Глава 16 · Будущее туманно

Астар

Принцесса Зимия проверяла мое состояние так тщательно, словно я был сделан из стекла. А я чувствовал себя до того потерянным, что пока с трудом осознавал, что происходит. Случившееся во время боя вспоминалось урывками. Многое казалось бредом сознания, не более. А финала сражения с Мартисом и Ардой не помнил вовсе. Но Берт жив. Значит, все в порядке и мы победили. Только какой ценой?

– Посмотри на меня, Асти, – командовала Зимия и зачем-то водила перед глазами призванным светлячком. – Какой сейчас месяц?

– Февраль, наверное, – хрипло отвечал ей. – Я слегка потерял счет времени.

– Как зовут твою сестру?

– Делла.

– Сколько пальцев ты видишь?

– А их количество у вас отличается от других людей?

– Язвишь? Значит, приходишь в себя, – сделала Зимия свои выводы. – Ничего, физически ты почти здоров, остальное поправимо. Если, конечно, ты сам этого захочешь.

Я молчал. О чем тут разговаривать? Все, что случилось, целиком моя вина. И мне с этим жить, никакая Зимия не поможет.

– Но если слишком тяжело, я могу попросить Гардена… – продолжала принцесса.

– Нет! – воскликнул я. – Никаких ментальных вмешательств!

– Тише. – Ее теплая ладошка опустилась на мою. – Тише, малыш, все хорошо. Никто не будет стирать тебе воспоминания без твоего желания. Если ты уверен, что справишься.

– Справлюсь.

Выбора все равно нет. Это же надо быть таким идиотом… Почему? Почему я поверил Арде? Она как-то на меня повлияла? Что вообще происходило с моей жизнью эти три года? Да, ошибиться мог каждый, но моя ошибка едва не стоила жизни Берту и Мари.

– Ты о чем-то хочешь спросить? – заметила Зимия.

– Да, – ответил я. – Простите, мой вопрос покажется вам странным. Мой отец… Он ведь привиделся мне, да?

Принцесса замерла на миг, а затем улыбнулась и коснулась моей щеки.

– Глупый ребенок, – сказала мягко. – Конечно нет. От Дара не так просто избавиться, поверь. Уж моя мать тебе рассказала бы, сколько раз пыталась.

– Сколько?

– Много. Очень много. Но, как видишь, мой брат все еще правит Арантией.

– А она сама? – Стало почему-то страшно.

– В тюрьме. И тебе больше не стоит об этом беспокоиться. На этот раз не сбежит.

Я и не беспокоился. Главное, что жива. Надо бы ее ненавидеть, но как-то не получалось. Вообще внутри царил такой сумбур, что я пока не знал, как из него выбраться. Но главным в нем оставалось чувство вины, до того пронзительное, что хотелось провалиться обратно в беспамятство.

– Не нравится мне твое настроение. – Мия покачала головой. – Малыш, все, что происходило в последнее время, конечно, ужасно. Но ты не великое зло, уж поверь, и в этом не виноват. Моя мать годами водила за нос всю Арантию. Что мог ты, ребенок, противопоставить ее опыту и силе?

– Здравый смысл? – предположил я.

– О, наша семья никогда им не отличалась, – рассмеялась Мия. – Ни Дари, ни я. Эленций из нас самый надежный в этом плане, но и ему иногда отказывает здравый смысл. А тебе надо просто сделать шаг вперед. Забыть о плохом и позволить себе стать счастливым, понимаешь? Я сама через это прошла. Столько натворила ошибок… По сути, отец Берта погиб из-за меня. Но кто знал, Асти? Да, я не любила мужа, но не любить и желать смерти – разные вещи, не находишь? А твой отец, если бы пожелал, мог рассказать о своих ошибках. Но он не расскажет, это же Дар. Все еще впереди, Астар. И твой путь никогда не будет безоблачным. Это судьба, видимо. Жить, каждый раз побеждая себя самого. Самая сложная победа, не находишь?

– Вы правы, – ответил я. – Только пока от этого не легче.

– Нужно, чтобы прошло время. И конечно, твое желание оставить прошлое там, где оно должно быть. В прошлом. И кстати… Кто все-таки призвал дух Мартиса? Арда ведь не некромант, откуда-то ведь он взялся, а?

– Не знаю. Хотя…

Вспомнился призыв духа там, в академии. Неужели мы сами? Не может быть!

– Кажется, вспомнил? – спросила Зимия.

– Да. Боюсь, мы с Бертом его и призвали, – ответил я, не став упоминать, что это была затея Мари. – Думаю, изначально у Арды был другой план, но она быстро его скорректировала.

– Глупые дети, – вздохнула Зимия. – Но ничего, теперь эта дрянь навеки растворилась в пространстве. Отдыхай, малыш. Постарайся еще поспать. А я пойду порадую твоих родителей.

