Глава 27

Глава 27

— Кхм…, — подавился один из старцев, тотчас расплываясь довольной улыбкой, торжественно проговорил, — приветствуем тебя Эйва!

Остальные советники с видимым облегчением выдохнули, чуть расслабили плечи и немного оживились. Лишь Мораг хитро прищурившись, казалось, забавлялась моим представлением.

— Твой отец… Арран вождь клана Суин три дня назад отрёкся от тебя! — заговорил старик, тот, что чаще всех кривил свои губы и презрительно морщил нос. Не ошибусь, если это и есть тот самый Хрут.

— Хрут! — подтверждая мою догадку, недовольно одёрнул его второй советник, чем-то неуловимо напоминающий сову, чуть помедлив, проговорил, — да Эйва, он отрёкся от тебя.

Я, как и советовал Стэнн, молчала, слушала совет и не понимала, почему отречение Аррана должно меня волновать. Их уверенность в том, что, породнившись с кланом Кархайг, Аррана остановит, и он перестанет нападать на эти земли, я давно развеяла. Агнар знает об этом… совет не знал.

— А значит, он не прекратит нападать на племя Кархайг! — зло бросил Хрут, презрительно скривив губы, продолжил, — люди нашего племени не приняли тебя! Из-за тебя казнили Балоха, чуть не лишился жизни Томэг, которого вскоре избил Снор за службу тебе! Ты никогда не станешь своей…

— Хрут! — снова остановил его «сова», хмурым взглядом посмотрев на коллегу, тяжело вздохнув, произнёс, — он прав, ты никогда не станешь своей.

А я продолжала молчать, переводя свой взгляд от одного к другому, умышленно не смотрела на Бранда, зная наверняка, что он радостно скалит зубы. Просто ждала, чем этот фарс закончится, ведь для чего-то они меня позвали, явно что-то задумали.

— Ты жена вождя, его кровь течёт в тебе, — заговорил ещё один с кривым шрамом на лбу, — твои деяния смылись кровью мужа, но люди помнят зло, совершённое тобой.

— Они никогда не забудут, ведь в каждом доме был тот, кто пал от твоей руки, — добавил четвёртый. Мораг, тоже, как и я, молчала, но по её поджатым губам и недовольному сверлящему взгляду я догадывалась, что она не знает к чему, ведут мужчины.

Я же, слушая советников, даже мысленно не возражала их словам, соглашаясь с каждой брошенной обвиняющей фразой. Ведь это действительно так, я сама понимала, что в этом племени я одна и даже ведунья в любой момент может отвернуться от меня. И я очень хотела бы изменить отношение людей племени Кархайг ко мне, но те жалкие потуги, что я делала, их было недостаточно…

— Испытание северным ветром, — донеслась до меня странная фраза, прерывая мои тягостные думы. Непонимающе взглянув на Мораг, заметила её нахмуренный взгляд и сжатые кисти рук в кулак, так что дряблая тонкая кожа натянулась и стали видны темно-синие вены. Сразу перевела свой взор на Хрута, который сейчас довольно улыбался.

— Бранд беспокоится о благополучии клана и своего вождя, — продолжил говорить «сова» с сочувствием на меня поглядывая, — он напомнил нам об испытание северным ветром, оно убедит людей племени Кархайг, что ты стала своей. Никто больше не посмеет смотреть на тебя как на врага…

А я опять молчала, до боли закусив изнутри губу, тут же почувствовала противный вкус железа во рту. Слушая за своей спиной сердитое сопение Стэнна, смотрела на довольного Хрута и понимала, это испытание не будет простым. А судя по торжествующей улыбке Бранда, оно скорее будет смертельным.

Гнетущее молчание в тёмном каменном склепе затягивалось, советники высказались, но я не спешила с ответом. Мои мысли метались словно пчёлы в разворошённом улье, быстро просчитывая возможный итог, того или иного моего ответа, но как бы это ни было страшно, я осознавала — у меня снова нет выбора. И это начинает раздражать… криво усмехнувшись, окинула взором каждого советника, чуть задержав свой взгляд на ведунье, произнесла:

— Вы соединили кровь Суин с кровью племени Кархайг. Не спрашивая моего желания, сделали изгоем в этом племени и лишили родных. А сейчас вы заявляете о своей ошибке? Говорите, что ваше предположение не исполнилось? Обвиняете меня в своей неудаче? Вы только что признались в своём бессилии! А я… я докажу, что достойный вождь племени Кархайг! Я согласна!

— Нет! Агнар будет против такого решения! — вдруг рыкнул Стэнн, выступив передо мной, — только единожды удалось пройти испытание северным ветром! Больше сотни лун никто не отважился повторить это! Эйва дитя равнины, она не выдержит ночь в горах!

