Глава 7

— Что? — не понимая, спросила я, оглядываясь.

— Эту ночь, — его улыбка была хищной.

— Вот так сразу? — удивилась я.

— Ну, если не хочешь, чтобы наш союз аннулировали, и чтобы я сжёг всё драконьим пламенем, которое ты мне добровольно распечатала обратно, — он улыбнулся ещё шире.

— Ты так не поступишь, — спокойно ответила я, будучи уверенной в своих словах на сто процентов. Не знаю почему, но я знала это точно.

— Не похожа ты на женщину, что меня пленила. Пахнешь иначе, — сказал дракон, его голос был холодным, но в нём чувствовалась искра интереса.

— А ты всегда нюхаешь тех, кто тебя пленит? — усмехнулась я, пытаясь не показать свою растерянность.

— Да, чтобы выследить и убить, — ответил он без капли юмора.

— Ну, я не прячусь, — пожала я плечами, будто эта угроза не заставила моё сердце ускориться.

— Ты собираешься родить ребёнка или будешь усыновлять эльфов? — вдруг спросил он.

— Какого ребёнка? Я не беременна, — отозвалась я, сбитая с толку.

— Ты моя жена, и я хочу знать, будут ли у нас дети, — его слова прозвучали с такой простотой, что я опешила и даже заморгала от удивления.

— Дети? Я думала, мы консумируем брак, и на этом всё, — призналась я, не понимая, к чему он ведёт.

— Так ты поступила с василиском? — в его голосе появились нотки насмешки.

Инстинктивно я дотронулась до нашей брачной метки, и она тут же потеплела, словно подтверждая мои чувства. Дракон это заметил и лишь хмыкнул.

— Любишь его, значит. Интересно. Не думал, что бесславно известная Оливия способна на любовь. А эльф тебя ненавидит, да и судя по его поведению, у него свободы нет от слова «совсем». Совершенно увлекательная семейка. А где сейчас василиск?

— Уехал по делам королевства, вернётся через пару дней, — ответила я спокойно.

— Без тебя? — его голос прозвучал так, словно он не мог поверить.

— Как видишь.

— Настолько ему доверяешь? — прищурился он, будто пытаясь понять меня лучше.

— Он мой муж, — просто ответила я.

Дракон хмыкнул ещё раз, не пытаясь скрыть свою усмешку.

— Если допрос окончен, встретимся за ужином, — заключила я, решив, что этого разговора достаточно на сегодня.

— В твоей спальне, жена, — сказал он с неприкрытым намёком.

Я лишь закатила глаза, понимая, что избежать близости не удастся. Что ж, похоже, на этот раз судьба выбрала дракона вместо эльфа.

Кстати о последнем. Интересно, как он поступит? Попытается ли сбежать с братом или мой финт с опекой всё же подействует, и лёд тронется? Эх, вряд ли. Каэль слишком горд и зол, чтобы так просто смириться с новым порядком вещей.

Хотелось есть. Мысль о том, что в некоторых случаях еду подавали с тел рабов, вызвала отвращение. Ну уж нет, такие традиции пора менять. Придётся тащить кого-то из гарема в постель для ужина, раз Вассо рядом нет.

Пошла в гарем. Как только я вошла, передо мной тут же возникли девять моих «футболистов». Забрала рыженького — он был милым, но теперь его взгляд больше не был полон страха, как раньше. С каким-то лёгким безразличием он двинулся за мной, без малейших сомнений, что этот вызов сулит ему нечто большее, чем просто ужин.

— Бери еду и тащи её ко мне в спальню, — коротко приказала я.

— Да, госпожа, — ответил он послушно.

Когда я дошла до своих покоев, он уже был там. Открыл дверь и тихо проскользнул внутрь, быстро размещая еду на постели и снимая с себя рубашку.

— Штаны оставь, — добавила я, глядя, как он моментально остановился.

— Да, госпожа, — эхом повторил он.

