Глава 21

Разумеется, я сразу расплёл «Нейтрализатор». Кокон почти охватил меня, когда в голове запищал Карыч.

«Подожди-и-и-и! Не торопись, Лёха! Прошу! — воскликнул питомец. — Я всё объясню сейчас!»

Меня выворачивало наизнанку, я по-прежнему ничего не видел. Да и левая рука висела плетью, я её вообще не чувствовал.

Пернатый явно издевался надо мной. Токсин отравляет мою кровь, я умираю, а он просит подождать и ничего не делать. Диагностический щуп я сформировал с трудом. Какая уж тут концентрация, когда такое чувство, будто скоро отходишь на тот свет. Но у меня получилось. Я погрузил его в полученную рану. И… не увидел ни одной вредоносной частицы полученного токсина. Лишь странные искрящиеся призмы расходились от раны, как от источника, по крупным кровеносным сосудам, распространяясь по всему организму.

Сразу же после этого впереди замелькали цветные пятна. Зрение возвращалось, пусть и медленно, но всё же. Я уже видел перед собой мутную картинку этого грёбаного кактуса.

Затем в уши врезался громкий голос здоровяка, который помог мне подняться на ноги. Настя всхлипывала в сторонке, шурша чем-то на фоне.

«Что со мной случилось? — задал я пернатому вполне закономерный вопрос. — Отвечай!»

«Это всё Небула. Это была её идея. Но я согласился не просто так. Я изучил… — невнятно забормотал Карыч. — Я ж тебе сказал, не торопись. Как ты себя чувствуешь?»

«Уже неплохо, — ответил я, понимая, что зрение вернулось в полной мере, а мутить перестало. — А будет ещё лучше, если ответишь на мой вопрос».

«Да скажи ты ему, что ты мямлишь, — услышал я голосок кобры. — Мы не думали, что так всё получится».

«Мы?» — переспросил я.

«Да-да, я же ещё не всё подготовил. Так бы не было этих побочных эффектов», — прощебетал пернатый.

«В общем, мы нашли способ развивать тебя быстрее, Алексей, — призналась Небула. — Это я идейный вдохновитель. Это отрицать бессмысленно».

«Да никто и не спорит, — резко ответил Карыч. — Дай уже сказать, а то Лёха ещё ничего не понял».

«Вы что-то нахимичили с ядом корабагуса, и теперь он является неким усилителем способностей?» — предположил я то, что домыслил после их бессвязных формулировок.

«Не совсем так, — произнёс Карыч. — Не усилитель, а всё же гормон роста, который влияет непосредственно на твою Систему. Я всё это время изучал эту странную штуку в твоём сознании и нашёл нити взаимосвязи с твоим организмом и энергетическим телом. Так я вычислил оптимальные варианты развития. И, так сказать, видоизменил яд корабагуса».

«Хочешь сказать, что я буду расти в профессиональном плане гораздо быстрее?» — удивился я.

«Именно так и есть. По крайней мере мы так надеемся. Но ты раньше впитал яд, чем предполагалось. Вот тебе и побочный эффект», — сообщил Карыч.

«Ну, тихушники. Хотя бы намекнули», — ухмыльнулся я.

«Так кто же знал, что этот старый хрыч так тебя подставит?» — послышался раздражённый голос Небулы.

— О, раз улыбается, значит, всё у него в порядке, — хохотнул Пуля, вглядевшись в моё лицо. Оказывается, я уже сидел в той самой беседке, откуда выводил Захарыча ещё пару минут назад.

— Да отойди ты, — мягко отодвинула его плечом Настюха, держа в руках пузырёк с лекарством. Судя по запаху, намешала кучу витаминов и добавила активный урр для восстановления сил. — Пей.

Я не знал, как это повлияет на меня, учитывая, что токсин корабагуса уже впитался в мой организм. Всё же не хотелось проверять на практике эффект от их взаимосвязи. Поэтому я выпил содержимое пузырька и тут же нейтрализовал его, проглотив просто воду.

— Да в порядке я, — взглянул я на забинтованное плечо, через которое проглядывала тёмная заживляющая мазь. Тут же размотал бинт и обнаружил лишь четыре красные точки — следы от шипов.

— Не поняла. Так быстро зажило⁈ У тебя же кровь шла, а тут… — Настя уставилась на моё плечо.

— Я сам залечил, — успокоил я её.

