Глава 20

/ИДЕНТИФИКАЦИЯ!

Статус: целитель 1-го ранга (элитная категория).

Специальность: целитель широкого профиля.

Навыки: «Магические швы», «Диагностический щуп», «Веселящий анестетик», «Нейтрализатор», «Регенеративные лучи», «Экстрактор».

Пассивные навыки: «Отражатель», «Ментальный щит».

Уникальный навык: «Феникс», восьмая ступень.

Активен положительный баф: умножение любого полученного опыта — ×5.

Текущий уровень: 16 (834640/1000000)/.

— Ур-р-р-р-р! Ур-рар-р-р-р! — услышал я над собой монотонный рёв.

— Слава Империи! — крик воина в этот раз был надсадным, хриплым, что даже прибавляло грозности в его голос.

Я открыл глаза, зевнул, бросив взгляд на дракончика, который нарезал круги в метре надо мной, отчаянно махая укороченными крылышками, словно воробей, и, не выдержав, прыснул со смеху.

Затем посмотрел на воина, который поднял над собой тускло поблёскивающий меч, который был похож на укороченную шпагу. Защитники, которые в недавнем бою помогли нам, выиграв драгоценное время.

До сих пор не верилось, что угрозы, всё это время давящей сверху, больше нет. Мы победили гончих, и, вполне вероятно, кое-кто пал смертью храбрых.

Странник и Карыч. И если тот странный путешественник, который завладел Ровеном, меня волновал меньше всего, то по Карычу я уже начинал скучать.

Всё та же пустота внутри, всё те же мысли насчёт того, что он не вернётся.

— Ну что, соня, подъем, — из соседней комнаты вышла заспанная Виктория, а из предметов одежды на ней были лишь мои плавки. Я поневоле уставился на её обнажённую налитую грудь.

— Хватит глазеть. У тебя был шанс получить это, но ты отказался. Так что продолжай пускать слюни, — ядовито заметила Вика, исчезая в коридоре.

Я лишь улыбнулся в ответ. Всё же кобра — она и есть кобра. Любит провоцировать. Но змеи не в моём вкусе. Тем более у меня есть та, которую я представляю в своих объятьях.

Кстати, у нас всё же завтра свидание. Перенесли из-за поездки Державиных в Питер. Те отправились на скоростном поезде к своей родне в гости, и день точно выпадает.

И я уже знал, куда княжну пригласить. Свидание точно будет необычным и запоминающимся, я уверен в этом.

Дотягиваясь до смартфона, я вновь удостоверился, что сообщение от Ярика понял правильно. Оказывается, он подрядил на работу несколько лучших имперских бригад и в кратчайшие сроки завершил строительство аквапарка недалеко от Химок. И приглашал как раз завтра, в день открытия, меня с компанией оценить его детище.

Что ж, оценим и хорошенько отдохнём. Давно пора, а то в постоянной суматохе я уже начинаю забывать значения слова «отдых».

Вскочив с дивана, я отжался от пола более пятидесяти раз, затем вышел на пробежку, где меня встретил Пуля.

— Ну как там кобра? Голова у неё в порядке? — ослабился здоровяк, пыхтя рядом со мной и стараясь не отставать.

— Хорошо посидели? — улыбнулся я в ответ.

— А то! — хохотнул Пуля. — Я даже не знал, что девушки столько пьют! Хотя да, она не совсем девушка… Ну ты понял.

— Да, есть у неё такая черта, — кивнул я.

— Ты уж извини, там у тебя в баре ещё двух бутылок виски не достаёт, — прогудел Пуля. — Но я всё компенсирую.

— Да брось, мне ничего для друзей не жаль, — хмыкнул я.

— Настюха правда там в хлам просто. Захарыч её напоил. Так она, прикинь… рвалась к Долгопрудному, плакать начала. Типа он её любит, — засмеялся Пуля. — Но я тебе этого не говорил. Ты её не проболтайся смотри.

— Могила, — кивнул я, ускоряя бег.

