Глава 43. Её мать, её отец

Когда мне предоставилась возможность взглянуть в зеркало, меня ждал очередной сюрприз. Трудно было сказать, приятный он или нет.

– А что с моими волосами? – спросила из гардеробной, зная, что Диана, находящаяся в спальне, услышит.

В высокой раме из тёмного дерева я видела себя со значительно отросшими волосами. Чёрными волнами они лежали за спиной, опускаясь чуть ниже талии. Никакого синего пигмента не осталось, они выглядели густыми, здоровыми и непривычно естественными для меня, как для той, которая привыкла закрашивать свой натуральный цвет. Впрочем, сейчас он не казался мне таким тёмным, как обычно: он будто чутка посветлел и уходил в каштановый, если покрутиться. Свет переливался на локонах, как на волнах в чистой воде.

Леди Диана появилась в дверях и с лёгкими осуждением скользнула по так и не одевшейся мне. От смущения я тут же скользнула за ширму и начала перебирать полки и вешалки с дорогой одеждой. На качественных тканях Арамуры не экономили.

– Ты побывала в имперских купальнях, и они исцелили тебя физически.

– И потому у меня смылась краска и отросли волосы?

– Вернулись естественный цвет и та длина, которая была бы, если бы организму хватало витаминов, минералов и кислот. События последних месяцев так же не способствовали твоему спокойствию.

Вот, значит, как… Я натянула на себя бельё, широкие тёмно-синие брюки с подтяжками, издалека похожими на сарафан, и рубашку с коротким рукавом и светло-голубыми кружевами. Это было удобно, миленько и в одежде присутствовали цвета клана Арамур, что, я надеялась, продемонстрирует маркграфине, что я выражаю им благодарность.

– То есть эта чудо-вода ещё и драконий парикмахер… При этом с ментальной магией она мне помочь не может.

Диана помрачнела.

– В том и коварство ментальной магии, – она вздохнула и вдруг стушевалась. – Тебе… сильно не нравится твой цвет волос?

По её лицу было видно, что она не хочет слышать положительный ответ. Я понимала, что он её обидит, как женщину, которая долго тосковала по дочери, и помнила её такой, какой родила и воспитывала, хоть она и принимала мою изначальную внешность. Так что…

– Не то чтобы не нравится… В родно… то есть в другом мире мне хотелось как-то выделяться. Зато здесь я могу резко отрастить когти или чешую, если захочу, так что, полагаю, мне больше не нужно краситься? Хех, к тому же, тут есть бытовые заклинания, потому я смогу делать интересные причёски…

Боже, что я несла…

– Может, научите меня? – ладно, вытяну туз из рукава, это предложение должно порадовать маркграфиню.

И моя мама действительно постаралась показать мне что-то интересное, хотя чем больше я смотрела на себя, тем больше склонялась к мнению, что распущенные волосы, подвязанные синей лентой вместо ободка, смотрятся тоже неплохо.

– Адептка Шайнингскотт, задержитесь.

Рано или поздно это должно было произойти, однако Мелисса всё равно вздрогнула, когда в конце лекции её отец попросил её остаться в аудитории. Она наблюдала за тем, как другие адепты собирают свои записи и убегают в столовую, жалея, что у неё нет достаточно искренних и смелых друзей, которые остались бы с ней, которые бы считали её эмоции и поддержали её. Конечно, папа её не растерзает, тем более что она вернула камень. Но всё равно девушку страшно беспокоило то, о чём с ней желает поговорить отец. Не только потому, что от него было тяжело что-то утаить, но и потому, что лорд Шайнингскотт не был любителем праздных разговоров с дочерью. Они случались, разумеется, но девушка просто знала, что сегодня не тот случай.

Когда Мелисса спустилась к отцу с верхних рядов, он произнёс привычным не терпящим возражений тоном:

– Тебе придётся уехать из Подлунья и пожить у русалок.

Девушка уставилась на отца, как на ненормального, её рука дрогнула и сжалась в кулак, прежде чем она смогла спокойно произнести:

– Зачем?

Отцу не понравился её вопрос. Мужчина посмотрел на неё холодно, предупреждая, что лучше не возражать:

– Потому что я хочу, чтобы ты уехала учиться в другое место. Мне нужно ещё что-то пояснять?