Точнее залечил её странный токсин, который буквально сейчас перерастал в нечто другое. То, от чего я задышал свободней и почувствовал невероятную бодрость.

К тому же идентификационный щуп показывал, что странные призмы распадались на зелёные искры, которые затем сходились в районе солнечного сплетения.

/ВНИМАНИЕ!

В организме обнаружен распад неизвестного токсина.

ПОЗДРАВЛЯЕМ!

Выявлен сторонний катализатор!

Получен уникальный баф: в течение двух следующих суток весь ваш получаемый опыт увеличивается втрое/.

— Где Захарыч? — огляделся я.

— Да вон разлёгся, — Пуля махнул в сторону посапывающего старика, который лежал на лавке, причём на спине, а его руки висели в воздухе.

— Похож на йога, который ловит нирвану, — рассмеялся я.

— Точно, — звонок захохотала Настя, отчего разбудила Захарыча.

Тот что-то забурчал, затем пошевелился.

— Олег, давай-ка тащи его в спальню, а то опять на кактус бросится, — ухмыльнулся я, и здоровяк кивнул, направившись к сопящему пожилому лекарю.

Я встретился взглядом с Настей и выдохнул. Ну и денёк. Столько событий, что голова идёт кругом. Но в то же время из всех передряг я выбрался. А недавнее событие особенно порадовало.

— Лёш, с тобой точно всё в порядке? — вгляделась в моё лицо Настюха. Судя по встревоженному взгляду, от недавней обиды не осталось и следа.

— Да, я отлично себя чувствую, — признался я.

— Надо спилить это дерево к чёртовой бабушке, — прошипела она. — Захарыч поймёт.

— А вот этого не надо, — выставил я указательный палец. — Слышишь? И Захарыч тебя не поймёт. Представь, если ты сажаешь дерево, ухаживаешь за ним, а тут — р-раз, и его вырубают. Не нужно таких радикальных действий.

— Кто-то ещё запросто попадёт на его иглы, — подчеркнула Настя, решив поупорствовать. — Это не моё поместье, конечно, тебе решать. Но хочется, чтобы больше никто не пострадал.

— Благодаря корабагусу в поместье нет комаров, да и воздух чище. Ты только принюхайся, — улыбнулся я.

— Наверное, ты прав, — Настя активно зашмыгала носом. — Вроде чуть свежее.

— Вот, видишь. А насчёт ядовитых игл — скажу Матвею. Пусть выделит кого-нибудь из своих и сделают ограждение, делов-то, — хмыкнул я, провожая Настю в гостевой дом.

— Кстати, ты слышал? Наш старый поругался с Матвеем. Что они могли не поделить? — встревоженно посмотрела на меня Настя.

— Завтра спросим у него, — хмыкнул я.

Когда ассистентка исчезла за дверью, я направился в сторону своего дома.

Тревожить сейчас Матвея не было смысла. Надо для начала выслушать Захарыча, а уж потом делать очную ставку. Хрен знает, что они не поделили. Начальник охраны вроде вменяемый. Пуля за него ручался, да и в целом очень ответственный доброжелательный парень, и вроде бы неконфликтный. Ладно, отставим это на завтра.

В этот момент на мой телефон позвонил Патрик.

Точно! Я ведь ждал садовника из «Эдема». В итоге он сообщил, что так и не смог приехать, находился на закрытии крупного объекта. Патрик пообещал завтра, с утра пораньше, подъехать в поместье, чтобы застать меня на месте. На этом и договорились.

Добрался я до своей обители. Сходил в душ и вернулся в спальню, падая на диван.

Кажется, я пропустил оживлённое общение в дружеском чате «Пульса». Зинаида хвасталась, что благодаря Эдику познакомилась с крупными поставщиками редких в Империи товаров и продуктов, начиная от бытовой техники с виртуальным управлением и заканчивая всякими батончиками для похудения из Турции и энерго-тофу из Китая.

Отправил поздравления и пообещал посетить её магазинчик, когда она затарится такими товарами.

Затем я взглянул на сообщение Софьи, которое пришло десять минут назад.

«Ты можешь говорить?» — прочёл я.

«Да, сейчас могу», — ответил ей.

Через минуту телефон заиграл бодрой мелодией входящего звонка. Я нажал на зелёную трубку, поздоровался. Мы обменялись общими фразами.

