Глава 23

— И с чего это вы так решили? — ухмыльнулся я.

— Алексей Михайлович. Верно? — вгляделся в меня Ковригин выпученными глазами.

— Да, всё верно, — кивнул я. — Так меня зовут.

Он прекрасно знает и моё имя, и фамилию. Просто издевается, намекая, что я для него мелкая сошка.

— Так вот, Алексей Михайлович, наши приборы зафиксировали у вас опасный вирус, — расплывшись в довольной улыбке, сообщил помощник главы гильдии. — Мы уже всё знаем. У вас ведь карантин. Верно?

Он бросил взгляд на табличку, которую не успела снять Настя.

— Этот гад точно блефует? — тихо пробурчал мне на ухо Захарыч. — С регистраторов прямо сейчас снимают показания. Через пять минут он их получит. И если только…

— Никаких «если», Захарыч, — ухмыльнулся я, поглядывая в сторону замершего впереди Ковригина. — Я не вижу ни одной частицы. Уже провёл диагностику, — затем я заметил недоверие в глазах старика и добавил: — С Дашей исследовали помещения.

— Смотри, Алексей, — вздохнул старик. — А то нас точно закроют.

Ковригин услышал последние слова пожилого лекаря и закивал.

— Не сомневайтесь, закроем, — сообщил он, показывая в сторону таблички. — Вон первое доказательство.

— У нас были учения на случай заражения, — пояснил я. — Ведь обстановка в Империи сами знаете какая.

— Знаю, — хмыкнул Ковригин. — Но здесь опасный штамм вируса Гаусса. Смертельный. И в вашей клинике есть больные. Так ведь?

— Есть, но у них проблемы с кишечником, — холодно ответил я ему. — Я как раз шёл в приёмную, чтобы приступить к лечению, но вы меня отвлекли.

— Вы опять дерзите, Алексей Михайлович? — скорчил недовольную рожицу Ковригин. — Я представитель Гильдии лекарей.

Затем он прошёл по комнатам, задал пару вопросов пациентам, собравшимся в приёмной, и вновь вышел в коридор, причём теперь на его лице улыбки я не заметил. Он был скорее озадачен.

— Вы зря потеете в своей скорлупе, товарищ космонавт, — окинул я жестом его костюм. — У нас безопасно.

— А вот я сейчас узнаю у своих экспертов, что они нашли, — засопел Ковригин, потрясая передо мной указательным пальцем. — И если хоть один тест покажет, что у вас вирус, пеняйте на себя.

Он, неуклюже ступая по мраморным плитам, медленно покинул коридор, ну а вокруг меня собрались коллеги.

— Лёш, они точно ничего не найдут? — пробормотала Настя.

Цвет её лица нормализовался, а дыхание было ровным, да и лёгкая улыбка на её лице говорила о том, что она здорова. Хотя в её взгляде я различил волнение.

— Вообще ничего, — пообещал я.

Затем я заметил Пулю, который сопровождал Ковригина, который был уже без химкостюма.

— Всё, стойте здесь, — тормознул его Пуля у стойки регистратуры, и старший помощник подчинился.

Взгляд его мрачно посматривал в мою сторону.

— Алексей Михайлович, как вы это сделали? — тихо спросил он.

— Что? — непонимающе взглянул я на него.

— Вы знаете, о чём я, — прошипел Ковригин. — Блок датчиков выявил вирусный фон. Мы получили его и выехали на место… Как вы успели избавиться от вируса?

— Я поражаюсь вам, сударь, — вышел вперёд Захарыч. — Значит, вы придумали эту хрень и поверили в неё. Но ведь это ваши проблемы.

— Вы не допускаете, что ваши датчики могут ошибиться? — слегка улыбнулся я. — Где-то в Сети я знакомился со статистикой работы этих приборов. Ведь они врут очень часто.

— А может, это вы лжёте? — Ковригин скривил губы в подобие улыбки.

— А это уже прямые обвинения, — сообщил я.

— Нет-нет, что вы, — произнёс Ковригин. — Всего лишь предположенияы.

