Глава 7

— Вы ворвались в мой дом и ещё что-то требуете? — я ошалел от такой дерзости. — По-моему, вам стоит очень оперативно отсюда свалить, пока проблем не отгребли.

— Проблем, говоришь? — растянул тонкие губы в улыбке лысый некромант, сложив руки на груди в замо́к. — По-моему, как раз у тебя могут быть проблемы. Третий, перечисли барону всё что он натворил.

Слева шевельнулся ещё один некр, с рыхлыми щёками, большим животом и наглым презрительным взглядом.

— Значит, так. Вскрытие тайника некромантов. Смерть, — начал перечислять он, так пристально наблюдая за моей реакцией. — Кража Отмычки. Смерть. Использование Отмычки в своих целях. Смерть. Вмешательство в структуру Отмычки. Смерть.

— Как ты понимаешь, за каждое твоё действие грозит смерть, — вновь кисло улыбнулся лысый некр. — Но мы решили закрыть глаза на то, что ты натворил. Всё же ты не знал, что этот кинжал собственность «Ордена Тьмы».

Куча вопросов зароились у меня в голове. Я выбрал из них один.

— Почему ты накопитель назвал отмычкой? — уставился я на него.

Лысый некр прыснул со смеху, затем захохотал в потолок, и через несколько секунд вновь взглянул на меня.

— Ты даже не понимаешь, что держал в руках, — произнёс он. — Но я не собираюсь раскрывать перед тобой тайну. Просто отдай его, и мы уйдём.

— Валите нахрен отсюда, клоуны, пока я не разозлился, — процедил я, оглядывая компанию некров.

— Пока не разозлился, хах! — хрюкнул пухлый некр, но сразу же затих под строгим взглядом лысого.

— И что ты можешь, лекарь? — подошёл ко мне вплотную лысый некромант. — Залечишь меня до смерти?

— Я могу заставить тебя поспать, — улыбнулся я и выстрелил анестетиком. Для этого мне уже не надо было прикасаться к нему.

Сгусток энергии врезался в тело главнюка, и тот содрогнулся, отходя назад, затем вытянул руки и вернул мне то же самое.

Заряд так быстро в меня влетел, что я не успел поставить «Нейтрализатор». Внезапно захотелось спать. Ноги подкосились. Чтобы избежать травм, я перенёс вес на правую ногу и упал на одно колено, растворил анестетик и поднялся на ноги.

— Твои фокусы бесполезны, лекарь, — оскалился лысый. — Даём тебе неделю на раздумье. Вспомни приговоры, которые уже озвучены, и подумай, важна ли тебе твоя жизнь. Мы вернёмся.

— Ага, мы вернёмся, их-хи-хи! — захихикал второй прислужник лысого, низкорослый прыщавый парень. — Слышал?

— Десятый, второе предупреждение, — хмуро отчеканил лысый.

— Дитрих, это несправедливо! Он заслужил! — взвизгнул прыщавый некр, отправляясь следом за своим боссом.

— Отвечу тебе позже, — буркнул ему лысый, затем обернулся, открывая дверь. — Одна неделя, лекарь.

Они вышли на улицу, и я устремился за ними.

Почему некры дали мне время? Возможно, они хотели всё решить без лишнего шума? Убить аристократа в поместье, используя тёмную магию — чревато. Таким образом они привлекут к себе внимание.

Я вспомнил статью, на которую наткнулся в своё время. Как набрели на след некоего некроманта и загнали злодея в ловушку.

Так что их решение вполне логично.

С другой стороны, эти некры могут заходить в тени, насколько я понял. Тогда им плевать на полицию.

И почему они не заставили меня отдать кинжал сейчас — непонятно. Что ж, значит, узнаю при следующей встрече.

«Карыч, ответь!» — отправил я послание питомцу и почувствовал вибрацию возле уха.

«КАРЫЧ!» — повысил я тон. Вибрация возле уха усилилась.

Я выскочил на ступени, замечая, как троица некромантов растворяется в тени от ближайших деревьев.