Безо всяких сомнений он залез в постель и устроился поудобнее. Гаремник, что с него взять? Хорошо натренированный, его явно не волновало, что происходит дальше. Может, наивный, может, просто дрессированный до автоматизма.

— Больше не боишься меня? — спросила я, вспоминая его более упрямый взгляд раньше.

— Госпожа в хорошем расположении духа, — сдержанно ответил он.

— Резонно, — признала я, усаживаясь на кровать рядом с ним и начиная есть.

Тишину нарушил звук открывающейся без стука двери. Вошёл Аарон, вопросительно посмотрев на рыжего, полураздетого парня в моей постели.

— А это кто? — с вызовом спросил он.

— Мой гаремник, — ответила я спокойно, продолжая есть.

— Решила размяться перед ночью? Или не втерпёж? — в его голосе звучал лёгкий сарказм, но не без интереса.

— Захотелось есть, — ответила я, не поворачиваясь к нему.

— Он тебя кормит? Ты сама не умеешь? — спросил он, присматриваясь к сцене.

Гаремник просто слился с постелью, напрягшись от присутствия дракона. Конечно, разумно: тот разговаривал с госпожой как с равной. Это выглядело совсем иначе, чем с другими мужчинами.

— Ты выбрал себе комнату? — решила я сменить тему.

— Да, выбрал, — кивнул Аарон, затем обернулся к рыжему. — Ты, недоразумение, пошёл вон.

Гаремник перевёл взгляд на меня, ожидая подтверждения приказа. Я кивнула, и он пулей вылетел из комнаты, забыв свою рубашку на полу.

Я вздохнула. Ну хотя бы еда осталась. Устроившись на кровати поудобнее, я продолжила есть.

— А за столом ты не можешь поесть? — спросил Аарон, присев на край кровати.

— Не трави душу, — бросила я, не объясняя, что имела в виду.

— Что? — удивился он, но не стал настаивать, просто присел напротив меня на кровать.

Мы некоторое время ели молча, и вдруг я решила задать вопрос, который давно крутился у меня в голове:

— Аарон, откуда у тебя все эти шрамы?

Он взглянул на меня поверх тарелки, его лицо на миг стало жёстче.

— Отталкивают?

— Нет, — я пожала плечами. — Ты хорош собой, и ты это знаешь.

— Обычно они отталкивают женщин, — тихо сказал он, глядя в пол.

— Странно, но у каждого свои вкусы, — ответила я, чувствуя, как его слова вызывают у меня желание узнать больше.

— Значит, я в твоем вкусе? — усмехнулся он, изучая моё лицо.

— Вполне. Так откуда они? — спросила я, глядя на Аарона поверх куска мяса, пытаясь прочитать хоть что-то в его глазах.

Он замолчал, обдумывая мой вопрос, потом взглянул на меня с лёгкоответилай усмешкой.

— Думаешь, это забавная история? — спросил он, не скрывая иронии.

— Нет, не думаю, — я спокойно, не отводя взгляда. — Просто хочу понять.

Он какое-то время молчал, явно решая, стоит ли рассказывать. В конце концов, тяжело вздохнул и заговорил:

— Однажды две очень злые женщины решили поиграть чужими жизнями, — начал Аарон с неприкрытой горечью в голосе, глядя на меня своими горящими огнем глазами. — Они решили, что они как боги, потому что в их телах было много магии. Но вместо того чтобы создать что-то хорошее, они выбрали другой путь — поставить мир на колени.

Он замолчал на мгновение, чтобы продолжить, и я почувствовала, как тяжесть его слов давит на меня.

— Я был одним из тех, кто боролся за свободу. За свою землю, за своих братьев и сестёр. Но, как видишь, дорогая жена, — он усмехнулся, но в этой усмешке было столько ненависти, что даже меня передёрнуло, — я проиграл. Теперь я принадлежу одной из этих двух женщин, уничтоживших почти всю мою расу.

