Глава 31

Часть А

Наверно, сегодня ночью я умру во сне. Ну, раз уж так, то решила довести дело до конца. Тем более, если Кира уволят, когда я еще смогу его дом обыскать?

Судя по тому, что поток подарочков с записками не иссяк, лорд Кир либо газеты не выписывает, либо не читает. Хотя когда ему? Чтобы столько подарков подготовить, это просто часами по магазинам шляться надо.

Попросила Ксиан распаковать подарки и продать всё ценное, сама же пошла на работу.

По пути заскочила в лекарскую лавку за сонным зельем. Если верить целителю, с одного флакона уснет целый полк не сильно уставших солдат, часов на девять. По рекомендации, надо капать маленькую капельку в кружку с любым отваром на ночь.

Воскресенье в таверне выдалось занятое, основная масса посетителей была во второй половине дня. К вечеру, когда за мной пришел Крог, я уже еле передвигала ноги.

Придя в общагу, зашла к Ксиан.

– Корина! Еще 50 тысяч монет сегодня!!! – Ксиан притащила деньги домой. – Ты посмотри! 50 тысяч!

Решили, что пойдем в банк завтра, после пар. Оставив подругу скакать вокруг мешка с деньгами, я пошла к себе.

Пузатик перестирал всё постельное белье и лежал на столе в корзинке с пирожками – видимо, решил себя вознаградить за тяжкий труд. Зубастик что-то мастерил, выглядело очень мило, почти как в сказке про Золушку. Ему бы еще очки на переносицу или монокль – и будет просто отпад.

– Я шью занавески на окна, эти меня не устраивают, – пояснил Зубастик, видимо, расценив мой взгляд как вопрос.

Покосилась на занавески – ну, не бальный зал, конечно, но ничего. Потом перевела взгляд на тряпки в руках Зубастика.

– А где ты ткань взял?

– Нашел.

Сдается мне, спер он ее. Ну, не мне его судить, я-то вообще воровка со стажем.

– Я тут пойду в гости сегодня, как думаете, шэйди согласятся со мной сходить? – выжидающе посмотрела я на питомцев.

– А что такое? Подстричь кого-нибудь надо? – спросил Зубастик.

– Нет, в этот раз напоить. Но так, чтобы вообще незаметно, то есть невидимо, – попыталась намекнуть, что для такого задания только шэйди по критериям подходят.

– Я пойду. Шэйди тоже возьмем, – ответил Зубастик.

Видимо, я на свидание со своей мини-армией пойду.

– Понимаешь, надо, чтобы человек совсем не догадался, – и я попыталась представить, как Зубастик будет зависать над бокалом лорда Кира с флаконом в лапке и с улыбочкой испанского инквизитора.

– Поэтому наши шэйди отвлекут вражеских шэйди, а я займусь делом, – хищно прищурился Зубастик. А он, оказывается, стратег!

Ну, делать нечего, надо признать, что логика в его рассуждениях была: о шэйди лорда Кира я не подумала. Возьмем пирожки с собой – на всякий случай, все же в гости обычно с гостинцем ходят.

Сегодня я одевалась с особой тщательностью, даже платье у Ксиан попросила. Правда, единственное, которое шло в комплекте с перчатками, было розового цвета, но мне было всё равно, главное – перчатки и пышная юбка, чтобы спрятать Зубастика. Перчатки – потому что, во-первых, кольцо не так заметно, во-вторых, я же теперь благоразумная, голыми руками ничего не трогаю. Артефактные серьги надевать не стала, а вот браслеты надела на ногу вместо руки. Кинжал тоже оставила дома, он больше не вызывал у меня доверия.

Мы договорились с Киром, что встретимся у фонтана во дворе Академии. Зубастик с флакончиком в лапке разместился на моей ноге под юбкой платья. Было щекотно, но, как истинный партизан в тылу врага, решила, что справлюсь. Пирожки уже было некуда пихать.

Кир уже ждал меня, пока я медленно подплывала, молясь, чтобы Зубастик не соскользнул с ноги.

– Корина, ты прекрасна! – Кир взял меня за руки и развел их слегка в стороны, чтобы разглядеть мой наряд. – Платье просто потрясающее.