Сделать я ничего не мог. Достучаться о Карыча, чтобы он вызвал Шустриху, было невозможно. Я просто сел на ступени и шумно выдохнул воздух, собираясь с мыслями.

Вот это завершение дня. Ну надо же. Ко мне заявились некроманты.

Что я знаю о них? Да толком ничего. Никто из знакомых особо про них не рассказывал, в Сети про них не распространяются. Чёрт те что, в общем.

Какой-то Орден Тьмы. Растворение в тенях, а ещё эти дебильные кликухи. Третий, десятый. Блин, какой-то бред, да и только. Притом они назвали кинжал отмычкой. Что это значит? Этот артефакт — что-то другое? Надо бы поинтересоваться у Дарьи, когда выдастся свободная минута.

И вообще какого чёрта артефакт этого ордена оказался в поместье Брусникиных⁈

Больше всего меня напрягло, что этот чёртов некр не только не вырубился под моим анестетиком, а ещё вернул его, и заряд был таким же эффективным.

Ладно, к чёрту все эти пустые размышления! Где там Карыч лазает? Он как раз мне сейчас и нужен со своими знаниями.

«Карыч, твою мать!» — гаркнул я.

— … э-эй! — заверещал мне в ухо пернатый. — Слышишь меня-а-а⁈

— Ты охренел так орать⁈ — я аж вскочил на ноги, взявшись за ухо, которое зазвенело от такого шума.

— Я тебе уже минуты две кричу, — пояснил пернатый, проявляясь на моём плече. — Эти твари не дали мне выйти из астрала.

— Как это понимать? — удивился я.

— А вот так и понимай, — буркнул Карыч. — Взяли и заблокировали все лазейки в этот мир.

— И как у них такое получилось?

— Ты у меня спрашиваешь? — хихикнул питомец. — Да я сам в шоке. Да и Небула тоже, скорее всего. Её через нашу связь тоже нехило вштырило.

— Что за словечки, блин? У Пули нахватался? — раздражённо произнёс я, и Карыч лишь захихикал в ответ.

— А чо, прикольно выражается он, — ответил питомец.

«ЭЙ, ЧТО ТАМ У ВАС ЗА КИПИШ⁈» — прорвался голос Небулы.

— Вспомнишь умно, вот и оно, — тихо прощебетал Карыч.

«Я всё слышу, дерьма кусок», — прошипела астральная кобра.

«Я сказал — умно. Это значит, что ты умная», — попытался выкрутиться Карыч.

«Зная нашу обоюдную симпатию, не верю, — прошипела Небула. — Так что произошло? Меня аж об потолок приложило от импульса!»

«Некроманты приходили в гости», — сообщил я.

«А, слышала о них, но немного. И что хотели?» — продолжала допытываться астральная змея.

«Кинжал, а точнее отмычку», — сообщил я.

«Что ты сказал? Отмычку⁈» — спросил Карыч.

«Это я и сказал, да. Так они назвали артефакт», — ответил я.

«Что-то знакомое, а вот что — не могу вспомнить, хоть убей, — пожаловался пернатый. — Надо будет собрать информации о них. Встретимся — обсудим».

На этом тему закрыли, и я отправился отдыхать.

Перед сном мне написала Софья.

«Лёш, не обижайся, что пришлось уехать. Сам понимаешь. Родители были не в восторге от шоу, которое устроил Новиков. Но мы можем увидеться на выходных».

«На выходном. У меня он один. И разве я могу обижаться?»

«Ты остался?»

«Конечно. Новиков уговорил».

«Я вся в предвкушении рассказа. Что там было интересного?»

Я задумался, затем улыбнулся, напечатав:

«Шумная компания, танец с несостоявшейся вдовой Тимирязевой, её домогательства, салют. Ничего особенного».

Софья не выдержала и перезвонила.

— Елена Дмитриевна клеилась к тебе? Не верю, — зазвенел в трубке её мелодичный голосок. Судя по ноткам, она ревновала.

— Она была пьяна, вцепилась в меня словно голодный клещ. Затем разделась догола и начала меня всячески соблазнять в откровенном и пошлом танце.

Софья рассмеялась в ответ.

