Глава 21

— Как же тебя так угораздило, Гена? — вгляделся я в него. Прыщ, который появился на его лице, увеличился за несколько секунд раза в два, а то и больше.

— Да фам в фоке, — промямлил амбал, и отчаяние промелькнуло в его глазах. — Фпафай меня, Лёфа.

— Спасём, не переживай так, — произнёс я. — Давай, расскажи вкратце, как ты довёл себя до такого.

Пришлось вслушиваться в лепет амбала. Пока я готовил диагностический щуп, Гена рассказал, как он брился и порезался. Затем на его физиономии появились красные пятна, поднялась небольшая температура и за сутки образовалось на месте этих пятен много прыщей. Затем они стали зудеть, жечь и потом гноиться. Когда он прикасается к ним, чувствует лёгкую боль. Антисептики не применял, но пытался использовать крем от акне. Но сразу же и бросил — усилились зуд и жжение.

— Вспомни, что было до бритья, — решил я докопаться до истины. — Ты ж явно заразился от кого-то.

Гена притих, задумался, видно вспоминал, что предшествовало появлению этой дряни на лице.

— А! Фповтвал! — воскликнул Гена.

— Чего? Говори чётче, — хмыкнул я.

— Ифё издеваисся, — выдавил он.

— Я просто не понял тебя, вот и переспросил, — вздохнул я. — Что ты сейчас сказал?

— Фповтз-аал, — буквально выдавил из себя Геннадий.

— Понял, спортзал. И что там?

Гена рассказал, как он собрался в душ после тренировки и понял, что забыл полотенце дома. Вот и позаимствовал полотенце у парня, у которого были похожие прыщи на лице.

— Ты ведь ещё и не спишь — вижу тёмные мешки под глазами, — заметил я.

Геннадий кивнул, сообщив, что денег мало, и от этого он сильно в последнее время нервничает. Вот и взял подработку, заполняет какие-то торговые карточки по ночам.

Понятно. На фоне стресса и иммунитета бациллы в него и залетели как к себе домой.

Ну а Гена дополнил свою историю тем, что подчелюстные лимфоузлы увеличены и болят, когда к ним прикасаешься.

Используя свою интерактивную книгу, я дополнил картину, отсеивая ненужные варианты. Пустулы — проще говоря, гнойники с волосом в центре, острое начало, зуд, жжение.

Окончательный диагноз я сформировал, когда погрузил диагностический щуп в черепушку Гены, который продолжал молоть языком.

— У тебя, Геннадий, острый стафилококковый фолликулит лица, — сразу сообщил я ему. — И ко всему прочему осложнение из-за твоего образа жизни, локальный лимфаденит, то есть увеличение лимфоузлов. И всё это из-за снижения иммунитета.

— Не поняв, — выдохнул Гена. — Как двянь попава ко мне?

— Объясняю, — ответил я. — Ты же порезался во время бритья. Вот бактерии от того товарища с прыщами и проникли в твой организм через рану. Понял?

— Тфою мафь, — Гена испуганно вытаращился на меня. — Я фдохну фто ли?

— Да кто ж тебе даст? — ухмыльнулся я в ответ. — Был бы у тебя нормальный иммунитет, такого бы не произошло. Это было бы невозможно. Понимаешь, да? Ты сам себя загнал в такую ситуацию из-за своих стероидов, стресса и неправильного образа жизни. Смотрю, ещё кофе хлещешь и энергетик.

— Как ты ужнал? — глаза Гены ещё больше расширились.

— Я ж лекарь, не забывай, — хмыкнул я. — Уже проверил, что в организме творится. Давление у тебя нестабильное, сердечко пошаливает. Завязывай с энергетиком, иначе будут последствия. Кофе можешь пить, но нечасто и лучше не перед сном.

— Поял, поял, уфё тепевь, не буду, — замотал головой Гена.

— Сейчас подлечу тебя, — сообщил я амбалу, и тот напрягся, но после моего заряда анестетика обмяк, уронил голову на грудь и засопел.

