Глава девятая

Наше возвращение было бы тихим и незаметным, если бы Рада, иногда начинавшая проявлять чудеса вредности, не опустила нас на башню для телепортаций. Ируп и Арана, все еще пребывая в шоке от перемещения сначала на акуле, а потом и на моей снежной ветренице, оглядывались. Обоих Академия драконов пропустила, но стоило нам спуститься, как из портала выскочил ректор, а за ним следом – родители Дара.

Хартар выдохнул, сделал несколько резких шагов и буквально сгреб в объятья и Дара, и меня.

– Дядя, неужели успел похоронить? – попытался сгладить ситуацию Дар.

– Сын! – голос правителя Дарранского королевства был подобен раскату грома.

Я только и успела выпутаться из объятий ректора Хартара, как Дара обняли его отец и мать. Кажется, мой дракон растерялся.

А я молча посмотрела на ректора. В расстегнутой белоснежной рубашке, с мокрыми волосами и босиком… Кажется, мы вытащили дракона из ванны. Встретившись с ним взглядом, увидела, что под глазами у него залегли тени.

На родителей Дара старалась не смотреть. Резко обострившиеся черты Чарирана Великое пламя и осунувшееся лицо Изарель Хрустальное сердце говорили больше, чем что-либо. В глазах же пряталось столько неподдельных чувств! И тревога, и радость от встречи, и любовь…

Сердце кольнула тоска по родителям, которых не было в живых. И я осторожно отступила, надеясь, что сбегу и оставлю семейство драконов наедине. А наступившие сумерки скроют мое отступление.

– Эль, – неожиданно позвал Хартар, уловив мою неумелую попытку скрыться, – хватит сбегать! Ты – часть семьи.

Драконы замерли, отпустили Дара. Он тут же обернулся ко мне, спеленал в объятьях и уточнил:

– Куда сбегать? Я тебя и на краю света найду.

Взгляд Чарирана буквально обжег меня, но в нем не было ненависти или ярости, лишь… сила. Странно как.

Тут раздалось покашливание. Мы оглянулись на Арану и Ирупа, про которых успели забыть.

Они поклонились своим правителям, приветствуя их, и потом повернулись к ректору.

– Позволите связаться с отцом? – тихо спросила дочь князя Зарита.

– И мне бы неплохо встретиться с сыном, – добавил Ируп.

– Конечно, – ответил Хартар. – Потом приходите, поговорим. А на рассвете я открою портал, куда требуется.

Ируп удивленно приподнял брови.

– Резерв на нуле, пятые сутки на износ, раньше не смогу. Фиона… – неожиданно позвал ректор. – Проводишь Ирупа к Сартану? А нашей гостье нужен связующий артефакт для письма родным. И покои…

– Позабочусь, – откликнулась фея, появляясь из темноты.

И как я ее раньше не заметила? В голосе Фионы сквозила такая тоска и боль, что я невольно уставилась на нее.

– Пока вас не было, мы все время искали по отголоскам магии, плетениями, при помощи чар… Думали, что вы погибли.

Я посмотрела на измученную фею и почувствовала, как на глазах появляются слезы.

– Спасибо, – сказала тихо.

– Пойдемте в мои покои, поговорим, – предложил Хартар.

Никто и не возражал. Позвав на помощь Летицию, Фиона отправилась устраивать Арану и провожать Ирупа, а мы направились к Хартару.

Дар, словно боясь, что я попытаюсь сбежать, держал меня за руку. Ласково поглаживал ладонь, думал о чем-то своем.

В покоях ректора я оказалась впервые. Билли и Лили забрались на диванную подушку, свернулись клубками и мгновенно уснули. Устали, бедняжки! Дар осторожно перенес подушку к камину, укрыл зверьков мягким полотенцем, за которым сходил в ванную.

Чариран замер возле разожженного камина. Собранные в хвост волосы слегка растрепались, но синие пронзительные глаза изучали меня, словно впервые видели.