— Вы зря разбрасываетесь своими домыслами. Мой совет — соберите их и выходите вместе с ними из «Возрождения», — пока ещё вежливо попросил я Ковригина, который до последнего пытался что-то прочесть на моём лице.

— Не знаю, как у вас это получилось, — задумчиво пробормотал помощник главы гильдии, — но я удивлён. Не прощаемся.

Ковригин как-то печально усмехнулся, а затем покинул коридор.

— Ну ты, Лёха, конечно… Во! — Пуля хохотнул, выставил два больших пальца вверх, а затем отправился вслед за ним.

Вокруг меня собрались коллеги. Девушки смотрели удивлённо, с изрядной долей восхищения, и у каждой в глазах горел вопрос: «Как у него получилось победить вирус?»

Разумеется, Небула играла свою роль, виртуозно подстроившись под эмоции коллектива. Она одна всё понимала.

— Кажется, пора выпить по кружечке кофе, — заметил Захарыч, пристально посматривая на меня. — И кое-кто должен объяснить, как мы выбрались из этой жопы.

— Ой, Олег Захарович, вы опять за старое? — хихикнула Настя, когда мы направились в в сторону обеденной комнаты.

— Анастасия, в этот раз исключительно кофе, — пообещал старик.

— Но как же всё получилось гладко! — воскликнула Дарья. — Насколько я поняла, дезинфектор распылил самую настоящую вакцину.

— Вот только непонятно, откуда Алексей Михайлович взял её, — заметила Виктория, улыбнувшись.

— Да, Алексей, ты не стесняйся, — закивал Захарыч. — Мы должны знать всё.

Настя как раз поставила чайник, затем достала из сумки пирожные, похожие на орешки с варёной сгущёнкой. Только вместо сгущёнки мерцающий шоколадный крем. Опять с урром. И почему я не удивлён?

— Тогда слушайте, — я уселся за столом и оглядел команду. — Помните яд той самой кобры, которая напала на меня однажды?

— Да-да, Лёша забрал яд и спрятал в сейф, — заметила Настюха.

— Почему мне не сказал? — с упрёком взглянул на меня старик.

— А что бы это изменило? — хмыкнул я, и продолжил рассказ. Дальше я поведал уже то, что было на самом деле. Как я смешал яд с катализатором, как Дарья заряжала вакцину в дезинфектор, и как я потом нейтрализовывал яд из крови каждого, кто оказался под влиянием спасительной смеси.

— Алексей, твои познания в фармацевтике удивляют. Откуда ты это взял? Неужели в Академии преподавали это? — Захарыч принял кружку с горячим чаем от Насти, затем вопросительно уставился на меня.

— Да, я многое почерпнул оттуда, — слукавил я, забирая свой чай, подул на него и сделал небольшой глоток.

Буквально в этот момент пришло сообщение от Пули: «Вся делегация свалила к чёртовой матери».

— А теперь хорошенько пораскинь мозгами, — продолжил Захарыч. — Ты хоть понимаешь, что с ходу изобрёл вакцину, которая может спасти до хрена жизней?

— И остановить эпидемию! — ахнула Виктория. — Это же просто восхитительно!

— Виктория, я знаю, что ты очень умная, но я так и сказал, — пробурчал Захарыч, затем вновь перевёл на меня взгляд. — А теперь слушай внимательно. Формула есть, она у тебя. И за ней будут охотиться многие. Надо бы запатентовать ее побыстрее.

Захарыч подтвердил мои недавние догадки и подсказал дельную вещь. Я тут же вспомнил Войничева, ухмыльнулся.

— Кажется, у меня есть тот, кто может помочь, — произнёс я, но старик покачал головой.

— Нет, не поможет, — просипел он. — Ты про своего нотариуса? Даже он будет неделю возиться, а то и больше. За это время всё, что угодно произойти может.

— Да поговорить с этим… Эзоповым, — показала на Викторию Дарья. — Вот, Викуся легко договорится с ним. Включит женское обаяние, и…

— Даша, мы не так с ним близки, чтобы требовать от него что-либо, — демонстративно смутилась Виктория.

— Да это без толку. Ваш Эзопов — не шибко значительная фигура, — вздохнул Захарыч. — Надо подумать, как выпутаться из этой ситуации.

