Глава 18

— Как вы думаете, сколько нужно человеку, чтобы выспаться? — услышала я незнакомый женский голос.

— Я слышала, что дня три минимум, — ответила со “знанием дела” такая же незнакомая мне собеседница.

— Дня три? А не неделю? — с сомнением переспросила третья.

— Неделю?! А зачем же нас так рано отправили? — вновь вклинилась в разговор первая. — Вот через неделю и придем.

— Стойте, — остановил “второй голос”, — она, кажется, просыпается.

Я действительно проснулась. Открыла глаза и едва не икнула. Подумала, что у меня троится в глазах, но нет — светловолосые девушки, пусть и на лицо были совершенно одинаковые, цвета нарядов у них различались. Все трое облегченно улыбнулись.

— С пробуждением, ваша светлость! — воскликнула вторая и сделала легкий книксен. — Мэлиса.

— Эссали, — представилась первая близняшка.

— Далиса. Мы ваши фрейлины, ваше вел… ой, ваша светлость.

И так они улыбнулись, что я сразу заподозрила неладное. И не зря!

Когда ближе к обеду в гостиную вошел Дан, я готова была броситься ему на руки и умолять, чтобы он меня унес обратно, хоть в Таршвиль! Судя по довольно блеснувшим глазам близняшек, именно такого эффекта они и добивались!

Девушки одновременно поднялись, поклонились его величеству и засеменили на выход. Дан подхватил меня на руки, после чего сел на диван, усадив меня к себе на колени. Подобной фривольности я немало удивилась, но слишком устала от фрейлин.

— Дан, признайся честно, ты по всему Дракмару выискивал самых болтливых девушек?

Я попыталась пересесть на диван рядом, но куда там — меня банально не выпустили, лишь руки на талии сжались крепче. Дракон вообще выглядел расслабленно-счастливым, будто и не он тут выкрал чужую невесту.

— Ты разгадала мой план, каюсь, — хмынкул Дан. — Я попросил их отвлечь тебя.

— Что ж, тебе это удалось: я и слова вставить не могла в беспрерывном потоке их речи. Кажется, всего за час я узнала все сплетни Дракмара за последний год. Леди Ашеная действительно пришла в одних чулках на императорский прием?

Дан негромко рассмеялся.

— Леди Ашеная преклонного возраста, она любит… м-м… шокировать публику. И белье на ней все-таки было, правда, не на манер Дартании, а на манер Дракмара, — Дан многозначительно взглянул на меня, и я слегка смутилась.

В Дракмаре не было принято носить нательную сорочку и она не считалась нижним бельем, а вот бюстье, так полюбившиеся молодыми магичками и не признающиеся высшим светом Дартании, и трусики — да.

— И это был не королевский прием, а всего лишь завтрак в особняке её “доброй” приятельницы, — продолжил Дан. — Насколько я знаю, та увела у неё платье из последней коллекции мадам Роксалини, вот леди Ашеная и заявилась к ней в дом в одних чулках и нижнем белье, требуя вернуть платье.

Представив картину, я хихикнула.

— Откуда ты знаешь эту историю? — спросила я, прищурившись и расслабившись в руках Дана. — Неужели ты тоже… охоч до различных слухов?

Дан наклонился ниже, едва прикоснувшись к моим губам, и заговорщицки ответил:

— Видишь ли... в то утро... — Дан растягивал слова, явно наслаждаясь тем, что я даже затаила дыхание от близости дракона, — я как раз гостил... у этой приятельницы. — И насладившись произведенным эффектом, отстранился и с широкой улыбкой продолжил: — Точнее, у меня были дела с её мужем, поэтому я остался на завтрак.

Я стукнула Дана кулаком по плечу и невольно улыбнулась. Я смотрела на него с улыбкой и не могла понять своих чувств: не смотря на свой побег, замаскированный под похищение, опасность, нависшую над отцом, и порушенные планы на жизнь, здесь и сейчас я была безмятежно счастлива, смотря в глаза черноокому дракону.

— Кукла, — проговорила я, — спасибо за куклу, ваше величество.