Его голос был полон обвинений и неприкрытого презрения, как будто он говорил это, чтобы увидеть, как я среагирую. Но он злился на Оливию, а я Оля. И я его понимала.

— Как тебе моя история, Оливия? — закончил он, прищурив глаза.

— Думаю, что это… страшная история, — тихо произнесла я, пытаясь подобрать слова. — Но это не конец, Аарон.

Он хмыкнул, наклоняя голову чуть вперёд.

— Конечно, нет. Ведь я ещё жив. Пока. Но ты же не думаешь, что всё закончится тем, что я стану послушным мужем, верно? — его голос зазвучал с вызовом.

— Нет, — согласилась я. — Один послушный уже у меня есть. Пожалуй, с меня хватит.

Аарон чуть прищурился, его глаза светились странным интересом.

— Что-то с тобой не так. Я даже ненавидеть тебя искренне не могу.

— Почему? — нахмурилась я.

— Потому что не могу поверить, что это была ты. Хотя я видел тебя на поле битвы столько раз. Тогда ненавидеть тебя было легко. Но вот ты сидишь передо мной, и кажется, что это была не ты вовсе. И пахнешь иначе… цветами и домом. Раньше ты пахла землёй и кровью.

— Я помылась, — невозмутимо ответила я.

Он рассмеялся, слегка запрокинув голову.

— Нет.

— Уверяю тебя в этом.

— Ты забавная. Это тоже странно. Не требуешь называть себя «госпожой» наедине, не смотришь с презрением. И когда ты нас схватила, сказала, что чешуйчатые тебя не интересуют. Так оно и было. Ты смотрела на меня, как на грязь под своими ботинками. И на василиска своего тоже. А теперь смотришь с женским интересом… как на мужчину. И василиска своего, похоже, полюбила.

— Когда ты меня видел, у меня были месячные, — усмехнулась я. — Сейчас нет, вот и добрая.

Аарон посмотрел на меня с явным изумлением, словно не веря, что я вообще могу говорить о таких вещах. Но мне не было стыдно. Что он ждал? Я тоже не была готова к таким откровенным разговорам с драконом.

— Может, зачать тебе ребёнка, чтобы ты всегда была доброй? — усмехнулся он.

О, а в такие игры, оказывается, мы можем играть вдвоём.

— Что ты заладил «ребёнок», «ребёнок». Ты же меня ненавидишь, забыл? Зачем тебе от меня ребёнок? — я посмотрела на него в упор, ожидая ответа.

— В тебе просто прорва магии, ты легко выносишь дракона, — продолжил Аарон, его голос стал немного мягче, но всё ещё оставался с нотками вызова. — Да и как ты знаешь, моя раса вымирает.

— И что? На одного больше будет? — усмехнулась я.

— Почему на одного? Я готов работать над этим вопросом с завидной регулярностью, — его губы скривились в хитрой улыбке.

— Хочешь, чтобы я родила обратно всю твою популяцию? — фыркнула я, но его серьёзность меня немного насторожила.

— Почему бы и нет? — Аарон ответил так спокойно, что я чуть не подавилась.

— Отличный план, но я пасс.

— Значит, только эльфы? — его глаза сузились, и я уловила тень ревности в его голосе.

— Значит, я пока не готова к детям, — сказала я более твёрдо.

Он кивнул, словно обдумывая мои слова.

— Я подожду. Но сегодня ты всё равно станешь моей. Какая ирония, правда? Ты поимела меня на поле битвы, а я поимею тебя в постели.

— И тебе даже противно не будет? — спросила я, чувствуя, как его магия вокруг меня накалилась, создавая напряжённую атмосферу.

Он приблизился ко мне резко, с силой, совсем не как Вассо, который двигался грациозно, почти как тень. Аарон был как танк — мощный и неудержимый. Его рука медленно заправила прядь моих волос за ухо, затем он мягко поднял мой подбородок, заставив меня посмотреть прямо ему в глаза.