— Лёша, я серьёзно! — воскликнула она. — Она не такая. Образованная, преподаёт уроки этикета в МГУ.

Я решил ей не говорить, что графиня пыталась залезть мне в штаны. Зачем тревожить её понапрасну. Тем более Елена Дмитриевна была вхлам.

— Ладно, шучу, — улыбнулся я. — Мы просто с ней танцевали, а супруг её оттащил и увёз домой. Кстати, он проявил изрядную тактичность.

— А вот это больше похоже на правду, — весело произнесла Державина. — Жаль, что у нас не получилось уединиться в беседке. Родители…

— Ох уж эти родители, вечно суют нос куда не следует, — пошутил я, и Софья притихла.

— Извини, я знаю, что ты сирота. Не хотела тебя задеть, — как-то грустно выдавила княжна.

— Ничего, я был мелким, и не помню даже их лиц, — признался я.

Тут я не соврал. Вообще их не помню, если честно. Память Алексея будто отгораживала меня от этих воспоминаний. Другого ответа я не находил.

Ведь у каждого ребёнка в детстве есть хотя бы одно яркое воспоминание, а уж у наследника вполне успешного рода их должно быть достаточно. Но… вообще ничего. Как там говорят? Глухо как в танке? Вот так примерно у меня и было.

— Всё равно, прости, — вздохнула Софья. — Надо бы нам наверстать упущенное.

— Я скажу чуть позже, куда сходим, — пообещал я, решив найти и в этот раз какое-нибудь особенное местечко для свидания. И желательно уединённое.

— Хорошо, — согласилась Софья.

Мы болтали ещё минут десять о Новикове и о том, что он придумает в следующий раз, чтобы загладить свою вину. А потом я услышал голос матери девушки на фоне, и Софья отключилась.

Что ж, ладно. И мне пора отдыхать. Я закрыл глаза и отключился.

/ИДЕНТИФИКАЦИЯ…

Статус: лекарь 7-го разряда (высшая категория).

Специальность: лекарь-хирург.

Навыки: «Магические швы», «Диагностический щуп», «Веселящий анестетик», «Нейтрализатор», «Регенеративные лучи», «Экстрактор».

Пассивные навыки: «Отражатель», «Ментальный щит».

Уникальный навык: «Феникс», вторая ступень.

Текущий уровень: 10 (46320/50000)/.

Я открыл глаза под голос стража и рычание Горыныча. Блин, что-то новенькое.

«Феникс». Вторая ступень. Тогда почему нет ступеней у остальных навыков? Странно. Ещё один ребус, который надо разгадать.

Пробежавшись в компании Пули, я позавтракал среди коллег, а затем мы отправились в клинику.

Пациенты нахлынули с самого утра, не давая толком приготовиться к приёму. До обеда я работал, не щадя своей энергии, а затем, когда Виктория позвала нас обедать, выдохнул.

Вышел я в коридор и встретился с Елизаветой.

— Ну привет, красавчик, — улыбнулась она, таинственно улыбаясь. — Скучал без меня?

— Безумно, — слукавил я.

— А у меня для тебя подарок, — достала она из пакета бумажный свёрток. — Но для этого надо нам пройти в одну из комнат.

Я понимал к чему идёт, но на подарок всё же взглянуть решил. Всё сразу и объясню ей.

Виктория, которая ещё не успела удалиться в обеденную, замерла в коридоре, наблюдая за нами.

— Что она так смотрит на нас? — удивилась Лиза. — У тебя с ней что-то есть?

— Да брось. Она моя коллега. Просто очень любопытная, — ухмыльнулся я в ответ и крикнул Небуле: — Вика, я задержусь ненадолго.

— Смотрите сильно не кричите, — заметила Виктория. — А то Захарыч не любит, когда трахаются в клинике.

Елизавета прыснула со смеху.

— Пойдём, — потащила она меня за воротник пиджака в приоткрытую дверь.

Там был диван и больше ничего, разве что пара шкафов. Вот на диване мы и расположились. Лиза щёлкнула замком двери, вернулась ко мне и прыгнула ко мне на колени.

— Лиз, ты хотела подарок вручить и поговорить, — я убрал её с себя.

