Глава 17

Впереди на газоне раскинулась огромная трёхэтажная беседка с механическим лифтом, балконами и открытой площадкой наверху.

Настюха только и делала, что охала от восхищения, Захарыч как всегда ворчал о том, что буржуям некуда деньги девать. Ну а Пуля лишь радостно потирал руки в ожидании вкусных блюд. Казалось, что его нисколько не тронуло это чудное сооружение.

По мере того как я приближался к строению, стало понятно, что на первых двух этажа зона отдыха со столиками и удобными креслами, которые уже заняли пожилые аристократы. Ну а на верхнем ярусе — площадка с фуршетом, открытым пятачком для танцев и по периметру балконы со столиками. Очень неплохое решение насчёт балконов, как по мне. Там могут устроиться аристо, которые желают отдохнуть в ресторанном стиле.

Рядом с основным было возведено ещё одно сооружение раз в пять меньше по площади. Причём и здесь было три яруса. На первых я заметил суетившуюся обслугу Долгопрудных, а на верхнем — с десяток удобных стульев. Небольшой лифт прямо сейчас поднимал мужчин и женщин с музыкальными инструментами, на верхний ярус.

Что же насчёт охраны, Долгопрудные решили перестраховаться. Непонятно, что этому поспособствовало — нападение тварей либо недавнее странное сияние в воздухе — но факт налицо. Вокруг беседок я заметил мелькающих людей в серо-зелёной форме. К тому же две группы бродили вокруг беседок. Одна из таких групп подошла к нам. Один из охранников держал в руке датчик, а на поясе остальных я заметил боевые артефакты вроде разрядников.

— Предъявите, пожалуйста, документы, — вежливо попросил нас бритый налысо охранник. — У вас есть приглашение? И кстати, у нас с холодным оружием нельзя, — покосился он на мой подарок.

— Воу, что это начинается⁈ — услышал я в стороне знакомый голос. К нам подошёл радостный княжич. — Лёня, я ж предупреждал — придёт барон Логинов со своими друзьями. Ты задницей, что ли слушал?

— Юрий Дмитриевич, надо было проверить документы, — заметил смутившийся охранник. — Тем более у него меч.

— А он что, по-твоему, террорист? — раздражённо произнёс княжич. — Уйди с глаз долой! Не позорь меня!

Охрана удалилась, а Долгопрудный оглядел нас весёлым взглядом.

— Ну как вам беседка? Хороша, правда ведь? — произнёс он.

— Прекрасное строение, — улыбнулась Настя.

— И креативное, — добавил я.

— Ага, очень креативное… и прекрасное, — эхом откликнулся Захарыч, пряча ехидную улыбку. — И дорогое.

— И я так тоже думаю. Но всё для вас, мои дорогие. Всё для вас, — хохотнул княжич. — Так пойдёмте же побыстрей! Нас ждёт много веселья. Настюша, ручку.

Долгопрудный галантно выставил локоть, и Настя, хихикнув, с радостью присоединилась к его компании. Приходилось ей притворяться, либо она это делала от чистого сердца, я так и не понял.

— А что за меч, Лёша? — именинник покосился на поблёскивающее оружие, которые я держал в руках. — Ты кого-то рубить собрался? Графу Донскому решил отомстить? Ха-ха! Шучу!

— Это не совсем меч, — улыбнулся я, направляясь в сторону беседки. — Решил вот такой подарок тебе сделать от всего нашего коллектива.

— О как… подожди, не раскрывай секрет. Подарки потом, — оскалился именинник. — В пять вечера поздравительная часть, вот тогда и вручишь.

Нет, я понимал, что у княжича раздутое эго. Но чтоб до такой степени! Это надо же было такое придумать! Поздравительная часть, ну да. Не удивлюсь, если Долгопрудный при этом будет сидеть на троне, а ему начнут подносить дары. Что–то такое я представлял после его слов.

Мы зашли в кабину лифта, в которой почти не было стен, кроме той, где находилось несколько клавиш. Княжич нажал на одну из них, и прямо из пола поднялось ограждение в полтора метра. Затем Долгопрудный вдавил большую клавишу «3». Я услышал тихий щелчок. Платформа под нами вздрогнула, и мы начали подниматься.

