Глава 30

Проснулась я в паршивом настроении, даже вставать не хотелось, но труба зовет. Спустив ноги с кровати, наступила на очередной сверток от лорда Кира. Осмотрелась – вся комната была завалена подарками. Господи, ну куда весь этот хлам складывать? Хоть бы шкаф догадался купить, ну или дом в центре города.

В дверь постучали. Молясь, чтобы это был не он, всё же проверила заклятьем, кто там, прежде чем открывать. Оказалось, это Ксиан.

– Доброе утро! Почему ты не готова? Мы же идем плакаты кле… – она не договорила, озираясь на наваленные подарки. – Ужас какой! Знаешь, это очень странно, не верю я в его искренность. Перебор, понимаешь?

– Я тоже так думаю, – я затащила подругу в комнату, пока еще кто-нибудь не заглянул. – Девчонкам раздам, поможешь этикетки срезать?

– Тебе вообще не интересно, что внутри? – Ксиан подняла с пола сверток в синей бумаге. – Я бы так не смогла.

Разрешив ей распаковать подарки, я пошла в ванную и одеваться.

Когда я вышла, Ксиан надевала на себя шестой браслет.

– Слушай, драгоценности очень даже ничего, может, мы зря вчера подарки раздали, не посмотрев, что там? – Ксиан протянула мне серьги. – Погляди-ка, все камни настоящие.

Мне в голову пришла гениальная идея:

– Ксиан, тут ломбарды есть?

Когда я объяснила, что такое ломбард, оказалось, что есть. Выбрав все украшения, которые подарил Кир, мы отправились вешать плакаты и потом в ломбард.

Решила, что в ломбарде тоже один плакатик повесим, мало ли кто колечко продаст, денежки получит и захочет на освободившиеся средства стать красивым.

Если в ломбарде и удивились количеству украшений, то вида не подали. Наверно, им тут часто студентки мешками приносят не понравившиеся подарки, которыми их похотливые преподаватели осыпают.

Всего мы выручили 30 тысяч монет. Ксиан даже говорить не могла вначале. Но я-то в местной валюте не очень, только травки купить да крендельков.

– Это много? – подумав, я уточнила: – На дом не хватит?

– Это очень много. Нет, не на дом.

Подруга перебирала монеты в мешочке, а я расстроилась: дом бы не помешал. И зачем я только раздала вчера все, не проверив?! Ксиан продолжила рассуждения:

– Дом где-то около 300–400 тысяч стоит.

Ну, значит, не будем расстраиваться, еще десять дней – и скопим. У меня же теперь спонсор до скончания времен, ну или пока ресурс не иссякнет. В крайнем случае всегда можно опоить кого-нибудь еще.

Ксиан вдруг добавила:

– Такие деньги нельзя с собой носить, пошли в банк их положим.

На выходе из банка меня осенила вторая за сегодня гениальная идея, боже, да я в ударе:

– Ксиан, а может, нам магазин открыть? Ну, на помещение под магазин хватит? На мебель там, лавочки и тому подобное?

Сначала я даже испугалась, что Ксиан с ума сойдет от восторга, но она справилась:

– Да!!! Ой, как ты здорово придумала!!! Родители так будут мной гордиться, – она просто сияла и переливалась, как каменная слюда.

– Тогда тебе задание: присмотреть место под магазин и продумать, как там всё будет выглядеть. Только на розовый не налегай: это должно нравиться представителям всех миров и даже… – я выдержала паузу для придания значимости, – моему папе.

Пока счастливая подруга ушла заниматься самым важным проектом ее жизни, я наконец пришла в таверну.

Мистер Ти почему-то не ругал меня, хотя я опоздала на два с половиной часа. Я пыталась предложить ему отработать, задержавшись подольше, но он категорически отказался и заставил меня сесть и съесть похлебку, хотя для обеда еще рано, в качестве наказания, наверно.

Посетителей было просто невероятное количество, я носилась с подносами весь день; правда, в обед меня опять заставили съесть похлебку; наверно, он хочет, чтобы я лопнула.

Пока жевала, решила, что с открытием магазина из таверны мне придется уволиться. Даже грустно стало. Мистер Ти мне нравился, и он единственный согласился принять меня на работу.

Вечером в таверну притащился лорд Кир с веником каких-то пахучих цветов. Видно было, что мистер Ти недоволен, да и я себя чувствовала неловко, зато пьяненькие мужички за дальним столиком пришли в восторг от цветов – им букет и вручила.

Только-только я выпроводила Кира с условием ждать меня у ворот Академии и не ранее девяти вечера, как в таверну вошел Крог.

Господи, вот я чуть не попала! Он бы всё Рану рассказал, как пить дать. Перекрестившись локтем и поблагодарив богов за их снисходительность, я пошла с моим провожатым домой.