Дан прищурился, не понимая о чем речь. Я же задумалась, сколько лет его величеству Ардаану Ониксовому? Кажется, около семидесяти. Он еще совсем мальчишка по меркам драконов. Интересно, а он уже встречал до меня потенциально истинных?..

От подобной мысли вспыхнули даже кончики волос. И вовсе не от смущения! От гнева. Негодования.

Ревности. Я ревную настолько сильно, что готова рычать, что вообще мне не свойственно.

— Кукла, — повторил Дан, вспомнив и вскинув на меня удивленный взгляд. — Той девочкой во дворце была ты. — И вдруг он, что-то поняв, проговорил: — Наша встреча была раньше, чем я мог подумать. Но ты была ребенком, поэтому связь не могла образоваться, но все равно что-то нас связало. Быть может, поэтому твой зов в горах сработал. Как причудлива судьба.

— Дан, — начала я, поерзав у мужчины на коленях. Дан замер, даже не так — закаменел. — Скажи… а до меня ты уже встречал... — слова давались тяжело, — одну из потенциальных… невест?

Мужчины прищурился и наклонился ниже, вновь едва касаясь моих губ. Да в сущности, какая разница, кто был до? Тем более вчера он дал мне понять, что планирует закрепить связь. Так почему же ответ так важен для меня?

В этот момент двери раскрылись и порог переступили двое драконов — те самые, что я вчера видела на приеме. Смутившись, я попыталась пересесть с коленей Дана, но повелитель не отпустил меня, лишь прижал еще тиснее. Драконы, казалось, даже не заметили этого, прошли вперед и разместились в креслах.

— Простите за внезапное вторжение, но у нас новости, — сообщил огневолосый и подхватил со стола диковинный фрукт оранжевого цвета. — Оливер знает, что Алисию выкрал демон, хотя найти его не смогут, разумеется, но уверен, что она в Дракмаре. Он уже рассылает послов в дружественные державы.

— Да неужели? — хмыкнул Дан. — У него есть доказательства?

— Доказательств нет, но у нас есть некоторые сложности, — продолжил Ллайд, если я не ошибаюсь. Он посмотрел в глаза повелителю и, кажется, мысленно что-то сообщил ему. Дан напрягся, но ничего не ответил.

— Понял, — тихо произнес Дан.

— Аликсия, — обратился ко мне Джар, — разрешишь мне называть тебя по имени? Отлично. Я хотел спросить, ты знаешь, с кем был заключен магический договор на помилование — с королем или с принцем? Насколько я знаю, тогда он был пятилетним ребенком, но его могли использоваться в качестве привязки к договору.

— Если бы к нему, было бы намного легче, — ответила я. — Отец бы уговорил Оливера разорвать этот договор, чтобы не подвергать его жизнь риску.

— Ты так уверена в благородстве Оливера? — прищурившись, спросил Дан.

Я хотела ответить, хотела защитить жениха, но промолчала. Оливер всегда казался мне деспотичным, но ненависти к нему я никогда не испытывала, более того — считала честным и благородным. А теперь я уже ни в чем не была уверена.

— Так кто может разорвать этот договор? — задумчиво спросил Джаред, внимательно глядя на меня.

— Его величество Уильям, — ответила я. — Но он при смерти. Значит, право договора скоро перейдет к Оливеру.

— Пока он болен, разрыв договора с его стороны невозможен. Все указы, что он сейчас подписывает, будут признаны недействительными, — задумчиво проговорил Дан. — Сейчас его сын буквально имеет больше власти, чем сам король. Вариант один…

— Вылечить короля, — в один голос произнесли Джар и Ллайд.

— Насколько я знаю, его болезнь неизлечима, — вставила я, переводя взгляд с одного дракона на другого.

Как ни странно, но я сидеть на руках императора оказалось настолько удобно, что я не хотела их покидать. Только рядом с ним я чувствовала полную защищенность.

