Глава 4, в которой Виктор познаёт все прелести истинной любви

Комната была залита дневным светом, проникавшим сквозь широкое окно. Тонкие занавеси немного приглушали яркий свет и зелень деревьев, росших в саду. Лекарь стоял посреди спальни с абсолютно непререкаемым видом. Он был человеком неопределённого возраста, с лицом, изборождённым морщинами. Седые волосы коротко стрижены. Глубоко посаженные глаза, глядевшие на Виктора из-под кустистых бровей, излучали вселенское спокойствие и проницательность. Терпеливое безмолвие лекаря говорило о том, что таких капризных и упрямых пациентов, как Виктор, в день у него бывает по несколько штук. И всё равно исход у всех бунтарей один и тот же: им приходится соглашаться даже на самые неприятные процедуры. – Вы можете отказываться сколько угодно, но мне платит ваш отец. Это последнее испытание. Мне важно удостовериться в том, что я прав и с вас всё-таки сняли блок. Это очень серьёзно, господин Орлов. Виктору совершенно не хотелось, чтобы кто-то ковырялся в его энергетических потоках, пока он спит. – Вам придётся согласиться, – добавил Роман. – Ваш отец должен вернуться домой с минуты на минуту, и пока он точно не будет знать, что с вами, в Академию вы не вернётесь. Секретарь умел убеждать. Виктор пронзил его бунтарским взглядом, но решил подчиниться. – Тогда я вернусь в Академию завтра утром. Я устал сидеть в четырёх стенах. – Мы предвидели это. Ваш отец был заранее согласен, на ваше скорейшее возвращение в Академию. – Как будто он волен меня запереть, – проворчал Виктор. – Я это сделаю только ради его спокойствия. – Я вас не оставлю без присмотра ни на минуту, – заверил Виктора Роман. Виктор выпил микстуру, имевшую такой премерзкий вкус, что у него невольно создалось впечатление, что лекарь собрался его отравить. Затем он лёг на кровать, чувствуя лёгкое головокружение. Веки почти сразу отяжелели, он почувствовал, как прохладные пальцы лекаря коснулись его лба. Виктор погрузился в глубокий сон. Перед его мысленным взором вновь возникла девушка, стоящая у окна. Её силуэт был окутан мягким сиянием, словно освещённый изнутри. Длинные тёмные волосы спадали волнами по её спине. Она повернулась к нему и что-то сказала. Виктор жадно всматривался, пытаясь разглядеть её черты, но они оставались расплывчатыми, скрытыми от его взгляда. Он знал, что эта незнакомка – его судьба. Ощущение гармонии и глубокого покоя наполняло его сердце, когда он смотрел на неё. Виктор опустил взгляд на свои руки и заметил, что держит заколку для волос. Она была изящной, с тонким стержнем, напоминающим волшебную палочку. Конец украшала красная кисточка, висевшая на коротком шнуре. Виктор осторожно провёл пальцами по заколке, осознавая, что этот предмет принадлежит незнакомке. Затаив дыхание, Виктор протянул заколку, желая положить её в раскрытую ладонь девушки. Но в этот момент её образ начал таять, растворяясь в сияющем свете. Виктор протянул руку, пытаясь удержать её, но она ускользнула, оставив после себя лишь ощущение невыносимой пустоты. Сон постепенно таял, Виктор медленно открыл глаза. С трудом сфокусировав взгляд, он увидел Романа, сидевшего в кресле. Секретарь читал газету и не сразу заметил, что его подопечный пришёл в себя. Он шумно вздохнул и сказал: – Ваш отец прибыл домой час назад. – Сколько я спал? – спросил Виктор осипшим голосом. – Три часа. Даже чуть больше. Мне приказано сопроводить вас в кабинет хозяина, как только вы проснётесь. Виктор еле встал с кровати. Действие зелья ещё не закончилось и ему пришлось двигаться гораздо медленнее, чем обычно. – Ненавижу всё это, – пробормотал Виктор, пытаясь побороть зевок. – Лекарь оставил вам ещё один пузырёк на случай, если ночью с вами случится бессонница. Виктора передёрнуло от отвращения. – Надеюсь, он мне не понадобится. – Всё может быть. Они пошли по коридору. Подойдя к массивной двери кабинета, секретарь постучал и, дождавшись разрешения, ввёл Виктора внутрь. Отец сидел