— Раз ты поздно звонишь, значит, что-то случилось, — заметил я. — И голос у тебя какой-то напряжённый.

— Да, Лёша, случилось. Я о тебе беспокоюсь, — в ответ раздался непривычный вздох. Обычно Державина общалась легко, а тут прям и голос печальный, и фразы будто выдавливает из себя.

— Рассказывай.

— Отец часто проводит время в кабинете, — начал Софья. — И я подслушала разговор. Не специально. Проходила мимо, а дверь была приоткрыта. И он очень был злой, с кем-то общался по телефону. Разговор касался тебя. Я слышала, как он назвал тебя врагом.

Я-то уже понимал, почему он так сказал. Я же Святозаров, и князь об этом знает. Но Софью тревожить не было никакого смысла. По крайней мере сейчас, пока ничего не ясно. Много ещё вопросов насчёт прошлого моего реципиента, которые, как я надеюсь, найду в архиве.

— Я просто не понимаю, почему он так на тебя взъелся. Зачем он это делает, — продолжала княжна расстроенным тоном. — Зачем ему пакостить? И представляешь, разговаривать на тему наших отношений вообще не хочет. Да и матушка молчит, лишь говорит, что знать мне об этом не нужно.

— Скоро постараюсь узнать, почему так происходит, — попытался я её успокоить.

— Как ты узнаешь? С тобой отец тем более не будет говорить, — вновь вздохнула княжна.

— Я узнаю из других источников. Будь спокойна, — произнёс я, и Софью мой ответ устроил. Я услышал в её голосе те радостные нотки, с которыми она общалась со мной.

Поболтав минут десять, мы пожелали друг другу доброй ночи. Я сбросил звонок, отложил телефон на комод, затем вспомнил, что Горыныч так и лежит у меня во внутреннем кармане пиджака. Непорядок.

Вернув его на законное место рядом со стражем, я разлёгся на диване, выключил свет напольной лампы и погрузился в сон.

/ИДЕНТИФИКАЦИЯ!

Статус: целитель 3-го ранга (средняя категория).

Специальность: целитель широкого профиля.

Навыки: «Магические швы», «Диагностический щуп», «Веселящий анестетик», «Нейтрализатор», «Регенеративные лучи», «Экстрактор».

Пассивные навыки: «Отражатель», «Ментальный щит».

Уникальный навык: «Феникс», пятая ступень.

Текущий уровень: 13 (9300/75000)/.

Утро оказалось бодрое. Пробуждение под рычание Горыныча и зычный крик стража, затем пробежка и завтрак.

Я доедал на ходу, встретив Патрика, который выходил на стоянке, вытаскивая из багажника большой чемодан. В нём удобрения, саженцы, инструменты. В общем, всё что нужно для того, чтобы превратить пространство вокруг новой клиники в райский уголок.

— Оу, Алексей Михайлоувич, гуд монин! Добрый утра! — заулыбался худощавый садовник, когда я встретил его. Мы обменялись рукопожатиями.

Как раз подошёл и Абдула, подтаскивая тележку, гружёную плиткой.

— У меня есть ещё несколько минут. Вкратце расскажу, что надо сделать, — оглядел я их. — Вы будете работать в паре. Абдула, у тебя был размеченный план территории.

— Та-та, Абдула всё взять, — расплылся в улыбке араб, доставая из-за пазухи своего цветастого халата помятый и сложенный лист бумаги. — Плана как дорожка пройдёт, да.

Когда Патрик развернул план в большой лист, я принялся объяснять, что хочу видеть. И даже решил дать немного творческой свободы. Абдула сразу же предложил поставить водяное колесо и сделать канал с несколькими уровнями, и большой пруд. А Патрик сразу же добавил, что в идеале в пруду должны плавать лотосы и кувшинки.

— Отличные идеи. Главное помните, в клинике будут лечиться аристократы, и нужно сделать всё красиво, — заметил я.

В итоге мы договорились насчёт того, что будем на связи, и я их оставил, отправившись в дом, чтобы переодеться в выходной костюм.

Через пять минут мы уже выезжали из поместья.

Захарыч был немногословен, и слегка опухший после вчерашнего. Он всё хмурился, смотрел в окно и что-то бубнил под нос.

— Захарыч, тебе бы рассольчика выпить, — не выдержал Пуля. — Говорят, он помогает.

— Тебе-то какое дело до моего самочувствия? Сам справлюсь как-нибудь, — огрызнулся старик.

