Глава 19

Я думала, что наше противостояние с Лорелией растянется на годы, но один день изменил всё.

Утро началось совершенно обычно: я завтракала с мужьями, обсуждала с Кейзом, какие новые шаги стоит предпринять для укрепления наших реформ, Лис шутил что-то из разряда «давай их всех переубедим за пару недель», а рыжики спорили о том, как правильно собирать грибы в лесу. Всё шло своим чередом, пока не принесли письмо.

— От кого? — спросил Лис, наливая мне чай.

— Лорелия, — ответила я, разворачивая конверт.

На секунду в комнате повисла напряжённая тишина. Мужчины замерли, ожидая, что я скажу дальше.

— «Акт примирения», — прочла я вслух. — Она приглашает нас всех… в гости.

— Что? — Кейз нахмурился, переглянувшись с Лисом. — Зачем?

— Пишет, что хочет пригласить на примирительную игру в ломи. Говорит, что так мы можем наладить отношения.

— Ломи? — фыркнул Алан. — Это забавная игра с мячом на траве. Довольно безобидная.

— Мы идём? — спокойно спросил Вернер, но в его голосе сквозило напряжение.

— Я… не уверена, — честно призналась я.

Я отправила письмо Ровене, надеясь на её мудрый совет. Ответ пришёл быстро:

«Если Лорелия готова идти на мировую, это нужно использовать. Это может быть важным шагом. Но будь осторожна, Виолетта».

Скрипя сердцем, я согласилась.

* * *

Её дом оказался таким же величественным, как и она сама. Высокие своды, мраморные колонны, идеально ухоженные сады — всё кричало о статусе. Нас встретила сама Лорелия, одетая в элегантное платье, её улыбка была натянутой, но лицо сохраняло маску доброжелательности.

— Виолетта, рада видеть вас… и ваших мужей, — сказала она, слегка кивнув.

— Благодарю за приглашение, Лорелия. Это важный шаг, — ответила я, стараясь быть как можно более дружелюбной.

— Это важный день для всех нас, — добавила она.

Нас провели в сад, где были подготовлены площадки для игры. Я никогда раньше не играла в ломи, но уже через несколько минут поняла, что это похоже на гольф, только вместо мячиков использовались тяжёлые металлические шары, а вместо лунок — специальные кольца, расположенные на разных уровнях. Игра требовала точности, силы и, как я поняла, немалой сноровки.

— Вы когда-нибудь играли, Виолетта? — спросила Лорелия, наблюдая за мной с лёгкой улыбкой.

— Нет, но всегда готова попробовать что-то новое, — ответила я.

Мои мужчины тоже участвовали. Они быстро разобрались с правилами и начали с интересом соревноваться между собой. А я же… не то чтобы старалась выиграть. Для меня этот день был скорее проверкой.

Лорелия, казалось, ловко держала марку, но я чувствовала в её взгляде что-то настороженное. Игра шла спокойно, но что-то в атмосфере подсказывало мне: это только начало.

Через несколько часов, когда игра перешла в стадию перерыва, нас пригласили на лёгкий перекус с напитками. Всё шло довольно спокойно: мужчины обменивались шутками, я слушала, как Алан и Нейл обсуждают свои удачные удары, а Лорелия излучала показное радушие. И вдруг появилась она.

Далия.

Та самая Далия, которая пыталась забрать дело у Каира, а потом приходила в мой дом, чтобы выяснить отношения, когда у неё ничего не вышло. Её появление вызвало у меня мгновенный всплеск эмоций: смесь злости, ревности и настороженности.

Её взгляд моментально упал на Каира. Она слишком явно рассматривала его, словно оценивая. И в этом взгляде читалась одновременно злость и одержимость.

— Здравствуй, мама, — сказала она, подходя ближе. Её голос звучал мелодично, но я слышала в нём что-то холодное. — Ты не представишь меня своим гостям?

— Конечно, Далия, — улыбнулась Лорелия, но её улыбка казалась слегка напряжённой. — Это Виолетта, иномирянка, и её мужья.

— О, я наслышана, — произнесла Далия с той же холодной улыбкой, её взгляд снова вернулся к Каиру. — Вы привели их всех? Как необычно.

— Не только необычно, но и крайне удобно, — ответила я сдержанно, заставляя себя улыбнуться. — Мы ведь с вами уже знакомы, дрона. Или вы забыли, как вторглись в мой дом с претензиями?