— Вот это и странно, Оливия, — сказал он, его голос стал почти шёпотом, но вибрации его слов ощущались всем моим телом. — Мне хочется смять твои губы поцелуем, а должно хотеться свернуть шею.

— Что ж, для первой брачной ночи довольно распространённое желание, — усмехнулась я, стараясь скрыть своё напряжение. — Я про поцелуй, хотя тут, знаешь, у кого как, конечно.

Аарон наклонился чуть ближе, его лицо было совсем рядом, глаза ярко блестели.

— Знаешь, что я подумал? — сказал он, хищно улыбаясь.

— Узнаю, когда скажешь, — я старалась держаться спокойно, но ощущала его энергию вокруг себя, как магическую сеть, готовую сомкнуться.

— Мы не будем откладывать консуммацию, — его голос стал ещё ниже, почти рычащий. — Сделаем это сейчас.

Прежде чем я успела ответить, он одним резким движением смахнул поднос с едой на пол с оглушительным звуком. Всё разлетелось по комнате, но это его не волновало. В одно мгновение он подмял меня под себя, нависая сверху, но ничего не делая. Его тело было близко, горячее и сильное, но он не двигался, словно ожидая моего ответа.

— Хочешь узнать, какие желания останутся после секса? — спросила я, стараясь удержать остатки самообладания.

— Мне досталась умная жена, — тихо проговорил он, усмехнувшись. — Хорошо.

И прежде чем я успела что-либо добавить, он смял мои губы в жёстком, требовательном поцелуе. Это было не ласка, а захват, грубый и намеренный. Я услышала хруст ткани и поняла, что он разорвал мои лосины, не прикладывая особых усилий. Ещё мгновение — и трусики тоже отлетели в сторону. Тунику он не трогал.

Да и куда ему. Время словно шло на секунды. Казалось, если он не овладеет мною прямо сейчас, то кто-то из нас умрет. Его язык властно проник в мой рот, такой же грубый и требовательный, как и сам Аарон. Я вцепилась в его плечи ногтями, пытаясь удержаться в этом вихре, и вовремя — с рыком, как дикий зверь, он вогнал в меня свой член. Без прелюдий и лишних ласк, растянув меня под себя, он заполнил меня целиком, и я застонала от внезапного, почти болезненного наполнения. Отчаянного, жадного.

Одной рукой он опёрся возле моей головы, а другой вцепился в мои бёдра, яростно вколачиваясь в меня, рыча с каким-то первобытным гневом. Я едва могла дышать, каждая фрикция выбивала из меня сознание. Но с каждым его движением внутри меня разгоралось драконье пламя, словно он накачивал меня им.

Секунда и я замерзаю. Он вышел отстранился и кажется я разочарованно всхлипнула.

Он перевернул меня на живот. И снова покрыл собой. На этот раз мои волосы на его кулаке и он тянет на себя, заставляя меня прогнуться. И начинается новый раунд. Его дикий темп, мои крики от смешения удовольствия с какой-то сладостной болью, его звериный рык и сочные шлепки от нашего соития.

— Аарон! — простонала я, чувствуя, что оргазм вот-вот накроет меня.

— Давай, Оливия, кончи для меня, подо мной, — прохрипел он.

И я сорвалась. Моё тело сжалось в сладостной судороге, спазмы охватили влагалище, сжимая его член ещё сильнее. Аарон резко притянул меня за волосы ближе и впился зубами чуть ниже шеи, и, несмотря на внезапную боль, удовольствие быстро вернулось и стало таким сильным, что я совершенно потеряла себя. Оргазм накрыл меня волной, тело содрогалось, когда Аарон резко вышел, и что-то тёплое потекло по моей пояснице и ягодицам. Смутно поняла, что он тоже кончил. Аарон отпустил мои волосы и я повалилась на кровать все ещё немного содрогаясь. Он что-то сделал и спина стала сухой. Магия, поняла я где-то на задворках сознания. А потом кровать прогнулась рядом со мной.