– Спасибо, – улыбнулась я.

Перенес он нас в гостиную, довольно уютную, с диванчиком, двумя креслами и большим столом. Книг в гостиной не было, зато была куча полок со всяким хламом – артефакты, наверное.

Порадовалась, что ужин накрыт при свечах и вобще освещение приглушенное. Это мне подфартило, не так заметно будет в полумраке, как Зубастик действует.

Кир предложил выпить лиеми, но я отказалась. Желания бороться с глюками у меня не было. Попросила воды. Видимо, вода в его планы не входила, поэтому он вышел за ней на кухню.

Я схватила бутылку лиеми и налила ему в бокал, а Зубастик практически молниеносно ливанул туда зелья – уж не знаю, сколько капнуло. Как команда мы сработали чисто.

Когда Кир вернулся, я протянула ему бокал:

– Вот, я за тобой поухаживала, дорогой.

Бокал он взял без задней мысли, а вот я воду пить не стала: помню, еще мама мне говорила, что на вечеринках, если не при мне наливают, лучше не пить, и как в воду глядела.

Тем не менее изобразив убедительный глоток, я огляделась вокруг, чтобы прикинуть план действий. Интересно, Кир скоро вырубится?

Кир решил устроить экскурсию по дому, и пока мы ходили по комнатам и даже заглянули в лабораторию, он медленно потягивал напиток. Когда все комнаты уже закончились, я начала нервничать: почему Кир всё еще не отключился?

Вернувшись в гостиную, сели за стол. Еда была так себе – видно, и правда сам готовил, ну или шэйди бывают всё-таки безрукие.

Через полчаса я решила, что завтра четвертую целителя из лекарской лавки. Может, это зелье нельзя было с лиеми смешивать? Господи, что делать?

Когда я положила вилку, Кир смерил меня таким взглядом, что я сразу поняла, какой пункт будет следующим в программе на вечер, а значит, придется импровизировать.

Главное – эффект неожиданности:

– Так, ну а теперь чаек с пирожными.

Он аж вздрогнул:

– Может, не стоит сейчас сильно наедаться?

– Ты хотел меня покорить своими кулинарными способностями? Пока на троечку тянет по десятибалльной шкале. Я считаю, что мужчина, который не умеет печь пирожные, не мужчина вовсе!

Ну, естественно, такой вызов он не мог проигнорировать и сказал, что пирожные будут через десять минут. Если он погнал своих безруких шэйди в ближайшую кондитерскую, то нам это, конечно, на руку, меньше свидетелей, но всё равно стало их жалко.

Тем не менее прошел уже почти час с тех пор как он вылакал зелье, а сна всё ни в одном глазу. Надо было в бокал весь пузырек вылить!

От нечего делать стала глядеть по полкам с артефактами. Какие-то склянки, украшения, кинжалы, подсвечники, кувшины, кружечки… стоп!

Меня аж холодный пот прошиб, когда поняла, что подсвечники-то знакомые. Главное – не выдать себя. Отвела взгляд, вроде не заметил.

Сама лихорадочно размышляла, что, получается подсвечники-то в антикварной лавке неспроста тогда Аньке приглянулись. Но их трогала только Анна, а я нет. Плюс один разбился, насколько я помню. Но подсвечники точно те же. Украдкой опять глянула – ну точно, они.

Артефакторщик не очень дальновидный, хоть бы припрятал. Так, что там еще было в лавке? Попыталась вспомнить последний свой день в родном мире. Как назло, ничего не выходило, только подсвечники и книга запомнились. И главное – в упор не помню лицо продавца.

– Кир, а у тебя библиотеки что, нет совсем? – я, конечно, пару полок с книгами видела в лаборатории, но тогда не очень внимательно смотрела.

– Книги только в лаборатории. Я обычно, если что-то нужно, в академическую библиотеку хожу, – кажется, он наконец зевнул, или я тему совсем не интересную выбрала.

Вот почему у нас никогда бы ничего не вышло: человек без книг в доме просто не смог бы со мной сосуществовать.

– Может, потанцуем? – с этими словами он поднялся и протянул мне руку. Музыка включилась как-то сама, или я не заметила его сигнала.