И ушла. Я же свернулся в клубок под одеялом и закрыл глаза. Зимия права. Сам виноват в том, что натворил, и теперь надо как-то с этим жить. Только я пока не знал как. Зато когда услышал шаги папы, едва удержался, чтобы не укрыться одеялом с головой.

– Кэрри, подожди здесь, прошу, – услышал его голос, и тихо скрипнула дверь. Шаги раздались ближе. Значит, Мия не солгала, и ничего мне не привиделось. Отец был там, на поляне. И сейчас он замер рядом с кроватью.

– Асти, ты спишь? – спросил шепотом.

Первым порывом было притворяться и дальше, но я убрал одеяло и обернулся к отцу:

– Нет.

Папа действительно выглядел… живым. Да, немного уставшим и все еще бледным, но точно живым.

– Как ты себя чувствуешь? – Отец сел у кровати.

– Хорошо.

Действительно, физически я чувствовал себя вполне нормально. Слегка кружилась голова, но это пройдет.

– А ты? – Вопрос сорвался раньше, чем я его обдумал.

– Я в порядке, – ответил отец. – Не беспокойся. Астар, по поводу того, что случилось…

– Пап, не надо. – Мне было сложно вспоминать об этом, не то что говорить.

– Надо! – Отец нахмурился. – Ты не виноват в том, что случилось.

– Виноват.

– Нет, глупый ребенок. Пойми, это мысли Арды. Не твои. Она мечтала избавиться от меня твоими руками и расшатывала твою магию. Этот способ давно опробованный. Меня в последний момент вытащили Аланел и Кэрри в свое время, а с тобой рядом не оказалось того, кто сумел бы помочь. И это моя вина. Точно уж моя.

– Нет. Я просто сейчас понимаю, что в последнее время не осознавал происходящего. Берт и Мари пытались хоть что-то сделать, только разве могли? Они и так поплатились за дружбу со мной.

– Ладно они, их тут не было. А мы с Кэрри? – Отец отвел взгляд.

– Все хорошо, пап, – тихо сказал я. – Правда. Я справлюсь, обещаю.

– Прости, малыш.

Папа порывисто меня обнял, и я почувствовал, как защипало в глазах.

– Мне не нужен идеальный сын, пойми. Мне нужен мой, – расслышал слова отца. – Вы с Деллой – вся моя жизнь.

И у меня внутри будто что-то оборвалось. Развернулась какая-то долго сдерживаемая пружина. Слезы катились сами собой, но от них стало легче.

– Ты только не уходи, – попросил отца.

– Куда я от тебя денусь? – В его голосе послышалась улыбка, а мама устала ждать под дверью и прорвалась к нам. Теперь уже она поливала меня слезами, пыталась расцеловать и прибить одновременно. Наверное, второй вариант удался бы лучше, но в дверях появилась принцесса Мия.

– Это что такое? – возмутилась она. – Я вас на пять минут пустила. Немедленно оставили больного в покое. Кыш!

Отец попытался было возражать, но на правах целителя тетушка выставила их с матерью за дверь.

– Спать! – приказала мне. – Проснешься, позовешь. У вас с Бертом на ближайшие дни в меню один бульон. Вечером поешь – и опять спать.

Я действительно зевнул. Эмоции выматывали. Зато магии не было слышно. Видимо, на какое-то время она притихла. Пару минут спустя я уже спал. Зато когда проснулся…

Первой явилась Мия с обещанным бульоном. И пока я его не доел, тетушка стояла надо мной, подобно статуе правосудия в городском парке. Когда она ушла, я отправился в ванную, отмечая, что действительно чувствую себя неплохо. Присутствовала только легкая слабость. Могло быть и хуже… Затем полюбовался в зеркале своим отражением с такими синяками под глазами, что мною можно было пугать людей. Умылся – на большее не хватило сил, а стоило вернуться в постель, как в комнату началось настоящее паломничество.

Сначала прибежала Делла. И никого в целом мире я не был так рад видеть, как ее сейчас.

– Астар! – Сестра кинулась мне на шею. – Наконец-то ты проснулся!

– Все хорошо, сестренка, – улыбнулся ей. – Как ты?

– Отлично, – бодро ответила она. – Я тут кое-что для тебя сделала, пока была в академии. Тетя Милли помогла.

И надела мне на шею тонкий шнурок с какими-то странными узелками. Едва ощутимо кольнуло магией.

– Что это? – удивленно спросил я.

– Защитный оберег от дурных духов, – ответила сестренка. – Чтобы они больше никогда к тебе не приходили.

– Спасибо, – обнял ее.

– Ты больше не болей, Асти, – вздохнула Делла. – Я очень испугалась.

– Не буду, – пообещал ей.

