Глава 22

***

– Он вас уже ждет, – водитель помогает мне выбраться из машины и даже раскрывает над головой черный зонт. За время моего ожидания погода снова испортилась.

– Спасибо, – благодарю мужчину и бегло осматриваю место, куда мы приехали. Это отель, в ресторане которого меня уже ждет Руслан.

Интересно, что он скажет? Неужели раскрыл наш обман? Но если так, то вряд ли бы встречался со мной. Скорее всего, просто бы устроил Марку головомойку. Но нет, он позвал меня. Может быть, это что-то по поводу так называемой «свадьбы»?

Оказавшись за стеклянной дверью-вертушкой, немного потерянно изучаю просторный холл и спрашиваю у портье, где тут ресторан.

Молодой, привлекательный парень отвечает мне с улыбкой, в деталях рассказывая, куда мне нужно пройти. Оказывается, все буквально на ладони, нужно чуть напрячь зрение, чтобы увидеть протянувшуюся на другой стороне зала стену из матового стекла, за которой видны лишь неброские пятна. Это даже очертаниями назвать нельзя.

Шагнув за тонкую стену, я очень быстро нахожу взглядом Руслана.

Он сидит за столиком в самом центре зала. Я бы, конечно, отсела подальше, чтобы уединиться и не быть у всех на виду. Но дядю Марка, видимо, чужое внимание не смущает. С другой стороны, люди сюда есть приходят, а не пялиться друг на друга. Чего не скажешь по шагающей мимо меня девушке в черном атласном платье в пол.

Вот кто успел осмотреть меня с ног до головы и чуть-чуть закатить глаза.

Проигнорировав выпад незнакомки, расстегиваю пальто и направляюсь к Руслану, заправляя волосы за уши.

– Я отнесу ваше пальто в гардероб.

От раздавшегося позади голоса я немного тушуюсь и чувствую себя невеждой. И правда, здесь нет никого в верхней одежде. Только я.

– А, да. Спасибо, – отдаю свои вещи и присаживаюсь напротив Руслана. В спешке не позволяю отодвинуть мужчине стул и делаю это сама.

Усадив пятую точку, на секунды прикрываю глаза. Страшно представить, как я выгляжу со стороны. Явно инородно.

– Извините, – бормочу себе под нос и наконец поднимаю взгляд.

– Здравствуй, Ева, закажи себе что-нибудь. Я не стал полагаться на свой вкус.

– Не стоит…

– Принесите нам кофе, – Валиев игнорирует мой ответ и даже не смотрит на материализовавшегося рядом со столиком официанта. – Ева, десерт?

– Не знаю. Может, что-нибудь ягодное?

– Принесите нам что-нибудь ягодное, – он повторяет за мной, а парнишка в униформе сразу испаряется, не задав ни единого вопроса. Видимо, по тону Руслана и так понятно, что уточнять сегодня не стоит.

– Зачем вы меня позвали?

– Ты же умная девочка, наверняка, пока ехала сюда, перебрала парочку вариантов.

– Это вполне естественно.

– Именно. Неясно одно – как такая сознательная и крепкая умом девушка могла согласиться на авантюру моего племянника?

Он проговаривает это в одно предложение. Без пауз. Даже и взглядом вроде не давит, но мне кажется, что меня подключили к детектору лжи.

Щеки краснеют, а ладони становятся влажными. Он все знает, но все равно позвал меня? Зачем?

– Я … это… все не так. Точнее…

– Знаю, что Марк может быть убедительным.

Мужчина улыбается, но взгляд при этом остается холодным. Семейное у них это, что ли?!

– Скажите просто, чего вы от меня хотите?

– Не стоит так нервничать. Я тебя не пристыдить сюда позвал. С твоей стороны это действительно просто выгодная сделка. Он же предложил тебе денег, я прав?

– Все не так…

И вот что говорить? Оправдывать Марка? Соглашаться с Русланом? Как я умудрилась в это вляпаться?

К счастью, к нам возвращается официант. Это позволяет взять передышку и уткнуться взглядом в чашку кофе, нервно потирая пальцами фарфоровые бочка.

Впервые жалею, что не позвонила Марку. Нужно было позвонить и рассказать про эту встречу. Дура!