Он сразу привлекл меня в объятия поближе. Господи, если он меня поцелует, меня стошнит.

А он явно намеривался осуществить задуманное. Но когда его губы коснулись уголка моих губ, вдруг его резко отшвырнуло к противоположной стене комнаты, по которой он съехал и затих.

Безымянный палец моей левой руки обдало жаром. Господи, там же кольцо. Это что сейчас было?

Медленно приблизилась к Киру. Он лежал, закрыв глаза, но вроде дышал. Он что, уснул наконец? Интересный подход к погружению в сон.

Попросив Зубастика присмотреть за Киром и, если что, обезвредить его, кинулась в лабораторию.

Книгу про сновидения я нашла сразу, просто как шестое чувство вело, но трогать ее не стала, просто рассмотрела всё в деталях, заодно по лаборатории покрутилась.

Вернувшись в гостиную, подошла к подсвечникам – ну точно, они, такую безвкусицу не забудешь. Значит, книга – это портал с отсроченным действием. Но что за роль у подсвечников? Что было бы, если бы я их коснулась? Останется загадкой, трогать их я не собиралась.

Ладно, узнала я более чем достаточно на сегодня.

Мои шэйди вымыли бокал и один из наборов посуды, всё выглядело так, как будто Кир ужинал один, но, перебрав лиеми, решил сплясать, а во время какого-то акробатического маневра что-то пошло не так, и он, упав, вырубился.

Поскольку прошло уже полчаса, а пирожные так и не появились, я решила, что шэйди лорда Кира – не только безрукие, но и слепые, поэтому заблудились, не дойдя до кондитерской.

Ладно, пора возвращаться домой. Кликнув Зубастика, я потянулась за камушком на браслете на левой ноге и в следующий миг уже была у себя в комнате.

М-да, Штирлиц, сегодня мы были на грани провала. Какого чёрта не сработало зелье?

А колечко, выходит, как пояс верности в Средневековье. Что же он себе такое не наденет?! Одним словом, Нахал.

Ложиться спать я боялась. Раз он еще самолично не приехал после выхода утренней статейки, то, наверно, просто умертвит сознание во сне. Всё же, приняв душ, пошла в кровать. Уснуть я очень долго не могла, ворочалась и представляла, какими словами вообще смогу оправдаться. Представила себя на месте Рана и с ужасом поняла, что мне конец.

Уснула только под утро, но Нахал так и не приснился.

Утром я подумала, что он, наверно, просто решил меня бросить, даже не удостоив разговором.

На Фа Лем он пояс верности не надевал, и она ему изменила, а я еще хуже, меня даже пояс не остановил, еще и в газетке об этом напечатали. А главное, обидно так, ведь мне на самом деле никого, кроме него, не надо, я же просто информацию добывала. Но даже сама понимала, что аргументы слабые.

На завтрак плелась в расстроенных чувствах. Пока накладывала еду, заметила, что БКБ вернулся и заседает опять у нас за столом. Господи, если он еще будет злорадствовать, я за себя не ручаюсь – прибью на месте, и пусть хоть вешают.

Когда подошли, обалдели: у БКБ под глазом красовался большой фингал, руки были в ссадинах. Порезы, правда, уже начали затягиваться, но получается, его совсем недавно обработали.

– Тебя что, отец избил? – на полсекунды я даже ему посочувствовала.

– Доброе утро, Корина, какой чудесный день. Тебе принести бодрящего отвара? – ответил принц.

Мо перестала жевать, даже Дор как-то странно покосился.

– Что, головой приложился? – я присела рядом с БКБ. – Ты только не волнуйся, в неблагополучных семьях такое бывает, но если хочешь совет, то не позволяй так с собой обращаться.

– Извините меня, друзья, я пойду, увидимся за обедом, – с этими словами БКБ встал и ушел.

– Что с ним? – спросила я у Мо. – В газете ничего не пишут про умственный недуг принца?

– Нет. Но пока ты не пришла, он вообще молчал. Только поздоровался со всеми, и всё, – Мо нахмурилась. – Может, его король наказал из-за статьи?

– Скорее всего, – мне даже как-то жалко стало БКБ. – Но если сам король бил сына, то в газете, скорее, напишут, что принц с лестницы упал или что с ним несчастный случай произошел, и он упал на кинжал недоброжелателя несколько раз, но короля очернять не будут.