Хартар налил какого-то крепкого вина и протянул Изарель. Она сделала глоток, и я только сейчас заметила, как сильно правительница драконов взволнована, даже руки дрожат. Чариран среагировал мгновенно. Забрал пустой бокал, поцеловал ладони жены, прижал к себе и тихо заметил:

– Он жив, мое сердце. Не печалься. С остальным мы разберемся и справимся.

И столько нежности таилось в этих словах, столько чувств… Мы с отцом Дара встретились взглядами. Тот вздохнул, выпуская жену из объятий. Потом посмотрел на сына и спокойно поинтересовался:

– Иридар, не хочешь наконец объяснить, что происходит? И не надо рассказывать про заговорщиков, которые плетут интриги.

– Не уверен, что тебе понравится ответ, отец, – осторожно ответил Дар.

– Больше всего нам с Изарель не нравится твое недоверие. Какой-то девчонке ты спокойно открываешь свои тайны.

– Чар, опять за свое? Поверь, теперь и я не позволю оскорблять Эль. Как ты уже знаешь… – начал Хартар.

– Ты встал на сторону моего сына? – усмехнулся правитель.

– Чар, – мягко коснулась его плеча Изарель, – Шанлун подтвердила, что у Иридара есть право выбрать любую девушку, чтобы связать с ней судьбу.

– А еще позвольте напомнить, что Эль постоянно спасает вашему сыну жизнь.

– На то, полагаю, есть причины, – уверенно заметил Чариран.

– Дайте угадаю, – не выдержала я, не скрывая ехидства. – Наверное, потому, что в моей крови проснулся дар к охране сокровищ и этим сокровищем вдруг стал ваш сын. Или, может, из-за связи, что наложил хранитель кристалла. А еще я охочусь за титулом, богатством и властью.

Чариран сощурился, а Изарель удивленно приподняла глаза.

– А вам не приходило в голову, что ваш сын нужен мне любым? Без титулов, власти, богатств, магической привязки, воли богов? – я почти рычала, и Дар вдруг обнял меня за плечи и ласково поцеловал в макушку.

– Эль, наверное, стоит пояснить, почему родители так реагируют на мой браслет на твоей руке. Даже несмотря на то, что мне богами предназначена пара, покоя от девиц нет. И в отличие от тебя, мой свет, им нужен не я.

Рыкнула, обернулась, уставилась на дракона. Дар же улыбнулся, никого не стесняясь, провел пальцами по моей щеке.

– Полагаю, нам просто стоит познакомиться поближе, – неожиданно предложила Изарель. – Приглашаем летом погостить во дворце, Эльмира. Я и Чариран.

Интересно, яда подсыплют, спалят или сожрут не глядя меня в этом их дворце те же девицы, что гонялись за Даром?

– Обещаю полную безопасность, – неожиданно заявил Чариран.

– Неужели кто-то смирился с тем, что сын повзрослел и принял собственное решение? – не удержался от подколки Хартар, наливая вина и одним глотком его выпивая.

Правитель Дарранского королевства промолчал.

Я развернулась.

– Спасибо за приглашение, но это лишнее.

– Нет, она еще и отказывается от шанса нам понравиться! – возмутилась Изарель, а Чариран вдруг оказался рядом со мной, оценивающе прошелся взглядом.

– Не думал, что когда-то это скажу, но, кажется, начинаю уважать твою девчонку, Дар. Итак, сын, теперь я хотел бы узнать…

Но договорить он не успел, так как в дверь постучали. Нам принесли ужин. Подождав, пока все расставят на столе, мы с Даром переглянулись и отправились мыть руки. Переодеваться не стали, наши костюмы гребцов выглядели вполне сносно. Надо же, после всех приключений ткань даже не порвалась. Однозначно, подобные чары заслуживают нашего с Даром внимания, иначе одежды не напасешься.

Ели молча, старательно борясь с усталостью.

– Эль, сознайся, сколько раз опять спасла жизнь моему племяннику? – не выдержал Хартар.

