Глава 22

У входа в «Возрождение», в это же время

— Как там обстановка, Пётр? — послышался из телефона голос главы Гильдии лекарей.

— Зиновий Павлович, датчики проверили. Всё подтвердилось. В «Возрождении» тот самый вирус, — сообщил Ковригин, его старший помощник.

— Ты можешь выражаться яснее⁈ — раздражённо выпалил Аргамаков. — Какой вирус? Я должен гадать, что ты имеешь в виду⁈

— Да, извиняюсь, Зиновий Павлович…

— Что ты там блеешь? Ничего не слышно.

— Говорю — да, вирус Гаусса. Точнее — тот самый штамм. Датчики подтвердили, — Ковригин подошёл к одному из спецов, бросив ему: — Отправь в центр все данные. Срочно.

Тот коротко кивнул, спешно отправился к одному из автомобилей. В стороне одевались в защитные костюмы двое спецов, уже подъехала полиция, которую он вызвал, и подруливала скорая.

А у входа в их сторону посматривал здоровенный охранник и с кем-то разговаривал по смартфону.

Гильдия лекарей довольно плотно контролировала работу частных клиник. В итоге добилась на законодательном уровне того, что в каждом медучреждении устанавливался блок, который мониторил обстановку круглые сутки. И «Возрождение» было не исключением из правил.

Когда сработали датчики, в кабинет Ковригина ворвались два его подчинённых. Поначалу Пётр Романович не поверил такому счастью, но затем сверился с данными и поднял всех на уши.

— Ты чего молчишь⁈ — ударил в уши грубый голос Аргамакова. — Пётр! Говори, что предпринял! Ты понимаешь, какая это удача⁈ Мы можем закрыть клинику сразу же, как только зафиксируем вирус регистраторами. Для этого надо зайти в помещение и снять показания. Ты же понимаешь, да? Угроза безопасности Империи… рассадник инфекции… профнепригодность персонала «Возрождения»… Да император с радостью даст добро на то, чтобы похоронить эту клинику! И карьере этого выскочки конец!

Понятное дело, что базовые датчики, благодаря которым они и отреагировали, не являются поводом закрывать клинику. Нужны как раз данные регистраторов с полным обследованием. А такое обследование могут провести лишь специалисты, находясь в зоне поражения. Ковригин это прекрасно знал. Как и понимал всё остальное. Но зачем Аргамаков ещё раз ему об этом напоминает? Видно тонко намекает на его профнепригодность, как это было и раньше. Редко, но бывало. И каждый раз, как и сейчас, он испытывал неприязнь к своему боссу.

Но не время обращать на это внимание, обстановка совсем не та.

Ковригин вздохнул, взглянул в сторону полицейских, которые вразвалочку шли в его сторону.

— Да, я всё понимаю, Зиновий Павлович. И прекрасно это знаю. Мы это уже обсуждали, — произнёс он. — Скорую и полицию я вызвал. Всех предупредил. Наши спецы надевают защиту и через пять минут будут готовы зайти в здание. Вот только…

— Что ещё? Кто-то вам мешает? — насторожился Аргамаков.

— Охранник… Он не пустит нас, — пробормотал Ковригин, решив признаться в своей фатальной ошибке.

— Да шли ты его ко всем чертям! Надо пройти во что бы то ни стало! — зарычал Аргамаков.

Помощник впервые слышал, чтобы глава гильдии вот так свирепствовал. Он и раньше позволял себе повысить голос на подчинённых. Но теперь… Это просто за гранью. Хотя понятно, насколько важно для Аргамакова убрать с дороги Логинова вместе с его клиникой. Вот и злился. А когда Ковригин ему признается кое в чём, вообще взорвётся.

Разрешительные документы на доступ в любую клинику, которая явно уже находится на карантине, застряли в пробке на Тверской. Он тупо забыл их дома, и сообщил супруге, чтобы она привезла их в срочном порядке. Если бы не пробка…

— Просто убери его с дороги. Полиция тебе на что? — подсказал ему глава гильдии, затем сделал паузу. — А ну-ка подожди, Петя… У тебя ведь на руках разрешение на внеочередную проверку клиники. Ты что, посеял его?