— Егор Захарович, вообще-то мы о вас беспокоимся, — заметила Настя

— О себе побеспокойтесь, — проворчал пожилой лекарь, нахмурив брови. — А меня не трожьте.

Надо было спросить у старика, что же произошло между ним и Матвеем, но меня отвлёк звонок Елизаветы.

— Алексей, хорошая новость, — радостно сообщила журналистка. — Клавдия Игоревна готовит пропуск.

— Сколько я должен? — спросил я, понимая, что просто так ничего не делается. Так было и в прошлом мире, так есть и в этом.

— Да брось, я тебе обязана, так что ничего не нужно, — напряжённо произнесла Елизавета. — Вечером, после восьми, подъезжай к центральному архиву. Я тебя встречу.

— Договорились, — одобрительно произнёс я.

— Только есть одно условие. Смотрительница тебя не знает, хоть я поручилась за тебя, — добавила журналистка. — Только в моём присутствии ты сможешь работать с документами.

— Это не проблема, так даже лучше.

— Тогда всё, жду тебя в восемь, не опаздывай. А то охрана сменяется позже, и будет сложнее попасть внутрь.

Хотел я ей сказать, что мне глубоко чихать на охрану. Анестетика хватит на всех. Но не стал. Всё же лучше даже так не проявлять себя. Сейчас время тревожное, мало ли какие датчики там стоят.

На этом наш разговор был исчерпан. Я сбросил звонок, затем посмотрел на хмурого Захарыча.

— И всё же, что у вас произошло с Матвеем? — разрядил я гнетущую тишину.

— Алексей, вот только ты не лезь, — злобно зыркнул в мою сторону старик.

— Ты же знаешь, я не отстану, — усилил я напор, и пожилой лекарь повернулся ко мне.

— Матвей попросил подлечить его сестру. Якобы у неё грыжа, — просипел старик. — А я сказал, что пусть записывается на приём, через три дня. Я и так выматываюсь за день, принимаю внеурочно, да и в клинике подключаюсь, ты знаешь. Ему это не понравилось.

— Из-за этого поссорились? — удивился Пуля, поворачивая на перекрёстке направо.

— Не только, — продолжил Захарыч. — Как только я сказал, что лечение не бесплатное, Матвея как подменили.

— Он озлобился? Ты точно про Матвея говоришь? — удивился я.

— Ну а про кого же ещё, — пробурчал Захарыч. — Назвал меня жадным на деньги. Что во мне нет ничего человеческого. Вроде как он свой, и мог бы войти в положение.

— В целом да, ты прав. Но и Матвея можно понять, — подчеркнул я. — Лечение у лекарей больших денег стоит. А в больницах ждать надо, анализы сдавать…

— И это во мне нет ничего человеческого⁈ — вскипел Захарыч. — Да я столько людей вылечил за свою жизнь, что ему и не снилось! И многих бесплатно! Просто сейчас я знаю себе цену, и это мои принципы. Я ничего бесплатно не буду делать.

— Ладно, не кипятись, — похлопал я по плечу старика. — Я поговорю с Матвеем. Что-то он и правда слишком резко выразился. Хотя лучше если соберу вас, и решим этот конфликт.

— Да не хочу я вообще его видеть, — буркнул Захарыч. — Пусть вон следит за своими лоботрясами и не лезет ко мне.

Я покачал головой. Старик как всегда, резкий и принципиальный. Но ладно, раз так, побеседую с начальником охраны наедине. Это старику сложно удалить грыжу, мне это сейчас раз плюнуть. Надо помочь его сестре.

Добравшись до клиники, мы сразу же начали принимать пациентов, и я сразу же отметил, что моё вчерашнее усиление, которое я получил от игольчатого дуба, работает.

Удалив несколько камней в желчном у первого пациента, я получил не полторы тысячи очков опыта, а целых три! Это меня настолько приободрило, что я с ещё большим энтузиазмом приступил к приёму, умудрившись даже на некоторое время оставить Рому с Мишей без работы.

Выдохнув, я отправился на обед.

Настюха в этот раз приготовила рассольник, причём такой аппетитный, что его съели за один присест. Затем мы перешли к пюрешке с котлеткой. Понравилось всем, а особенно с соусом, напоминающим тар-тар, только с добавлением томатов.