— О, такой пустяк, я думала вы уже забыли. Прошу, давайте начнем все с начала. Я слышала, вы большая любительница все менять.

Каир стоял рядом со мной, слегка напрягшись. Я видела, как он избегает её взгляда. Это только усиливало мою злость.

— Каир, — вдруг произнесла она. — Как давно мы не виделись.

Он молча кивнул, явно не желая затягивать разговор.

— Как поживаешь? Всё так же любишь дерево? Или теперь есть новые увлечения? — продолжала она, её голос был почти сладким, но в глазах горело что-то недоброе.

— Я занят восстановлением мастерской, — коротко ответил он. Я заметила, как в его голосе прозвучал едва сдерживаемый холод.

— Замечательно, — её тон был издевательски-вежливым. — Я слышала, ты довольно ловко набираешь обороты. Это… забавно.

Её слова заставили меня невольно податься ближе к Каиру.

— Его дело процветает, как и его талант, — спокойно произнесла я, не позволяя себе вспыхнуть. — Он много работает, и его работы уже находят своих клиентов.

Далия усмехнулась, окинув меня взглядом.

— Это впечатляет, — произнесла она, но её тон был явно неискренним.

Лорелия наблюдала за нами с интересом, но не вмешивалась. Однако её глаза блеснули, когда она заметила, как я встала рядом с Каиром, едва касаясь его плеча.

— Не хотела бы ты вернуться к игре, Виолетта? — предложила Лорелия, наконец разрывая напряжённый момент. — Нам предстоит ещё несколько раундов.

— Конечно, — ответила я, стараясь не выдать раздражённости. Но внутри меня всё кипело. Далия, кажется, специально пыталась задеть меня и Каира.

Мы вернулись к игре, и всё шло вполне нормально. Мужчины сосредоточились на своих ударах, я старалась держаться рядом с Лисом и Кейзом, чтобы чувствовать себя увереннее. Но напряжение всё же витало в воздухе. Особенно когда взгляд Далии время от времени скользил в сторону Каира.

Прошёл примерно час, когда вдруг раздался женский крик. Пронзительный, полный ужаса.

Все мгновенно замерли.

— Что это? — прошептала я, оборачиваясь на звук.

— Оттуда! — Кейз указал в сторону ближайшего заросшего участка.

Не раздумывая, мы побежали. Лорелия, её мужья, мои мужчины и другие гости устремились к источнику звука.

Крик продолжался, и когда мы, наконец, добрались до места, перед нами предстала сцена, от которой у меня похолодело внутри.

Далия стояла в разодранном платье, её лицо было искажено ужасом. Она дрожала, всхлипывала и судорожно прижимала руки к груди. Рядом с ней стоял Каир. Его лицо было мрачным, а взгляд напряжённым.

— Он! — вскрикнула Далия, указывая на него дрожащей рукой. — Он напал на меня! Хотел изнасиловать!

Мой взгляд метнулся к Каиру.

— Это ложь! — жёстко отозвался он. — Я ничего не делал!

— Ты поднимешь голос на мою дочь? — раздался голос Лорелии. Она подошла к Далии и обняла её, словно защищая. — Она напугана до полусмерти, а ты смеешь кричать?

— Дрона, — сдержанно проговорил Каир, его голос был полон гнева, но и отчаяния. — Я никого не трогал.

— Это её слово против твоего, — отрезала Лорелия, её глаза блеснули холодным гневом. — Ты дроин, и после того, как вам дали свободу, вы все становитесь необузданными зверями. Это закономерно.

— Я не нападал на неё, — повторил Каир, глядя прямо на неё. — Она врёт.

— Врёт? — её голос стал ледяным. — Ты смеешь утверждать, что моя дочь лжёт?

Я чувствовала, как меня охватывает ярость. Мой взгляд остановился на Далии. Она выглядела слишком наигранно, слишком тщательно изображала страх.

— Каир был со мной всего несколько минут назад, — заявила я, делая шаг вперёд. — Он не мог…

— Ты это видела? — перебила меня Лорелия.

Я замолчала, понимая, что была недостаточно близко, чтобы подтвердить его слова.

— Это решит суд, — продолжала она, всё ещё обнимая свою дочь. — И я потребую, чтобы он был наказан по всей строгости.

— Лорелия, — начала я, сдерживая гнев. — Вы собираетесь судить человека только на основании слов?