Вместо медитации я пошла в библиотеку искать намеки на то, как проводить души умерших, которые вы сами вызвали ранее, в мир Хаоса. Никакой информации не получилось найти, и я просто отчаялась. Ну как теперь быть с Джоном? Может, в городе есть библиотека побольше? Надо разведать.

После пар мы с Ксиан отправились в банк, Ксирин выступал охранником. В банке нам никто и слова ни сказал по поводу того, откуда студенты каждый день таскают кругленькие суммы и есть ли у нас какое-либо подтверждение того, что средства честно нажиты. Я вообще смотрю, они в этом мире не отягощают себя документооборотом: никаких тебе трудовых договоров, запротоколированных вкладов, документов на обучение или брачных договоров, на худой конец. Всё на честном слове. Просто рай для криминального картеля. А мафия с магическим способностями вообще может править миром. Господи, я уже даже рассуждаю как мои предки – темные маги…

Для себя я решила, что умение понять мотивы преступника – уже шаг к победе.

Часть Б

Выходные выдались трудные, я пытался вывезти группу моих бездарных подопечных в полевые условия. Из тридцати человек двадцать простыли, четыре отравились, остальные лежали плашмя от усталости.

Вернулся в столицу только в воскресенье к вечеру. Злой был – аж пар шел.

Король просил меня поговорить с сопляком, поэтому по прибытии во дворец я пошел искать Лина.

Нашел его в гостиной для банкетов попивающим отварчик и читающим какую-то газетенку.

– Лин, как учеба?

Тот обернулся:

– Нормально, дядя Ран, – потом лениво добавил: – Что, отец просил убедить меня отстать от иномирянки? Можете не волноваться, я так смотрю, она и сама шустра. Нашла себе нового партнера – видимо, не только по тренировкам.

– Отец просил позаниматься с тобой, раз ты девчонке проигрываешь, – мой племянник просто олицетворял собой всю нашу армию лодырей, и это разозлило меня еще сильнее.

– Пойдем тренироваться в мой зал? – спросил Лин, вставая с дивана.

– Да, – сказал я, а про себя подумал, что если бы я сейчас оказался во дворце темного мира, мы бы победили.

– Отец приказал Ви Ра уволить Кира Дана из-за какой-то статейки, слыхали? – Лин продолжал трепаться.

Ну как у Иена мог родиться такой сын?! Может, его подкинули? Я проигнорировал сплетню, хотя порадовался, что Ви Ра лишился очередного союзника.

Приступили к тренировке. Через десять минут я понял, что противник не подает признаков жизни. Вспомнив, что это не Кир, а мой племянник, я вызвал лекаря.

Отправил Королю записку, что вынужден буду уехать на несколько дней – отбирать новобранцев. Но меня ждал очередной неприятный сюрприз: баргест задрал-таки одного из магов, пришлось срочно ехать вылавливать и усмирять животное.

Часть В

Когда и в пятницу от Нахала не было вестей, я поняла, что умру старой девой.

К Джону я уже привыкла, и мы много разговаривали о Земле. Было очень интересно, ведь он помнит наш мир только в период девятнадцатого века. Я рассказывала ему про технический прогресс и современный уклад жизни. Он восторгался и просил что-нибудь показать, но кроме пижамы у меня ничего не было. Ну почему только я не уснула в тот злосчастный вечер с винтовкой в руках?! Она бы так пригодилась на грядущей войне! Или я хотя бы застрелилась из нее, до того как темные до меня доберутся.

После пар в пятницу мы с Ксиан планировали посмотреть, как продвигаются работы в магазинчике. Всё выглядело очень красиво, и в принципе в выходные можно было его открывать. Ксиан прыгала от восторга. Продажи у нас шли хорошо, благодаря плакатам и эффектному представлению в день праздника богини Земли. По пути обратно в общагу мы зашли в магазин купить крендельков.

В субботу на работе я выкладывалась по полной, чтобы отвлечься от грустных мыслей. О том, что Кира уволили, еще в понедельник говорила вся Академия. Больше ни записок, ни подарков я не получала: наверно, его всё-таки вылечили. Обидно, конечно, что не успела скопить на домик, но Кир и так сполна расплатился за все гадости, которые устроил мне, поэтому я его почти простила.