— Но какая красота. Согласны со мной? — Долгопрудный провёл рукой табличке с клавишами. — Всё это чудо вместе с беседками мой отец прислал из Франции.

— Во французской губернии научились делать лифты? — удивился Захарыч.

— Нет конечно, — засмеялся Долгопрудный. — Там одно лишь дерьмо, мухи и мычащая скотина, как любит говорить мой папенька, когда примет на грудь. Из Пятого рейха оборудование пришло, собирали уже здесь. Просто во Франции их склады находятся.

— И как вы такое чудо присмотрели? — поинтересовалась Настюха.

— Охотно объясню, солнце, — улыбнулся ей княжич. — Мне давно приглянулись эти сборные строения, вот и заказал. Кстати, ни у одного аристократа в Москве такого нет. Ноу-хау.

— Удивительно, ага, — закивал Пуля, посматривая в сторону фуршетных столов. Мы как раз поднялись на третий ярус. Площадка вздрогнула, остановилась, перила опустились, давая нам возможность перейти к площадке, где уже собрались больше двадцати аристократов.

Погрузившись в лёгкий гомон голосов и смешки, хихиканье барышень и громкие голоса их кавалеров я подошёл к большому длинному столу, заставленному разнообразными блюдами. Тут и запечённая утка в белом соусе, и морепродукты, и закуски на шпажках. И как же без чёрной и красной икры, которые как лежали отдельно в небольших чашках, так и покрывали тарталетки с различной начинкой.

— О, вот это омары! — услышал я хохот Зинаиды. Она подошла к столу в компании Эдика, который потянулся к большому блюду с крупными красными панцирями.

— Это омары, Зин, — улыбнулся я ей, кивая, и Артишок охнула, заметив меня. Она сделала реверанс, чуть не запуталась в платье и в последний момент схватилась за локоть барона Хлебникова.

— Омары, крабы… А по мне один хрен, — хихикнула Зина.

— Зинаида, потише, а то у княгини Елисеевой случится инфаркт. Она недалеко от нас. Дама очень тонкой натуры, — предупредил её барон, кивая мне в знак приветствия.

— Ой, да у меня вырвалось, Эдичка. Прости, — расплылась в улыбке Артишок.

В стороне я заметил и графиню Оболенскую. Девушка с утиными губами злобно посматривала в сторону Зины, что-то бормоча своему плечистому кавалеру. Тот лишь кивал и недоумённо посматривал то на Эдика, то на Артишок, которая уже вовсю уплетала лобстера.

— Хватит лопать, ты не один, — прошипел на Пулю Захарыч. Тот уже доедал утиную тушку, перекладывая себе в тарелку два приличных стейка.

— Да Захарыч, тут столько вкусного. Сам не ешь, так другим не мешай, — буркнул здоровяк, но аппетит умерил.

— Доброго дня, барон Логинов, — услышал я сладкий шёпот над ухом. — Как настроение?

— Заметно улучшилось, когда услышал твой голос, — ответил я, обернувшись.

Передо мной стояла Софья в обтягивающем великолепную фигуру белом платье с поблёскивающими значками.

Похожие я видел на постельном белье на одном из рекламных видео-экранов Москвы. Видно, это символ успешности или что-то вроде того. Надо будет подробней узнать, что это.

Державина встала рядом, даже слишком близко. Она потянулась к далеко стоявшему блюду с закусками и прижалась ко мне бедром.

— Я могу тебе подать, — предложил я.

— Да, если не сложно, — слегка покраснела княжна, таинственно улыбаясь.

Я поднял блюдо, когда к нему ещё кто-то потянулся.

— Уважаемый, прошу вас, постойте, — попросил аристократ.

— Конечно, пожалуйста, — я дал возможность забрать несколько закусок, затем встретился взглядом с тем самым краснолицым барончиком, который попался мне на рынке сегодня утром.

— Вы? — он удивлённо вытянул лицо, краснея ещё сильней.

— Да, я, — хмыкнул я в ответ. — Решил зайти в гости к другу и поздравить.

— Вот как, значит, — запыхтел барончик. — Хотя мне до этого какое дело?

Он отвернулся и Софья зашептала на ухо:

— Ты уже успел поссориться с бароном Козловским?

— Да случайно на рынке встретились, — ухмыльнулся я в ответ. — Он до ужаса бесцеремонный.