— Лёш, может его положить? Не упадёт? — подошла ко мне Настя.

— Нормально всё с ним, Насть, — сообщил я. — Теперь лучше меня не отвлекай.

— Поняла, если что, я рядом, — услышал я голосок ассистентки, который будто приглушился.

Обычно в таких случаях делают общий анализ крови, мазок-отпечаток берут с фолликулы, а следом и посев на питательную среду. Затем назначают антисептики, антибактериальные мази, противозудные препараты. В крайнем случае подключают антибиотики.

Но всё это было лишнее. Я окутал тело Геннадия сетью «Нейтрализатора», от которой потянулись крохотные магические лучи-паутинки в организм амбала к очагам воспаления. С каждой секундой бактерий становилось всё меньше, и воспалительный процесс постепенно сходил на нет.

Управился я минут за десять. Почистил организм Гены и с удовлетворением заметил, что прыщи на лице пациента уменьшаются сами собой.

— Пропиши ему укрепляющий витаминно-минеральный комплекс, — обратился я к Насте.

— И всё? — спросила Настюха.

— Этого будет достаточно, — произнёс я.

Пока ассистентка заполняла формуляр рецепта, я наблюдал за лицом Гены. Прыщей на губе уже не было, да и на лице осталось лишь несколько напоминаний о болезни. Несколько наиболее крупных прыщей, на лбу, щеке и подбородке переросли в крохотные и без гнойных наверший. Когда и они прошли, я отозвал неотработанный анестетик из организма амбала.

/ПОЗДРАВЛЯЕМ!

Вы успешно провели операцию!

Награда: +500 очков опыта.

Текущий уровень: 9 (22900/25000)/.

— Подъём! — гаркнул я на ухо Гены, и он вскочил с кушетки, испуганно оглядываясь. — Всё, ты здоров. С тебя сто рублей.

Надо было взять с него больше. Такая операция у меня сейчас стоила не менее пятисот целковых. Но он же на мели. Только из-за того, что он помог в своё время с «клубом пятисот», я и пошёл ему навстречу.

Гена в это время подошёл к небольшому зеркалу в углу приёмной, рассмотрел своё лицо, ощупал его.

— Да чтоб меня! — хохотнул он. — Алексей, да ты маг-кудесник!

— Лекарь, — поправил я его. — Я лекарь. Как будешь рассчитываться?

— Может, потом занесу? — умоляюще взглянул на меня амбал.

— Гена, я тебе жизнь, считай, спас, — слегка преувеличил я, но был близок к истине. — А ты ещё и жмотишься.

Настя не выдержала и прыснула в руку.

— Ладно, держи, — Гена порылся в карманах, затем протянул мне помятую купюру.

— Здесь пятьдесят рублей, — заметил я.

— Может, всё же пятьдесят хватит? — выдавил амбал и напряжённо покосился в сторону Насти. Ему явно было не очень комфортно признаваться в присутствии девушки, что денег у него кот наплакал, так что сказал он это как можно тише, чтобы ассистентка не услышала.

— Чёрт с тобой, — взял я купюру. — Но тогда с тебя должок. Я и так скинул четыреста рублей.

— Ох, ничего себе! — воскликнул Геннадий. — Хорошо, обращайся, дружище. Чем смогу — выручу, не сомневайся.

Он довольно бодро вышел, счастливо улыбаясь, ну а я встретился взглядом с Настей.

— Ну что ты так на меня смотришь? — спросил я.

— У него была ещё такая же купюра, он успел её сунуть обратно в карман, — произнесла ассистентка, и я понял, почему амбал так напряжённо посмотрел в сторону Насти. — Надо было настоять на оплате.

— Насть, я знаю, что делаю, — холодно заметил я. — Не надо указывать.

— Прости, я всего лишь хочу помочь, — сбавила тон Настя и потупила взгляд. — Он мог расплатиться. Просто обманул нас.