Я всё ещё не могла пошевелиться, но мне и не надо было. Аарон потянул меня к себе, удобно устраивая на своей груди, словно это было его право — заботиться обо мне после того, как он меня взял.

— Ты укусил меня, — пробормотала я, слабо пытаясь понять, что произошло.

— Я сделал то, что делают драконы со своими женами, — спокойно ответил он, словно это была обыденность.

— Что? — недоумённо спросила я.

— Соединил наши души, — его голос звучал, как будто это не требовало объяснений.

— Зачем? — спросила я, удивлённая и крайне озадаченная.

— Потому что ты моя жена, Оливия. Таков ритуал брачной ночи с драконом. Теперь любой дракон будет знать, чья ты. А я смогу найти тебя где угодно. Даже если твоя душа покинет тело, я все равно ее найду.

— Присвоил меня, значит, и будешь кусать дальше? — выдохнула я, пытаясь принять эту информацию.

— Только если попросишь, — его голос был низким, почти хищным.

— Ты решил свою дилемму? — спросила я, вспомнив его слова о том, что он хотел одновременно поцеловать меня и свернуть шею.

— Я решил совместить, — он усмехнулся. — Ты такая чувственная, — продолжил он, его рука скользнула по моему телу, — так хорошо отзываешься на ласку. Даже драконью.

Он снова поцеловал меня. Грубо, как и раньше, но в этот раз мне, кажется, уже нравился его стиль. Этот прожжённый воин был совсем не таким, как мой василиск. Раньше я думала, что они чем-то похожи, но сейчас понимала — они абсолютно разные.

Когда мы оделись, а Аарон магией собрал осколки с пола, в дверь постучали. И не дожидаясь разрешения, вошли. Это был Каэль, с ним рядом стоял Лигаэль.

— О, а вот и наш сын, — хмыкнул дракон, глядя на них с лёгкой усмешкой. Каэль же посмотрел на него с непониманием.

— Каэль, это Аарон. Мой третий муж, — пояснила я, чтобы не было вопросов. — Что ты хотел?

— Я приму ваши условия, госпожа, — ответил он, не проявив никакого интереса к дракону. Его голос был твёрдым, но в глазах всё ещё светилась недоверчивость. — Я возьму брата под опеку и внесу его в свою клятву.

Я подала ему нужный камень. Каэль сжал его в руке, готовясь произнести клятву.

— Почему передумал? — спросила я, наблюдая за его решимостью.

— Я не передумал, госпожа. Я прекрасно понимаю, что вы будете пытать меня через его жизнь или боль. Я готов на это, — в его голосе не было страха, но была глубокая горечь. — Я понял, что если я откажусь, то не смогу ему помочь.Потому что вы увезете его и возможно, я никогда больше его не увижу.

Я устало прикрыла глаза рукой. Интересно, все эльфы такие? Или это мой личный баланс — к обалденному василиску и шикарному дракону?

— А ты странный, — хмыкнул Аарон, взглянув на Каэля с интересом. Я была согласна с его оценкой.

— Начинай, — махнула я рукой, не желая тянуть время.

Каэль сжал камень, и тот засветился, когда он принял опеку над Лигаэлем, вписывая его в свою клятву. Я кивнула, удовлетворенная.

— Можешь снять браслет с его руки.

— Благодарю, госпожа, — сказал Каэль, снимая ограничитель с Лигаэля. — Позволите ему жить в моей комнате?

— Как хотите, — я вздохнула. — А теперь идите. Мы поговорим о тебе и твоем брате завтра. Сегодня отдыхайте.

Они поклонились и вышли. Как только дверь за ними закрылась, я задумалась и, вспомнив ловкие манипуляции Вассо, спросила:

— Не хочешь запереть дверь? — У меня всё ещё не было навыков в магии, и я боялась, что могу сжечь дверь или заварить её навсегда, если попытаюсь.

Аарон кивнул и щёлкнул пальцами. В воздухе мелькнула сеть магии, и дверь на мгновение засветилась, а затем всё исчезло.