— Подумаем, — улыбнулся я, поднимая кружку чая. — Ну что, за наше спасение!

— За великого и могучего Алексея! — воскликнул Пуля, появляющийся в обеденной. — Не понял, а чего это чаем пахнет?

— У меня кофе, — улыбнулся Захарыч.

— С этим самым? — подмигнул Пуля.

— Без этого.

— Тогда я чай, — вздохнул здоровяк. — Сами пейте без этого самого.

— За Алексея! Грозу всех вирусов и гильдейского гнуса! — воскликнула Дарья.

— Ты что такое говоришь, — запыхтел Захарыч. — Это же гильдия.

— А по мне очень точное сравнение, — заметил я, чокаясь кружкой с остальными. — Учитывая недавний разговор с Коврижкиным.

— Ах-ха-ха! Коврижки-и-ин, — залилась смехом Настюха.

— Ковригин, — поправил меня Захарыч, ухмыляясь в бороду.

— Не, Коврижкин звучит лучше, — прогудел Пуля.

Мы выпили чая, попробовали пирожные, которыми угостила Настя. В целом вкус неплохой, но с сахаром перебор.

Я купался в лучах славы ещё минут десять точно. Все коллеги радовались общему успеху и вновь сворачивали тему на то, как я виртуозно спас клинику за миг до падения в бездну.

Но долго нам праздновать не дали. В коридоре я услышал шаги и негромкие голоса. Двое мужчин и женщина с ребёнком растерянно посматривали в сторону пустующей регистратуры. Что ж, к нам вновь начали поступать пациенты.

Гильдия лекарей, кабинет главы гильдии, в это же время

Аргамаков Зиновий Павлович свирепствовал. Давно он не был в таком состоянии. Как только помощник сообщил о провале попытки закрыть «Возрождение», глава гильдии успел перевернуть стол, от которого отвалилась ножка, затем пнул со всей дури шкаф, оставляя внушительную вмятину, и в завершение швырнул в стену смартфон. Благо, корпус телефона оказался противоударным.

Выместив свою ярость на предметах, он более-менее успокоился и позвал в кабинет Ковригина, который только что вернулся с рейда.

Помощник зашёл тихо, скромно сел на краешек кресла и виновато посмотрел на него.

— Зиновий Павлович… — начал было он, но глава гильдии сморщился.

— Закрой рот, Петя, — процедил он. — Просто помолчи. Если бы не твоя оплошность с теми документами, ты бы поймал Логинова.

— Но ведь он и правда нашёл вакцину, — пробормотал помощник. — Регистраторы…

— Я говорю молчи, а он… Не верю я в это, — признался Аргамаков. — Это ведь нонсенс. А Логинов — мошенник, мы все это знаем. И регистраторы твои не полную картину показали. Дождёмся расшифровки всех данных.

— Каюсь, Зиновий Павлович. Бес попутал, — вновь забормотал Ковригин, нервно приглаживая чёлку. — Как я забыл разрешения — ума не приложу.

— Да потому что ты жопой думаешь частенько. Откуда ж там уму взяться? — злобно взглянул он на подчинённого, который повесил голову. — Ты просто подвёл всех. Себя, гильдию, а главное — меня. Мой престиж на кону, как ты не понимаешь, дурья твоя голова!

— Я по-понимаю…

— По-понимаю, — передразнил его глава гильдии. — Вот если бы ты по-понимал, такого бы не случилось… Ладно, давай уже, приглашай своего Анатолия. Надо обсудить один интересный план. Там вроде был этот, как его… Мичурин.

— Мичурьев, — поправил его Пётр.

— Без разницы… Зови Толика, — махнул ему Аргамаков.

Когда помощник ушёл, глава гильдии отодвинул ящик, доставая небольшую фляжку, отхлебнул из неё и выдохнул. Коньяк первосортный подогнал ему один из аристократов, аж десять лет выдержки. Затем Аргамаков взял с блюдца, спрятанного там же, кусочек лимона и закинул в рот.

Дверь отворилась и в кабинет зашли его помощник и кризис-менеджер Анатолий, светловолосый пухлый парень с вечно прищуренным взглядом.