– И тем не менее меня это мало интересует, – продолжает Руслан. – Но вот мой племянник очень и очень расстраивает. После смерти Равиля Марк сначала замкнулся в себе, а потом слетел с катушек. Тусовки, клубы, наркотики, сомнительные друзья. Клиника… Так прошел его последний школьный год. Думаю, об этом он тебе точно не рассказывал. Потом все наладилось, он взялся за ум, решил, что готов для отцовского бизнеса. А ты, думаю, уже успела понять, что, если этот мальчишка что-то вбил себе в голову, его сложно переубедить.

– Я не понимаю…

Я и правда не понимаю, чего он от меня хочет? Обман раскрыт, теперь его можно пресечь. Зачем здесь я?!

– За обманом всегда будут последствия.

Ощущение тревоги лишь усиливается. Руслан снова улыбается одними губами, рассматривая меня как какую-то зверушку.

– Меня это не касается, – набираюсь смелости для ответа, нервно теребя пальцами край белоснежной скатерти. – Я просто…

– Сыграла роль. Некачественно, но все же.

Валиев снова улыбается и делает глоток кофе. Промокнув губы салфеткой, немного откидывается на спинку стула, принимая более расслабленную позу.

– Между тобой и моим племянником что-то есть? Кроме вашей детской договоренности?

– В смысле?

– Чувства, интим?

– Вас это не касается. Точнее, я не собираюсь это обсуждать.

– Он заплатил денег тебе, – говорит и чуть тише добавляет: – Заплатил денег за тебя. Это очень интересно, не находишь?

– Что значит, заплатил денег за меня?

Поселившийся внутри холодок разрастается до масштабов Антарктики. А непонимание становится осязаемым и болезненным.

–У меня встреча через час, поэтому пора ехать. Было приятно вновь тебя увидеть, Ева.

– Что вы имели в виду?

– Время, – Руслан ударяет пальцем по циферблату своих часов и поднимается из-за стола.

Оглядываюсь уже на его спину, чувствуя не просто смятение… Меня словно окунули лицом в грязь. Хотя я сама не лучше, деньги же взяла. Но выбора тогда не было. Или был?

Еще минутку посидев в зале, выхожу следом за Русланом и, забрав пальто, звоню Марку.

– Ты где? – спрашиваю без вступлений. Меня распирают эмоции, еще немного, и точно взорвусь.

– У тебя все нормально?

– Ничего у меня не нормально! Где ты?

– Дома.

Валиев явно не ожидал моих воплей, не то что он там растерялся, скорее, чуточку офигевает.

– Сиди там, я через полчаса приеду.

Не дожидаясь ответа, скидываю вызов и, спрятав телефон в карман, сажусь в подъехавшее такси.

***

– Что значит, заплатил за меня? Что он имел в виду?

Валиев отходит в сторону и пропускает меня в квартиру. Сама не заметила, что стою на площадке и ору ему в лицо.

Перешагнув порог, хлопаю дверью и прилипаю к ней спиной, гневно глядя на Марка.

– Кому ты платил и при чем тут я?

– Ты виделась с Русланом, насколько я понял.

– Виделась. Лучше бы не виделась. – Расстегиваю пальто и, сняв его, вешаю на плечики в шкаф. Смотрю на свои ноги и, быстро разувшись, иду на кухню. Где она, я неплохо запомнила с прошлого раза. – Кстати, он знает, что ты его обманул.

Марк, до этого пребывающий в абсолютном спокойствии, едва заметно вытягивается, сжимая челюсть.

– Он тебе это прямо сказал?

– Прямо, прямо. У тебя чай есть?

– В шкафу, – кивает на навесной шкафчик у плиты.

– Заварю?

Растираю ладони, понятия не имея, откуда во мне сейчас столько решительности. Все стеснение напрочь отбило. Я зла, растеряна и хочу горячий чай. Последний получаю в огромной белой кружке, как только вскипает вода.

Марк прикладывает пальцы к подбородку, потирает самый его кончик и немного резковато прячет ладони в карманы спортивных штанов.

– А мне даже намека не сделал… Хотя, – он внимательно смотрит на меня, – кажется, ограничиваться намеком ему было не так весело.

– По-твоему, я его намек?

– Скорее, прямой упрек. Тем не менее все бумаги касательно бизнеса он подписал еще утром.

– Мне нет дела до вашего бизнеса. Что значат его слова: «Он заплатил денег тебе, заплатил денег за тебя»? Что они, черт возьми, значат?!