– Крог, а ты давно умер? – меня этот вопрос мучил практически с первой встречи.

«72 года назад», – написал он в блокноте.

– А ты не скажешь, как это случилось? Ну, если тебе не больно об этом говорить?

И про себя подумала только сейчас, что, может, Джону тоже было не очень приятно на такие вопросы отвечать. Вот я дурочка, принца ругаю за бестактность, а сама? Мучаю души умерших каверзными вопросами.

«Меня убили в первый прорыв из темного мира. Тогда погибла вся наша семья».

– Соболезную.

Какой кошмар, бедный Нахал, даже слезы на глаза навернулись от жалости.

– Этот прорыв – это когда души темных пытались выйти и завладеть новыми телами? – спросила, чтобы точно убедиться, что правильно догадалась.

«Да, и некоторым это удалось».

Ну жуть вообще. Тут я испугалась своей внезапной мысли:

– А твое тело они не забрали?

«Нет, Ран его спас, оно в нашем семейном склепе заморожено. Может, когда-то я смогу вернуться, а пока брат удерживает меня здесь ментальной магией, чтобы я не ушел в мир духов».

Вдруг я поняла страшную вещь: для того чтобы Крог вернул себе тело, нужно знать секрет темных по вживлению в это тело, а значит, Ран не будет избавляться от темных, пока не узнает этот секрет.

Подойдя к воротам Академии, выдохнула: путь был чист. Я боялась, что Кир припрется меня поджидать с букетами и оркестром, но, слава богу, нет, наверно, у себя еще, голос тренирует перед серенадой.

Попрощавшись с Крогом, пошла к себе. В комнате меня поджидали все мои питомцы плюс побеспокоенный дух бедного Джона.

Начала с извинений:

– Джон, ты меня прости, что так вышло. Я обязательно что-нибудь придумаю.

Джон ответил:

– Я только рад, мне было очень скучно.

Еще бы. Почти двести лет проваляться в земле одному! Я бы тоже свихнулась от скуки, а главное – от безделья.

Пока я переодевалась, Джон опять исчез. Я, вспомнив слова Лу о том, что Зубастик умеет шить, решила поинтересоваться:

– Зубастик, а ты вязать или плести умеешь?

– Всё умею.

Прекрасно!

– Ты не знаешь, как сплести цепь страсти для праздника Лета?

– Знаю.

– Ты можешь мне сказать, как? – на всякий случай протянула ему кренделек.

Кренделек взял:

– Нет.

Вот зараза. А я думала, хозяйке не отказывают.

– Сам сделаю, только сферу огненную создай, – сказал Зубастик, чавкая крендельком.

М-да, мне же сейчас уходить… А если, пока я там серенады слушаю, моя комната сгорит со всеми проживающими? Плюс порча имущества Академии, причем уже не первый раз, и не дай бог Джон объявится на шум – статьи на три УК тянет. Но поинтересовалась деликатнее:

– А ты не обожжешься?

– Нет, мне магия хозяина не опасна.

То есть двое выживут, но мы останемся без жилплощади. Наверно, лучше плести цепь у Нахала – ну, в смысле в саду, не в доме, конечно.

– Но сейчас рано, я минуты за две сделаю, так что перед праздником будем плести, – и Зубастик протянул лапку за новым крендельком.

Ну слава богу, пока, значит, рано об этом волноваться – поволнуемся за два часа до праздника.

Время до свидания у меня еще было, и я решила смотаться к Рану домой и вернуть инвентарь.

Приземлилась посреди гостиной. Пока складывала лопату и ножовку обратно в сарай, шэйди уже накрыли на стол к чаю. Скучно им, наверно, когда готовить не для кого. Я бы их погладила, но не знаю как, поэтому пришлось ограничиться словами благодарности.

После чая пошла прогуляться по дому – провести инспекцию, что всё в порядке в отсутствие хозяина, ну, по крайней мере, себе я так объяснила внезапное желание пошариться.

Про себя подумала, что уже четвертая статья намечается за разбой, но ведь жертва сама разрешила приходить и брать, что захочу, так что меня, скорее всего, оправдают. В первую очередь пошла в библиотеку. На этот раз решила осмотреться повнимательнее. Но разве тут осмотришься! Тут надо минимум неделю просидеть, чтобы узнать, что за книги собраны. Внимание привлекла картина на стене: высокие мужчина и женщина и два мальчика с ними. Одному на вид лет пятнадцать, второму девять-десять. Это семья лорда Кора. Подошла поближе.