за столом, хмуро глядя на сына. Его лицо было напряжено, а взгляд суров. Белоснежные волосы были тщательно зачёсаны назад, открывая высокий лоб и резкие черты лица. Тонкие, поджатые губы и глубокие морщины на лбу говорили о его привычке хмуриться и выражать неудовольствие. Каждое его движение было сдержанным и выверенным, подчёркивавшим его силу и власть. – Ты знаешь, зачем я тебя вызвал? – холодно спросил отец, не сводя с Виктора пристального взгляда. Виктор почувствовал, как внутри него нарастает тревога, но одёрнул себя. Он понял, что предстоит серьёзный разговор, и приготовился выслушать очередные гневные и несправедливые упрёки. Привычное дело. – Буду признателен, если вы посвятите меня, – ответил он, стараясь сдержать дерзость, прорвавшуюся в тон голоса. – Лекарь подтвердил, что эта, – отец явно сдержал рвущееся с уст ругательство. – Что любовное зелье Николь каким-то образом сняло с тебя блок. Ты понимаешь, чем нам это грозит? Виктор вздёрнул бровь. – Понятия не имею, чем моя истинная пара угрожает тебе. – Значит, ты непроходимо глуп! Ею может оказаться обычный человек! Или, например, девушка из семьи наших конкурентов. Ты понимаешь, какую власть они будут иметь над тобой?! Виктор знал, что в словах отца всегда есть истина. Жестокая и неприглядная. Он и сам сомневался в том, что хотел бы встретить ту самую девушку когда-нибудь. Слишком уж уязвимым сделала бы его эта любовь. – И какую же власть получит моя потенциальная истинная? Насколько я знаю, она полюбит меня так сильно, как и я её. Романтика, да и только. Издевательский тон Виктора не возымел никакого эффекта. Отец громко и зло рассмеялся. – Возьми прочитай, пожалуйста, – он развернул книгу, которая лежала перед ним на столе, и подтолкнул её к Виктору. – Это мне принёс сегодня наш лекарь. Я уже ознакомился с нюансами истинной любви. Непросто так драконам сразу после рождения блокируют эту особенность нашей расы. Читай. Виктор повиновался. Он подтянул к себе довольно громоздкий фолиант. Нужная страница была заложена закладкой. Виктор осторожно провёл пальцами по потрёпанному переплёту довольно старой книги, которую держал в руках и начал читать нужную главу. “Истинная любовь есть союз двух родственных душ, предначертанный самим Творцом. Лишь те, чьи сердца бьются в унисон, могут познать истинное блаженство единения", – гласило начало трактата. Дальше рисовалась идиллическая картина истинной любви: “Издревле драконы испытывали особое притяжение к особям противоположного пола. Этот древний инстинкт позволял найти идеальную пару для рождения сильного и магически одарённого потомства. Многие философы и учёные обращались к этой сокровенной теме, стремясь раскрыть её глубинную сущность. В результате этих изысканий был сформулирован концепт "истинных пар" – союзов, предопределённых самой природой. Согласно древним учениям, истинные пары представляют собой родственные души, чьи сердца бьются в унисон. Они связаны невидимыми нитями, восходящими к самому Творцу. Лишь такие союзы способны обрести подлинное, гармоничное единение, превосходящее простое физическое влечение. Истинные пары связаны невидимыми энергетическими узами, резонирующими на тонком, магическом уровне…” Виктор дочитал вступление и поднял на отца глаза. – Читай дальше. Там описывается то, из-за чего наш народ придумал ставить блоки. Подавив желание страдальчески вздохнуть, Виктор продолжил чтение. Строки трактата стали походить на приговор, когда он дочитал до главного: “Трактат об истинных парах: предостережения и опасности, “ – гласил подзаголовок. “Несмотря на глубинную магию истинной любви, следует с осторожностью относиться к этому дару. Ибо в нём таятся серьёзные риски и потенциальные опасности для дракона. Например, убеждённость в том, что существует единственно верная "истинная пара", предопределённая свыше, может привести к тому, что дракон так никогда не создаст семью. Ведь далеко не каждому дано встретить на жизненном