— Для этого надо, чтобы наш целитель осмотрел его, — ответил Ллайд. — В Дракмаре живут представители разных рас, поэтому есть среди драконов целители, специализирующиеся на физиологии людей. И наши целители более магически одарены, как и все драконы, поэтому шансы вылечить его выше.

— Вы думаете, что если бы была возможность вылечить короля, Оливер бы не воспользовался этой возможностью? — скептически спросила я, и получила три красноречивых взглядов. — Нет-нет, этого не может быть.

— Мы не утверждаем, Лис, — мягко проговорил Дан и коснулся губами моего виска. — Но не исключаем подобную теорию.

Я замолчала, не знаю, что и сказать. Оливер просто не мог умышленно не вылечить отца! Он бы использовал всю магию, что ему доступна! Да и отец…

Хотя нет, герцог Вильтерос бы точно не стал помогать королю.

— Его высочество не пустит ни одного дракона в королевскую опочивальню, — возразила я, покачав головой. — У вас ничего не получится.

— Алисия, — задумчиво произнес Дан, — а ты бывала в покоях короля? Есть ли там какие-нибудь картины?

Я задумалась. Ребенком я несколько раз забегала в королевские покои, откуда я могла попасть в будуар покойной королевы.

— В гостиной мне хорошо запомнилась одна картина руки Марка Лабрента. Но к чему этот вопрос?

— Дан, ты же не хочешь?.. — начал Джар, и повелитель кивнул. — С ней ты будешь договариваться сам.

Кто такая загадочная “она” я не знала, а пояснять мне никто не спешил. Я переводила растерянный взгляд с одного дракона на другого.

— Скажи, что оплата будет достойной, — произнес Дан, и Джар вновь поморщился.

— О чем вы? — спросила я, не выдержав.

— Есть одна… один человек, — начал Ллайд, — который способен пробраться в покои. Но у Джара с ней… с ним, с этим человеком, несколько напряженные отношения.

— Никакого напряжения, — буркнул Джар, — просто она не хочет… не важно.

— Джар, — с нажимом произнес Дан, — мне нужно, чтобы ты договорился с ней.

Огненный дракон закатил глаза и кивнул. Меня заинтересовала эта таинственная незнакомка, но я все-таки прикусила язык: это не мое дело. А вот то, что она сможет помочь, это просто замечательно!

Когда драконы вышли, я вновь попыталась выпутаться из объятий Дана, но получила все такое же сопротивление. Опершись руками в плечи мужчины, я сдвинула брови и четко произнесла:

— Дан, в конце концов, это неприлично!

— По меркам Дартании — может быть, но ты в Дракмаре. Привыкай!

Открыла рот, да так и не нашла что сказать. От возмущения! Легко сказать — привыкай! Но я всю свою жизнь провела в Дартании, где девушек с детства учили блюсти честь и держаться достойно, чтобы выйти замуж и не опозорить семью.

— Знаешь, что? Я — уроженка Дартании. Если хочешь, чтобы я приняла законы и нормы Дракмара, то отнесись с уважением к нормам и законам королевства, в котором я родилась и прожила всю сознательную жизнь. — И, будто моя речь была недостаточно убедительной, ехидно добавила: — Ваше величество.

Я надеялась, что Дан не отмахнется от моих слов, но все равно с замиранием сердца ждала его ответа. Дракон улыбнулся — едва заметно, уголком губ, после чего поднялся и аккуратно поставил меня рядом с собой. Отступив на шаг, он протянул мне руку.

— Что ж, тогда давай совместим культуру обоих государств. У вас приняты ухаживания за понравившейся девушкой, чтобы добиться её расположения, я правильно понимаю? Замечательно. Леди Аликсия, вы покорили меня.

Я замерла, чувствуя, как сердце начало биться быстрее. Передо мной был все тот же ехидный дракон, встреченный в стенах академии, но теперь он был еще таким родным, необходимым как воздух. А ведь прошло всего лишь чуть больше месяца с момента нашей первой встречи в горах, еще в образе дракона. Лаорт привычно нагрелся на груди.