— Это его слово против её, — холодно повторила она. — И как ты думаешь, кому поверят?

Мои мужчины собрались вокруг, их лица были напряжены, а в глазах читалась готовность вмешаться. Кейз положил руку мне на плечо, словно призывая к спокойствию.

— Я не позволю забрать Каира, — сказала я, твёрдо глядя на Лорелию. — Если вы хотите суда, мы пойдём в совет, и я докажу, что ваша дочь лжёт. А потом уже решим, кого именно будут судить.

Далия тут же залилась наигранными слезами, глядя на свою мать. Её голос дрожал, а тело тряслось так, будто она пережила невообразимое.

— Это всё из-за вас, — прошептала она сквозь всхлипы, глядя на меня. — Вы дали ему слишком много свободы, и вот результат!

— Хватит, Далия, — твёрдо сказала я, не собираясь играть в её спектакль. — Мы решим это цивилизованно.

Лорелия вздёрнула подбородок, её взгляд пылал ледяным презрением.

— Вы отправите его домой, а я займусь этим делом сама. Это дроин, он должен быть наказан, — сказала она холодно.

— Нет, — ответила я твёрдо. — Мы идём в совет. Пусть они решат.

— Ты не осознаёшь, что делаешь, — прошипела Лорелия, её лицо исказилось от гнева.

— Осознаю, и именно поэтому настаиваю на справедливом разбирательстве, а не на показательных расправах.

Мои мужья напряглись, их взгляды говорили, что они готовы защищать меня и Каира любой ценой. Но я знала, что дело требует другой стратегии.

— Идите домой, — обратилась я к ним мягко, но твёрдо. — Все, кроме Каира.

Кейз хотел возразить, но его взгляд встретился с моим, и он кивнул, хотя и нехотя.

— Как пожелает дрона, — сказал он, обнимая меня на прощание.

— Береги себя, — прошептал Лис, осторожно коснувшись моей руки.

Когда они ушли, напряжение в воздухе стало почти осязаемым. Лорелия всё ещё обнимала свою дочь, а Далия выглядела так, будто собиралась разразиться новой волной слёз.

* * *

Совет собрали молниеносно. Уже через несколько часов нас с Каиром вызвали для разбирательства.

Мне не дали возможности поговорить с Каиром наедине, но это и не требовалось. Я видела в его глазах спокойствие и уверенность, а значит, он знал, что я не отступлю.

Лорелия пришла с Далией, их лица были напряжёнными, но абсолютно уверенными в своей правоте. Я же чувствовала только раздражение от того, что всё это было фарсом.

Когда мы вошли в зал, я сжала руку Каира в знак поддержки, а затем направилась к своему месту. Сегодня я должна была доказать, что правда на нашей стороне.

Совет собрался в главном зале. Помещение было огромным, с высокими сводчатыми потолками и массивными колоннами по бокам, будто сама архитектура давила на присутствующих, подчёркивая серьёзность происходящего. Огромный овальный стол занимал центр комнаты, за которым уже сидели члены совета. Их взгляды были сосредоточены, выражения лиц — напряжёнными и настороженными.

В комнате стояла тяжёлая тишина, нарушаемая лишь шёпотом нескольких дрон, обсуждающих детали дела. Члены совета избегали смотреть друг другу в глаза, словно боялись, что любая неверная эмоция выдаст их мнение до начала обсуждения. Атмосфера была накалённой, будто каждый ожидал, что вот-вот произойдёт что-то ещё более серьёзное.

На краю зала стояли несколько дроинов-охранников, они были неподвижны, как статуи. Их присутствие служило напоминанием о том, что даже здесь безопасность не гарантирована.

Я оглядела зал, заметив, как Лорелия сидела ближе к центру стола, рядом с ней — Далия, которая всё ещё выглядела встревоженной, а скорее изображала эту встревоженность, опустив глаза и сжимая платок в руках. Лорелия смотрела прямо на меня, её взгляд был ледяным и полным презрения.

Каир стоял рядом со мной, его лицо было бесстрастным, но я чувствовала напряжение, которое он сдерживал изо всех сил. Его плечи были расправлены, он держался уверенно, но в воздухе витала угроза, которую невозможно было игнорировать.