пути свою "вторую половинку", что может вызвать чувство неполноценности и неудовлетворённости. Это чревато одиночеством. Следует также помнить, что концепт "истинной пары" может провоцировать нездоровую одержимость и зависимость в отношениях. Дракон, полностью растворяющийся в другом индивиде, рискует потерять собственную идентичность и способность к рациональному мышлению…” Но Виктору больше всего не понравилась читать часть про блоки. “.... Поэтому драконы издревле практикуют намеренное блокирование способности распознавать "истинные пары". Наличие подобных магических "блоков" препятствует драконам осознать, что они предназначены друг другу свыше. Однако такое вмешательство в естественный ход событий представляется крайне опасным, так как драконы утратили способность оборачиваться. Если истинные длительное время общаются, то эти блоки могут со временем рассеяться сами собой, позволяя драконам распознать друг друга. Существует опасность, что один из партнёров изначально может не осознать, что перед ним "родственная душа" – например, из-за влюблённости в другого разумного или из-за различий в расовой принадлежности, то второй, скорее всего, сойдёт с ума из-за неразделённой любви. Или же, против такого дракона могут использоваться манипулятивные техники, нацеленные на подчинение воли…” Дальше Виктор читать не стал. Судя по проклятию Николь, ему светило именно такое будущее, если он встретит девушку из сна. Истинность без взаимности и дальнейшее сумасшествие. Отец молчал, давая Виктору возможность обдумать эту информацию. – И что ты предлагаешь? – спросил его Виктор, после недолгих раздумий. – Вот это, – отец протянул ему квадратную коробочку из отполированного дерева. – Этот амулет называется "Завеса Сокрытия". Носи его не снимая. Виктор открыл коробку.  На красной бархатной подушке лежал овальный медальон, отлитый из тёмного, почти чёрного металла. На его поверхности были выгравированы причудливые символы. В центре располагался камень насыщенного фиолетового цвета. Он излучал тусклое, еле уловимое сияние. – Благодарю, отец, – сказал Виктор, надев на шею медальон. – Могу я завтра вернуться в Академию. – Полагаю, что теперь да. Вечером Виктору пришлось всё же выпить мерзкую микстуру, потому что сон никак не шёл. В Академию он хотел приехать пораньше бодрым и отдохнувшим. А ещё он хотел проверить, увидит ли он во сне силуэт той незнакомки. Ему ничего не приснилось. Виктор остановился у доски с расписанием и нашёл нужную графу. С утра у всего курса было объединённое занятие по спортивной и военной подготовке. Он пошёл в свою комнату по пустым коридорам Академии. Был ранний час, практически все спали. Он увидел, как пара студентов прошмыгнула мимо него в сторону общежития. Жизнь всё же кипела ключом. Дойдя до поворота в женское общежитие, Виктор немного задержался и заглянул в пустой и тихий коридор. Дверь в комнату мелкой Винтер, как всегда, была плотно прикрыта. Совсем скоро он увидит милую, недовольную и заспанную мордочку Алисы, которая терпеть не могла весь этот спорт. Каждое лето он скучал по перепалкам с этой девчонкой. Что не удивительно. Он, если вспомнить кого ему во время праздника показало зеркало, испытывал к ней лёгкую влюблённость. Отца бы удар хватил, если бы он узнал о невинном увлечении сына. Поправив сумку с вещами на плече, Виктор отправился дальше. Его соседи по комнате спали. Виктор тихо вошёл и начал готовиться к занятиям. Приятели взяли для него учебники и сложили их в две неаккуратные стопки на книжной полке. Пришлось выуживать из них нужные книги. – Вик? – Гаспар оторвал взлохмаченную, светловолосую голову от подушки. – Ты вернулся? – Как видишь. – Слушайте, дайте поспать, – пробормотал Джулиан и накрыл голову одеялом, чтобы заглушить звуки острожной возни. – Я тоже очень рад тебя видеть. Виктор стал тихо раскладывать свои вещи. Гаспар ушёл в ванную комнату, захватив с собой полотенце. Вскоре послышался приглушённый плеск