— Точное сравнение, — подтвердила княжна. — Мнит себя важной особой, хотя прячется за именем родителей.

— А они кто у него?

— Промышленники. Изобрели быстро-плиту и сейчас штампуют их, отправляя даже за границу, — объяснила Софья.

Точно. В Сети же мелькала фамилия Козловских. В целом, конечно, информация полезная. Об аристократических родах нужно побольше знать, чтобы налаживать коммуникацию. Никогда не знаешь, кто из них станет потенциальным клиентом клиники.

Чуть позже, после серии тостов, я заметил и Небулу. Она, как всегда в обществе Эзопова, который ей чуть ли не в пупок дышал, устроилась в дальнем конце стола и изредка бросала в мою сторону любопытные взгляды. Ну а коротышка бегал вокруг неё то с закусками, то с лобстерами, заискивающе заглядывая в лицо. Надо признать, Виктория-Небула умела играть на чувствах и активно пользовалась тем, что этот чиновник в неё по уши влюблён.

Чуть позже начались танцы, и мы с Софьей вышли в числе первых на площадку. Со стороны оркестра доносилась медленная музыка, и я взял за талию княжну, а затем повёл её в подобии вальса.

Танцор из меня ещё тот, поэтому на третьем шаге я наступил на ногу Державиной. Софья прыснула со смеху, положив мне голову на плечо.

— Вы спешите, сударь, — услышал я её шёпот. — Нежнее, и надо очень плавно вести за собой партнёршу. Старайтесь повторять за мной и не теряйте темп.

Со второго раза у меня начало получаться. Рядом с ухом ласково шептала на ухо Софья.

— Раз-два-три, раз-два-три, — слышал я, представляя нечто совсем иное, нежели танцы. Хотя, мои фантазии тоже можно назвать танцами, но гораздо более интиересными.

После двух танцев, похожих друг на друга по ритму, мы вернулись к столу. Пуля доедал очередное блюдо, Захарыч в стороне беседовал с каким-то старичком-аристократом, вооружившись стаканом, в котором плескался янтарный напиток. Зина с Эдиком, радостно смеясь, отплясывали под более быструю мелодию. И надо сказать, что Артишок меня удивила — она двигалась очень неплохо.

— Быстро ты схватываешь, Алексей, — услышал я рядом голос Софьи. — Мне очень приятно танцевать с тобой. Может, покинем пока эту шумную компанию? Я хотела бы прогуляться.

— Конечно… — начал говорить я, но тут на моё плечо упала рука Долгопрудного.

— Лёша, пойдём, там спор разгорелся, — поддатым голосом сообщил именинник. — Тебя там как раз не хватает!

— А я там зачем? Не люблю споры, — хмыкнул я.

— Так о тебе ж разговор! — воскликнул Долгопрудный.

— Лёш, а ты становишься знаменитостью, — заметила Софья.

— Пойдём-пойдём, — похлопал меня по плечу именинник. — Донской с Козловским там уже на крик перешли.

— Донской, хм… — удивлённо произнёс я. — Тот, кто меня мясником обзывал?

— Да, теперь он тебя защищает, — хохотнул Долгопрудный. — Что ты на меня так смотришь? Я сам охренел! В общем, надо разрулить, а то там и до дуэли недалеко.

— Дуэли? И такое бывает? — удивился я.

— Юрий, ты преувеличиваешь, — рассмеялась Софья. — Расскажи, в чём суть спора?

— Они спорят, кто Лёшка, лекарь или самозванец, — скривился Долгопрудный, показывая вниз. Рядом с беседкой действительно сцепились краснолицый барончик и граф Донской, который на полголовы был выше своего оппонента.

— Я с тобой, — схватила меня за руку Софья, заблестев взглядом и улыбаясь.

— Что ж, пойдём, — вздохнул я. — Не дадим дуэли состояться.

Мы спустились к толпе аристократов, обступивших кричавших друг на друга Донского и Козловского.

— Ещё слово, Роман, и я буду вынужден применить силу! — рычал граф Донской, нависая над взъерошенным барончиком, покрасневшим словно переваренный рак. — Вы меня знаете!

— Ваши слова! Это были ваши слова! — резко отвечал ему Козловский. — Мясник. Недолекарь. Вы это кричали на всю округу.