Ковригин нервно сглотнул появившийся ком в горле.

— Я его забыл дома, Зиновий Павлович. Так получилось, — пытался оправдаться Ковригин, чувствуя как волнение зашкаливает. — Но скоро мне их подвезут.

— Идиот… Ты просто форменный идиот, Пётр! Как можно забыть документы⁈ — зарычал Аргамаков и раздался грохот, видно он ударил кулаком по столу. — Это шанс, Петя! Шанс! Только не просри его, прошу тебя…

— Да, всё будет отлично. Просто… — вздохнул Ковригин, и тут же убрал от уха смартфон. Из динамика раздались громкие ругательства, слушать которые он был не намерен.

— Ты слышишь?.. — уже тише произнёс глава гильдии. — Просто… Ха! У тебя всё просто. А как до дела доходит, так сложности сразу появляются. Сделай это, Пётр. Успейте зайти в клинику, пока эти черти ничего не придумали.

— Да, конечно. Успеем, — Ковригин поднёс смартфон к уху.

— Делай что хочешь. Меня вообще не волнует, как ты будешь выкручиваться, где и что ты забыл. Прямо сейчас ты должен запустить в клинику спецов с измерителями! — требовательно выпалил Аргамаков. — Не тормози с этим.

— Я понял… я… я п-перезвоню, как всё сделаем, — кое-как выдавил из себя Ковригин, а затем спрятал смартфон во внутренний карман пиджака.

Затем Пётр Романович расправил плечи, прокашлялся и обернулся к полицейским.

— Скоро будем заходить, — сообщил он двум стражам порядка. — Но вам туда нельзя

Те лениво взглянули в сторону входа в клинику.

— Ясен пень, мы будем здесь, — промычал тот, что повыше, пригладив макушку. — Вот только надо же ещё чёрный вход контролировать.

— А чо ты на меня смотришь? — возмутился его напарник. — Я не пойду.

— Если вы упустите подозреваемого, с вас будет спрашивать не только Гильдия лекарей, но и имперский Двор, — строго заметил Ковригин.

Так он обозначил барона Логинова. Чтоб для них было понятней. А побежит он или нет — большой вопрос. Если только кто-нибудь умрёт в клинике, либо найдут что-либо запрещённое.

Один из полицейских по секрету проговорился, что в клинике и правда искали нечто запрещённое, но не нашли. Так что Ковригин ничему не удивится.

Спецы завершали экипироваться в защитные костюмы, уже примеряли шлемы, поверяли приток воздуха, а Ковригин созвонился с Валерией.

— Ты где? — напряжённо спросил он, и услышал множество автомобильных гудков, сливающихся в сплошной гул.

— Петечка, да тут просто пипец, что творится! — воскликнула Лера. — Авария какая-то впереди, дорога перекрыта, и сзади подпёрли. Хоть машину оставляй и пешком иди.

— Я ж говорил — надо было на метро тебе ехать, — процедил Ковригин.

— Вот сам и катайся на своём метро, — фыркнула Лера. — И вообще, тон убавь. Я могла вообще не ехать никуда…

— Всё, как прорвёшься — напиши, — бросил он в трубку и завершил созвон.

Затем Ковригин убрал рукав рубашки, взглянул на запястье, на котором блеснул циферблат часов. Время уходит, и надо что-то предпринять.

Он посмотрел в сторону замершего у входа крупного охранника, нервно пригладил набок чёлку и быстрым шагом направился к нему.

— Добрый день, Пётр Романович Ковригин. Старший помощник главы Гильдии лекарей, — начал он.

— Приветствую, — пробасил этот громила, заслоняя дверной проём. — Но пустить вас не могу, у нас перерыв.

— Я вынужден настаивать, — Ковригин пытался добавить в голос строгости, но охранник так придавил взглядом, что стало не по себе.

— Это частная территория, — хмыкнул охранник.

— А у меня прямое распоряжение главы Гильдии. Вы ведь подчиняетесь ей, как и прочие клиники.