воды. – Боги! – страдальчески простонал из-под одеяла Джулиан. – После общежития, я больше ни с кем и никогда не буду делить свою спальню. – А как же жена? Ты примешь обет безбрачия? – Виктор повернулся к кровати приятеля. Тот утянул под одеяло свою подушку. – Я выделю ей отдельную спальню! Из коридора послышался громкий хлопок закрываемой двери. Потом ещё один. Кто громко прошлёпал мимо их комнаты. Народ потихоньку просыпался. Через несколько минут из ванны бодрой походкой вышел Гаспар. – Наш Джулл почти до утра где-то и с кем-то пропадал, – сообщил он Виктору, не пытаясь сделать свой тон потише. – А ты, как всегда, завидуешь, – Джулиан всё же откинул одеяло. – Я вот что подумал. Может быть, подцепить какую-нибудь умную девушку в последний год обучения? Как это сделал Рафаэль из факультета волшебных палочек? Виктор на мгновение замер. Потом механически повернулся к приятелю, подозревая, что услышит дальше. Однако Джулиан не стал развивать свою мысль. Он встал, потянулся и начал искать своё полотенце в ворохе одежды, сваленной на стуле. Постаравшись придать голосу как можно более равнодушный тон, Виктор спросил: – Что сделал Рафаэль? – Подцепил Винтер. Ходит с ней в библиотеку, в сад… Везде. Дарит цветочки и говорит комплименты, пока девчонка трудится над дипломным проектом. Эх! Мне бы так! – Но вроде они всегда были вместе, – поддержал разговор Гаспар. – Гас, я давно присматриваюсь к Винтер. Она красивая и умная. И только с этими тремя уродами дружила. Но эльфа и гнома, Раф оттёр от неё подальше, при этом тайно крутит роман с одной малышкой из лекарского. Виктор отвернулся и продолжил складывать свою одежду в шкаф, чтобы скрыть неконтролируемую злость, охватившую его настолько сильно, что даже медальон нагрелся. Перед глазами встала непрошенная картинка: Алиса и слизняк Рафаэль в укромном месте в саду Академии. Он тянет к ней слюнявые губы, чтобы поцеловать. Его передёрнуло от отвращения. Придётся очень постараться, чтобы не прибить этого человека при встрече. Джулиан наконец-то выудил полотенце, уронив половину вещей на пол. Посмотрел и понюхал его. – Надо будет сходить в прачечную сегодня. Не подскажете, кто из девчонок на нашем факультете сможет написать дипломный проект? Никогда толком не обращал на заучек внимания. – У нас почти нет девушек. А самая умная из них уже давно встречается со мной, – сообщил Гаспар. Парни собрались достаточно быстро. Вместе они решили спуститься в столовую. Виктор украдкой всматривался в толпу, чтобы увидеть Алису. Он заметил её в самом конце столовой. Она обложилась учебниками и что-то внимательно читала, завтрак ей принёс Рафаэль. Гарик и Йосэф присели рядом. Они склонились над какими-то записями, совершенно забыв о том, что у них на тарелках стынет еда. Гарик что-то быстро записал к себе в блокнот, Йосэф хватил одну из толстенных книг, нашёл нужную страницу и стал читать, рассеянно жуя бутерброд. Только Рафаэль почти не участвовал в общей суматохе. Он положил пару листочков к себе в сумку и чмокнул Алису в макушку. Она счастливо улыбнулась. – Виктор! – окликнул его знакомый девичий голос. – Ты вернулся. Николь подошла к нему и бросилась на шею. Он хотел было аккуратно отодвинуть наглую девицу от себя, но передумал, увидев, что Алиса обратила на них своё внимание. – Да. Ты заставила меня понервничать, – улыбнулся он. Николь немного покраснела, невинно опустила взгляд и зашептала ему на ухо: – Прости меня, пожалуйста, Виктор. Я так вспылила. Очень жалею о… Виктору очень хотелось устроить наглой девице воспитательную взбучку, но пришлось придушить в себе это желание. Он сделал небольшой шаг назад, чтобы оказаться от девушки на более приличном расстоянии. – Не надо. Забыли. Тем более что я знаю о наказании. – Да, я осталась без карманных денег и была под домашним арестом до конца лета. Виктор… Я бы хотела, чтобы ты передумал и твоё предложение о дружбе было в силе. Но я пойму, если… – Николь, если тебе будет