Ровена встретилась со мной взглядом и едва заметно кивнула. Я знала, что она на моей стороне, но это не избавляло от нервозности. Остальные члены совета смотрели на нас, словно взвешивая, кто из нас выживет в этом конфликте.

Голос председательницы совета, дроны Селены, прозвучал властно, привлекая всеобщее внимание:

— Сегодня мы собрались для разбирательства. Обвинение в адрес дроина Каира выдвинула дрона Лорелия, утверждая, что он совершил нападение на её дочь, дрону Далию. Мы рассмотрим дело объективно, без предвзятости, чтобы вынести справедливое решение.

Её слова прозвучали как приказ всем присутствующим, и зал вновь наполнился напряжением. Я выдохнула, собираясь с мыслями. Это будет долгий день.

Селена подняла руку, призывая к тишине. Её строгий взгляд заставил шум в зале утихнуть.

— Дрона Далия, расскажите, что произошло, — начала она, глядя на девушку, которая казалась потрясённой и убитой горем. Её руки дрожали, а взгляд метался, словно она пыталась удержаться от слёз.

— Это было… ужасно, — начала Далия, вытирая глаза платком. — Я хотела забрать один из мячей для игры. Каир предложил помочь мне, и я согласилась. Я ведь думала, что он просто вежливый и уважительный, но…

Она закрыла лицо руками, театрально всхлипывая, заставляя присутствующих затаить дыхание.

— Он как будто изменился. Вдруг стал агрессивным, начал рвать моё платье и говорить, что я должна быть его. Что теперь, когда дроины свободны, никто его не остановит. Я кричала, но никто не пришёл сразу…

В зале раздался шум — кто-то ахнул, кто-то зашептался. Я закатила глаза, борясь с желанием громко вздохнуть.

— Спасибо, дрона Далия, — произнесла Селена. — Дроин Каир, изложите свою версию событий.

Каир сделал шаг вперёд. Его лицо оставалось спокойным, голос твёрдым.

— Дрона Далия попросила меня помочь донести мячи для игры. Её просьба не выглядела странной, поэтому я согласился. Мы зашли в сарай, она обернулась ко мне и сказала, что не потерпит, чтобы я мешал её фавориту. Потом начала рвать своё платье и закричала.

В зале снова поднялся гул. Далия вскрикнула, её голос прорезал пространство, заставив замолчать даже самых шумных.

— Это ложь! Вы все знаете, что дроины необузданные, — почти кричала она. — Он хочет выставить меня виноватой, чтобы защитить себя! Это типичное поведение для таких, как он!

Селена подняла руку, снова наводя порядок.

— Тихо! — её голос был строгим.

— Дроинам нельзя доверять свободу. Этот случай доказывает, что мои слова были верны, — резко произнесла Лорелия, скрестив руки на груди. — Каир — типичный пример того, что происходит, когда мы даём им хоть немного воли.

Я поднялась, не выдержав больше этого спектакля.

— Случай доказывает лишь то, что Далия пойдет на что угодно, лишь бы добиться желаемого, — холодно ответила я, глядя прямо на Лорелию. — Каир — не вещь, Далия. Ты играешь судьбой живого человека.

В зале снова стало тихо. Лица дрон были полны разных эмоций — от задумчивости до открытого раздражения. Селена прищурилась.

— Мы не можем выносить решение на основе слов. Нужны доказательства, — проговорила она. — Были ли свидетели? Кто был рядом?

Я знала, что сейчас начнётся настоящая борьба, но была готова к этому.

— Свидетелей не было.

— Позвольте мне задать вопросы дроне, — обратилась я к Селене.

Селена слегка наклонила голову, внимательно изучая меня, затем махнула рукой.

— Хорошо, Виолетта. Задавайте свои вопросы, — разрешила она.

Я подошла ближе к центру зала, скрестив руки на груди, и посмотрела прямо на Далию. Она вскинула подбородок, стараясь выглядеть уверенно, но я видела, как она нервничает.

— Дрона Далия, скажите, пожалуйста, почему вы решили пойти за мячом именно с Каиром? — начала я спокойно, сдерживая гнев.

— Я… он сам вызвался, — ответила она, её голос слегка дрогнул.

— А если он не вызвался, почему вы пошли именно с ним? Ведь могли попросить кого-то другого.

— Это не имеет значения! — отрезала она. — Он был рядом, вот и всё!

— Хорошо, допустим. Теперь вопрос о вашем фаворите. Верно ли, что, когда Каир вернулся к своему делу, ваш фаворит начал терять прибыль?

