Глава 15

В таверне стоял привычный шум: посетители переговаривались, кто-то смеялся, а где-то слышался стук кружек. За окном день уже клонился к вечеру, и в зале начали зажигать масляные лампы. Я сидела за деревянным столом, погружённая в свои мысли, когда Валторис, сидящий напротив, нарушил тишину.

— Ты выглядишь лучше, оленёнок, — произнёс он с лёгкой улыбкой, наблюдая, как я ем.

— Еда помогает, — ответила я, отложив вилку и подняв взгляд на него. Его красные глаза на мгновение заворожили меня.

— Хорошо, что помогает, — тихо сказал он, откидываясь на спинку стула. Перед ним тоже стояла тарелка с мясом, хотя он и не прикасался к ней.

— Ты не ешь? — поинтересовалась я, указывая на его еду.

— Ем. Но редко, — ответил он спокойно. — Обычная пища не даёт мне силы. Хотя иногда она бывает... приятной.

— Значит, только кровь? — я всё-таки решилась спросить, хотя сама не знала, хочу ли услышать ответ.

Он усмехнулся, покачав головой.

— Не только. Мы можем есть обычную еду, чтобы выжить. Просто кровь придаёт нам больше сил. Она... насыщает иначе.

Я задумалась, прокручивая в голове его слова. Не заметив, как вздохнула, спросила:

— А расскажи мне о вампирах. Как вы живёте? Чем вы вообще занимаетесь?

Валторис на мгновение задумался, словно решая, стоит ли мне знать такие вещи. Затем его губы тронула лёгкая улыбка.

— Ну, во-первых, не все вампиры — монстры, как ты могла бы подумать. Мы живём в кланах. Каждый клан имеет свои законы, свои традиции. У нас есть лидеры, есть те, кто занимается обучением молодых, и те, кто заботится о взаимодействии с внешним миром. Мы долго живём, Лин, и нам важно сохранять порядок, иначе наша сила станет разрушительной.

— Значит, у вас всё строго? — спросила я, подперев подбородок рукой.

— Скорее, организованно. Если мы не будем следовать структуре, то превратимся в хаос. А хаос — это то, чего мы не можем позволить себе.

— А кровь? — я запнулась, но всё же решилась. — Вы берёте её у людей?

Он внимательно посмотрел на меня, словно изучая.

— Иногда. Но не всегда. Мы можем питаться кровью животных или пользоваться заранее оговорёнными соглашениями другими существами. Не каждый вампир таков, как в страшных историях.

Его голос был мягким, он рассказывал мне все, как маленькой. Но, учитывая, как мало я знала об этом мире, это было хорошо.

Я хотела задать новый вопрос, но дверь таверны внезапно распахнулась. Вошёл Солд. Его взгляд мгновенно нашёл меня, и я замерла. Сердце пропустило удар, а затем затрепетало в панике. Волна страха нахлынула так резко, что я едва успела прикрыть лицо руками, чтобы не смотреть на него.

— Лин? — его голос был обеспокоенным, но мне стало только хуже.

Я почувствовала, как Валторис напрягся напротив меня. Его спокойствие было неестественным, как и тот взгляд, который он бросил на анимага.

— Почему она тебя не боится? — спросил Солд, явно не понимая, что происходит. Он выглядел растерянно. Не думаю, что он планировал обнаружить меня в таверне. А если и так, то точно не думал увидеть веселящейся в компании вампира и трепещущей от страха от одного его вида.

— Лин, — Валторис положил руку мне на запястье. — Ты хочешь сделать так, чтобы страх ушёл?

Я кивнула, не поднимая головы.

— Тогда доверься мне ещё раз. — Его голос был мягким, но твёрдым. — Сделай то же, что делала со мной. Закрой глаза. Вспомни о том, что ты чувствуешь к Соду. Всё хорошее. Его запах, его руки, его голос. То, что он сделал для тебя.

Солд молчал, но его напряжение ощущалось даже через шум таверны.

Я закрыла глаза, стараясь сосредоточиться. Его тёплые карие глаза, его руки, которые так крепко держали меня тогда, его запах — успокаивающий и тёплый. Всё это вытесняло панику, уступая место ощущению безопасности.

— Получается? — спросил Валторис.