что-то нужно, то я помогу, но не более. Девушка в притворной обиде надула губки: – Нельзя быть таким злопамятным, Виктор. Давай начнём всё сначала? Николь снова шагнула к нему, доверчиво заглядывая в глаза. Виктор очередной раз подивился полному отсутствию совести у неё. Ведь по факту она знает, какую проблему ему организовала, но её это ничуть не смущает. – Прости, но мне пора. Я передумал завтракать. Увидимся на площадке. Алиса в окружении своих друзей тоже собралась на занятие по физической подготовке. Они встали и, собрав учебники, заторопились к выходу. Виктор не стал завтракать и пошёл на поле в гордом одиночестве. Стадион, вопреки ожиданию Виктора, не был залит ярким солнечным светом. Утро, пару часов назад украшенное голубым небом, по которому лениво плыли пушистые белые облака, решило поменять своё настроение и нависло над Академией хмурым тяжёлым куполом. Тучи в любой момент грозили пролиться на землю беспощадным дождём. Прохладный ветер трепал одежду Виктора. Некоторые студенты зябко ёжились. – Прекрасная погода для тренировки! – профессор Риччи, был полон энтузиазма и совершенно не обращал внимания на кислые лица своих подопечных. Несмотря на достаточно солидный возраст, профессор выглядел поразительно молодо. Высокий, подтянутый мужчина с волевым подбородком никогда не обращал внимания на такие мелочи, как разыгравшаяся погода. Все девушки привычно выстроились на беговой дорожке. Виктор краем глаза заметил, что Алиса так и не рассталась со своей сумкой, в которой таскала учебники. Ветер играл её волосами, создавая девушке определённые неудобства. Ей всё время приходилось убирать их с лица. Виктору безумно нравилось, как её тёмные кудри колыхались в такт порывам расшалившейся стихии. Странно, что его симпатия к ней не пропала. Виктор надеялся, что проклятье Николь хоть в этом вопросе сработает на пользу. Нельзя симпатизировать недругам своей семьи. Теперь он острее почувствовал вину перед отцом, потому что его отношение к этой девушке попахивало предательством. Виктор прикрыл глаза и постарался внушить себе, что этой девушки не существует. Он решил избавиться от дурной привычки выискивать её взглядом в толпе. – Внимание! – зычно крикнул профессор. – В этом году мы не будем соревноваться в командной игре “Всполох” между Академиями магии! Народ, услышав новость, заволновался. – Как так? – возмутился кто-то из сокурсников. – Тихо! Я не говорил, что соревнований не будет вообще. Факультетские команды продолжат тренировки и проведут несколько небольших товарищеских встреч. Но главное! Мы будем играть против Академии магических искусств. Нам повезло! Соревнование состоится на нашей территории! А потом будет бал. Профессор поморщился, а девчонки заверещали, выражая свой восторг. Алиса устремила меланхоличный взгляд в серое небо, всем видом показывая, что она не интересуется такой чепухой, как спортивные соревнования и балы. Виктор отвернулся, стараясь задавить в себе желание смотреть на неё. Ему даже захотелось быстрее встретить ту незнакомку, которую всё время видел во сне. – Нам надо победить. Наши девочки любят чемпионов! – подзадорил своих потенциальных игроков профессор. – Ты слышал, Вик? – внезапно заорал ему в ухо Джулиан. – Девушки любят чемпионов. Он задорно подмигнул небольшой стайке студенток и поймал несколько милых ответных улыбок. – Да. Прекрасно. Алиса посмотрела на Виктора, презрительно фыркнула и отвела взгляд. – Что с тобой происходит? Мы должны там участвовать. Перед глазами Виктора пронеслись вдохновляющие картинки: он капитан команды и держит кубок, а в ликующей толпе чётко выделяется лицо Алисы, она смотрит на него восхищёнными и влюблёнными глазами. – Я думаю, что профессор Риччи уже составил список. Послушаем, что он скажет. Но сам не хотел бы участвовать в этом. У нас на носу диплом. – Когда ты стал таким занудой? Виктор пожал плечами и подумал, что с тех пор как отец отказался от участия в проекте, где одним из