Глава 49. Еда стынет

Однако, судя по поведению профессора Шайнингскотта, они пришли куда нужно.

– Прелестная госпожа Амалин, будьте так любезны объяснить, что вы здесь устроили? – обратился мужчина к женщине в изумрудном. – Набеги, грабёж, поджоги, сто лет уклонения от уплаты налогов, разбой на торговой дороге… Создаётся ощущение, что вы тянете жребий, как же вам набедокурить сегодня.

Госпожа Амалин медленно обернулась к мужчине. Её глаза в тени казались полностью чёрными, без белка, что придавало женщине жутковатый вид.

– Крайне невежливо начинать допрос, пока еда стынет, – упрекнула она профессора. – Если вы не голодны, лорд Шайнингскотт, то позаботьтесь хотя бы о своих адептках. Они на вид такие щупленькие, что мои ребята смогут согнуть их, как алюминиевые ложки. Вы пытаетесь надавить нам на жалость?

Профессор и госпожа с портрета казались если не приятелями, то чуть ближе, чем незнакомцами.

Лоре стало некомфортно от сравнения с дешёвым столовым прибором, и она удержала себя от того, чтобы вцепиться в рукав лорда Шайнингскотта. Её беспокойство не осталось незамеченным – госпожа Амалин сощурила зоркий глаз.

– Деточки, миленькие, не оставите ли взрослых ненадолго? – ласково обратилась она к Лоре и Лиззи. – Сегодня у нас замечательный цыплёнок, мальчики отдадут вам лучшую его часть, правда, мальчики? Вы ведь позаботитесь о наших гостьях?

Её внимание перешло к мальчишкам, которые будто только и ждали команды. Уже знакомый Шлёсс ребёнок в сопровождении другого мальчонки уволок Лиззи, а затем и её к столу, где им отодвинули удобные стулья с мягкими подушками, и начали накладывать на тарелки всего да побольше: картофель, куриные ножки, подливу, овощной салат…

– Как на убой кормят, – Лора глядела на золотую тарелку, где даже горошине было не упасть.

Лиззи склонилась к её уху и прошептала:

– А может, так и есть? Вспомни, где мы находимся.

У хозяев дома был отличный слух.

– Только ведьмы и русалки страдают подобным варварством! – выругался мужчина в красном, ровесник госпожи Амалин. Его седая борода и фигура делали его похожим на Санту, и Лора с тоской подумала о доме. Пусть её жизнь там была неидеальной, финансы не позволяли стать студенткой, а всё же, бывало, накатывала тоска по каким-то образам, местам, вроде поездки с семьёй на Аляску.

– А как же драконы? – спросила молодая женщина, в том же оттенке красного, с маленьким ребёнком на руках. – От этих ящериц тоже жди беды, папенька.

Попаданки сжались. Им вбили в голову: драконы заправляют в Подлунье всем. Какие же у них отношения с гоблинами и этой семьёй, в частности, если за столом ведутся такие разговоры?

– У них, по крайней мере, есть вкус в одежде, – сказал мужчина так, будто это оправдывало любые драконьи деяния. – И в красавицах, – он подмигнул адепткам.

Лора ойкнула и опустила взгляд в тарелку. Она ойкнула ещё раз, когда увидела, что вилка подпрыгивает рядом с её рукой, зачарованная, и так и просится в ладонь.

– Вот так-то! – услышала она похвалу от дедушки. Оказывается, пока Лора удивлялась, Лиззи приступила к картошке и сейчас уплетала за обе щёки.

– Шфто? – почувствовала она себе взгляд подруги. – Эфо офень вкуффно.

Вместо того, чтобы отругать однокурсницу, что она говорит с набитым ртом, женщина в красном умилилась:

– Таким и должен быть здоровый аппетит. Кушай, девочка, мои сыновья положат добавки, если захочешь.

Казалось бы, какая с такой порцией может быть добавка, но тарелка Адамс опустевала быстро. Шлёсс не хотела терять профессора из виду, но стоило ей с осторожностью положить на язык молодой картофель, как она поняла, что с едой кое-что не так. Точнее, что с ней очень даже так: она насыщала её магически. Девушка чувствовала, как с каждым прожёванным кусочком становилась сильнее, как нити внутри неё укреплялись. Пожалуй, если бы есть здесь было опасно, лорд Винсент давно бы их уже остановил? Но он позволяет их угощать, значит…

– Кушайте-кушайте, не оглядывайтесь на этого невоспитанного лордишку, – рядом с ними присела ещё одна пожилая женщина с картины, в красном, как и мужчина за столом. – Вы с какого курса, деточки?

– С первого, – ответила Лора, по правую руку от которой расположилась женщина.

Доброе лицо старушки на мгновение исказилось гневом, и тогда Шлёсс поверила, что она отнюдь не так проста, как кажется на первый взгляд.

– Вы поглядите, они посмели прислать первокурсниц! Думают, что мы их не тронем! – всплеснула руками женщина.