Сестра умчалась, но следом за ней явилась мама. Она просидела со мной долго, все время выспрашивала, как себя чувствую, и рассказывала, что происходит во дворце. Я осторожно узнал у нее, удалось ли примириться с Луазией. Хорошо, что отец вовремя вернул войска, но я понимал: у моей глупости рано или поздно будут последствия. Мама говорила, что поврежденное крыло дворца уже начали отстраивать. Да, наворотил я дел…

Когда мама наконец ушла, ее место занял дядя Аль. Желание спрятаться вернулось – из-за меня Мари пострадала. Но Аланел улыбался.

– Как ты, малыш? – спросил привычно.

– Выздоравливаю, – ответил я.

– Это радует, потому что мы все очень волновались. Особенно Мариетта. – И посмотрел на меня очень выразительно.

– Прости, – пробормотал я.

– Да ладно, забыли. Главное, что успели тебя вытащить. И ты меня прости, Асти. Нам не стоило оставлять тебя во дворце. И говорить, что Дар умер, тоже. Но мне показалось, что если пророчество исполнится сейчас, у вас с Бертом будет шанс выжить.

– Ты оказался прав, – ответил я.

– Нет. Нужен был другой способ.

– Главное, что все закончилось.

– Да, мой мальчик. Хорошо то, что хорошо заканчивается. Слышал такую поговорку? Это наш случай. Просто знай, что мы все очень тебя любим. И если у тебя проблемы, всегда готовы выслушать и помочь.

– Я знаю, но… На тот момент казалось, что никого нет.

Я не собирался оправдывать себя. Да, Арда задурила мне голову. Да, опоила чем-то. Но никто же не жил это время за меня! Это был я, и мне исправлять все, что натворил.

– Не злись на меня, пожалуйста, – попросил Аланела.

– Ты что, я не злюсь. – Он крепко меня обнял. – Эх вы… Чую, покой мне не грозит. Что отец, что сын – одного поля ягодки. Да, и вот еще что. Летом у тебя экзамены. Отговорки слушать не буду. Хватит! Не сдашь – будешь пересдавать до тех пор, пока не получится. Поблажек не жди. И эр Мурр передавал, что его нервная система уже не выдерживает таких потрясений, как войска под воротами академии. Так что в твоей учебной комнате лежит список книг, которые могут вернуть коту покой и сон. И без этих книг появляться в здании академии опасно.

Я рассмеялся. Впервые за долгое время.

– Передай эр Мурру, что я безумно соскучился и признаю свою вину, – ответил дяде Алю.

– Передам, конечно. А ты отдыхай, Асти. Впереди много дел. Скоро фестиваль прощания с зимой, обещаю предоставить тебе глыбу льда для творчества. Кстати, все не было повода сказать, что статуя эр Мурру понравилась. Он крайне польщен и даже вычеркнул из списка одну особо редкую книгу, когда я ему о ней напомнил.

– Думаешь, за вторую статую он вычеркнет еще одну?

– Возможно. До завтра, малыш. Мы с Мари пока остались во дворце, так что увидимся.

Дядя Аль вышел из комнаты. Я думал, на этом все, но следом за ним ко мне пробрались Мари и Берт.

– Ты как? – спросили они в один голос.

– Если еще кто-то об этом спросит, кого-нибудь прибью, – пообещал искренне.

– Не выйдет. – Мари погрозила мне пальчиком. – Папа говорит, тебе лучше.

– И моя мама подтверждает, – присоединился Берт. – Кстати, мы принесли тебе кое-что запрещенное. – И протянул мне шоколадную конфету.

– Сладкое улучшает настроение, – прокомментировала Мари в ответ на мой удивленный взгляд. – Берт уже воет от бульона. Я решила, что и ты тоже, так что ешь быстрее, пока никто не увидел.

За пять минут друзья вывалили на мою голову ушат новостей, а потом так же быстро попытались скрыться, но я попросил:

– Мари, на два слова.

– Я в соседней комнате, – откликнулся Берт и оставил нас наедине.

– Я тебя слушаю. – Подруга присела прямо на кровать. От нее пахло цветочной водой.

– Прости.

Кажется, это слово можно считать словом дня.

– Асти…

– Подожди, – перебил ее. – Я хотел извиниться. Ты чуть не погибла из-за меня. Но это был уже Мартис, и…

– Я знаю. – Она прислонила ладошку к моим губам. – Все хорошо, Асти. Правда. И теперь никакие пророчества над вами с Бертом не властны. А остальное уже закончилось, да?

– Да.

– Главное, выздоравливай, – добавила Мари. – И не бегай от нас больше. Мы с Бертом очень беспокоились. А еще я очень соскучилась.

– И я.

Мари подумала мгновение, а затем коснулась губами моих губ.

– Мари? – Я замер от удивления.

– Помнишь, в твой пятнадцатый день рождения я озвучила тебе план мести? – улыбнулась она. – Считай, что он уже в процессе исполнения.

Поцеловала еще раз и сбежала, оставив меня в полном изумлении. А глупое сердце билось радостно и быстро-быстро. И засыпал я таким счастливым, что страшно было просыпаться. Наверное, потому, что наконец-то обрел внутренний покой.