Глава 52. Не всё в порядке в русальем королевстве
О Мелиссе можно было сказать много вещей: заносчивая, высокомерная, грубая, жестокая, несправедливая, неуверенная или чересчур уверенная, каждое применимо в зависимости от обстоятельств, главным из которых был её собеседник. Но какой её точно нельзя было назвать, так это проглатывающей неуважение и обиду.
– Отпустите меня, – отчеканила леди Шайнингскотт, глядя на оплетающие её пальцы. – Я ничего вам не скажу, пока вы позволяете себе подобное.
Русалка неохотно подчинилась, и Мелисса потёрла больное место.
– Откуда вы об этом знаете? – спросила девушка. – Почему вас так интересуют дела поверхности? Если только…
Мелисса прищурилась. В её голове промелькнули образы, которых она прежде не видела. Приятного в них было мало: в воду с корабля сбрасывали изувеченные трупы. Неуверенная, когда это происходило, девушка бы сказала, что это недалёкое будущее, ведь обычно она видела именно его. Только вот корабль, стоило ей сосредоточиться не видении сильнее, был знаком – тот самый портовый призрак, который «Гарпии» исследовали совсем недавно.
– Скольких уже сбросили к вам в воды? – задала Мелисса вопрос скорее себе, чем русалке, но женщина ответила ей.
– Достаточно, чтобы беспокоиться. И не все из тех, кто попали к нам на дно, были людьми.
Да, Мелисса уже видела это, как если бы сама присутствовала: монстры, куча монстров, которых русалки сражали длинными копьями. Девушка вздрогнула, когда поняла, что видит себя, без хвоста, среди сражающихся.
– На вас нападут. Скоро, – с ужасом заключила Шайнингскотт. – Твари, которых сбрасывали до этого.
– И мы победим?
Мелисса попыталась увидеть, но не смогла. Её не пускало. А когда она задействовала все свои магические ресурсы, сплела столько нитей, что закружилась голова, то…
– Кгха!!! – с криком, Мелисса схватилась за живот и рухнула на землю. Боль отнимала воздух из лёгких, она тряслась, картинки событий перемешались в неразборчивую кашу. Так продолжалось до тех пор, пока прохладные пальцы не зафиксировали её голову на месте, девушке нажимали на виски. Замдекана безжалостно стискивала её голову, пока одна боль не вытеснила другую. Мелисса снова потребовала её отпустить.
– Ну? – спросила мадам Лирия.
– Я не знаю, – тряхнула волосами Шайнингскотт. – Не знаю.
Конечно же, русалка осталась недовольна её ответом, но большего Мелисса ей дать не могла.
– Идёмте, адептка Шайнингскотт. После такого напряжения вам нужно как следует подкрепиться. Я надеюсь, если вы увидите что-нибудь ещё, вы тут же нам сообщите?
Это был не вопрос. Утверждение, которому лишь слегка придали вопросительную интонацию.
– Всенепременно, – согласилась Мелисса.
Девушка смолчала только об одном: кажется, в ближайшем будущем, если она что-то не сделает, то умрёт. Вот что означала её боль, её размытые образы: её ранят в живот, что кончится для девушки плачевно. И пока этого не произошло, нужно было разобраться в собственных видениях.
Подводная академия представляла из себя сплетение кремовых коридоров, с окаменелостями внутри колонн, поддерживающих крышу, драгоценными камнями и ракушками с магическими огнями внутри в качестве светильников, а ещё сверкающими чешуйками высоко под потолком, образующими драконьи фигуры. В большом зале, кроющемся за длинным коридором, связывающим зал со спуском с основной академией, на стенах висели гирлянды из зубов и многочисленные переливающиеся плащи.
Здесь не было лестниц, но все помещения располагались на одном уровне. Можно было либо плутать по коридорам, чтобы попасть, куда нужно, либо сокращать дорогу и плыть. Поскольку плыла Мелисса бы медленнее, чем шла, мадам Лирия вела её длинным путём. Они были уже практически в столовой, когда русалка сказала:
– Вы хотели попробовать приготовленное по-уличному крабовое мясо? Вам повезло – оно сегодня на ужин.
Мелисса не могла ей что-то ответить, даже удивиться, что её действительно решили сначала покормить после магического припадка, только потом выдавать расписание и прочее: она уставилась на девушку, спешащую куда-то с подносом. Та, кто должна была быть незнакомкой, выглядела точь-в-точь как спасённая с корабля Ноэль Сервалин.