Здоровяк кое-как догнал меня. Больше он не разговаривал. Лишь пыхтел, стараясь не сбить темп и дыхалку.

На девятом километре Пуля сдался, махнув рукой. После душа я вернулся к завтраку. Настюха была слегка опухшей, металась между плитой и столом, выставляя тарелки с омлетом. Захарыч болел, попивая из стакана рассол и прятал взгляд.

Болтал лишь Пуля, говоря, насколько нам повезло, что у нас такая сильная защитница в виде кобры. А когда вошла Вика, замолк, переключаясь на еду.

После завтрака мы отправились в сторону клиники, и я приступил к приёму пациентов. Сегодня у меня их было девять, зато все аристократы высшего сословия. Четыре князя, один княжич, две графини и два графа. И болячки у них были не очень серьёзные. По крайней мере для меня на текущем уровне.

Грипп с осложнением из-за вируса Гаусса, сыпь, острая кишечная инфекция, герпес и прочее.

В итоге я заработал сто двадцать очков опыта с учётом умножения.

/Текущий уровень: 16 (954640/1000000)/.

Осталось совсем немного до семнадцатого, который, вполне вероятно, будет завершающим. Что потом произойдёт с Системой? Как я буду расти дальше? Это я узнаю, когда получу уровень.

Хотя, может, будет ещё уровень?

Выкинув лишние мысли из головы, я направился в фамильный дом.

— Алексей! — услышал я рядом голос Виктории, которая ухватила меня под ручку. Машинально дёрнулся. — Я тут подумала. А может я поживу у тебя, пока не заработаю на нормальную квартиру. А то ютиться в той каморке мне уже надоело. И ещё. У тебя не будет свободных… хотя бы пары тысяч рублей?

— Это ещё зачем? Скоро зарплата, — улыбнулся я. — И можешь пожить у меня, да. На втором этаже места полно.

— Я хотела старушку свою отблагодарить, у которой жила, — спрятала взгляд Виктория-Небула.

— А ты меня начинаешь удивлять, — хмыкнул я, всмотревшись в поблёскивающие глазки своей спутницы. — Кровожадная кобра, лишившая жизни реципиента, откусывающая головы охранникам места силы, хочет отблагодарить бабушку, у которой снимала угол.

— Я не только снимала угол, — потупила взгляд Вика. — Она меня ещё кормила. Помогла укрыться. Я ею пользовалась, подчинила себе. В общем, это компенсация.

— Ты исправляешься? — удивился я.

— Я по-новому взглянула на жизнь прямоходящих, — улыбнулась Вика. — Назовём это так.

— Хорошо, — я достал смартфон, провёл несколько манипуляций. — Всё, я перевёл по твоему номеру.

— Пять тысяч? — удивилась Виктория, посмотрев на экран своего средства связи, затем перевела на меня взгляд. — Ого! Это много!

— Остальное — за то, что помогла уничтожить адских гончих, — объяснил я, широко улыбнувшись.

— Они и мне угрожали, если что, — буркнула Вика-Небула и выдала растерянную улыбку. — Но спасибо тебе, Лёш.

Мы добрались до дома. Вика отправилась на второй этаж, откуда из ванной послышался шум воды.

Ну а я развалился в кресле и вздохнул, всматриваясь в окно. Тоскливо без Карыча. Да и Шустрихи я не вижу. Хотя я видел собственными глазами, как её оперение вспыхнуло.

Ладно. Надо планировать, что делать завтра.

То, что я хотел сделать до открытия клиники, а точнее подтвердить ранг перед московской комиссией, у меня не вышло. Слишком много событий произошло, которые помешали это сделать. Ну а сейчас Лисовский напомнил, что через неделю дедлайн. Будто я без него не знаю.

И что-то мне подсказывало, что в этом случае лучше поторопиться, чтобы Лисовский не придумал очередную пакость.

Отправлюсь завтра.

Зашёл я на сайт записи на идентификатор, заполнил анкету.