Внутри появилось гадское чувство, будто я кого-то предаю. Хотя я знал, кого. Точнее что предаю. Наши отношения с Софьей.

— Что-то случилось? — насторожилась Лиза. — Ты сам не свой.

— Я на работе всегда такой, — произнёс я. — Что в свёртке?

— А, это я тебе из Китая привезла. Зацени-ка, — она рванул свёрток, вытаскивая коробочку с бантиком и протягивая её мне.

Я развязал шёлковую красную ленту, открыл коробку и достал… поблёскивающие семейные трусы, усыпанные стрелами.

— И под статус подходит. Стрелы. И усилено магией, — заметила Лиза. — Это трендовая вещица в Китае, между прочим.

— И что это за магия?

— Лечит от бесплодия, восстанавливает мужское либидо, даёт энергию, — перечислила журналистка. — Кстати, можешь прямо сейчас и померить.

— Спасибо за подарок, но я померяю дома, — вернул я трусы в коробку.

— Ну что такое, Лёшка. Я так скучала, — Лиза вновь ко мне прильнула, лизнув мочку уха.

— Я так и понял, — хмыкнул я и почувствовал возбуждение.

— Ну Лёш, там связи не было. А симку покупать — это такие деньжищи, если б ты только знал, — промурлыкала Лиза, положив руку на мою ширинку. — О, да ты тоже соскучился.

— Лиз, давай всё прекратим, — вздохнул я.

Да, я хотел её, но в то же время как я после этого в глаза Софье буду смотреть? И я только сейчас пришёл к окончательному выводу. Это было сродни озарению. Софья мне больше нравится, я ближе к ней, чем к Елизавете. Намного ближе.

— Между нами пропасть, Лиза, — добавил я, надувшей губы журналистке. — Ты приезжаешь будто снег на голову и хочешь, чтобы у нас всё было идеально?

— У тебя кто-то есть, — выдавила Лиза, а затем злобно сморщилась. — Так бы и сказал!

Она вскочила и кинулась к двери, задёргала роликом замка.

— По часовой стрелке, Лиз, — подсказал я.

— Пош-шёл ты! — выпалила Елизавета, исчезая в коридоре.

— Ну вот и поговорили, — пробормотал я, ухмыльнувшись.

— БА-БАХ! — донеслось из коридора. Что-то знатно грохнулось на пол. И, судя по звуку, что-то глиняное.

Елизавета, видимо, напоследок решила выместить свою злобу на кашпо, висящем рядом со стойкой регистратуры.

Да и пофиг, пусть злится. У нас бы всё равно ничего не получилось серьёзного. А чисто физический контакт без эмоций — всё равно как сдача какого-то норматива. Но там хоть цель есть. Здесь же ни цели, ни смысла. Просто для выброса дофамина.

Я вновь достал подарок и расправил перед собой семейные трусы. И в этот момент в комнату зашёл Захарыч.

— Ты что сказал этой психической? — напряжённо спросил меня старик, останавливаясь у входа и злобно косясь на меня. — Алексей, это уже за гранью! Она горшок цветочный об пол расшибла!

— Ты ж знаешь, эти журналистки все эмоциональные, — ухмыльнулся я, продолжая рассматривать мерцающие стрелы на труселях.

Вот мы и разгадали один секрет. Я вспомнил рекламу с постельным бельём, которую увидел на городском экране. Теперь понятно, почему у той семейной пары были такие радостные лица. Целебные свойства, значит. Бесплодие лечит.

— Алексей, не смешно, правда, — пробурчал старик. — А если в следующий раз она оборудование перевернёт или пожар устроит?

— Следующего раза не будет, Захарыч, — взглянул я на него. — Она больше здесь не появится.

— Расстались, что ли?

— В лучших традициях турецких сериалов, — рассмеялся я.

— А эт чо такое? — удивлённо уставился на нижнее бельё старик.

Я вскочил с дивана, кинув трусы в коробку, затем подошёл к Захарычу и вручил ему подарок.

— А это тебе, — сообщил я. — От бесплодия, улучшает артериальное давление, омолаживает организм… В общем проверишь.