— Он остался должен, — ухмыльнулся я. — А это гораздо ценнее, чем полсотни рублей. Так что я с него возьму по полной.

— А ты стратег, Лёша, никогда бы не подумала, — хихикнула Настя.

— В нашей жизни по-другому никак, — подытожил я, добираясь до графина на столике и плеснув воды в стакан.Сделал пару глотков, утоляя жажду. — Если не думать наперёд — сожрут и не поморщатся.

Обед начался чуть раньше. Поток пациентов иссяк, причем как-то внезапно. Пуля уже закрыл клинику на обед.

Я отправился в обеденную, продегустировал гороховый суп с копчёностями, приготовленный в быстро-плите теперь уже Дарьей. Техничка призналась, что сварила его точь-в-точь как мама её учила. В целом, очень вкусно получилось.

Мы побеседовали на общие темы, обсудили ближайшую комиссию.

— Я ж тебе говорил? Твой Фартовый… или как там его… чешет тебе на уши, — категорично взглянул на меня Захарыч, допивая чай.

— Захарыч, он обещал. Всё сделает вовремя, — возразил я.

— Я даже поспорить готов, — оскалился старик. — Если проиграешь — будешь неделю отдавать свой доход в казну «Возрождения».

— Но я выиграю, — ухмыльнулся я.

— Если выиграешь… — Захарыч задумался, затем махнул рукой. — А, что я теряю? Если выиграешь спор — я неделю не буду употреблять коньяк. Договорились?

Старик протянул руку, и я без колебаний пожал её.

— А я зафиксирую, — хохотнул Пуля, дожёвывая булочку и разбивая рукопожатие.

— Я свидетель, — хихикнула Настюха.

— И мы всё слышали, — улыбнулась Виктория, переглянувшись с кивнувшей Дарьей. — И часто вы так спорите?

— Впервые, — произнёс Захарыч, победным взглядом взглянув на меня. — Как раз твоя сумма пойдёт на частичное покрытие штрафа от безопасников.

— Никакого штрафа не будет, я же сказал, — замотал я головой.

— Да, конечно, никакого штрафа, — ехидно улыбнулся Захарыч. — Пусть будет так, ага.

Переубеждать старика было бесполезно. Я лучше силы потрачу на новых пациентов, которые уже скоро появятся в коридоре.

Выпивая разведённый энерго-бустер и немного восполнив энергию, я вышел из обеденной и направился в сторону приёмной.

Почти добрался до нужного помещения, и заметил в коридоре Елизавету. Обтягивающее светлое платьице ей невероятно шло и подчёркивало стройную фигуру, а слегка выглядывающая из декольте грудь дразнила и притягивала внимание не только меня, но и Захарыча, который проследовал мимо.

— Привет, Лёша, — подошла ко мне журналистка, процокав каблучками по плитке. Она обворожительно улыбнулась и приобняла меня, целуя в щёку.

— Привет, — приобнял я её в ответ за талию. — Эффектно выглядишь, глаз не оторвать. Какими судьбами?

— Хочу взять интервью у очень привлекательного мужчины, — прошептала мне на ухо Елизавета, обдавая своим горячим дыханием.

— А как же насчёт прошлого интервью? Вы не объяснились, сударыня, — подыграл я ей, понизив голос до полушёпота.

— Была в командировке и решила сделать приятное моему рыцарю, — хихикнула Лиза. — Пришлось статью писать на коленке и с прошлого интервью братьматериал.

— В следующий раз предупреждай, и лучше согласовывай такие вещи со мной, — заметил я, улыбнувшись. — Хотя бы сообщение написала.

— Да я ж сюрприз хотела сделать, глупенький, — Лиза чуть сильней прижалась ко мне и прищурилась, вглядываясь в моё лицо. — Что-то ты строгий сегодня.

На нас посматривали с любопытством Виктория, Дарья, а ещё два пациента, которые уже подошли к стойке регистратуры.

— Лиз, я на работе, — предупредил я журналистку.