Когда увидела, что Крог пришел меня встречать, как обычно, обрадовалась невероятно!

Думаю, он обалдел, кода я кинулась его обнимать, но ничего не сказал. Просто не смог, даже если бы захотел.

Не могла не воспользоваться возможностью:

– Ты от Рана новости не слышал?

Написал: «Нет. Он сейчас в горячей точке, не до переписки».

О господи, его там убивают, а я его предала…

«С прошлой пятницы не было вестей», – дописал Крог.

С пятницы? Получается, Ран, может, и не в курсе про статейку? Там, в горячих точках, наверно, почту не приносят по утрам. Если почтовые голуби и пролетают, то раз в месяц, и не садятся, чтоб не подстрелили. Господи, может, у меня еще есть шанс?

– Ты не знаешь, может, он пораньше приедет? – с надеждой поинтересовалась я.

«Не знаю».

Я подумала: «Если есть вероятность, что Ран газеты не видел, то надо использовать эту возможность и успеть рассказать ему самой, когда вернется». Для убедительности буду встречать его в нижнем белье и сапогах для боевой магии: если не простит, то хотя бы отвлечется.

Попрощавшись с Крогом, пошла в общагу. Зайдя к себе, ахнула: посредине комнаты стоял Нахал и беседовал с Джоном. Когда я вошла, оба обернулись.

Ну вот, не успела подготовиться. Хотя, если скинуть фартучек, будет тоже ничего. Но до трусов раздеться при ребенке не смогу. Ран сделал какое-то движение рукой, и Джон исчез.

Пока он делал эти два шага ко мне, как в замедленной съемке, лихорадочно стянула фартучек.

Подхватил меня и поцеловал, я чуть чувств не лишилась от облегчения.

– Ты меня простишь? – заглянула ему прямо в глаза.

– Да, поможем мы Джону, не волнуйся, – и он опять стал целовать меня.

Слегка отстранившись, мне удалось спросить:

– Ран, ты знаешь, что Кира уволили?

– Да.

– А знаешь почему? – на всякий случай попыталась уйти на безопасное расстояние, но он не пустил.

– Из-за статейки какой-то, а что? – кажется, теперь он насторожился.

– Ты не читал ее?

– Нет, а что там? – ну точно, теперь он напрягся.

– Ты только не переживай, ладно?

Он со всей силы дернул меня в сторону кровати, пришлось сесть. Сам взял стул, сел и уставился на меня в упор.

– Я начну с хороших новостей. Я узнала, что это лорд Кир сделал ту книгу-артефакт, которая меня притащила в этот мир, и подсвечники, которые я так и не тронула, поэтому не знаю, что там было бы, – и я поглядела на его реакцию.

– Ты просто умничка, молодец, – Ран чмокнул меня в носик.

Так, отлично, теперь о главном:

– Понимаешь, чтобы это провернуть, я его немного прокляла.

– Мне его не жаль, – ухмыляется. – Рога, хвост или копыта?

– Скорее, любовное зелье, – ну, всё, свершилось, и я опустила глаза в пол, всем своим видом изображая покаяние и смирение. Интересно, уже стоит начинать стягивать маечку?

Молчание затягивалось. Подняла глаза.

Сидит, давится от смеха.

– Ничего не было, эти газетчики просто чушь понаписали, я только два раза с ним поесть сходила, – правда, один раз это было у него дома, но об этом я умолчала, я же теперь благоразумная. – Я даже все его ценные подарки продала, чтобы открыть магазинчик, – ну это ли не знак преданности?

– Плевать на газетчиков, – Ран поднял меня, пересадил к себе на колени и обнял.

– Ты меня не накажешь?

– Нет, – обнимает, улыбается. Значит, не сердится. Волна облегчения накатила мгновенно.

– Ран, а почему колечко его к стенке отшвырнуло? – интересно стало, правильно ли я подумала.

– Потому что ты моя.

Какое счастье, что он у меня такой добрый и понимающий, самый хороший, и ничего, что Нахал, главное, что мой собственный.