соучредителей выступил господин Винтер. Они не были конкурентами и всегда избегали по возможности друг друга, чтобы не доводить дела до скандала. К своему удовольствию, Виктор оказался прав. Профессор достал из кармана помятый лист бумаги, развернул его и стал читать: – Все вы очень скоро должны получить разрешение на ношение волшебных палочек, поэтому на игры допустили только выпускников академий, – он обвёл толпу студентов многозначительным взглядом. – Я выбрал самых толковых из вас. – Спорим, он не включил в свой список избранных ни одной девушки? – шепнул Джулиан. Все знали, что профессор Риччи считал слабый пол действительно слабым и непригодным для серьёзных соревнований. Поэтому он не уделял девушкам практически никакого внимания на своих занятиях, заставляя их просто бегать вокруг стадиона. Во время дождя он, заботясь об их хрупком здоровье, загонял в тёплый зал. Девушки были ему благодарны. Джулиан оказался прав. Профессор Риччи огласил список из сильнейших своих учеников из разных факультетов: – Виктор Орлов! Рафаэль Капрай! Джулиан Монтклер! Гаспар Ламонт! И Гарик Петрос! Я выбрал вас. Возражения не принимаются. Встаньте сюда. Вы будете тренироваться отдельно от всех. Они небольшой группой встали рядом с профессором Риччи. Тот отправил почти весь курс на турники, чтобы не мешали ему, а затем повернулся к своим главным подопечным. – Каждому из вас необходимо обзавестись волшебной палочкой хорошего качества. У кого она уже есть? Виктор поднял руку. Рафаэль и Гарик тоже, что неудивительно. Они оба были довольно хорошими артефакторами. – Неплохо! – одобрительно кивнул профессор. – Вы должны принести свои палочки в ближайшее время для проверки, а вы двое обзаведитесь нормальным инструментом. Те палочки, что есть в Академии никуда не годятся. Потом он повернулся к девушкам и скомандовал: – Итак, старушки. Шагом марш три раза вокруг стадиона. Шустрее! Шустрее! Девчонки удручённо потопали в указанном направлении. Алиса повернулась к профессору так, чтобы он не заметил, как она уволокла с собой сумку. Волосы её совсем растрепались. Она пыталась на ходу собрать их в пучок. Виктор, одёрнув себя, отвернулся. Последний год. Никаких глупых влюблённостей в неподходящих девушек. Он решил потратить все свои силы на учёбу. И игнорировать мелкую Винтер. – Капитаном команды я назначаю, – взгляд профессора Риччи прошёлся по команде, на мгновение остановившись на Рафаэле. Тот мгновенно раздулся от собственной важности, но его тут же настигло разочарование. – Виктора Орлова. Рафаэль бросил на него полный ненависти и зависти взгляд. – А теперь возьмите инструменты и бегом тренироваться. Гарик и остальные парни, пошли выбирать себе подходящие палочки из всей той рухляди, что предлагала им Академия. Профессор очень прозорливо проступил, набрав в команду выпускников. У них инструменты были качественные и, главное, свои. Виктор дождался, когда все отошли от небольшого сундучка, и стал спокойно искать себе подходящую волшебную палочку из оставшихся. К Виктору, перебиравшему палочки, присоединился Рафаэль. – Терпеть не могу чужие обноски, – ворчал он, брезгливо рассматривая одну из палочек. – Слышал? Будет бал. Хороший повод пригласить девушку на свидание с продолжением. Как ты думаешь, Орлов? Виктор не поддался на провокацию, спокойно выудил из вороха отчасти целую палочку и передал весь короб Рафу. – Почему я вообще должен думать о твоих планах? – Потому что я много раз видел, как ты смотришь на мою девушку. Я в курсе, о конфликте ваших семей. И знаешь, что самое прекрасное? После бала Алиса навсегда станет моей, если, конечно, я не передумаю. Тогда ты сможешь подобрать её. С подмоченной репутацией она вряд ли сгодится на что-то большее. Рафаэль самодовольно ухмыльнулся. Виктор почувствовал, что перестал контролировать себя. От ярости у него перехватило дыхание. Он резко взмахнул палочкой. Раздался треск, и Рафаэль упал навзничь, придавленный к земле невидимой