Когда мы перешли на чай, Рома вспомнил о футболе. А точнее про выездной матч сборной России против Пятого рейха.

— А вы видели как мы их сделали? Медведцев забил оба мяча, — довольно сообщил Хмурый. — В добавочное время.

— Угу, я видел в записи, — кивнул Пуля. — Один в девятку, а второй…

— Второй — вроде вратарь ошибся. Автогол, — вспомнил я вчерашний обзор, который я мельком видел в Сети во время обеденного перерыва.

Не сказать, что я заядлый футбольный фанат, но матчи сборной России не пропускал. Так же по инерции обращал внимание на такие события и в этом мире.

— Да какой автогол⁈ — громко возмутился Рома. — Два гола забили наши. Судьи ошиблись!

— Да ладно тебе, — осадил его Пуля. — Нашёл о чём спорить.

— Понятно, — вздохнула Настюха. — Пойдёмте, девочки… Даш, покажи хоть своего робота. Ты говорила, что он забавно развивается.

На этих словах Захарыч как-то напрягся, но продолжил запивать песочное пирожное чаем. Девушки покинули обеденную комнату, а Рома с Мишей вошли в раж, рассказывая о голевых моментах матча.

— Ну да, давно пора, — уже тише сообщил Михаил. — Вон, в прошлом году Бразилию выиграли всухую. Четыре ноль. Щас и немцев наказали.

Я подавил смешок. Россия сделала Бразилию в футболе, да ещё четыре ноль. То же самое как и «Лада-кайен». Здесь и модели машин офигенные, и сборная лучшая в мире. Даже бразильцев нагибает.

Мы так общались ещё минут пять, а затем встали из-за стола. Через пять минут обед заканчивается, и следует приготовиться к очередному наплыву пациентов.

— Я ничего не имею против, господа, и понимаю, что вы ходите в обуви. Но не могли бы вы топтать не так сильно, — бормотал роботизированным голоском робот-мойщик, преодолевая небольшой порог и заезжая в обеденную.

— Эй, мы в бахилах, железяка! — весело пробасил Пуля.

— Попрошу без оскорблений, сударь, — донеслось из динамиков робота, который драил пол, оставляя после себя влажную благоухающую ромашками поверхность. — Я же не говорю, что вы беспардонный дылда?

— Хо-хо! А он мне нравится! — рассмеялся здоровяк.

— Какой он миленький, — сложила ладони лодочкой Настя, появляясь в проходе вместе с другими девушками.

— Дарья, я тебя ведь предупреждал, — набычился Захарыч в сторону технички.

— Так я же убрала обучающий блок, — растерянно произнесла рыженькая девушка. — Он лишь впитывает фразы, которые слышит, и потом говорит. Недавно я показывала ему фильм «Кланы Метакса».

— Это и есть обучение, — заметил неугомонный старик.

— Всё, я устал, — заелозил на одном месте робот-мойщик. — Пора ехать на базу. Но перед этим очень нужно заправиться.

— О чём это он? — улыбнулся я, взглянув на Дарью, и она растерянно пожала плечами.

— Заправиться… Надо срочно заправиться, — робот добрался до стены, на которой висел небольшой буфетный шкафчик. — О, как я устал…

— Останови его, Дарья, — процедил Захарыч.

— Да я пытаюсь, — техничка уже достала пульт и тыкала по кнопкам, но мойщик и не собирался реагировать на её команды.

Он поднялся по вертикальной стене, оставляяя влажную борозду, затем добрался до шкафчика, который не выдержал веса робота. Он рухнул вниз, и из него выпала жестяная банка, из которой в свою очередь выкатилась спрятанная Захарычем чекушка коньяка.

— Ты что делаешь, паскуда?.. Не смей… — Захарыч обомлел, поднялся из-за стола и кинулся к бутылке, но робот создал купол, который и остановил старика. — Дарья!

— Не работает! — выпалила техничка, щёлкая клавишами.

— О, вот сейчас и заправимся… — радостно вырвалось из динамика робота— мойщика. — Как я устал… Заправимся…

Он подмял под себя чекушку, которая не выдержала веса и лопнула, забрызгав пол.

— О, как я устал, господа… — робот заелозил по раздавленной бутылке коньяка, хрустя стёклами.

Я взглянул на Захарыча, который исказил лицо, густо покраснел. Из него вылетел утробный рык.

Кажется, старик на грани, и следует срочно что-то предпринять.