«Ваша заявка подана. На рассмотрении» — прочёл я, затем кинул телефон на диван, падая рядом.

Смартфон пиликнул входящим сообщением. Затем заиграла мелодия входящего звонка. Странно, этот номер не записан в мою адресную книгу, но звонок я принял.

— Добрый вечер, Алексей Михайлович, — услышал я радостный мужской голос. — Завтра в девять утра ждём вас в Центральном здании гильдии лекарей.

— Так быстро? — удивился я.

— Комиссия уже собрана, идентификатор настроен, — сообщил оператор. — Уже два дня идут проверки с утра до вечера. Появилось окно на утро, поэтому поставили вас. Если вас не устраивает, то есть свободное окно через три дня, после обеда.

— Нет-нет, как раз всё устраивает, — согласился я.

— Предварительно оплатите госпошлину в размере пятисот рублей и заполните более подробную анкету у нас на сайте, — напоследок сообщил оператор. — Хорошего вечера. Не опаздывайте.

Всё же как вовремя я оставил заявку. Иначе дожидался бы ещё три дня, а там бы ещё что-нибудь произошло по срокам. Не стоит недооценивать Лисовского.

Я отправился в душ, постоял под прохладными струями, затем приготовился ко сну и заметил странный отблеск возле фигурок стражей. Он исходил точно не от них. К тому же я почувствовал чьё-то присутствие на уровне подсознания.

Сонливость как ветром сдуло. Я быстро преодолел расстояние до тумбы, всмотрелся в отблеск, и сердце наполнилось радостью. Он уже потух, зато вспыхнул силуэт Карыча, проступило его призрачное оперение, клюв, как всегда ироничный взгляд.

Затем пернатый материализовался.

— Прилично им досталось, — глубокомысленно изрёк питомец, затем весело взглянул на меня.

— Ты жив! — воскликнул я, подхватывая его на руки.

— Да куда ж я денусь-то, Лёха! — звонко засмеялся Карыч. — Ну не дави так, а то я опять отправлюсь на тот свет.

Я отпустил пернатого, и он перелетел на моё плечо.

— Ты просто не представляешь, где я был! — воскликнул он. — Я ж упал в болото и очутился в Ровене. Прикинь⁈ Но именно на Диком острове. Так мы называем отдалённое место, где водятся хищные слизни, призраки, выпивающие астральные оболочки, и прочая агрессивная тупая хрень.

— Как ты выбрался? — подбодрил я задумавшегося питомца вопросом.

— Да повезло. Скажем так, — прощебетал пернатый. — Успел свалить оттуда, когда меня уже пытался проглотить один очень наглый слизняк. Добрался до дворца Гроха. Но там, кстати, не было странника… Прошмыгнул мимо двух грифонов и виверн и умудрился немного испить нектара из Сердца мира. Боги, как же я возрадовался своему оживлению!

— А ты стал живее, — заметил я. — И более сильным, что ли.

— Посидишь в этой дыре — не так обрадуешься возвращению, — сладко причмокнул Карыч. — Мне больше здешние грачихи по душе. А вот по силе ты прав. Я зачерпнул не только энергию, их-хи-хи. И ещё парочку хитрых заклинаний.

Затем Карыч замер, будто в неживую фигурку превратился.

— Что случилось? — спросил я, поглядывая на него.

— Оп-пачки, а вот этого я от него никак не ожидал, — защебетал он. — Ты смотри, что происходит!

Питомец махнул крылом, и впереди меня вспыхнул астральный экран. Я заметил… Патрика! Он стоял на стремянке, оглядывался, будто прятался от кого-то и кряхтел, копошась над фонарём у входа в дом.

Я выскочил из дома, когда Патрик сворачивал стремянку.

— А ну-ка постой, — остановил я его, но садовник лишь кивнул и отправился в сторону сада. — Стой, а не-то хуже будет! Усыплю, и уже по-другому поговорим.

Патрик замедлился, затем положил сложенную стремянку на газон и что-то выкинул из кармана в заросли, сорвался на бег в сторону гостевого дома.