— Петя, можешь идти, — бросил он помощнику и, дождавшись пока тот покинет кабинет, холодно и властно взглянул на парня. — Итак, Толя, буду краток. Предыдущий план провалился. Наверное, ты уже в курсе.

— Да, мне уже сообщили. Я же курирую его, — кивнул Анатолий, вздохнув. — Ничего не понимаю, что могло пойти не так.

— К вечеру расшифруются данные с регистраторов, вот и ознакомишься. А потом расскажи, каким образом эта скотина вылечила кучу народа от смертельного вируса.

— Выясним, — коротко кивнул очень исполнительный парень. Такие нравились Аргамакову. Щелчок пальцев — и они уже бегут к тебе с горящими глазами, несут в зубах отчёт или очередную идею.

— А пока срочно запускаем следующий сценарий, с Мичуриным, — добавил глава гильдии.

— С Мичурьевым, — произнёс Анатолий.

— Да плевать как его зовут! — вспыхнул Аргамаков. — Важна суть! Расскажи, что уже понятно, и как его подготовили.

— Он лечится в одной из наших клиник. Очень близко к терминальной стадии рака Фибра.

— Это ведь рак, вызванный нарушением магического ядра?

— Да, можно его условно назвать магический рак, — кивнул Анатолий.

— Думаешь, я не знаю, что такое рак Фибра? — нахмурился Аргамаков. — Продолжай.

— Так вот, я уже проконсультировался с нашим Ветровским…

— Да, самый лучший лекарь-аналитик в центральном управлении, — одобрительно кивнул глава гильдии. — И что он сказал?

— Он знает, как вылечить рак Фибра, — продолжил кризис-менеджер. — Он подобрал заклинание, которое снимет воспалительный процесс.

— Ты лучше мне скажи, он уже вылечил им кого-нибудь? — критично посмотрел он на менеджера.

— Конечно. Уже двух человек на ноги поставил, — радостно заблестел глазами Анатолий. — В смысле исправил магическое ядро, а затем Сметанников с Лисовским вылечили его у себя в резиденции. Правда денег стрясли очень много.

— Чтобы выжить, некоторые тратят состояние, друг мой, — кисло улыбнулся Аргамаков. — Итак. Я понял, что Ветровский уберёт магический фон, исправит ядро, а затем нужны будут отличные целители.

— Да, — кивнул Анатолий.

Аргамаков думал недолго. Вызвал к себе на ковёр Ветровского. Им оказался сгорбленный мужчина в клетчатом костюме. Седые виски выдавали его возраст, а цепкий мудрый взгляд указывал на опыт.

Лекарь-аналитик устроился в кресле рядом с Анатолием, поздоровался гнусавым голосом.

Пришлось Анатолию ещё раз озвучить, к чему они пришли.

— Да, рак терминальной стадии невозможно излечить, — подтвердил Ветровский. — Но наш эксперимент удался, да. Я могу за пару часов снять негативный фон ядра. Тут важно понять одну вещь. Во время снятия фона рак перейдёт в неизлечимую фазу. И вылечить от рака желудка, да ещё в терминальной стадии — очень сложно, вы и без меня это знаете.

— Знаю. Но вы для этого здесь и находитесь, чтобы выдать решение, — сухо произнёс Аргамаков, изучая седого мужчину внимательным взглядом.

— Можно временно облегчить участь, и это стоит бешеных денег, — продолжил Ветровский. — Будет ещё год мучаться, и всё равно умрёт. Анатолий уже вам сообщил, наверное, что Лисовский и…

— Да, я уже в курсе этого эксперимента. Они со Сметанниковым вылечили двух пациентов. Но они слишком обнаглели и дерут такие деньги, что это просто за гранью, — признался им Аргамаков.

— Но вы ведь хотите полностью вылечить Мичурьева, — вопросительно посмотрел на него Ветровский.

— Вы правильно меня поняли, — кивнул глава гильдии. — Анатолий?

— Да, — оживился кризис-менеджер. — В гильдии лекарей есть два сильных магистра, которые до сих пор растут в потенциале и метят в целители.