— Я готов извиниться за свои слова! — оглядел толпу Донской. — Прямо сейчас, — затем он вновь перевёл враждебный взгляд на барона. — А вот вы не имеете права говорить о том, кого не знаете.

— Да не только я это говорю! Все знают. Да, друзья? — усмехнулся Козловский. — Купил Логинов себе титул, и подумал, что имеет право лечить любого из нас, да⁈

— Послушайте, я титул не покупал, — прошёл я сквозь расступающуюся толпу. — И о вас ничего дурного не говорил.

— Так это не мои слова, — скривился Козловский, поворачиваясь ко мне. — Многие это утверждают.

— И вы верите слухам? — удивился я. — Вы же аристократ, и не должны опускаться до такой низости.

— Да, как базарная баба, — ощерился Донской, поглядывая на барона с нескрываемой злобой. — Визжите направо и налево, будто вам одно место прищемили.

— Всё! Я не могу больше выносить эти слова! — воскликнул Козловский, доставая перчатку.

Я понимал, что будет дальше. Он кинет её в лицо Донскому, тот примет приглашение на дуэль. Неважно, что это за стычка будет, но кто-то явно пострадает. И следовало прекратить это как можно скорее.

— Я могу доказать, что я лекарь, — улыбнулся я. — Надеюсь, что после этого конфликт будет исчерпан?

— Лёша, не нужно, — пыталась задержать меня Софья.

— Другого варианта нет, — подмигнул я.

Козловский замер в нерешительности, недоверчиво посмотрел на меня, но моментально остыл, даже позволил себе улыбнуться. Хотя так обычно улыбаются хищные гиены.

— И как докажете, что вы лекарь, барон Логинов? — усмехнулся барончик.

— Подойдите ближе, — подозвал я его, уже зная диагноз. Ведь пока он раздумывал, я успел проверить состояние его организма диагностическим щупом и сразу же понял, какой это великолепный шанс поставить его на место.

Барон Козловский вздохнул, хмыкнул и сделал пару шагов навстречу, затем остановился.

— Ну и что? Будете фокусы показывать? Будто я не знаю, как недолекари вешают лапшу на уши, — оскалился барончик.

— Нет, я всего лишь сообщу ваш диагноз. Вы даёте согласие?

— Ну давайте, попробуйте, недолекарь, — хохотнул Козловский.

Я демонстративно протянул руку, ладонью вперёд, затем закрыл глаза, вспоминая передачи об экстрасенсах.

— У вас хронический геморрой, — начал я довольно громко и услышал первые смешки в толпе.

— Хватит, я понял, — тихо пробормотал Козловский, заливаясь краской.

— Мало того, у вас недавно произошло выпадение геморроидальных узлов, — продолжал я.

— Замолчите, — зашипел на меня барончик.

— Те свечи, что вам прописали, наоборот обостряют заболевание. Так что советую обратиться в мою клинику «Возрождение», пока ещё не поздно. Иначе вы скоро даже сидеть не сможете…

В толпе кто-то не выдержал и расхохотался, затем подхватили и остальные.

— Это всё неправда! Всё ложь, вы же слышите! Я абсолютно здоров! — воскликнул Козловский и выскочил через толпу, в сторону беседки.

— Это было очень показательно, — засмеялась Державина. — Барон надолго запомнит.

— И даже может обратиться в «Возрождение». Как по мне — хорошая реклама никогда не помешает, — подмигнул я ей.

— Верно, — рассмеялась княжна.

— Итак, друзья! Все на площадку! Церемония поздравлений! — захлопал в ладоши довольный именинник. Конфликт разрешился, и княжич выставил большой палец, подтверждая, что справился я на отлично.

— Алексей, я давно хотел сказать, — услышал я рядом голос Донского. Молодой граф был смущён, пытался подобрать слова. — Но я ведь вам обязан, вы спасли мне жизнь.

— Всё нормально, я на вас не в обиде, что бы вы там не говорили раньше, — дружелюбно улыбнулся я в его сторону. — Что было, то прошло. Я уже и забыл.

— Спасибо за ваше терпение, барон, — кивнул мне Донской, и его кто-то дёрнул в сторону.

— Иди сюда, охламон, — прошипела его мамаша, та самая пассия, которая ещё недавно звала меня львёнком. Она бросила в мою сторону взгляд и сморщилась от злобы.