Громила скривился в усмешке, затем весело оглядел то, что творилось во дворе.

— Ещё раз — мы частная клиника, уважаемый, — прорычал он. — И вы не правы. Мы не подчиняемся гильдии напрямую, лишь передаём отчёты.

— Понимаете, что грозит вашей организации? Вы ведь скрываете вспышку смертельного вируса, — прошипел Ковригин.

— Предоставьте документы, и я вас пропущу, — оскалился охранник.

Ковригин оглянулся. Спецы уже были экипированы, стояли в стороне с измерителями в руках и ждали команды.

— Послушайте, в клинике смертельный вирус, — он повернулся к громиле. — Какие тут могут быть документы?

— Обычные, — хмыкнул громила. — Я должен увидеть бумагу. Разрешение. Без него не пущу.

— Но ведь в кодексе… — начал было Ковригин, но охранник его перебил, бросив взгляд на экран своего смартфона.

— Пункт тысяча сто сорок третий, — сухо произнёс он, не пряча ухмылку.

— Понятно, — Ковригин отошёл, сдержался от резких слов. Что бы они изменили? Ровным счётом ничего. Охранник прав.

«Ты где?» — отправил он Валерии сообщение.

Полчаса от неё не было ответа. За это время полицейские вернулись в машину, Эксперты сняли шлемы и шумно дышали в тени от здания, обливаясь по́том, так как в плотной защите было не продохнуть.

За это время Ковригину на телефон пару раз звонил Аргамаков, затем три раза Хоботов, его младший помощник. А сам Пётр Романович выпил половину пузырька успокоительного. Он ответит, когда всё будет сделано, а выслушивать оскорбления в свой адрес — это высшая степень мазохизма.

Но вот он увидел заезжающую во двор знакомый бордовый седан. Он буквально побежал в ту сторону. Валерия ещё не успела дверь открыть, как он постучал в стекло, которое тут же опустилось.

— Давай! Быстрее! Ну же! — зарычал он.

Лера покраснела, вытаращив на него глаза.

— Ты обнаглел? А спасибо? — она протянула ту самую синюю папку с документами.

— Спасибо! — бросил он ей и выхватил папку из рук, устремляясь ко входу в клинику.

Всё, теперь двери «Возрождения» для них открыты. Пора брать Логинова за жабры.

— Алексей, да отпусти ты меня, — прошипела Виктория. — Для начал объясни, что задумал?

— Шевелись. Времени нет, — шепнул я Виктории, продолжая тащить в ближайшую свободную комнату.

Из-за ближайших закрытых дверей слышался бешеный кашель, хрипы, сморкания. В общем, самый натуральный лазарет. Степень воздействия вируса, как и его скорость, потрясала.

Вон, даже Захарыч, который выглянул в коридор, уже был бледным как сама смерть и кое-как держался на ногах. На лице защитная маска. Но разве она спасёт от этой чёртовой заразы?

Притом я чувствовал, как вирус атакует и мой организм. Поэтому приходилось периодически накидывать на себя сеть «Нейтрализатора», чтобы быть в форме.

— Ты в своём уме, Алексей⁈ Что ты творишь⁈ — громыхнул между тем старик, вытаращив на меня покрасневшие глаза, а затем вновь зашёлся в кашле.

— Я знаю, что делать, Захарыч, — бросил я ему и протолкнул в комнату Викторию, следом зашёл сам и провернул ролик замка, закрывая дверь.

— Какого хрена? Датчики, — прошипела Виктория-Небула.

— Ты не пыли особо, подруга, — сообщил ей материализовавшийся Карыч. — Делай, что говорят.

— Пока не объясните — ни капли не получите, — огрызнулась Небула.

Пришлось вкратце объяснить нашу идею.

— Во как? Кстати, я тоже поймала себя на мысли, что у меня иммунитет, — хмыкнула Небула, затем выгнулась и хрустнула позвоночником. — Ладно. Сколько тебе нужно капель?