— Олег, задержи этого засранца! — крикнул я здоровяку, который показался во дворе.

Пулю не нужно было долго уговаривать. Натренированный нашими пробежками, он догнал садовника за домом, сделал подсечку, повалив на землю.

Подбегая, я увидел в руке Патрика миниатюрный разрядник.

— Тр-р-р-р, — затрещали электрода, касаясь шеи здоровяка.

— Ах ты говнюк! — выплюнул Пуля, содрогаясь, но пробил двоечкой по челюсти садовника, отключая его.

Я подскочил к вырубленному работнику, который уже зашевелился, пришёл в себя и дёрнулся.

— Куда? — зарычал Пуля, обхватывая его тощую шею могучей рукой и прижимая к земле. — Лежать!

— Алексей Михайлоувич, эт не то, что вы подумать, — побледнел британец.

— Говори всё, что задумал, или кто надоумил, — процедил я, приседая на корточки возле него. — И что выбросил в кусты.

— Мне нужен мани, много денег на билет в Британия, — признался с горечью в голосе Патрик. — Я скучать по родина. А тут ещё серьёзные пипл. Люди с такими деньгами…

— Кто нанял? — задал я следующий вопрос, прожигая его взглядом.

— Служба императора, вэри серьёзный люди, — забормотал садовник.

В итоге я вытащил из него всё что можно. Харитон Иваныч не унимается. Засёк вспышку активности и решил, значит, обложить меня следящими жучками.

— Ты снимешь всё, что прицепил, — сообщил я ему. — А потом вон из моего поместья. Увижу ещё раз — Олег тебе шею свернёт как цыплёнку.

— Ещё как сверну, ага, — многообещающе оскалился здоровяк.

Патрик закивал, вскочил и под присмотром Пули потопал в сторону фамильного дома.

— Шевели культяпками, продажная шкура, — подтолкнул его в спину здоровяк. — У тебя есть полчаса, чтобы снять всё это барахло.

Что ж, теперь надо быть с этими товарищами осторожней. Они не могут допрашивать меня, потому что я аристократ, да ещё и с хорошими связями. Слежка обломалась. Какой будет их следующий ход?

Они точно возьмут паузу. Возможно поставят датчики на «Ниву». Пуле надо будет сказать это, пусть проверяет каждый раз на посту охраны.

Я пробежался, затем встретил Пулю, который сообщил, что Патрик уже отправлен в долгое пешее за пределы поместья, и не без помощи Матвея и его людей. Затем я позавтракал в обществе коллег, слушая пафосную речь Захарыча о будущем клиники, и собрался в Центральное здание гильдии лекарей.

Двадцати минут не прошло, как Пуля подбросил меня к знакомому строению. Я прошёл внутрь, поднялся на второй этаж, и нехорошее чувство посетило меня. Как только увидел довольную рожу Лисовского, который расселся среди ещё пяти членов комиссии, среди которых были и две дамы, сразу и понял, что старикан что-то задумал.

Одного сообщения по знакомому номеру было достаточно, чтобы подстраховать себя от провала.

— Что же, проходите, Алексей Михайлович, — пригласил меня Лисовский. — Смелей, мы не кусаемся. Телефон и все металлические предметы выложите в ящик в углу.

Целитель махнул рукой на массивный стол с несколькими пластиковыми контейнерами.

— А теперь проходите в капсулу, и главное не нервничайте, — добавил Лисовский. — Тем более если вы уже целитель. Вам ведь нечего опасаться, верно?

Я вгляделся в самодовольное лицо этого старпёра и широко улыбнулся.

— Верно, Игорь Демидович, — я так же широко и злорадно улыбнулся в ответ, чем довольно сильно смутил целителя. — Я готов.

Взглянул я в сторону площадки, собранной из фрагментов тёмного металла с датчиками-антеннами по внешнему периметру, оглядел капсулу в центре, которая будто приглашала меня внутрь, распахнув механические дверцы.