С психом ставлю чашку на стол так, что чай начинает выплескиваться через края.

– Понятия не имею, – Марк пожимает плечами и достает из холодильника бутылку минералки.

– Ты мне врешь!

Так и хочется огреть его горячим чайником. Вот что за человек?!

– Нет. Он просто хотел вывести тебя на эмоции. У него неплохо это получилось. Успокойся уже и сядь.

Валиев зыркает исподлобья так, как не делал никогда до этого. Взгляд, от которого застывает кровь. Я пячусь и, натолкнувшись обратной стороной коленей на стул, опускаюсь на сидушку.

– Ты говоришь правду? – обхватив чашку руками, во все глаза смотрю на Марка.

Он кивает и садится напротив. Не нервничает. Не дергается. Он спокоен настолько, что будто по воздуху передает это ощущение мне. Оно согревает лучше всякого чая. Я расслабляюсь и понимаю, что верю ему. Руслан просто разворошил наш маленький улей, подлил в него керосина и вручил мне спички.

Марк делает пару глотков воды и отодвигает от себя бутылку. В его движениях проглядывается некий сумбур. Хотя это вполне объяснимо. Его план провалился, Руслан теперь все знает. Возможно, будут последствия. Боже, это последнее, что меня должно волновать, но отчего-то все равно волнует.

– Если он подписал бумаги, значит, все будет нормально, уверена, он узнал все не сегодня, – пытаюсь подбодрить Марка.

– Это и настораживает. Нужно с ним увидеться. Желательно сегодня.

Вряд ли слова адресованы мне. Он просто рассуждает вслух.

– Поехали, отвезу в общагу.

– Я могу добраться сама.

– Поехали.

Он не настаивает, но снова включает этот свой взгляд, когда сказать нет немного боязно. Послушно поднимаюсь со стула и шагаю в прихожую. Марк идет следом. Наблюдает за тем, как я надеваю ботинки, и достает из шкафа мое пальто. Уверенно встряхивает его и замирает за моей спиной в галантном жесте. Быстро просовываю руки в рукава, чувствуя его прикосновения.

Марк чуть сжимает мои плечи, соскальзывает ладонями чуть ниже, почти сразу вставая ко мне вплотную.

Моя спина теперь упирается ему в грудь.

Ну нет. Ну только не сейчас. Пожалуйста…

– Ты, кажется, спешил.

– Пять минут у меня точно есть, – в подтверждение своих слов он кладет ладони мне на талию.

– Слушай, – кладу руку поверх его пальцев, чтобы отлепить от своего тела. – Тот поцелуй, он был ошибкой, понимаешь? – изворачиваюсь так, чтобы посмотреть в его глаза. – И ничего не значил.

Наши взгляды встречаются. Я успеваю детально рассмотреть его темные радужки с едва заметными зеленоватыми вкраплениями, прежде чем услышать его ответ.

– Неправдоподобно.

Марк делает шаг назад, надевает кроссовки и накидывает на себя объемную черную куртку с белым капюшоном. В отличие от меня, он не прячет взгляд, не тушуется и уж точно не чувствует себя неловко.

Трясусь, как чихуахуа зимой, здесь только я.

В лифте, из-за замкнутого пространства, ощущение странности складывающейся ситуации нарастает. Неловкость растет в геометрической прогрессии. Смотрю себе под ноги ровно до момента, пока кабинка не спустит нас на первый этаж. Как только оказываюсь на улице, чувствую руку Марка на своем предплечье.

– Что ты делаешь?

– Не даю тебе разбить голову.

Как только он это произносит, я поскальзываюсь на слегка обледенелой после дождя дорожке. За время всех моих метаний по городу температура опустилась ниже нуля.

– Спасибо.

Кажется, за последнюю пару дней он не раз успевал поймать меня вовремя…

В машине набрасываю ремень, сама не замечая, когда начинаю наблюдать за Валиевым. Он выкручивает руль, небрежно поправляет пальцами упавшие на лоб волосы и включает музыку. Снова смахивает непослушную челку набок, немного откидываясь на спинку сиденья. В какой-то момент мой взгляд цепляется за его губы, и щеки мгновенно краснеют. Воспоминания о нашем поцелуе снова оживают. Чтоб их!