— Так и я на работе, — подмигнула она, сильней сжимая моё запястье. — Так что, проведём интервью?

Елизавета всё же заметила пациентов.

— Блин, что-то я не вовремя, — натянуто улыбнулась журналистка и вновь задумчиво посмотрела на меня. — Ну хорошо, после работы созвонимся.

Лиза поцеловала меня в щеку и отправилась к выходу. Ну а я отправился в приёмную, где за столом уже расположилась Настюха.

После череды пациентов мы сделали небольшой перерыв. Настя угощала всех очередным чайным сбором. На этот раз онбыл бодрящим и очень полезным. Ну так уверяла ассистентка.

По мне, так просто кислятина и никакого вкуса ягод, о которых Настя просто все уши прожужжала. Да и Пуля с Захарычем были со мной в этом отношении солидарны.

— Вик, ну как? — Настя чуть ли не заглядывала в рот помощнице Захарыча, когда она сделал первый глоток чая.

— В целом, хороший вкус, но всё же и правда очень кислый напиток, — сморщилась Вика.

— Но ягоды там точно есть, — Настюха встала на защиту своего травяного сбора, будто она сама его и собирала. — Земляника, черника…

— Анастасия, заливай кому-нибудь другому, — скривился Захарыч, отодвигая чашку. — Я не буду пить эту кислятину.

— А где Даша? — огляделась Настюха. — Она как раз хотела попробовать такой сбор. Точно оценит. У вас просто рецепторы забиты.

Даши с нами не было, она осталась в своей мастерской. Но вот дверь распахнулась, и на пороге показалась сияющая техничка.

— Я вам сейчас такое покажу! — воскликнула она. — У меня ведь получилось!

— Дарья, говори по существу, — подчеркнул Захарыч. — Что произошло? Ты сожгла купель?

— Да что вы такое говорите, Егор Захарович? — нахмурилась на него Настя. — Человек радостью делится.

— Выйдите в коридор и сразу всё поймёте, — рассмеялась Даша.

Я отправился вслед за ними, уже слыша жужжание и тихий стук, будто кто-то в стену лбом долбился.

Через несколько секунд все замерли, с удивлением глядя вглубь коридора.

— Ну как? — Дарья деловито поставила руки в боки, обвела нас победным взглядом.

Впереди по коридору рассекал дезинфектор, самостоятельно передвигаясь на колёсах. Держатель, за который можно было ухватиться, был демонтирован, а по бокам агрегата мигали индикаторами два новых блока. Сверху — небольшой динамик, из которого раздался роботизированный женский голос:

— Дезинфекция коридорного пространства завершена. Задача выполнена. Возвращаюсь на базу.

Дезинфектор повернулся и покатился в сторону мастерской Дарьи, исчезая за открытой дверью. Вот так да, прям как те роботы-пылесосы из прошлого мира!

— Потрясающе, — первым подытожил я увиденное.

— Это же чудо, Даша! — обняла техничку Виктория. — Поздравляю!

— Как у тебя получилось? — охнула Настя, восторженно взглянув на Дарью.

— Решила провести эксперимент, деталей ведь теперь много, — расплылась Даша в довольной улыбке. — Я и сама не думала, что соберу эти блоки. Но как-то быстро всё смастерила…

— За такое надо выписывать премии, — заметил Пуля, многозначительно взглянув на Захарыча.

— Да подожди ты со своими премиями, — буркнул на него старик. — Комиссии ты будешь платить?

Не буду переубеждать этого ворчуна. Потом убедится, что никакого штрафа не будет и перейдёт на безконьячную диету, куда денется.

— Дарья, ты большая умница, — между тем продолжал Захарыч. — Для начала повысим разряд и оклад. Ты заслужила. А насчёт премии, — старик злобно зыркнул в сторону здоровяка, — я подумаю.

— Спасибо, Егор Захарович, — улыбнулась техничка. — Осталось немного усовершенствовать прибор и указать остальные маршруты, чтобы по всему этажу каталась.