— Немного, — прошептала я.

— Тогда продолжай. Ты справишься.

Я открыла глаза, когда образ внутри, как мне казалось, был сформирован, но не сразу посмотрела на Солда. Сделала глубокий вдох, пытаясь собрать всё своё мужество, и, наконец, подняла взгляд на него. Он смотрел на меня, обеспокоенный, но терпеливый.

— Лин... — сказал он тихо.

К своему облегчению, я почувствовала тепло, а не страх.

Солд, заметив, что я больше не боюсь его, сразу подсел ко мне за стол, напротив Валториса. Его рука уверенно легла мне на плечо, затем обвила меня, притягивая ближе. Я ощутила его тепло, но тут же уловила, как он глубоко вдохнул мой запах. На мгновение я расслабилась в его объятиях, но затем почувствовала, как он напрягся.

— Ты вся пропахла вампиром, — глухо произнёс он, и в его голосе зазвучало едва скрываемое раздражение.

Я напряглась, не зная, что сказать, но Валторис, сидящий напротив, тут же вмешался, с ленивой усмешкой глядя на Солда.

— Это естественно. Она ведь теперь моя жена, — сказал он, слегка откинувшись на спинку стула и сложив руки на груди.

Солд нахмурился, его рука крепче сжала меня, но он старался не показывать своих эмоций. Не хочется думать, что он представляет в своей голове. Важно ли для него то, когда именно я стала женой вампира?

— А ты времени зря не теряешь, — сказал он, едва сдерживая гнев. — Я признаю твое право, но это не значит, что мне это нравится.

— Тебе и не должно нравиться, анимаг, — спокойно парировал Валторис, его красные глаза слегка сузились, но голос остался ровным. — Ты всё ещё её муж, так что радуйся, что она выбрала нас обоих.

Солд прищурился, его пальцы напряжённо сжались на моём плече. Я чувствовала, как напряжение между ними нарастает, и всё же его слова задели меня.

— Мне всё равно, кто ты, вампир. Я с ней с самого начала. И я не позволю тебе это забыть, — резко ответил Солд, не отводя от Валториса ледяного взгляда.

— А я не прошу тебя забывать, — с ленивой ухмылкой ответил тот, глядя на Солда так, будто наслаждался этой небольшой битвой. — Но ей сейчас важны мы оба. Или ты хочешь оспорить её выбор?

Я поймала взгляд Солда, полный противоречий, и осторожно коснулась его руки, пытаясь смягчить ситуацию. Меня начало откровенно раздражать, как они говорят обо мне при мне, но словно меня не замечая.

— Вы оба для меня важны, — тихо сказала я, стараясь, чтобы мой голос прозвучал твёрдо, несмотря на то, что сердце колотилось быстрее обычного. — Но мне не нравятся эти перепалки.

Солд глубоко вдохнул, пытаясь взять себя в руки, а затем посмотрел на меня, его взгляд потеплел.

— Ради тебя, Лин, я готов на всё, — сказал он, его голос стал мягче. — Даже терпеть его.

— Это взаимно, — лениво проговорил Валторис, отпив из своего бокала. — Ради тебя, оленёнок.

Напряжение немного спало, но я знала: эта борьба между ними далеко не закончена.

Солд, не дожидаясь приглашения, протянул руку к тарелке Валториса и, внаглую забрав её, заявил:

— Тебе эта еда всё равно ни к чему. Так что не обижайся.

Валторис прищурился, но ответил на этот выпад только ленивой усмешкой.

— Мне не нужно быть обиженным, чтобы знать, что у тебя нет манер, — заметил он, но спорить дальше не стал.

Солд только хмыкнул, возвращаясь к уже своей тарелке. Я осторожно посмотрела на обоих, но напряжения между ними, кажется, не было — скорее, это было их своеобразное общение. В любом случае, я сосредоточилась на своей еде, пытаясь не думать о странной динамике между моими мужчинами.

— Я думаю, ты готова завтра отправиться в клан, — сказал Валторис, откинувшись на спинку стула. Его красные глаза смотрели на меня спокойно, но мне показалось, что он уже принял решение.

Я замерла, поставив ложку на край тарелки. Готова? Нет, не готова.