— С каждым днем, с каждой нашей встречей вы покоряли меня своей неординарностью, жизнелюбием и смелостью, — он невольно сократил расстояние между нами на полшага и перешел на “ты”: — Когда я встретил тебя, то разгневался. Человечка, призвавшая меня, как какого-нибудь ручного котенка. Я понял, что ты — моя истинная, но не хотел это признавать. Тогда я еще не знал тебя. И каждый раз, встречаясь с тобой и укрепляя уже образовавшуюся между нами связь, я говорил себе, что в следующий раз обязательно проведу ритуал отчуждения. Обязательно.

Дан сглотнул, продолжая смотреть мне в глаза. Я и сама затаила дыхание, в горле образовался ком. Как справиться с собственными эмоциями? Как удержать рвущееся наружу сердце?

— И каждый раз не мог, — прошептал император. — Каждый раз боролся со своим драконом и собственным сердцем, уговаривая себя, что ты — не та, кто мне нужен. И каждый раз не переставал тобой восхищаться, возвращаться к тебе, любоваться тобой… влюбляться.

Мое сердце замерло, а дракон взял мою руку, погладил ладонь, поднес к губам… тыльной стороной. Но не спешил целовать, предоставляя мне выбор. Я же была настолько заворожена, что забыла обо всем на свете. В том числе о правилах хорошего тона в Дракмаре.

— Теперь, если ты позволишь мне исправить мою ошибку, когда я позволял себе думать, что смогу от тебя отказаться, то я постараюсь доказать тебе, что со мной ты будешь счастлива. Всю жизнь. Я сделаю всё, чтобы ты никогда, даже мысленно не захотела бы уйти от меня. Лис, ты сможешь дать мне шанс?

Да, да, да! Сотни раз да. Потому что я давно и безвозвратно влюблена. Потому что знаю, что Дан — единственный, с кем я хочу провести всю жизнь, длинную или короткую — неважно. Главное, только с ним.

Кивнула. Совсем немного, потому что не могла даже пошевелиться. Дан шально улыбнулся и сам перевернул мою руку и медленно поцеловал запястье. Я рвано выдохнула, чувствуя, как по венам разливается огненная лава, сосредотачиваясь где-то в районе живота.

— Я подумаю над этим, ваше величество, — ответила, собрав остатки самообладания.

Дан улыбнулся. Если бы он сейчас притянул меня и поцеловал, я бы даже слово не сказала! Потому что с готовностью ответила бы, но…

Мужчина выпустил мою руку и сделал шаг назад.

— Тогда отдыхай, Лис. Ах да, еще одно. Ты моя первая и единственная истинная. И с Астель, если тебе этот вопрос тоже интересен, нас больше ничего не связывает. Она драконица, поэтому прекрасно понимает, что такое связь истинных. Больше она никогда тебя не потревожит. Ты же понимаешь, что единственная для меня?

Я кивнула. Медленно, смущенно.

— Чудесно, — хмыкнул дракон и вышел!

Самым наглым образом оставил меня одну с бешено колотящимся сердцем.

Следующие три дня Владыка Тьмы будто испытывал меня на прочность. Сам он не появлялся, зато исправно присылал цветы, конфеты и даже Оникса — того самого саблезубого тигренка необычного черного окраса, который значительно подрос с нашей последней встречи. Он еще был котенком, игривым, не вошедшим в силу, поэтому был очень мил и забавен, скрашивая мои часы. Помимо него мои будни скрашивали и фрейлины — они рассказывали последние новости и продолжали просвящать меня о традициях и реалиях Дракмара.

— На границе сейчас беспокойно, — сообщила Далиса, — с обеих сторон Арских гор выставлены патрули.

Дартания готовилась к войне с Дракмаром, используя в качестве повода — меня. Повода, а не причины, как мне объясняли близняшки. Я нахмурилась. Всё это напоминало мне одну войну древности, когда один принц выкрал жену другого короля. И этот король вместе со своим братом-правителем другого государство пошли войной на королевства принца. Но украденная жена и уязвленная мужская гордость были лишь поводом, причина была иная — это королевство давно хотели захватить под видимым предлогом. И если бы Дан выкрал меня, то у Оливера были бы все основания запросить поддержки у дружественных государств и пойти войной на Дракмар. Но идти на Дракмар — самоубийство! Для такого рискованного шага должен быть как минимум туз в рукаве. А лучше — несколько.

