральную машину. Ходить на речку и портить кожу рук в холодной воде мне не улыбалось.

Попутно я обдумывала рекламную кампанию. Магам плевать. У них есть бытовая магия и прислуга. А вот те люди, кто волшебством не наделен, изобретения мистера Миллера позволить себе не могли. Мне повезло, что Коул очень азартный, готов вписаться в любую авантюру ради науки и искусства, но чисто теоретически, все товары, предложенные мной, будут отвратительно продаваться.

К Аспиде я вернулась едва ли не ночью. И прежде чем зайти, проверила воинственных курв. Курвы спали. Объявили с соседями перемирие, как объявил часовой в лице несушки.

— Чего? — ввалилась я на кухню, почувствовав аромат кофе. — Почему ты так угрюмо смотришь на меня?

Нагиня сидела на стуле, скрестив руки на груди. Поджимала губы и морщила носик.

А я ее недовольства не понимала. На столе гора овощей, есть крупа, чай, сахар, специи.

— Что ты молчишь? — не выдержала я.

— Слова подбираю.

— Какие?

— Не ругательные. — Она встала, попутно погладив виверна. — Зои, откуда все это добро? Где ты взяла деньги? Если ты продала свою часть...

— Успокойся, — прервала яростную речь соседки. — Я ничего не продала. Я заработала. И заработаю еще, верь мне.

— Да как? Это невозможно провернуть за один день.

Я собой загордилась. Все возможно при подходящей мотивации. Рассказывая Аспиде про свои приключения, заручилась ее помощью, уважением и восхищением. Оборотница действительно изумилась моей смекалки.

— Интересно, почему ты поехала сюда?

— А куда мне было ехать?

— В столицу, ко двору. Такой ловкой лестница вверх. Уже бы должность главной советницы занимала.

— Ага, — книги и история красочно описывали ситуацию, где ты достигаешь всех высот, а потом очень больно падаешь. А я дружу со своей головой. — Ты почему по этой лестнице не лезешь?

— Некогда, вкалывать надо.

Я оглянулась, искала, где она «вкалывала». Аспиде я поручила уборку нашего маленького поместья. И она, я вообще не удивлена, оказалась приверженцем философии: главный принцип любой уборки — равномерно распределить грязь.

Завтра будем изучать новое ответвление учения: лучше сделать сразу хорошо, чтобы не переделывать.