Дар хмыкнул, взял мою руку и сосредоточенно стал загибать пальцы, отсчитывая. Я невольно улыбнулась, потеребила его макушку, потом глянула на Хартара и пожала плечами.

Чариран же отложил салфетку, скрестил руки на груди и напомнил:

– Я все еще жду ответа на свой вопрос, сын.

– Артефакт власти разбился, когда на меня напали в лесу по пути в Академию драконов.

– Что? – взревел Чариран, разом теряя свою невозмутимость.

Огненные драконы – они такие… темпераментные. Чтобы выжить, главное – не оказываться на их пути.

Но едва правитель бросился к Дару, как я подскочила, закрыла его собой и моментально сплела сильный щит.

– Впечатляет, – заметил Хартар, спокойно поднимаясь.

Чариран так и замер перед моим носом. И такое выражение лица у него стало… непередаваемое.

– Хартар, она издевается надо мной, что ли? – не утерпел правитель. – Или пытается оскорбить, считая, что я причиню боль единственному сыну?

– Простите, ваше драконье величество, – выпалила я. – Это случайно. От испуга.

– А плетение-то третьего уровня защиты, – заметила Изарель и обернулась к Дару: – Значит, первый артефакт утерян, но второй-то…

– Исчез, мама.

Изарель охнула, неверяще посмотрела на помрачневшего Хартара и сникла.

– Дар, несносный ты мальчишка, почему же не сказал, что в тебе прячется сила артефакта! Ведь больно же…

Чариран не сдержался и от души выругался, а я осторожно сняла защиту. Попыталась сесть обратно, но Дар перехватил, посадил к себе на колени.

– Эль рядом, и этим глушит боль.

Правитель драконов уставился на меня, как-то обреченно выдохнул.

– Что ж, Дар… Надеюсь, ты не ошибся с выбором и потом не станешь жалеть. Раз уж признал сердцем, мы препятствовать не станем. Иногда дороги судьбы непросты, спутаны… Мы примем твою избранницу в род. И будем надеяться, она станет твоей опорой и поддержкой.

Я так удивилась, что не стала этого скрывать. Охнула, вытаращила глаза на отца Дара.

– Боль от магии не способна приглушить ни одна сила. Только пламя в сердце избранницы, если она любит, – тихо пояснил для меня Хартар, и я прикусила губу.

Дар с самого начала это знал и не сказал! Наверняка боялся меня отпугнуть подобной новостью, хотя понял, что влюбилась в него с первого взгляда… Впрочем, есть проблема посерьезнее: быстро изменившееся мнение родителей Иридара. Оно напрягало, заставляло ожидать подвоха и… не верить.

– Какой же у тебя поганый характер, братец, позволь заметить, – заявил ректор.

Чариран мгновенно стиснул кулаки, приподнялся. Глаза его чуть засветились… И все же, пусть и с трудом, он сдержался.

– Я так понимаю, вы ищете части для артефакта, сын? – уточнил отец Дара.

– Добываем. Боги дали разрешение пройти испытания.

– В обмен на… – продолжил Чариран.

– …перевоспитание питомцев Ирилун, – ухмыльнулся Дар и кивком показал на бурундуков, вызывая недоумение отца.

– Вот кого не рекомендую приглашать во дворец, братец. Разнесут по камушку…

Чариран не впечатлился угрозой.

– Звездное серебро у Арилун и слезу богини морей мы с Эль добыли, осталось только пламя древнего дракона.

Изарель ахнула.

– Когда на вас напала обернувшаяся спрутом Лидия, вы переместились в чертоги морской богини? – поинтересовался Хартар.

Дар кивнул и принялся рассказывать, что случилось дальше. Нас расспрашивали долго, уточняли детали, а потом отпустили. Мой принц попрощался с родителями, подхватил подушку со сладко посапывающими бурундуками и потянул меня за собой.

Мы добрались до телепортационной башни, переместились и возле дверей нос к носу столкнулись с Назаром и Таиром.