— На второй этаж нужен ещё один дезинфектор, — заметил я.

— Да-да, я это и хотела сказать, — закивала Дарья.

— Потом, всё потом, — Захарыч прошёл мимо нас, отправляясь в свой кабинет.

— Дашка, ты прям на все руки мастерица, — Настя в свою очередь обняла Дарью.

— Удивила нас, — кивнула Виктория.

— Спасибо, для меня тоже это неожиданно, — улыбнулась рыженькая техничка.

После этого все разошлись по рабочим местам. В коридоре появились новые пациенты.

До вечера я лечил мелкие болячки. Залечил герпес, пару растяжений и ссадин, заштопал несколько ран.

Ну и принял сообщение системы, в котором меня интересовала лишь одна строка:

/Текущий уровень: 9 (24200/25000)/.

Всего восемьсот очков опыта отделяют от десятого, юбилейного уровня! Ещё немного, и… А что «и»? Что мне выдаст Система? Но всё же меня не покидала надежда о том, что это будет нечто особенное.

— Ну и где твой Саня? — хмыкнул Захарыч, когда мы сели в «Ниву». — Что-то не шевелятся они. Сейчас вечер понедельника, а комиссия в среду утром. Смекаешь, к чему я клоню?

— Не нагнетай, Захарыч, — прогудел Пуля. — Даже мне уже тошно от твоих пугалок. Ну не успеют — оплатим штраф. Лёха, верно ж говорю?

— Неверно, — возразил я. — Саня успеет.

— Та я ж не спорю, просто факты говорят обратное, — хохотнул неугомонный старик.

— Как дети, вот честно, — вздохнула Настя, отвернувшись к окну. Она всмотрелась куда-то вверх, затем улыбнулась. — Смотрите, а та ерунда исчезает.

Я посмотрел в небо, замечая лишь несколько нитевидных всполохов. Странное явление действительно растворялось.

«И ничего в этом хорошего не вижу», — раздался в голове печальный голосок Карыча.

Мы добрались до поместья, затем я принял Славика и подлечил его, убирая «Экстрактором» ещё несколько ментальных вредоносных нитей в его организме. Притом перерыв сказался не в пользу мальчугана. Появилось несколько новых ментальных нитей, на которые пришлось тратить много энергии.

— Вчера вас не было, — заметил я, обратившись к Матрёне.

— Пришлось Его Сиятельству уехать в другой город, — вздохнула служанка графа Лихачёва. — А машина сломалась. Вот и не приехали. Это плохо?

— Был перерыв, поэтому слегка обострились симптомы, — сообщил я как можно проще.

— Ох, надо же! — воскликнула Матрёна, побледнев. — Больше не будем пропускать. Да, Славушка?

Паренёк взглянул на меня, улыбнувшись.

— Спаи-ибо, — протянул он.

— На здоровье, дружок, — потрепал я его причёску. — Вылечим, и будешь бегать во дворе вместе с остальной детворой.

Кажется, что Славик воспринял мои слова как сказку, но хоть уже осмысленность во взгляде появилась, уже хорошо.

/ПОЗДРАВЛЯЕМ!

Вы успешно провели очередную операцию над тонкой материей.

Награда: +500 очков опыта.

Текущий уровень: 9 (24700/25000)/.

Блин, немного осталось до получения уровня. Совсем немного. По сути, приму двух пациентов — и получу его.

В целом я мог и наградить анестетиком своих коллег. Они бы посмеялись, я бы получил опыт и поднял уровень.

Но всё же такие действия я считал бесчестными. Против воли заставлять своих приятелей что-то делать — это не про меня. Другое дело, когда нужно наказать кого-либо. Вот тут можно.

После ужина с коллегами я решил прогуляться по территории. Я уже рассчитался с «Эдемом» за услуги и хотелось взглянуть на темпы роста насаждений.

Добрался я до первого ряда деревьев и подметил, что работа проделана просто шикарно.