Я зашёл в капсулу, двери с шипением закрылись. Через стекло я заметил, как антенны вспыхнули, от них потянулись нити энергии, добираясь до центра. Я погрузился в сияющее марево. На несколько секунд тело содрогнулось от мимолётной боли под сердцем, затем я почувствовал покалывание на кончиках пальцев, вроде остаточного заряда.

Сияние исчезло, а я проморгался, привыкая к привычному освещению.

— Вш-ш-ш-ш, — раскрылись передо мной двери, и я вышел наружу.

Мельком бросил взгляд на вспыхнувшее сбоку энерго-табло и обомлел. Вот же всё-таки Лисовский ублюдок. Мне хотелось придушить его своими руками.

«34» — таким был показатель моей силы.

Скорее всего капсулу собирали под меня, и где-то в ней точно спрятаны искажатели данных, либо на табло подаётся всего лишь одно значение. Как мне это доказать в данный момент — без понятия.

Лисовский праздновал долгожданную победу. Так ликовал, что аж выскочил из-за стола.

— Вот! А теперь внимательно посмотрите на мошенника! Я говорил вам? Говорил⁈ — тыкал он в мою сторону пальцем, обращаясь к сидящим за столом. — Лекарь третьего разряда — вот потолок этого негодяя! Целитель! Как же!

— Ваш идентификатор ошибся, — возразил я Лисовскому. — Его надо проверить и повторить процедуру.

— Нечего здесь проверять, барон Логинов! И так всё с вами ясно! — торжествующе воскликнул Лисовский, таращась на меня так, будто я какой-то террорист.

— Игорь Демидович, может и правда проверить? — тихо отозвалась деловая дама, с седой косичкой, собранной на голове.

— Инна Васильевна, вы мне не доверяете? Хотите оскорбить? — вытаращился на неё Лисовский. — Мои специалисты собирали идентификатор сегодня утром, в вашем присутствии.

— Инна Васильевна не хотела обидеть вас. Вам решать, вы же председатель комиссии, — взял голос пухлый мужчина в клетчатом пиджаке. — Но всё же капсулу можно и проверить. Полчаса мы потерпим.

— Эта капсула, с вашего позволения, изготовлена на одном из моих заводов, и качество её не подлежит сомнению, — холодно произнёс Лисовский. — Или что, вы хотите сказать, что я мог пропустить бракованный идентификатор на такую ответственную процедуру?

— Я не хотел этого сказать, — взгляд пухлого мужчины потух.

— Тогда голосуем, — Лисовский взглянул на меня, теперь уже не как на врага, а как на блоху, которая мешается у него под ногами. Презрительно и свысока. — Кто за то, чтобы признать показания действительными?

М-да, Лисовскому есть что праздновать. Другими словами — кто за то, чтобы признать меня шарлатаном и опозорить перед всей светской тусовкой, навешивая клеймо неблагонадёжного партнёра?

Разумеется, Меньшиков и Державин попытаются разобраться. Они не поверят Лисовскому. Но это нервы и время, на которое многие от меня отвернутся. Клинику прикроют, а меня могут даже посадить за мошенничество.

Комиссия нехотя поднимала руки, Лисовский был последним. Он ухмыльнулся, провожая меня вялым взглядом, когда я добрался до контейнера, в котором пиликнул мой смартфон.

Сообщение меня обрадовало. Я широко улыбнулся, отметив, как двери распахнулись настежь. Внутрь деловито, как к себе домой, зашли два спеца, сопровождая тихо шумящие левитирующие платформы, которые были нагружены кучей металлических фрагментов антенн, на одной из них я заметил стеклянные дверцы и стены с уплотнителями.

— Это чт-то… — запыхтел Лисовский, меняясь в лице. — Вы что себе позволяете, молодые люди? Это гильдия лекарей!

— Немедленно покиньте помещение! — бросил им пухлый мужчина.

— О нет, представление только начинается! — в дверях появился сияющий от счастья Ярик.