— Слышала, принц Оливер отправляет послов во все людские державы, даже к северным эльфам и гномам Семи гор с просьбой о помощи, — продолжила Эссали, — но те не спешат отвечать Оливеру согласием и выступать против драконов.

— Конечно! — фыркнула Мэлиса. — Им вполне хорошо живется с такими мирными и сильными соседями. Тем более его величество Ардаан самый справедливый, за последние двадцать лет его правления в этом убедились многие.

И где же этого справедливого носит? Он совсем ко мне не заходит! Я понимала, что он был занят, в частности тем, что пытается вылечить короля. Им удалось проникнуть через картину в покои его величества: каким образом — история умалчивает. По крайней мере, со мной делиться этим почему-то никто не спешил. Под “никто” я подразумеваю самого Дана, который каждый вечер писал мне письма — очень романтично, не спорю, но где же сам дракон? Он словно специально не попадался мне на глаза, заставляя меня все больше скучать по нему.

Еще я переживала. По-настоящему переживала за отца. Я доверяла Дану, но где-то глубоко в душе колол тонкими иглами страх.

Вот и сегодня мне снился очередной кошмар: война драконов и людей. Бесчисленное войско, вставшее у подножий Вечного хребта, а по ту сторону на скалах восседают сильные жилистые драконы, готовые ринуться в бой. Сколько из них погибнет, не знал никто.

Вздрогнув, я открыла глаза и привстала. Так неожиданно, что дракон, застывший в кресле у стены, не успел уйти порталом. Сердце все еще колотилось от страха, но теперь оно ускоряло свой бег по другой причине.

И у этой причины было имя. Такое родное, что его хотелось повторять даже мысленно.

Дан.

Я шумно выдохнула, смотря в черные глаза ониксового дракона. Как-то вспомнилось, что я в одной сорочке, причем не на манер Дартании — глухой, безликой, а вызывающей, на бретельках с кружевами — по моде Дракмара. Но прикрыться одеялом не хотелось. Я застыла, смотря на такого же неподвижного дракона.

Долго ли он наблюдает за мной? Сколько ночей это длится?..

— А обещал соблюдать традиции Дартании, — прошептала я внезапно охрипшим голосом. — В Дартании жених не имеет права наблюдать за спящей невестой.

Ладно-ладно, Дан не был моим женихом, но сути это не меняет.

— Каюсь, виновен, — ответил правитель не менее хрипло и подошел ближе, нависнув над кроватью.

Я тяжело дышала. Грудь вздымалась. И её прекрасно было видно в декольте совершенно неприличной сорочки. Должно быть, виной всему беспокойный сон, но мне совершенно не хотелось, что Дан уходил. Наоборот — хотелось его объятий и защиты.

Хотя, быть может, виной всему наша разлука, которую устроил сам дракон. Словно специально и ждал того, что однажды я не перенесу разлуки и, как сейчас, невольно подамся вперед — немного, едва качнувшись, но всё же для дракона это было приглашением.

Дан наклонился и провел пальцами по моему виску, спустился ниже и обхватил подбородок, заставляя запрокинуть голову.

— Значит, вы готовы понести наказание, магистр, — проговорила я, и Дан шально улыбнулся.

— Готов, студентка Вильт, — проговорил он и наклонился еще ниже, опершись коленом о кровать. — Вы ведь уже наверняка его придумали?

— Самое изощренное из всех, — прошептала, с трудом контролируя свои мысли и желания.

И повела плечом. Бретелька сорочки спала. Дан сглотнул. Мое сердце, казалось, пробьет грудную клетку. Боги, что я творю? И почему мне это так нравится? Почему так нравится дразнить его, заводить, чувствовать себя настолько желанной под его потемневшим взглядом?