— Кто им даст туда попасть, ну что ты говоришь, ей богу, — скривился Аргамаков. — Там своя мафия, и делиться с ними куском хлеба с чёрной икрой никто не собирается. Но ладно. Вызови их ко мне. Надо всё объяснить, подписать документы о неразглашении…

— Но деньги им придётся платить, — добавил Анатолий, что-то написав на стикере и повернув его к главе гильдии.

Аргамаков помрачнел, но лишь на пару секунд. Пятьдесят тысяч — это не пятьсот. Накладно, но такие деньги он сможет взять из общей казны.

— Толя, можешь приступать к реализации плана. Теперь ты ответственный за это, — сообщил кризис-менеджеру Аргамаков, замечая мальчишечью радость в глазах подчинённого. — А значит тебе и карты в руки.

— Так, тогда жду как вы договоритесь с магистрами… — начал было Анатолий.

— Ждать не надо. Я им прямо сейчас позвоню, а ты пока проинструктируй этого Мичурьева, — распорядился глава гильдии. — И направляй его в «Возрождение». И это… не забудь навесить видео и звук.

— Это само собой, — улыбнулся Анатолий. — Есть е заклинание, которое как раз передаёт картинку. Зук идеален, и главное, ведётся запись.

— Вот и отлично, — оскалился Аргамаков. — И скажи, пусть подыграет на видео трансляцию.

— Он профессиональный актёр, — закивал кризис-менеджер. — Поэтому с этим проблем не возникнет.

Ну вот, теперь хоть надежда появилась. На этот раз всё должно сработать. Логинов не сможет вылечить пациента, а вот в соседнем «Целебнике», куда будут приглашены магистры и Ветровский, несомненно, победят болезнь. Затем начнётся информационная травля, а в процессе поступят в клинику ещё несколько больных, которые усилят эффект разорвавшейся бомбы.

Репутация этого засранца потерпит крах. Он превратит её в пыль и докажет всем, что Логинов — бездарь, пытающийся построить карьеру на обмане.

Не успел я отпустить очередного пациента, как в приёмную зашёл тощий бледный мужчина с ввалившимися глазами.

— Добрый день. Меня зовут Альберт Мичурьев, — тихо произнёс он. — Куда мне сесть?

Я где-то слышал его фамилию. Она была на слуху. Но вот откуда я его знаю, так и не понял.

— На кушетку, пожалуйста, — пригласил я Мичурьева, и сразу же, пока сплетал диагностический щуп, провёл внешний осмотр.

Кожа бледная, очень близка к синюшной. Взгляд больного угнетённый. Ему трудно разговаривать.

Пока версий плодить не буду. Посмотрим, что скажет диагностика.

Когда я погрузил щуп в грудную клетку пациента, сразу всё встало на свои места. Я даже икнул от того, что обнаружил.

У него пониженное артериальное давление, но это полбеды. Рак желудка, причём четвёртой стадии, с метастазами в лёгкие и печень. От силы ему жить полдня, может и того меньше.

Что больше всего меня поразило, так это ментальные спиралевидные линии, исходящие от магического ядра. Они усиливали действие рака.

/ВНИМАНИЕ!

Обнаружена редкая форма рака желудка терминальной стадии, усиленная искажёнными импульсами магического ядра!

Напрямую имеющимися средствами и навыками данного пациента вылечить невозможно.

Запущен поиск альтернативного лечения…/.

Меня эта новость ошарашила настолько, что на некоторое время я дар речи потерял. Так и сидел, пытаясь понять, что делать. А Мичурьев начал медленно, но уверенно заваливаться на правый бок.

— Лёш… — охнула Настя. — Ему хуже становится.

Ассистентка подскочила, поддержав его.

— Вы знаете, чем больны? — спросил я пациента, укладывая его на кушетку.

— Да, я уже знаю диагноз. У меня острый гастрит, — сообщил мне мужчина ослабевшим голосом. — Я рекламу в Сети увидел. Вы же Логинов, лекарь высшего разряда, и лечите даже аристократов. Вот я и пришёл.

— К сожалению, у вас не острый гастрит, увы, — вздохнул я, обдумывая как бы ему рассказать, что жить ему осталось всего ничего.