Крога в живом исполнении я видела впервые. Решила, что он, наверно, вырос симпатичным. Ран, конечно, уже в пятнадцать отличался наглой ухмылочкой, но такой здесь хорошенький, так и хотелось потрогать, но я сдержалась. На руке у женщины заметила знакомое кольцо. Так это кольцо его матери! В душу закрались подозрения: может, кольцо не просто оберег? Может, мы помолвлены? Хотя, думаю, даже Ран догадался бы о таких вещах если не спросить, то хотя бы предупредить, пусть и в своей немногословной манере, например так: «Этот металлический хомут на пальце символизирует нашу эмоциональную привязанность».

Плюс он сказал, что кольцо не снять, а если бы оно было семейное для помолвки, то Фа Лем до меня тоже не смогла бы снять его. Что-то тут странное. Хотя как тогда его мать сняла кольцо? Ничего не понятно.

Глянула, на часы – боже, у меня же свидание с другим! Чуть не забыла. Перенеслась к себе, молниеносно оделась и пошла к воротам. Кир был уже там, слава богу, без цветов и даже петь не стал – ну, по крайней мере, пока.

– Корина! У меня сюрприз! – радостно воскликнул он, едва я приблизилась.

– Какой? – спросила я, а про себя подумала: «Только не это».

– Мы идем в плавучий ресторан! – Кир галантно предложил мне руку, и мы пошли в сторону порта.

О том, что затея с выуживанием информации провалилась, я поняла сразу, потому что говорить он ни о чем, кроме любви, не мог. Даже если ему и было что-либо известно о темных, видимо, забылось, и он ни на какие попытки сменить тему не реагировал.

После посещения плавучего ресторана я поняла, что мне там лучше следующие десять лет не показываться. Это было самое позорное свидание в моей жизни, радовало только одно: центром позора была не я.

Когда мы, наконец, вернулись, я уже была готова его пристрелить.

– Корина, а помнишь, я тебе кинжал в артефакт переделал?

Что это он вдруг про кинжал? Воспевать любовь к моему кинжалу теперь будет?

– Да, я постоянно его ношу с собой, – на всякий случай улыбнулась.

– Ты… ты не используй его в бою, хорошо?

Вот тут я насторожилась.

– А что такое? – якобы непонимающе захлопала ресницами.

– Боюсь, что поранишься.

Тьфу, я думала, может, признается сейчас, что проклял. Но решила дома кинжал осмотреть на всякий случай.

– А мы завтра встретимся после твоей работы? – потянулся меня обнимать.

Я подумала, что второй раз такого публичного позора не переживу. Но тут меня осенило, что было бы неплохо у него дома покопаться – может, что найду.

– Конечно, только в более приватной обстановке, – я томно прикрыла глаза и добавила с придыханием, как Шэрон Стоун в фильме «Основной инстинкт»: – Ты готовить умеешь?

Намёк понял:

– По высшему разряду всё будет.

Прекрасно, надо только сонным зельем обзавестись, чтобы из строя его вывести.

Целоваться отказалась наотрез, пояснив, что тут пол-Академии в окна таращится, а я стесняюсь. Не знаю почему, но поверил, несмотря на то, что до этого эта «стеснительная» напрашивалась на ночь у него дома.

Придя в комнату, я обнаружила Ксиан, поджидающую меня! Морально приготовилась к тому, что будет отчитывать, но она ни слова не сказала про свидание.

– Я нашла потрясающее место – всего в двух шагах от парка и в пяти от главной улицы. Правда, помещение небольшое, как комната в общаге, но зато недорого! – протараторила подруга.

– Супер, берем. Завтра договоришься и начнешь оформление, – после этих моих слов мы на радостях повальсировали у меня по комнате, и Ксиан ушла.

Утром была новая порция подарков. Пока проигнорировав их, пошла на завтрак.

За столом было всё как в старые добрые времена, БКБ куда-то свалил.

Мо, как обычно, читала газету, Дор и лаватэрцы о чем-то беседовали, а я обсуждала с Ксиан, какие предметы мебели нам могут понадобиться.

– Корина, тут про тебя есть, – взволнованный голос Мо заставил меня напрячься.

Она зачитала: «Вчера вечером небезызвестная бывшая возлюбленная Его Высочества принца Лина, воспользовавшись тем, что принц уехал по делам, провела вечер в компании бывшего служащего Министерства безопасности Его Величества, а ныне преподавателя артефактологии считающегося престижным учебного заведения Академии Силы и Разума высокоуважаемого лорда Кира Дана. По словам очевидцев, лорд просто потерял голову от любви и даже не пытался скрывать свои чувства к юной студентке. Пара, проведя достаточно короткое время в ресторане, поспешно удалилась, оставляя нас гадать, кого же из высокопоставленных аристократов в итоге предпочитает иномирянка?»

– Надеюсь, Академию не закроют, – сказал Дор.

– А вот Кира наверняка уволят, – сказала Мо.

– Папа тебя накажет, – прошептала мне Ксиан.

«Папа меня убьет и закопает», – подумалось мне.