— Студентка Вильт, — проговорил Дан, наклоняясь еще ниже, едва касаясь моих губ своими, — вы используете запрещенные методы. Вы понимаете, что может за этим последовать?

— Не понимаю, — прошептала, чувствуя как голос дрожит, — но вы ведь поможете усвоить мне новый материал?

Сглотнув, я облизнула губы, случайно задев кончиком языка губы Дана. Владыка Тьмы шумно выдохнул и притянул меня к себе, буквально сведя меня с ума головокружительным поцелуем. Его губы, такие требовательные и желанные, терзали меня, а язык творил совершенно невообразимые вещи, получив полную свободу действий. Я опрокинулась на спину, чувствуя, что дыхания и сил не хватает, что я теряю связь с реальностью, полностью растворяясь в этом умопомрачительном поцелуе.

— Лис, — рвано выдохнул дракон, упав следом, но не на меня, а удержавшись на согнутых локтях.

Он продолжил целовать — неистово, будто это последнее, что может его спасти. Я обвила шею мужчины руками, искренне наслаждаясь происходящим и не желая, чтобы это сумасшествие когда-нибудь заканчивалось. Дан был мне нужен. Нужен как воздух. Нужен как сама жизнь. Без него все вокруг меркнет и бледнеет.

— Ли-и-ис — протянул Дан уже иным тоном, словно боролся сам с собой, — ты сводишь меня с ума.

— Взаимно, ваше величество, — проговорила я и зарылась руками в длинные волосы, разметав их по широким плечам мужчины. Рука мужчины опустилась на мое бедро, огладив его. Я рвано выдохнула. — Ты тоже сводишь меня с ума… Дан.

Я не помню, называла ли я его по имени, но наверное так, как назвала сейчас — никогда до этого. Проникновенно, будто сдавалась на милость победителю. Дракон сначала улыбнулся, а потом сжал кулаки и вздохнул.

— Я обещал тебе, что все будет по традициям Дартании. Насколько я знаю, в Дартании не принята близость до свадьбы.

Я кивнула. Глупо отрицать очевидное.

— Как хорошо, что мы в Дракмаре, — ответила слегка смущенно.

Признавать собственную слабость перед физическими желаниями был стеснительно, но я ничего не могла с этим поделать. Глупо отрицать очевидное, когда я буквально горю от вспыхнувшего желания.

— Да, — кивнул император, после чего резко поднялся.

Не успела я возмутиться такому непозволительному поведению, Дан протянул мне ладонь.

— Идем.

Вопросы с этим драконом были лишними. Я полностью доверяла ему, поэтому без промедления вложила руку в протянутую ладонь, даже не заботясь, что на мне лишь одна откровенная сорочка. Короткий миг в черном переходе — и мы вышли в круглой комнате. Один взгляд в окно дал понять, что мы наверху башни. Ритуал?

— Уже передумал и собрался отказаться от меня? — вскинула я брови.

— Не выдержал силу охватившего меня желания, — хмыкнул дракон, вызвав у меня жгучий румянец.

Смотреть на силу его желания совершенно нельзя! Нельзя, я сказала!

Покраснели даже уши. Дан, тихо посмеиваясь, прошел в центр круглой комнату и, присев на пол и прикоснувшись пятью пальцами к полу, что-то прошептал на древнедраконьем. Мгновение — и на полу вспыхивают символы грядущего ритуала.

— Точно собрался отказаться, — выдохнула я.

— Ритуалы отчуждения и закрепления связи похожи, за исключением последней части, — с улыбкой произнес Дан. — Более того, образования связи без консуммации брака можно обратить путем отчуждения.

— То есть ты все еще оставляешь себе возможность отказаться от меня? — весело спросила я, и Дан рассмеялся.

Поднявшись, он заключил меня в объятия и поцеловал.

— Я никогда не смогу от тебя отказаться. Запомни это. Потому что моя любовь — не навязанная. Я искренне полюбил тебя. Моя человеческая половина нуждается в тебе, не говоря уже о драконе.

Я пыталась сдержать улыбку. Честно-честно пыталась! Не смогла. Ну и ладно. Подумаешь! Что с того, что я улыбаюсь во все тридцать два как сумасшедшая?