– А мы чуть было вас не похоронили! – выдохнул огневик.

– Но кое-кому способствовала удача, да? – улыбнулся Таир, сверкая голубыми глазами.

Драконы шагнули к нам и крепко обняли. Переживали они не на шутку, и от этого на душе становилось тепло и радостно. Иногда, потеряв семью, можно обрести еще одну. Так неожиданно случилось и со мной.

– Ну, встречу с родителями Дара я бы не назвала удачей, как и столкновение с Лидией-спрутом. Да и… эммм… какие там по счету морские гонки на драконах были? – уточнила я.

– Три тысячи девятьсот сорок третьи, – отозвался Дар, зевая.

Драконы отступили. Назар удивленно посмотрел на нас, а Таир уточнил:

– Вы шутите?

– Если бы! – выдохнул Дар. – Пойдемте внутрь, расскажем.

На кухне неожиданно обнаружились горячие пирожки. Видимо, Фиона заглянула и оставила. Пока я грела и разливала по чашкам чай, Дар успел рассказать и про нападение во время соревнований гребцов, и отчасти про наши приключения в чертогах сестры Ришлун.

– А кто хоть победил в гонках? – решила уточнить я.

– Да никто, Эль, – пожал плечами Назар. – Когда случился взрыв, многих откинуло волнами. Наверное, были бы жертвы, если бы ректор Хартар так быстро не среагировал. Поднял драконов в воздух, выпихнул на один из полигонов, а сам рванул разбираться… Ну и большинство преподавателей за ним. Когда поняли, что вас нет… Думали, что погибли. Профессор Тарт за твоими родителями полетел, Дар. Ректор Хартар сказал, они не могут перемещаться и использовать магию. Вернее, он не нам это сказал, мы с Таиром просто рядом оказались и услышали.

– Там все сложно, знаешь же, – отмахнулся Дар.

– Нам сказали, что мы отсутствовали пять дней, – начала я.

– Да. Время в чертогах богов течет по-разному. Может как замедляться, так и становиться быстрее. Тут не угадаешь, – пожал плечами Назар, устало потирая лоб. – Даже жаль, что ничем не можем вам помочь.

– Еще как можете. Тренироваться со мной каждый день, – хмыкнул Дар. – Нам с Эль что у Арилун, что у морской богини оказалось непросто…

Я хихикнула. «Непросто», – это не то сказано.

– А уж Шанлун ко мне совсем неблагожелательно настроена. Сильно ей не нравится, что в наследнике Дарранского королевства не проснулась магия огня и есть лишь драконья составляющая. Так что…

– Я тебя понял, тренироваться и тренироваться, – улыбнулся Назар.

Я зевнула. Спать хотелось неимоверно, а не обсуждать тактику. В конце концов, для подготовки к следующему приключению у нас есть еще три месяца.

Вскоре мы распрощались, и Дар, подхватив меня на руки, понес наверх – мыться, переодеваться, забираться в постель. Впрочем, я умудрилась уснуть еще в процессе первого действия. Убаюканная струями воды, лившимися в душе, уютно положив голову на плечо моего дракона.

* * *

Утром нас разбудили Билли и Лили. Удачно разбудили, за четверть часа до начала занятий. О том, как мы с Даром собирались, даже и вспоминать не хотелось. Хорошо хоть, сумки с уложенными учебниками и тетрадями нам принесли бурундуки. Мы же натянули форму, собрали волосы в не очень аккуратные пучки и рванули на занятия.

Опаздывать к профессору Ришту, декану факультетов воздушников, было чревато. Мало того, что схлопочешь наказание, так еще и на тебе проверят прочность охранных и защитных заклинаний.

Ворвались на полигон вместе с ударом колокола, одновременно с открывшимся порталом, из которого появился преподаватель. Группа, с которой мы занимались, дружно охнула. Видимо, слухи, ходившие о нашей смерти, имели особую популярность.