Я прикинул по количеству. Дезинфектор сам отрегулирует количество впрыскиваемого яда, которое будет безопасным для человека. А его концентрацию Небула может убавить до минимума. От этого он не перестанет быть вакциной. И сто миллилитров точно хватит, чтобы обработать не только коридор, но и все помещения.

К тому же я решил добавить катализатор, чтобы действие вакцины было более быстрым. Раз Пуля сообщил, что к нам рвутся из Гильдии лекарей, значит, следует успеть до того как они появятся здесь.

Всё это я объяснил Виктории, и она покачала головой.

— Сто миллилитров… Нет, это просто дохрена, — прошипела она, начиная меняться. — Я ведь столько не выдам за один раз.

— А ты постарайся. На кону сейчас судьба клиники и каждого из нас, — объяснил я насколько повышены ставки.

— Ладно. Только если комок перьев будет меня подпитывать, — пробормотала Небула.

— Ещё чего, хех! — воскликнул Карыч, перелетая на спинку стула. Затем встретился с моим хмурым взглядом. — Ну ладно. И это только потому что Лёха попросил.

— Хватит заливать, ш-ш-шалопай, — лицо Небулы покрылось блестящей чешуёй, большие змеиные глаза уставились на меня, затем на небольшую стальную миску.

Небула будто укусила её, и я заметил, как из-под клыков сочится прозрачный яд, скапливаясь на дне миски.

— Вш-ш-шсё… больш-ш-ше не могу, — Небула вернулась в обычный облик. — Ну! Энергия!

— Да подпитываю я, чо орать-то? — возмущённо прощебетал Карыч. — Ей помогаешь, а она…

— Так! Хватит! — гаркнул я, и бросил взгляд на дверную ручку, которая задвигалась вверх-вниз.

— Алексей!.. к-х-ха-кх-ха!.. Там у двух пациентов… кх-ха-а-а!.. приступ! — закричал за дверью Захарыч.

Небула вздохнула, порозовела, поправив воротник платья. Ну а я между тем перелил яд в мерную пробирку.

— А говорила, что не справишься, — ухмыльнулся я, посмотрев на Викторию. — Сто пятнадцать миллилитров.

— Только из-за того, что меня подпитывали, — призналась она. — Что дальше?

Я в это время разбавлял яд катализатором, подсматривая в ментальную книгу. В этом мире лекарства на основе яда получали точно так же, как и в прошлом. Сложные процессы очистки компонентов в лабораторных условиях и на соответствующем оборудовании, синтез отдельных компонентов, а также тестирование и контроль качества — всё это сложно и долго. А времени у нас нет.

Но здесь и сейчас достаточно было очистки, с которой уже справилась Небула. В пробирке уже готовый продукт, который я разбавил при помощи пипетки катализатором.

В итоге готовой вакцины получилось сто тридцать шесть миллилитров.

— Ну, и что ты молчишь? — Небула бросила взгляд на дверь, за которой кричал Захарыч, а дверь сотрясалась от его ударов.

— Когда я занят, лучше меня не отвлекать, — холодно сообщил я ей. — Я пойду в мастерскую Даши, а ты пока раскрой все двери в палаты, где лежат пациенты.

— Ты же понимаешь всё… Яд справится с вирусом, но затем начнёт в свою очередь отравлять выздоровевших, — усмехнулась Небула.

— А это как раз проблема решаемая, — подмигнул я ей. — Всё, на выход.

Я открыл дверь, и Захарыч чуть не ввалился в комнату. Он захлёбывался в кашле, вытаращился на меня, скривив отёкшее бледное лицо, пытался что-то мне сказать.

— Потом, Захарыч, — отодвинул я его, показывая пробирку с прозрачной жидкостью. — Надо распылить вакцину.

Старик замер, провожая меня ошарашенным взглядом. Пока Виктория открывала двери, я добрался до мастерской, откуда раздавалось громкое сиплое дыхание.

Дарья выглядела очень плохо. Она сидела на полу перед дезинфектором и что-то настраивала на нём. Она уже не кашляла, лёгкие её были забиты, а лицо бледное как стена позади неё.

— Алексе… — выдавила она, жалобно взглянув на меня.