— Мне кажется, что я ещё не готова, — сказала я, стараясь, чтобы голос звучал твёрдо. — Можно задержаться здесь ещё на день или два?

Валторис слегка склонил голову, задумчиво разглядывая меня, словно оценивал. Его взгляд, хоть и спокойный, заставил меня почувствовать, что я прохожу какую-то проверку.

Солд, напротив, кивнул сразу, хотя в его глазах мелькнула тень сомнения.

— Если тебе нужно время, мы останемся, — сказал он мягко, отложив вилку. — Я не буду тебя торопить.

Валторис чуть нахмурился, но затем медленно кивнул.

— Хорошо. Завтра мы останемся здесь. Но, оленёнок, долго медлить нельзя, — сказал он, прищурившись. — В клане ты будешь в безопасности, да и меня уже ждут дела.

Я кивнула, чувствуя благодарность за то, что они прислушались ко мне. Ощущение, что мне всё ещё нужно больше времени, чтобы прийти в себя, не покидало меня.

Внезапно дверь таверны с шумом распахнулась, и внутрь ворвался мальчишка лет восьми, босоногий, с ярко-рыжими вихрами. Его лицо сияло от восторга, а голос разносился по помещению звонким эхом:

— Ирлинги прилетели! Ирлинги! Видели бы вы их крылья!

Его глаза светились от возбуждения, и он кружился на месте, пока не заметил уголок нашего стола. Увидев Солда и Валториса, мальчишка тут же замер, словно налетел на невидимую стену. Радостное сияние сменилось осторожностью, почти страхом. Он быстро отвёл взгляд и, пятясь, бросился обратно к выходу.

Таверна на мгновение стихла, а затем снова загудела, словно ничего и не произошло. Я перевела взгляд на своих мужчин: Солд сидел с невозмутимым видом, но его рука чуть сильнее сжала мою талию, тогда как Валторис лишь лениво проводил мальчишку взглядом, на губах играла едва заметная усмешка.

— Ирлинги, — протянула я, чтобы разрядить тишину. — Кто они?

— Птицеподобный народ, — спокойно ответил Валторис. — Летают высоко, говорят загадками, а заодно считают себя выше всех на свете. И, пожалуй, часто бывают правы.

— У них и вправду огромные крылья, — добавил Солд, чуть расслабляясь. — Но близко к ним лучше не подходить. Они не такие милые, как кажутся издалека.

Я удивлённо посмотрела на них обоих. В их голосах звучало нечто похожее на осторожность, почти уважение. Теперь мне стало ещё любопытнее.

Когда мы доели и направились к домику, воздух заметно охладился, вечер накрывал поселение мягким сумраком. Я шла между Солдом и Валторисом, всё ещё переваривая события дня, когда мой взгляд привлекли странные фигуры, двигавшиеся по улице.

Ирлинги. Четверо. Высокие, изящные, с кожей, казавшейся почти прозрачной, как у фарфоровых статуэток, но с живым, тёплым оттенком. Их лица были аристократично правильными, с чёткими линиями скул и подбородков, а крылья — огромные, переливающиеся то серебром, то золотом, то угольным чёрным, как будто они вобрали в себя всё небо. Крылья слегка двигались, создавая вокруг них едва заметный поток воздуха, словно подчёркивая их чуждость всему земному.

Они шли спокойно, но каждый их шаг был полон внутренней уверенности, граничащей с высокомерием. Одежда была простой, но всё же изысканной, словно вышитой самими звёздами. Узоры на тканях, казалось, мерцали в такт их движениям.

Когда я встретила их взгляды — а каждый из них на мгновение задержался на мне, — я почувствовала лёгкий холодок, пробежавший по спине. Это был всего лишь миг, но он оставил во мне странное чувство. Они изучали меня так, как учёные изучают редкий экспонат.

— Это? — прошептала я, стараясь не смотреть им в след, хотя взгляд сам собой возвращался к их величественным фигурам.

— Ирлинги, — отозвался Солд. Его голос стал на удивление напряжённым. — Лучше держись от них подальше.

— Почему? — не удержалась я.

— У них свои законы, — произнёс Валторис, почти равнодушно, но я почувствовала в его голосе нотки настороженности. — И ты для них либо ничто, либо потенциальная угроза.