Дар весело ухмыльнулся и тут же встал в строй. Профессор Ришт никак не прокомментировал наше появление и щелкнул пальцами, начиная сверять студентов по спискам.

Через несколько минут он осмотрел нас, чуть наклонив голову.

– Мы изучили ряд защитных заклинаний, которые используются драконами с подчиненной воздушной магией. Это щиты первой и второй категории. К третьей, самой сложной, вернемся, когда вы освоите основные. Также помимо щитов вы ознакомились, в том числе и на практике, с самыми простыми охранными заклинаниями, которые маги и драконы накладывают на свои сокровища и ценности.

– То есть банк ограбить не получится, – заявил Вель со смешком.

– Ловушки там сложные, состоящие из четырехсот плетений разных видов магии, – серьезно заявил профессор Ришт.

Кто-то из адептов тихонько охнул.

– И накладывали их драконы с самым сильным даром по специальности «охрана сокровищ».

Кто бы сомневался!

– Эти месяцы мы посвятим изучению защитных и, если успеем, охранных заклинаний огня первого уровня. Кто ответит, почему огонь в той или иной степени подчиняется всем драконам?

Поднялись руки, и профессор Ришт кивнул Велю.

– Существует поверье, что в каждом из нас есть частица божественной огненной силы, которая позволяет становиться драконом. Первый оборот случается, когда в юном маге происходит сильнейший всплеск эмоций. Он и будит этот огонь.

– Верно. Кто ответит, чем отличается огонь дракона от дара к стихии огня?

– Для нас огонь – внутренняя сила, – отозвался на этот раз Дар, на котором остановился взгляд профессора Ришта. – Часто сила пламени зависит от эмоций. Злость, гнев, ярость, боль рождают разрушающий огонь. Выдержка, радость, счастье, любовь – созидающий.

Профессор Ришт кивну подметил, что сила пламени зависит от многих факторов, а не только от эмоциональности. От внутренней силы. Магического дара. Наследственности.

– Огонь всегда подвижен, динамичен. Существует немало атакующих техник. Защитных плетений гораздо меньше, но именно их мы и будем изучать. Сегодня начнем с простого. Вы прислушаетесь к себе, настроитесь и призовете свое пламя, определяя его силу и цвет.

Я прикусила губу, покосилась на Дара.

– Вопросы?

– От чего зависит цвет пламени, профессор Ришт? – поинтересовалась я.

– У каждого дракона по-разному. У кого-то – от эмоций. В таком случае огонь может быть и ярко-алым, и оранжевым, и черным. У кого-то от света души. Такое пламя всегда белое, очень чистое, хотя и жалит сильнее всех. И, конечно, от магии дракона. Иногда дар к какой-то стихии настолько силен, что пламя может стать голубым или синим.

Хм…

– Когда научитесь выстраивать щиты, устроим дуэли и проверим, насколько они крепки, – закончил профессор Ришт, вызвав небывалый ажиотаж среди драконов.

У Дара так вообще глаза засверкали, отчего хотелось по-доброму улыбнуться.

Профессор Ришт тем временем указал на лежащие неподалеку подушки и велел устраиваться поудобнее, но на значительном расстоянии друг от друга. Стоило это сделать, как перед каждым из нас появилось три предмета: свеча, факел и охапка хвороста.

– Сосредоточьтесь, почувствуйте огонь, зажгите то, что перед вами. Это позволит определить примерный уровень дара. Примерный, потому что огонь в драконе – это то, что может расти и со временем меняться. Я знаю одного мага, который на занятии не смог и свечу зажечь, но, когда ему грозила смерть, смел противника столбом пламени. А есть и такие, у кого пламя гаснет, иногда совсем исчезает, потому что исчезают чувства, этот огонь вызвавшие. Обычно это те, кто черпает силу из эмоций и внутренней силы.

Декан воздушников обошел всех и велел приступать к заданию. Вроде бы ничего сложного. Закрыть глаза, сосредоточиться… Многие уже использовали свое пламя. Я была уверена, что все получится, но все равно волновалась.