— Захотела побыть со мной наедине ещё? — с лёгкой усмешкой спросил он, наблюдая за мной.

— Сегодня наша ночь, так что почему бы и нет, — улыбнулась я. — Тем более надо же получше узнать того, кто связал мою душу со своей.

— Логично, — согласился Аарон, его глаза блеснули с хитрым огоньком. — Давай тогда знакомиться.

Он сел в кресло и резким движением притянул меня к себе, усаживая верхом. Его руки уверенно обхватили моё тело, одна из них скользнула по груди, чуть сжав.

— Оливия, моя новоиспечённая жена, — пробормотал он, вдохнув мой запах. Его ноздри затрепетали, а глаза прищурились от удовольствия. — Пахнешь так, что член сам собой встаёт.

Я фыркнула, но не могла скрыть легкой улыбки от его прямоты.

— Почему эльф такой странный? — неожиданно спросил он, хмурясь.

— Я убила всю его семью, кроме брата. Вот он меня и ненавидит.

— Зачем? — его вопрос прозвучал резко и неожиданно.

— Зачем что?

— Убила зачем, — повторил он, глядя мне в глаза с подозрением.

Я вдруг растерялась. И правда, зачем? В памяти всплывали обрывки: чтобы он потерял связь с родом, чтобы ему не к кому было возвращаться, чтобы насладиться его болью. Причин было много, но…

— Причин было много, — ответила я как можно твёрже, хотя сама не была уверена в этом.

— Главная в том, что ты этого не делала, — спокойно произнёс Аарон.

— Почему? В каком смысле «не делала»? — недоверчиво спросила я, моргнув от удивления.

— Я связал наши души, — напомнил он, скользнув рукой по моему телу. — Забыла уже? Твоя душа чиста перед этой трагедией. Ты даже приказа такого не отдавала. Интересно, да?

— Ты решил меня проверить? — нахмурилась я, начиная осознавать, к чему он ведёт. Вживил в меня детектор лжи, каков дракон!

— Познакомиться, как ты и предложила, — усмехнулся он.

— Хорошо. Но он всё равно будет ненавидеть меня. Вот такой этот эльф.

— Такой слепой? — его взгляд стал более задумчивым, словно он размышлял над своими словами.

Я вспомнила, как василиск тоже назвал его слепым, и молча кивнула.

— Кто был второй дракон, схваченный вместе с тобой для королевы? — спросила я, надеясь сменить тему.

— Мой друг, — его голос стал более холодным. — Ты знаешь его судьбу?

— Нет. Во всяком случае сейчас не знаю, — призналась я, чувствуя неприятное напряжение в воздухе.

Аарон смотрел на меня с любопытством, но без гнева. Это даже непривычно было. А его руки продолжали ласкать мое тело. А потом я снова услышала треск ткани.

— Зачем? — спросила я, понимая, что он разорвал новые лосины. Я, конечно, очень богата, но что за расточительство?

— Хочу насадить тебя на свой член, — просто ответил он… и насадил под мой глубокий стон.

— Я думала, мы знакомимся, — сказала я выгибаясь от удовольствия.

— У нас перерыв. Ты меня слишком сильно возбуждаешь, — сказал он и приподнял меня на себе, а потом насадил еще глубже, вырывая новый стон. — Хороша…

Надо ли говорить, что больше вопросов никто не задавал до самого утра. Проснулась я настолько сытая и довольная, что даже двигаться не хотелось. Подо мной лежала совершенно раскаленная, сопящая «печка», которая надежно удерживала меня своей стальной хваткой. Но стоило мне начать ворочаться, как печка проснулась.

— Доброе утро, жена, — сказал он, притягивая меня для поцелуя.

— Доброе, Аарон.

В этот момент в дверь спальни требовательно застучали. Потом кто-то дернул за ручку, не смог войти и начал стучать гораздо настойчивее.

— Или не очень доброе…