силой. Парень явно не мог пошевелиться и даже сделать вдох. На Виктора вдруг нахлынуло абсолютное спокойствие. Он понял, что в данный момент мог бы хладнокровно прихлопнуть этого подлого слизняка. Виктор присел рядом с ним на корточки и произнёс: – Ты для неё не просто парень, а друг. Мне жаль, что Винтер совершенно не разбирается в людях. Хотя она, скорее всего, верит в твою порядочность только лишь потому, что ты спас её сестру. Точнее, присвоил себе чужую заслугу. Попробуй только причинить ей вред… Рафаэль в ужасе стал скрести пальцами по траве. Виктор взмахнул палочкой, убирая блокаду. – Ребята, – профессор Риччи заметил, что Виктор и Рафаэль на грани драки. – У вас всё в порядке? – Да, – ответил ему Виктор. – Я лишь немного опробовал волшебную палочку. Прекрасно работает. – Рафаэль, встаньте и соберите палочки. Сейчас мы будем отрабатывать нужные комбинации заклинаний. Вы все должны пройти полосу препятствий. Пока без дуэлей, – профессор предупреждающе посмотрел на Рафаэля и Виктора. – Начали! Тренировка проходила в абсолютно беспощадном режиме. Всё-таки профессор Риччи оказался прав. Погода для занятия оказалась отличной. Прохладный ветерок приносил настоящее облегчение, когда обдувал разгорячённое от физической нагрузки тело. Виктор надеялся, что такая погода будет сопровождать их тренировки вечно. Девочки заходили на второй круг. Алиса удручённо плелась в самом хвосте. Мимо виска Виктора пронеслась огненная вспышка. Раф всё же попытался достать его, улучив момент. Виктор послал ему многообещающую улыбку. – Не зевай, Вик! – крикнул Джулиан, предупреждающе посмотрев на Рафаэля. Профессор отпустил их только через пару часов. Под конец все были так вымотаны, что еле волочили ноги, когда уходили с поля. – Весь мой род за всю жизнь столько не бегал, сколько я сегодня! – Гарик обессиленно лёг на траву после окончания экзекуции. – Вы только посмотрите туда! В этом небе отражается состояние моей горемычной души! Йосэф подошёл к своему другу и помог встать, подав ему руку. – Хватит страдать, обед пропустишь! Гарика слово “обед” явно воодушевило. – Ты, друг, знаешь, как вернуть меня к жизни. Вот почему на лекаря не пошёл учиться, а? Рафаэль, брат, ты видишь этого эльфа? Он самый везучий из нас. Тёмное око профессора проскользнуло мимо него! Он не просто эльф. Он эльф–невидимка! Йосэф грустно вздохнул. – Вот как раз это мы можем обсудить. Быть в списках героев нашей Академии и при этом не рисковать ничем, кроме одышки – это же чистая удача! Гарик, мне кажется, что наша с тобой зависть абсолютно взаимна. Виктор хотел последовать за обессиленными приятелями Алисы, как заметил поджидающую его Николь. Она стояла на другом конце поля. Пришлось накинуть на себя чары для отвода глаз и выбираться окольными путями. Он дошёл до сада и решил немного посидеть на старой лавочке, которая стояла в укромном месте под защитой раскидистого дерева и нескольких кустов. Кто-то забыл здесь свои учебники. Виктор немного сдвинул их в сторону, чтобы присесть, но не успел он расслабиться, как кусты, скрывавшие это место, раздвинулись, и он увидел удивлённое лицо Алисы. Она заозиралась по сторонам. – Ты что здесь делаешь? – спросила строго. Волосы её были собраны в гладкий пучок, что придавало ей сходство со строгими преподавателями Академии. – Жду тебя, Винтер. – Так я и поверила. Ну и ладно. Я всё равно собиралась уходить. Она сунула в свою сумку пару пёрышек, которые держала в руках и стала собирать разбросанные по лавочке книги. И тут Виктор заметил шпильку, торчащую из пучка тёмных волос. Он ловким движением выдернул её. Волосы тут же рассыпались по плечам. – Эй! Отдай! Алиса безрезультатно пыталась спасти свою причёску. Потом, махнув на неё, пошла с боем отнимать свою шпильку. Виктор вскочил с места и отошёл от разъярённой девушки подальше. Не давая к себе приблизиться, он ошарашенно рассматривал чёрное полированное дерево и красную кисточку, висевшую на коротком