Марк глушит двигатель, останавливаясь чуть дальше входа в общежитие. Что очень и очень радует. Обсуждений по поводу того, что он меня привозит, и так полно. Не стоит снова подкидывать в топку дров.

Еще один насыщенный событиями день. Даже удивительно, как быстро моя жизнь из размеренной и спокойной превратилась вот в это.

– Спасибо, что подвез, – выбираю тактику вежливости.

– Всегда пожалуйста.

– Как я понимаю, прощальный ужин с Русланом отменяется?

– Правильно понимаешь.

– И я больше ничего тебе не должна? – спрашиваю осторожно, даже голос немного понижаю.

– Если ты про деньги, то они твои. Все условия были выполнены.

– Хорошо. Тогда… Пока?!

Валиев ничего не отвечает, только улыбается. И мне эта улыбка вот вообще не нравится.

– Я не раз просила так на меня не смотреть, – буркнув между делом, толкаю дверь, и в салон сразу проникает холодный воздух.

Оказавшись на улице, я топаю к крыльцу общаги, но, в отличие от прошлого раза, пару раз поворачиваю голову в сторону машины Марка. Она продолжает стоять под облетевшим кленом, не двигаясь с места.

Ускорившись, взбегаю по ступенькам и снова мельком смотрю назад. Не уехал…

– Подожди.

Марк в это время выходит из машины и направляется ко мне.

– Ну что еще?

– Нужно поговорить.

– По-моему, мы уже за сего…

– Я заплатил Одинцову.

– Что? – застываю с парящей в воздухе рукой и открытым ртом.

– Ты спрашивала, по поводу «заплатил за тебя».

Сглатываю вставший в горле ком. Брови сползаются к переносице, а я все еще пытаюсь осмыслить его слова. Но единственное, вразумительное, что могу выдать:

– Ты больной?

– Слушай, – Марк вздыхает, – я не профи бить морды. Да и в случае с Одинцовым, деньги отличный вариант от него избавится. Я не за тебя заплатил. А за свое спокойствие. Твое, кстати, тоже.

– Ты серьезно? Так вот почему он делает вид, будто меня не существует.

– Так вышло, – пожимает плечами и сразу добавляет, – Тебя это напрягает? Его безразличие?

Валиев, как ни в чем небывало смотрит мне в глаза, а я хочу их ему выцарапать.

Гад. Как он только мог? Хотя чего я ожидала?

Дура!

Отвечать на его вопросы я не собираюсь. Внутри все выжжено. Вот так в один миг. Он заплатил Максу денег и тот их взял. Продал меня, так получается?

– Ты ненормальный, – бормочу, вцепляясь в ручку двери. Нужно поскорее уйти. – близко ко мне больше не подходи. И да, я этого придурка первая бросила в тот же самый вечер, после театра. Так что деньги ты зря потратил. Пока.

Сжимаю ручку двери и забегаю в общежитие. Не думать. Не думать. Не думать!

Как он вообще мог до такого додуматься? Хотя…

И плевать. И пусть. Видеть его больше не хочу. Я ему что, товар?

Облезет!

***

Следующую неделю Марк не дает о себе знать. На пары не приходит, сообщения не пишет и больше не звонит. Поначалу это нервирует, потому как я жду подвоха. К вечеру второго дня напряжение снижается, а на четвертый я даже начинаю чувствовать себя бодрым и очень счастливым человеком.

Жаль вот только, что на шестой просыпаюсь подавленной. В очередной раз проверяю телефон и, не обнаружив ничего, кроме странных видеоприколов с котиками от мамы, тащусь в универ. Марк там снова не появляется, и где-то в глубине души я начинаю отчетливо понимать, что хочу его увидеть.

А вот на седьмой день случайно узнаю, что он заболел. Кажется, ангина. По крайней мере, именно об этом треплется Элька с подружкой в туалете. Она долго разглагольствует о том, что она-то точно поднимет его на ноги, и, громко цокая каблуками, выходит в коридор.

Я еще минуты две сижу в кабинке, чтобы переварить услышанное, а еще придушить странного червя необоснованной ревности.

Сказала и сказала, подумаешь! Меня это вообще волновать не должно. Не должно же?

Но, несмотря на все «не должно», остаток учебного дня я нахожусь в аморфном состоянии. Постоянно кошусь на телефон, а по возвращении в общагу пересиливаю собственную вредность и пишу Марку сообщение с вопросом, как он….