— Всё будет хорошо, — протянул я пробирку. — Залей это и запускай свой прибор. Но это всё, что есть. Так что подбери режим, чтобы вакцины хватило на всех.

Надо отдать должное Даше, она не задавала лишних вопросов, ведь понимала, что времени мало.

Через пару минут дезинфектор выехал в коридор, а из него вылетела мелкодисперсная жидкость, постепенно погружая коридор в туманную дымку.

— Сею, вею, посеваю! — донёсся из прибора бодрый женский голосок. — Хворь паршивую снимаю!

Во как. Оказывается, Дарья добралась и до этого оборудования. Теперь и он заговорил забавными стишками.

Ещё пять минут, и дезинфектор выехал из последней обработанной комнаты, направляясь на базу.

— Победили упыря, — донеслось из динамика агрегата. — А теперь домой пора…

В воздухе стоял легкий туман, пахло чем-то кислым. Но затем пространство прояснилось, стало легче дышать. Кашель прекратился, и я прошёлся по больным, нейтрализуя воздействие самого яда. К тому же пришлось с ними хорошенько побеседовать, собрав их в одной палате.

— Сейчас здесь появится комиссия, — оглядел я каждого. — Не говорите, что болеете вирусом, иначе вас могут забрать в лабораторию.

— Ох, как же это? Зачем? — испуганно округлила глаза женщина.

— Будут обследовать вас до конца жизни и разбираться, как выздоровели, — объяснил я. — Разве вы хотите до конца жизни провести на больничной койке с трубкой в вене или утыканными датчиками?

Никто со мной не спорил, и все дали согласие на то, что никаким вирусом они не болели, а попали ко мне из-за кишечных колик.

И причина того, что я не хотел утечки данных, была понятна.

Что будет, когда узнают о моём изобретении? Гильдия лекарей сразу же пожелает заполучить формулу вакцины. Начнут давить на меня, причём приложат для этого все усилия. А мне это надо?

Я вышел в коридор и последним подлечил Захарыча. Накинул на него сеть «Нейтрализатора» и расщепил змеиный яд, попавший в его кровь.

— Ты мне скажи, Алексей, что это было? — просипел Захарыч, слегка кашлянув, скорее по привычке. — Ты как это сделал?

Я же почувствовал истощение. Всё же вылечить коллег, да ещё и троих пациентов, оказалось довольно энергозатратно. Поэтому я выпил три пузырька с бустером, ну а Карыч внёс свою лепту, напитывая меня своей маной.

— Ты не ответил мне, — напирал на меня старик.

— Всё расскажу, но потом. Надо встретить гостей для начала, — показал я в сторону регистратуры.

К замершей от удивления Виктории не спеша подошёл человек, одетый в оранжевый костюм, который напоминал химзащиту. В руках он держал что-то вроде щупа, а на животе у него пищал странный овальный прибор, болтающийся на лямках.

Затем к нему присоединился второй. Они прошли до середины коридора, где я их и встретил.

— Что за цирк⁈ — недовольно бросил я им. — Немедленно покиньте клинику!

Они переглянулись, затем один из них показал в сторону одной из комнат.

— Вы слышали, что вам говорят⁈ Эй, граждане космонавты! — просипел в их сторону Захарыч.

Но… на нас эти персонажи внимания не обращали, продолжая водить перед собой измерительными щупами и посматривать на небольшие экраны, закреплённые на запястьях.

— Подожди, пускай сделают замеры, — задержал я старика за локоть. — Нам-то что переживать?

Захарыч нахмурился, затем коротко кивнул, отходя в сторону. Пуле, который показался у стойки регистратуры, что-то объяснила Виктория, и здоровяк замер, враждебно посматривая на одетых в спецкостюмы людей.

Затем они отправились в сторону холла, под пристальным присмотром Пули, а в коридоре показался помощник главы Гильдии лекарей, в таком же защитном костюме, что и покинувшие клинику спецы.

— Ну что, друзья! — торжественно оглядел нас Ковригин через стекло шлема. — Хочу вас поздравить! Ваша клиника закрывается!