Закрыла глаза, ощущая, как огонь бежит внутри меня, отзывается. На ладони вспыхнуло алое пламя, и я зажгла свечу. С факелом возилась чуть дольше, он все время затухал. Дар неожиданно наклонился и поцеловал меня в щеку. У него алое пламя плясало и на свече, и на факеле. После этого прикосновения я успокоилась и призвала огонь. Он вспыхнул белым снопом, рассыпая искры, а мой дракон улыбнулся.

– Всегда думал, Эль, что он в тебе есть. Столько в тебе силы, тепла, чистоты…

– Да и чего еще ждать от той, в ком живет дар богини Ирилун? – хмыкнул сидевший неподалеку Вель.

У него плясали оранжевые язычки пламени на свече и голубые – на факеле, висевшем в полуметре от лица.

Хворост, сколько мы все ни бились, удалось зажечь только двоим: Дару и Анессе.

Профессор Ришт посмотрел на синее пламя моего дракона, плясавшее на дровах.

– Вот обратите внимание: это как раз тот случай, когда магия определенной стихии в драконе очень сильна.

Еще бы! Никто не видел, как Дар плюется под водой синем пламенем. На меня это произвело неизгладимое впечатление.

– А алый огонь всегда связан с эмоциями, причем сразу с двумя: сильной страстью к своей избраннице или яростью.

– В моем случае – первое, – честно сознался Дар, и все одногруппники уставились на меня.

– И судя по цвету пламени адептки Эльмиры, чувство взаимное.

Профессор Ришт подошел ко мне, вгляделся в белый сноп, подтвердил догадку о силе Ирилун в моей крови и пошел дальше по кругу. Черного пламени не было ни у кого, что не могло не радовать.

После этого преподаватель принялся объяснять самое простое защитное плетение огня. При помощи заклинания и жестов активации мы научились создавать подобие полукруглого щита, способного отразить атаку того, кто нападает на нас спереди. Самый сильный в таком случае купол – это когда накладывается десять-двенадцать щитов разом.

К концу занятия я вспотела и жутко проголодалась, поэтому бутерброды, положенные Билли и Лили, пришлись весьма кстати. Съели по пути на другой полигон, успели попросить у Веля конспекты по пропущенным занятиям и узнать домашние задания. Чувствую, в библиотеке мы сегодня будем ночевать.

Профессор Ариара, сверкая золотом на полупрозрачных крыльях, как истинная фея, выпорхнула из перехода, едва прозвучал колокол. Предвкушающе улыбнулась, отчего часть студентов попятилась и явно начала готовиться к побегу. Прошедшие месяцы мы усиленно изучали ядовитые травы и растения разных местностей, причем только те, что попадались часто, а теперь у нас начиналась практика.

Фея даже не стала спрашивать, готовы мы или нет, просто показала на участки. Мы должны были подходить к каждому растению, писать над ним в воздухе название и всевозможные характеристики. Занятие не из легких, потому что большинство растений были опасными. Зазеваешься – вцепится в тебя острым ростком. Или того хуже: цапнет до крови или выплюнет ядовитое облако. Противоядия, конечно, имелись, но воспользоваться ими мы могли только после окончания занятия. В назидание, так сказать…

В общем, к концу этой пытки мы вышли малость покусанные, с прожженными дырами на одежде и облитые всякой гадостью. И не скажешь, что с занятия феи. Хуже было только то, что каждая ошибка влекла вторичное посещение подобного участка. У меня их было четыре, у Дара – две. Полагаю, эти занятия нам запомнятся надолго.

За обедом к нам присоединились Илора, Мари и Дарель. Девушки звали всех на вечеринку, но мы с Даром были вынуждены отказаться. Надо нагонять многие темы, медитировать, тренироваться… Так что, поделившись новостями, отправились на лекции по законодательству и истории магии, а потом, перекусив, в библиотеку, где просидели почти до полуночи.