— Стэнн, Эйва приняла решение, — прервал его «сова», печально улыбнувшись, добавил, — её проводят к Тейваре, никто больше не смеет подниматься на святыню. Утром, когда Тейвха выйдет из-за горы Ханд, мы будем ждать Эйву на выступе.

— Вам всем придётся ответить вождю, — процедил сквозь зубы нэрмар, схватив меня за руку, грубо потянул к себе ближе и тихо проговорил, — ты могла отказаться, зачем?

— Ты знаешь, — горько усмехнулась, высвобождая руку из цепкого захвата, произнесла, — они правы, мне никогда не стать своей.

— Если выживешь… значит, Вхагар отметил тебя, значит, Вхагар говорит твоими устами. Никто больше не посмеет указывать тебе, даже совет.

— Отличная весть, — улыбнулась мужчине, прошептав, — я постараюсь выжить.

— Хватит, пора! Северный ветер только одну ночь приходит к Тейваре, — недовольно заворчал Хрут, своими словами невольно подсказав мне, к чему была такая спешка. И вот почему Бранд так торопился увидится с советом и даже не зашёл в замок.

Оружие, бурдюк с отваром и шкура, которая укрывала лишь половину моего тела, это всё, что выдали мне в дорогу. Советники, как и Бранд не вышли меня провожать, что откровенно говоря, радовало. Выйдя из мрачного помещения на улицу, щурясь от ослепительного света, невидяще смотрела, как Стэнн, что-то сердито выговаривал трём воинам, которые вызвались сопроводить меня до святыни и оставить там на ночь. Те с мрачными лицами внимательно слушали нэрмара, украдкой поглядывая в мою сторону.

Но вот, звонкий окрик воина и мы отправились в путь. Поднимаясь всё выше на гору Ханд, приближаясь к тому месту, где я впервые открыла глаза, мы стали невольно вжимать голову в плечи, от то и дело набрасывающегося на нас, словно изголодавший зверь, ледяного ветра. Из-за частых сильных ветров, метелей и холода наст снега стал твёрдым и наши ноги не проваливались в него, что существенно облегчало путь. Шли молча, пряча лица в одежду, тяжело дыша, всем было не до разговоров.

Наконец, добравшись до крутого обрыва, там, где началась моя новая жизнь, я вдруг ощутила странное умиротворение и уверенность в правильности своего решения. И если ещё несколько минут назад я сомневалась и корила себя за дурость и самоуверенность, ругалась, что доверилась мягкой ободряющей улыбке Мораг, то сейчас я знала, что всё получится. Ведь кто-то позвал меня в этот мир, значит я зачем-то нужна здесь и может быть все эти испытания мне по силам, но если я всё же погибну, что ж значит так распорядилась судьба. Необычные надо сказать ощущения… мысленно усмехнувшись непривычным для меня доверием судьбе, я, не выдержав, звонко рассмеялась, напугав идущих рядом со мной воинов.

— Для чего эта верёвка? — спросила спустя пару минут, заметив всё ещё свисающий канат, по которому забиралась с каменного выступа. Часть его была оборвана, часть прикреплена к столбу, от него к другому, странное и не безопасное ограждение.

— Чтобы не упасть с обрыва в метель, — чуть помедлив ответил самый молодой стражник, — охотники часто возвращаются в непогоду, и эта верёвка помогает выйти к жилью.

— Хм… спасибо, — поблагодарила, снова спрятала нос в ворот куртки, ёжась от пронизывающего ледяного ветра, отметив, что его порывы стали сильнее и яростнее.

— Ещё два перехода, и мы доберёмся до Тейваре, — добавил воин, улыбнувшись уголком губ, представился, — Ульвар.

— Приятно познакомится, — улыбнулась в ответ, изумляясь такому добродушию, но вскоре узнала причину этого, услышав остальных.

— Скегги!

— Оден, — по очереди представились мужчины, с уважением на меня поглядывая, — ты бесстрашный воин, раз вызвалась пройти испытание северным ветром.

— Хм… ну да, — усмехнулась, натянуто улыбнувшись, повторила, — приятно познакомится.

Больше воины Агнара ничего не сказали, лишь время от времени внимательно смотрели на меня, словно стараясь запомнить. Но чем выше мы поднимались, тем реже они оборачивались, склонив голову вниз, мы буквально прорывались к вершине.

Место святыни племени Кархайг появилось неожиданно, ровная площадка между двух высоких скал… отлично продуваемая расщелина. Место, где нет ни одного валуна, за которым можно было бы укрыться.

— Пришли, — сиплым голосом объявил Оден, взглянув на Ульвара и Скегги, вдруг вытащил из-за пазухи свёрток, сунул мне в руки и быстро пошёл вниз.

— Вхагар храни тебя, — разом проговорили воины, тоже спеша покинуть Тейваре, оставляя меня в этом ледяном и жутком месте в одиночестве.