— Идем, — перехватив мою руку, мягко произнес Дан и увлек меня в созданный круг из символов.

В его руке оказался маленький кортик. Надрезав наши ладони, он начал читать какое-то заклинание. Я слушала его и наслаждалась звуком его голоса, в который раз убеждаясь, что мне в нем нравится все. Характер, голос, внешность. Его дракон. Я вспомнила этого невероятного черного ящера, которого посчитала самым красивым, величественным и могущественным, а потом поддела Дана, сообщив противоположное. Кажется, он тогда обиделся.

— От меня требуются какие-то речи, клятвы? — спросила я, когда Дан закончил читать заклинание.

— Нет. Лишь ответ на вопрос. Согласна ли ты стать спутницей моей жизни на земле и в небе?

Мне показалось, что это был самый важный вопрос в жизни. Но волнения не было. Этот экзамен я сдам на “отлично”.

— Согласна, — ответила я.

Дан слегка улыбнулся.

— Теперь ты должна спросить тоже самое.

— Согласен ли ты стать моей спутницей? — негромко рассмеялась я. Видимо, нервное. Дан закатил глаза, тогда я продолжила уже серьезно: — Согласен ли ты стать спутником моей жизни на земле и в небе?

Дан помолчал, словно испытывая мое терпение. Пробежался взглядом от губ выше, в глазам. И четко, уверенно произнес:

— Согласен.

Символы вокруг вспыхнули красным, а рана на ладони начала жечь, затягиваясь на глазах. От неё не остался даже тонкий след, но я знала, что он есть — магический.

Символы погасли. Дан подхватил меня на руки и, вновь поцеловав, шагнул в открывшийся портал. Вновь оказавшись в комнате, я осознала, что только что произошло. И вновь смутилась. А потом улыбнулась. И вновь смутилась. Я же теперь почти жена дракона!

И вот это самое “почти” и настораживает…

Дан медленно опустил меня на кровать. Я невольно сглотнула, а дыхание стало тяжелее. дан поцеловал очень медленно и нежно, после чего провел большим пальцем по моей щеке.

— Если скажешь, я уйду.

— Правда уйдешь? — спросила я и прикусила губу.

Подумав немного, Дан прикрыл глаза.

— Я вновь солгал.

Но я не собиралась просить его уйти. Более того, не простила бы, если бы он ушел. Страх есть всегда, как и смущение. Но именно Дан зажигает меня, именно с ним мне хочется провести ночь. Я не желаю расставаться с этим мужчиной ни на минуту, и последние три дня, проведенные без него, заставили в этом убедиться.

Я поцеловала его сначала в правую щеку, потом — в левую. И только после этого прикоснулась к губам. Дан резко распахнул веки и встретился со мной взглядом, который был ему ответом. Ответом на все вопросы.

Его рука легла на мою талию, сминая и приподнимая сорочку. Когда его ладонь двинулась выше, оглаживая грудь, я невольно выгнулась, а с губ слетел тихий стон.

— Дан…

Казалось, его собственное имя из моих уст было для него спусковым заклинанием, потому что он припал к губам в жадном жарком поцелуе. Его руки продолжили блуждать по моему телу. Моя сорочка оказалась лишней, как и его рубашка. Легкий поцелуй в шею, и губы мужчины начали спускаться ниже, пока не замерли в районе ложбинки. Я рвано выдохнула. От его теплого дыхания по телу побежали мурашки.

— Только не сейчас, — пробормотал Дан и на миг отстранился.

Его глаза привычно остекленели, после чего дракон моргнул и посмотрел на меня.

— Что-то случилось? — прошептала я.

— Эльфы. Их послы запрашивают разрешение на вход в стационарный портал.

— Что им нужно?

— Разъяснение. Их интересует, что происходит.

Я замерла. Возбуждение, разлившееся по венам, начало отступать. А на его место приходил страх.

— И что ты намерен сказать?

— Правду, — просто ответил Дан и вновь поцеловал меня. — Им — только правду.