— Вы даже диагноз не можете сказать, — буквально прошептал пациент, поднимаясь с кушетки. — Ладно, пойду я в «Целебник», а то больше не могу терпеть. На обезболивающем который день.

— Подождите, в «Целебнике» вам не помогут, — покачал я головой.

— Так у вас скорее всего тоже не получится, а там я ещё не был, — выдохнул мужчина. — Откуда вы знаете? Может и помогут.

Я продолжал диагностировать состояние мужчины и понимал, что это провал. Опухоль разрасталась. Новые метастазы проявлялись в правом полушарии мозга. Две злокачественные опухоли, на которые воздействовали ментальные нити из ядра, за несколько секунд выросли до пятирублёвой монеты.

Внутри разрасталась паника, но я встряхнулся, подошёл к крану, плеснув пару раз холодной водой в лицо.

Так, ещё раз. Я вернулся, запустил щуп и поймал некий фон. Оп-па, это что-то новенькое. Мичурьев чем-то заряжен.

«Ещё бы не заряжен! Ха! — воскликнул Карыч. — Очередной подосланный, по ходу. Заклинание следящее. Передаёт картинку вместе со звуком».

«Следящее⁈ Ты уверен⁈» — я буквально остолбенел.

«Не сказал бы, если б сомневался», — буркнул пернатый.

Я похолодел, в горле пересохло от волнения. Меня хотят подставить. Показать, что я профнепригоден. И плевать им, что будет с этим человеком!

Опять Гильдия лекарей решила нанести удар?

Но этот пациент не хочет умирать. Он собирался в «Целебник». Карыч прошвырнулся туда за пару секунд и рассказал, что в одном из операционных залов собралась целая делегация. В которой он сразу же засёк двух сильных магов.

Понятно. Значит, я не вылечу, а они справятся. На это расчёт?

Мужчина вскочил с кушетки, но тут же содрогнулся, схватился за кресло, сползая на пол. Тело Мичурьева била судорога, он скрежетал зубами от боли.

Я же облегчил его участь, вливая в него солидную дозу анестетика, затем сплёл «Экстрактор». Один очаг в мозгу втянулся в воронку, затем второй. Следом я переключился на большую опухоль, расползающуюся по правому лёгкому и понял, что силы мои тают. Щелчок в голове обозначил, что включился резервный источник. Я коснулся воронкой плевральной полости, и… получил сильнейший разряд от магической нити, которая внезапно поменяла направление.

Меня отшвырнуло на пол, затылком впечатывая в мраморную плитку. Кое-как справляясь с гулом в голове, я будто через туманный фильтр увидел пациента, которого била крупная дрожь, а также испуганное лицо Насти.

Впереди, в пространстве на уровне глаз колыхались обрывки воронки-экстрактора и диагностического щупа.

Кое-как поднявшись, я понял, что сил у меня нет. Я пустой.

'ВНИМАНИЕ!

Вероятность истощения ядра — 88%!

Критический уровень энергии!

Требуется срочная подпитка!'

— Лёша… нормально?.. кровь… — Настя помогла мне дойти хирургического кресла.

— Что… с ним? — собственный голос казался мне чужим.

— Он умирает, Лёш… — услышал я сквозь гул в ушах.

Пациент умирает на столе. Сил у меня нет. Магическое истощение на носу, и струйки энергии от Карыча уже не спасают. Да ещё и сотрясение получил. Плюс ко всему команда злодеев сидит в «Целебнике» и ждёт моего провала.

Прямо флеш-рояль, не иначе!

Но я должен попытаться. И, кажется, я знаю, что делать.

«НЕБУЛА!» — призвал я ту, которая точно могла помочь.

Дверь за спиной распахнулась и тут же закрылась за замок.

— Настя, всё хорошо. Поспи, — услышал я шёпот Небулы.

А затем её голос раздался впереди, со стороны кушетки.

«СМОТРИ НА МЕНЯ!» — взорвался в голове голос астральной кобры.

Холодный, властный, подчиняющий, пробирающий до мозга костей. И адресован он был не мне.

/ВНИМАНИЕ! ОПАСНОСТЬ!

Угроза распада ядра — 85%!

Немедленно найдите внешний источник!

Оставшееся время — 15 секунд! /