— Омолаживает? Хм… — задумался Захарыч, принимая от меня коробку. — Ну ладно. Впервые вижу такое.

— Говорят, что в Китае это тренд, — произнёс я, выходя в коридор. — Ну всё, пойдём обедать, а то проголодался жутко. Кабана бы съел.

Старик почесал за мной, догоняя.

— Эх люблю я убирать! Прям шикарно, твою мать! — верещал робот-уборщик, елозя по полу и пытаясь втянуть в себя крупный глиняный осколок.

Я рассмеялся.

— Я скажу Дарье, чтобы убрала к чёртовой матери эти стишки, — пробурчал старик. — Кстати, кабана нет, но утка вполне аппетитно пахнет.

Мы вернулись к коллегам, пообедали. Затем Захарыч высказал Дарье за красноречивые словечки робота-уборщика. Техничка пообещала перепрограммировать его.

А потом, вооружившись чаем, мы вышли в зал отдыха и включили канал новостей.

Шло унылое обсуждение угроз на границе. Пятый рейх начал строить военные базы вблизи от Российской Империи, что не могло не напрягать. И горе-эксперты плодили версии, сидя на удобном диванчике и корча умные лица.

Затем начался экстренный выпуск новостей, где смазливая репортёрша показывала в сторону горизонта. Над ним, чуть повыше крыш небоскребов, мерцала оранжевая дымка.

— Все сходятся в едином мнении, что грядёт оранжевая аномалия, — тревожно произнесла репортёрша. — Рядом со мной руководитель института научно-магических исследований Зиновий Васильевич Беспалый. Зиновий Васильевич, когда нам ожидать аномалию? И что будет?

Камера сместилась. Теперь в кадре был взъерошенный седой мужчина в клетчатой жилетке.

— Две недели, может чуть больше, — прогундосил он. — Я считаю, и коллеги со мной согласятся, что угрозы она не представляет.

— Но это же оранжевая аномалия. Повышенный уровень опасности и… — репортёрша не договорила.

— Послушайте, все службы уже знают как действовать. Навыки отточены. Я вас уверяю…

— Хрень, — Захарыч переключил на спортивный канал, где шёл футбольный матч. — Опять вылезет какая-нибудь жуть, а потом будут хвататься за голову. Что делать? Кошмар! — Угу, ещё и людей покрошит, — закивал Пуля.

— Олег! — воскликнула Настя. — Ну вот что ты пугаешь⁈

— А что я? Уже было такое в прошлый раз. Вылетел здоровенный шершень, так его ловили по всему городу. Даже погибшие были, — сообщил ей Пуля. — Что, не помнишь? А крысы?

— Их как раз быстро успокоили, — произнёс я, взяв информацию из воспоминаний предшественника.

— Крысы, ха! — улыбнулась Виктория. — Разве это страшно?

Я переглянулся с ней. Это верно. Гончие на много порядков пострашнее будут.

— А ты их видела, Викуся? — ухмыльнулся Пуля.

— Можно подумать, ты их видел, — сморщилась Вика. — И не называй меня так. Викуся, блин…

— Я их не видел, но один приятель встречался с одной такой, — продолжил Пуля. — Двухметровые монстры. А зубищи и когти такие, что любой обделается со страху.

— Можно как-то покультурней? — сделал я замечание. — Девушки же с нами.

— Лёха, да я называю вещи своими именами. Вот и всё, — объяснил Пуля. — Димон просто рассказывал, а у меня уже волосы дыбом поднимались.

— Знаешь, как говорят, у страха глаза велики, — ухмыльнулся я.

— Ну да, велики, как же… — произнёс Пуля, а затем как-то странно дёрнулся и громко кашлянул себе в ладонь. — Вот же дерьмо…

— Олег! Что с ним⁈ — запищала Настюха, поддерживая здоровяка.

— Бегом носилки! — зарычал Захарыч.

Пуля ещё раз вздрогнул, вновь всмотревшись в ладонь. Я заметил на ней кровь. А затем здоровяк захрипел и закатил глаза.

Вот это поворот! Но, кажется, я понимаю, что с ним произошло.