Далия замешкалась, её лицо напряглось.

— Это совпадение, — выпалила она.

— Совпадение? — я приподняла бровь, глядя ей прямо в глаза. — Совпадение, что вы пытались понизить Каира в статусе, а затем лишить его работы, чтобы ваш фаворит мог остаться без конкурентов?

— Это… это не так! — резко ответила она, но по залу уже прошёл шёпот. Её нерешительность была слишком очевидной.

— А почему вы пытались сделать это снова? Вы ведь пришли ко мне домой с обвинениями, что я не имела права его забрать. Неужели вы думали, что можете просто уничтожить его, как вещь?

— Потому что… он… он опасен! — выкрикнула она, явно теряя контроль.

Я замолчала на секунду, позволяя её словам повиснуть в воздухе.

— Опасен? Как именно? — я прищурилась. — Тем, что честно работает? Тем, что не соглашается играть по вашим правилам?

— Это… это всё ерунда какая-то! — выкрикнула Далия, её голос стал резким и нервным. — Я всегда получаю то, что мне нужно! Какого черта теперь всё иначе? Почему мы вообще рассматриваем дело одного дроина? Он же ничего не значит!

В зале наступила мёртвая тишина. Лица дрон изменились, даже Лорелия выглядела слегка растерянной. Я выдохнула, понимая, что слова Далии только что подорвали её позицию.

— Ничего не значит? — спросила я тихо, но мой голос разнесся эхом по залу. — Тогда почему вы так упорно боретесь с ним? Почему уделяете ему столько внимания? Может, потому что он значил больше, чем вы готовы признать? Вам не удалось устранить его один раз, не удалось устранить второй и вы пошли на отчаянный шаг. Решили, что если обвините его в нападении, то сразу навредите и мне и избавите от конкурента своего фаворита.

Далия встала, её лицо было красным от злости.

— Это… это всё бессмысленно! Это дело вообще не должно обсуждаться! Мы не можем позволить дроинам чувствовать себя равными нам! Это мы решаем кто из них, что получит. А потом пришла эта выскочка и теперь мне стоит стольких усилий и унижений…

Она не договорила, но ее поведение больше не напоминало поведение жертвы.

Я повернулась к Селене, которая с неподдельным интересом наблюдала за происходящим.

— Совет может сам сделать выводы, — сказала я твёрдо. — Но, по-моему, все уже ясно.

Селена слегка кивнула, затем оглядела зал.

— Думаю, нам нужно сделать паузу, чтобы обдумать услышанное. Соберёмся снова через час.

Через час решение было объявлено. Совет оправдал моего мужа. Каир сидел рядом со мной, его лицо оставалось непроницаемым, но я знала, что он чувствует облегчение. Когда Селена огласила решение, в зале поднялся лёгкий гул, а я наконец позволила себе выдохнуть.

Далии вынесли официальное предупреждение за клевету. Она пыталась протестовать, но её возмущённые крики никто уже не слушал. Её мать, Лорелия, поднялась, чтобы поддержать дочь, но её слова были прерваны Селеной:

— Дрона Лорелия, ваши действия вызывают серьёзные сомнения в вашей способности объективно принимать решения в этом совете. Вы настолько поглощены защитой своей дочери, что готовы нарушать законы, которые сами же отстаиваете. Совет не может это игнорировать.

Слова Селены прозвучали как удар молнии. Лорелия попыталась что-то сказать, но её голос утонул в тишине зала.

— Вы лишаетесь места в совете, — холодно объявила Селена. — С этого момента вы будете наблюдателем без права голоса.

Возмущение на лице Лорелии сменилось шоком. Она с трудом поднялась, бросила на меня последний взгляд, полный ненависти, и вышла из зала, уводя за собой Далию.

Когда двери за ними закрылись, я почувствовала, как с моих плеч спадает невидимый груз. Этот день, начавшийся так ужасно, закончился неожиданно хорошо.

— Всё в порядке? — тихо спросил меня Кейз, осторожно касаясь моей руки.

— Да, теперь всё в порядке, — ответила я, глядя на своих мужей, которые ждали меня у выхода. Этот день изменил многое, и я знала, что завтра начнётся новый этап нашей борьбы. Но сейчас я могла позволить себе улыбнуться и почувствовать, что мы сделали ещё один важный шаг.