— Что это на неё нашло? — охнула Софья, провожая Донских ошарашенным взглядом. — Ущипните меня кто-нибудь, ха-ха. Впервые вижу графиню в таком настроении.

— Не обращай внимания. Вон, пойдём поздравлять именинника, — указал я в сторону третьего яруса беседки, на котором устанавливали стул, до боли похожий на трон. Всё же я почти оказался прав. Долгопрудный и правда решил побыть немного царём.

Далее началась унылая церемония вручения подарков. На фоне торжественно играл оркестр, а каждый поздравляющий поднимал бокал в честь именинника, говорил тост и вручал подарок, который княжич тут же распаковывал.

Когда очередь дошла до нашей компании, я вручил меч Долгопрудному, и тот долго в удивлении крутил его в руках. Затем прочёл надпись и рассмеялся.

— Какой удивительный подарок! Ого! — убрал он рукоять-крышку, затем дёрнул за чеку, отбрасывая в сторону пломбу, и глотнул из ножен. — Чудесно! Браво, Алексей! Браво всем вам!

Что ж, значит, подарок удался, ведь княжич довольно искренне порадовался. Неспроста я выцарапал этот презент из лап Козловского.

После поздравительной части оккупация столов продолжилась, а беседы стали оживлённее и веселее.

Ну а затем мы уединились с Софьей в саду, подальше от шумной толпы, пообщались немного, и княжна огляделась, затем прильнула ко мне и впилась в меня бархатными губами.

Мы целовались до тех пор, пока её не позвали родители.

Вечер удался. Мы возвращались затемно в поместье, довольные и сытые. Настя, которой шампанское ударило в голову, щебетала о том, что на следующей неделе она отплывает вместе с княжичем на Волгу. Пуля хвалил блюда, а особенно утку и омары. Ну а Захарыч сообщал, что познакомился с одним стариком, который оказался графом, и они довольно увлекательно побеседовали на темы геополитики и экономики. Впервые я видел старика под впечатлением после светского вечера.

— Короче, сосиски переносятся на завтра, — хихикнула напоследок Настя, когда мы добрались до гостевого дома. — Я что-то сегодня не в ресурсе.

— Анастасия, ночь на дворе, — проворчал Захарыч. — Опомнись.

— А, точно, пф-ф-ф-ф, — засмеялась Настюха. — Что-то я совсем…

— Иди спать, — хохотнул Пуля.

Я пожелал всем доброй ночи, затем направился в сторону фамильного дома.

Небула за вечер так и не подошла ко мне. Была какой-то напряжённой и сама не своя. Да ещё и Эзопов её постоянно отвлекал, то вытаскивая на танцплощадку, то дёргая в сторону сада.

Ну и ладно. Если что произойдёт, Карыч расскажет. Они-то общаются.

— Не подскажет тебе Карыч, — услышал я пернатого над ухом, он материализовался на правом плече. — Потому что Карыч и сам ни фига не понял, что с нашей змейкой сегодня.

— И ничего не говорит?

— Вообще молчок.

— Ладно, может её просто достал Эзопов, — предположил я.

— Возможно. Даже меня этот толстячок вывел из себя. Как банный лист прилип к ней, — хихикнул Карыч. — Понятно ведь, что ему нужно.

— Но он этого не получит, — улыбнулся я. Хотя кто его знает, может, Небуле будет любопытно узнать, что испытывает женщина во время близости.

Я добрался до душа и постоял под струями, смывая усталость от вечера. Затем нейтрализовал напоследок спирт в крови, чтоб наутро не болела голова. Добравшись до комода, я достал из кармана Змея Горыныча, поставил его как всегда возле механического стража и, потушив свет, улёгся на диван.

Телефон просигналил сообщением от Софьи.

«Спокойной ночи, Лёша. Спасибо за вечер» — и смайлик с поцелуем.

«И тебе спасибо. Сладких снов, красавица» — отправил я ответ.

Затем отложил смартфон, закрыл глаза…

— Слава Империи! — загремел страж, и передо мной взметнулся сияющий меч.

— Агр-р-р-р! — заревел Змей Горыныч, взлетая к потолку.

Я вскочил с дивана, но затем упал на пол. Перед глазами вспыхнуло, а голову пронзила сильная боль, будто спицу в неё воткнули.