Саженцы уже были мне по пояс, появились листья. Удивительно было наблюдать, как магия питает их. Сотни искр, впитываясь через почву в корни, окутывают будущие деревья.

Я присел возле саженца яблони, любуясь этим волшебством. Так бы его и назвали в моём мире. Здесь же такое было в порядке вещей.

Распустившиеся листья колыхались на ветру, и по ним пробегали магические искры. Как и по сучьям, и по стволу. Как мне обещали в этой фирме, уже через пару дней саженцы вырастут в деревья и начнут цвести, а затем дадут плоды.

Я прошёлся по будущему саду, затем прошёл на новый участок. Здесь было то же самое. Побеги активно развивались, и весь засаженный участок мерцал, будто был покрыт новогодней гирляндой.

Недалеко от сарая под землёй внезапно что-то вспыхнуло, и оттуда вылетел Карыч, окутанный сиянием.

— Я нашёл лазейку! Почти прорвался к артефакту, Лёха! — верещал он, блестя глазами словно жемчужинами.

Он сел на моё плечо, и я услышал над ухом негромкое потрескивание. По оперению материализовавшегося питомца проскакивали крохотные молнии.

— Это значит, что у тебя всё получилось? — спросил я.

— Не, я лишь на пару секунд получил доступ к поисковику, — рассмеялся Карыч. — И знаешь что?

— Ну, говори давай, — не выдержал я. — Что за привычка делать паузы?

— Я знаю, в чьём обличье скрывается Небула, — довольно сообщил пернатый.

* * *

В одном из питомников Москвы, в это же время

— Олечка, прошу тебя, по-человечески, глянь, что опять с Гердой, — попросил её управляющий питомником.

Оля выдохнула. Опять двадцать пять. После того как Герда ощенилась, постоянно её дёргают к этому вольеру. Два щенка странно себя вели, и, скорее всего, были чем-то больны. Они то кружились на месте, то ходили взад-вперёд, ловили что-то лапами в воздухе и чмокали беззубыми ртами.

Судя по всему ОКР, обсессивно-компульсивное расстройство, как сказал ветеринар, который приходил час назад. Анализы он уже взял, и результаты должны быть через пару дней.

А сейчас…

Рычание, вой, какая-то возня со стороны вольера № 45.

— Ну что там опять? Герда! — Оля обратилась к ощенившейся овчарке, когда оказалась у клетки. — Ты что, с ума сошла?

Мать щенят забилась в угол, поблёскивала глазами и скулила, подвывая. Ну а два крупных щенка бегали вовсю по вольеру и чмокали пастями, будто что-то ловили в воздухе. Хотя ведь ещё были слепыми, что дополнительно подтверждало вердикт ветеринара.

Ещё одной странностью было то, что Герда была на случке со светлым кобелём, и сама светло-коричневого окраса. А вот щенки чёрные как смола.

— Иди сюда, мой хороший, — Оля вытащила из вольера одного из щенков, подняла на руки и прижала к себе, чувствуя, как у него сильно бьётся сердце. — Что с тобой, дружок? Почему к мамкиной титьке не идёшь? Держи.

Смотрительница вольера сунула пустышку со смесью в пасть щенку, но тот выплюнул её.

— Тебе нужно кушать, красавчик, — настойчиво произнесла Оля и вновь попыталась покормить щенка, но снова тот выплюнул соску.

Да что за чертовщина творится? Смесь не принимают. К мамкиным титькам не подходят. Но ведь они плотные, не худые, будто едят вдоволь. А сама Герда боится их до жути.

— Кажется, вас надо переводить в отдельный вольер, — потрепала она холку щенка, и он тихо зарычал, а затем открыл глаза. Тёмные зрачки враждебно смотрели на неё, словно на жертву. От такого взгляда Оле стало не по себе.

— Ох ты ж мой хороший, — засмеялась Оля, стараясь держать себя в руках. — Глазки открыл!

Щёнок громко гавкнул, и его зрачки мигнули красным.