шнуре. – Откуда это у тебя? Ответь на вопрос, тогда верну. Алиса остановилась и сердито засопела. – Гарик и Йосэф подарили. Один из родственников Гарика привёз… издалека. Очень редкая и дорогая штука! Отдай сейчас же! Виктор был оглушён кошмарной догадкой. Сердце гулко застучало в груди, когда он понял, что оказался загнан в ловушку. Это она, Алиса, его истинная. Самая неподходящая девушка на эту роль. – Так всё-таки это ты? – ошарашенно спросил он, глядя в её сверкающие гневом глаза. – Ну, я это определённо я, – Алиса сдула с лица непослушную прядь, упёрла руки в бока и даже как будто привстала на цыпочки, чтобы казаться чуть выше. – Итого я ответила на два твоих странных вопроса. Отдай шпильку немедленно! Это моя личная вещь, и ты не имеешь права её брать. Виктор усмехнулся и протянул ей заколку. Она ловко цапнула её с его раскрытой ладони и спрятала в карман. Вот и сбылось проклятие. Алиса полукровка. Не дракон. Она не чувствовала их магическую связь так же остро, как чувствовал её он. Вот почему образ истинной во сне всегда был размытым. – Алиса, – сказал Виктор, поняв, что никогда раньше не произносил её имя вслух, – скажи, тебе в детстве ставили блок от истинности? Она явно была немного озадачена его изменившимся тоном, в котором не было привычной язвительности и высокомерия. – Ну… Не знаю. Кажется, ставили. Кире точно ставили, это я помню. Значит, и мне тоже, а что? Виктор пожал плечами. – Ничего. Мне просто стало интересно, ставят ли его смескам. Алиса демонстративно закатила глаза и поморщилась. Ей не понравилось то, как он её назвал. – Ну тебе-то точно поставили не один блок, а два. Поэтому ты такой… э-э-э… бесчувственный грубиян. Может быть, без него ты стал бы нормальным… приятным в общении парнем. – Флиртуешь со мной, Винтер? Виктор медленно опустил взгляд на девичьи губы и шагнул к Алисе. Она, почувствовав перемену в Викторе, испуганно отступила. Её глаза расширились, от осознания того, что он собрался её поцеловать. Алиса попятилась, наткнулась спиной на ствол дерева и оказалась загнана в ловушку. – Виктор, ты решил меня напугать? – прошептала Алиса. – Нет. Хочу просто с тобой поговорить, – подойдя вплотную, он нежно провёл костяшками пальцев по её щеке, чувствуя, как Алиса вздрагивает от его прикосновения, потом он упёрся ладонями о дерево, поймав мелкую Винтер в капкан своих рук. – Кого ты видела рядом с собой в зеркале на празднике? Алиса упрямо поджала губы, потом вскинула на него дерзкий взгляд. – Нетрудно догадаться. Рафаэля, конечно же. Я… люблю его с детства. И вообще. Ты как-то странно себя ведёшь, – задумчиво произнесла она и внезапно приложила прохладную ладонь его лбу. – Может быть, ты всё ещё нездоров? Температура есть? Хочешь, я приведу лекаря? Мы, конечно, терпеть друг друга не можем, но это ведь не отменяет… простой взаимопомощи. Её признание резануло по сердцу острее ножа. Виктор бережно отвёл её руку от своего лица и отошёл на шаг. – Мне не нужна от тебя помощь, Винтер. Скорее это я хочу тебя предостеречь. Держись от Рафа подальше, – сказал он, понимая, что она не воспримет его слова всерьёз. Алиса недоверчиво хмыкнула. Упрямо и зло посмотрела на него. – Знаешь что? Я как-нибудь обойдусь без советов от человека, который с первого дня нашего знакомства общался со мной пренебрежительно и свысока, а иногда откровенно враждебно относился не только ко мне, но и к моим друзьям! Я никому не позволю говорить ни о ком, кто мне дорог плохо! Так что оставь свои гнусные советы при себе. Алиса развернулась и стала запихивать книги в свою сумку. В этот момент сверкнула молния, и тут же послышался раскат грома. Первые тяжёлые капли упали на землю вокруг дерева. – Пошли. Здесь опасно стоять, – сказал Виктор, подав ей последнюю книгу. Алиса вырвала книгу из его руки и побежала к зданию академии, стараясь обогнать стихию. Виктор остался стоять под дождём, с мучительным наслаждением ощущая, как холодные капли пробираются под одежду.