15

Нарран де'Лавр

«Невидимки» – лучшие среди «незаметных». Но с Гельри мы росли, одно время даже тренировались вместе. Я знал множество её уловок.

И когда показалось, что заметил в тени гигантского портика смазанную тень, поспешил поскорее покинуть «жука» и отправить Траверту к эльфам самым быстрым способом.

Но вернувшись, никого и ничего уже не нашёл.

Мои собственные дроу то и дело теряли сестру из вида – уходить от преследования она умела отлично.

Мать прислала её неспроста. И меня всё чаще посещало ощущение, что королева желает не только присмотреть за мной.

С утра отправился в логово, поработать и подумать. Несколько часов просидел над договором.

Поначалу эльфы требовали вернуть Лунный артефакт. А после пошли на уступки. То ли поняли, что не отдам, то ли придумали способ добраться до него через меня.

Мысль сменить невесту казалась всё более привлекательной. И всё менее выполнимой.

Показать эльфам заинтересованность в Траверте – дать лишний повод для манипуляций.

Да и как сама Люсьенда воспримет, большой вопрос.

Нет. Договор уже практически готов. Чем дольше буду затягивать, тем больше вероятность, что всё сорвётся.

Я должен жениться на Люсьенде, избавиться от контроля королевы Арьяри. А потом уже разбираться, с чего вдруг проснулась такая дикая тяга к Траверте.

Если уж быть совсем честным с собой, я ушёл в логово не только для того, чтобы Люсьенда понервничала или дорогие родственники сбились со следа. Надеялся, что смогу взять себя в руки, унять это ненормальное влечение. Даже проверился несколькими артефактами на сторонние воздействия. Ментально я хорошо закрыт, а вот различные приворотные яды… В принципе, тоже маловероятно, но эльфы такие знатоки природы – могли придумать что-нибудь изощрённое.

Спасибо отцу. Он старался заботиться обо мне. Насколько может заботиться королевский пленник. Помог собрать всевозможные амулеты и артефакты.

Но весь арсенал, что имелся у меня в наличии, не выдавал никаких сторонних воздействий.

А тянуло к девчонке всё сильнее. Настолько, что после обеда я уже не мог думать ни о чём другом.

Вдруг пока меня нет, её там кто-нибудь…

От всплывающих перед глазами картин кулаки сжимались сами собой, а в брюках делалось тесно. С трудом убеждая себя, что дворец под контролем у Слоу и случись что важное, мне уже доложили бы, я вернулся к себе.

Переодеться. Дождаться, чтобы Люсьенда снова пошла прогуляться куда-нибудь в сад. Случайно столкнуться, ну и… закрыть наш спор.

И закрывать лучше всего горячими поцелуями, за которыми женщины обычно сами прекрасно находят ответы.

Только целовать хотелось совершенно другую эльфийку. До умопомрачения.

Ни Грантера, ни Гельри поблизости не наблюдалось. Я запустил магическую защиту вокруг кабинета – если кто приблизится, узнаю.

Выслушал доклады – от своих ребят, что наблюдали за эльфийской делегацией. Во дворце всё было спокойно.

С одним из них Слоу традиционно передал несколько монет-следилок, которые, по его мнению, мне стоило просмотреть.

И буквально первая же привела в бешенство!

Пока я там боролся с собой, Грантер взялся исполнять обещанное!

Припёрся к Траверте сразу после завтрака, потащил в сад. Хорошо хоть руки не распускал.

Я поймал себя на том, что по второму кругу пересматриваю их разговор. Усмехаюсь саркастичным замечаниям. Разглядываю открытую, чуть лукавую улыбку эльфийки, распущенные волосы. Уши с несколькими колечками серег – по большей части простых, не драгоценных.

Так и захотелось распахнуть сейф, подобрать ей что-нибудь более приличное.

Но вовремя вспомнил, что у эльфов принято обмениваться серьгами при помолвках и на свадьбах. Хмыкнул.

Проверил на всякий случай, не спустилась ли невеста к ужину. Я бы тогда тоже пришёл как ни в чём не бывало – но, похоже, Люсьенда оттягивала, надеялась на меня надавить. Ещё и сидела в своей башне, даже до сада не дошла.

Что ж. Могу и к ней прийти, конечно. А там уже по обстоятельствам. Жаль, что этот артефакт нельзя просто захватить – так, как Лунный. Приходится терпеть выбрыки вредных эльфиек.

Стемнело, день завершался, и терять его не хотелось. Тайными ходами я направился в башню. Для начала проверю, кто чем занят.

На развилке не устоял. Сперва гляну на Траверту. Просто удостоверюсь, что она у себя.

Видеть её хотелось почти невыносимо.

Просто посмотрю.

А потом уже займусь обязанностями.

Тихо приблизился к потайной двери. Возле неё разливался едва уловимый аромат, на который мой нос стал слишком бурно реагировать.

Почему он раньше казался мне невнятным? Такой яркий, сильный запах чистой девственности, от которого кровь отчаяннее забурлила по жилам.

Губы, руки вспоминали прикосновения, поцелуи.

Я с трудом заставил себя остановиться. Прижался лбом к холодной каменной кладке.

Запах Траверты был так силён, так желанен, что я не сразу уловил ещё один.

Посмотрел в незаметный глазок…

От увиденной картины в груди зародился глухой рык – видимо тот самый, доставшийся мне от дальнего предка-оборотня!

***

Траверта Эсмаилья

Поддержание связи с живьюнами вымотало. До чего это сложно, оказывается! Не даром специалисты по нескольку лет учатся. А у меня и специализация иная, и в храме Эрно я не так давно…

Пытаясь состыковать всё, что узнала, я прилегла отдохнуть.

Живьюны снова замечали в коридорах и потайных ходах смазанные тени. Я почти не сомневалась: это дроу Наррана. Наблюдают, меняют следящие артефакты. Которые, правда, никак не удавалось разглядеть.

Что-то маленькое, но что? Знать бы, научиться различать. От мысли, что подобное подсовывают и в наши комнаты, когда никого нет, становилось совсем неуютно.

Также мои череночки нашли несколько ближайших выходов из дворца. Только как туда добраться, если в любом месте может лежать следилка или поджидать кто-то из Ночных? Не оборотни, так дроу.

Возможно, я не на то потратила время и единственный шанс. Возможно, имеет смысл открыться Люсьенде? И просить её помощи? Только второй раз за обувью нас уже никто не отпустит.

Удерживать внутри артефакт становилось всё сложнее. Я должна была всего лишь его перевезти!

Мне бы что-нибудь магическое скрыться от чужих глаз. Только где раздобыть ингредиенты? Даже если живьюны найдут магический склад, мне туда не добраться.

Углубившись в свои мысли, я не сразу поняла, что снова слышу шорох отодвигаемой двери. Потайной!

Вздрогнула, открыв глаза.

Ко мне опять кто-то пробирался…

Тонкий звон. Запах того самого порошка.

Я попыталась вскочить, но Грантер оказался быстрее. Мгновение, росчерк в пространстве – и вот он уже склонился надо мной.

Глаза светились красным, губы недовольно изгибались. Дроу был зол. Очень зол.

Не к месту вспомнились страшилки об их жестокости.

– Ты почему не сказала, что не из свиты невесты? – прошипел он.

Узнал! Когда? От кого? По разговору с сестрой мне не показалось… В курсе ли она? Или он сам выяснил, решил исправить прокол?

– Ты не спрашивал, – отозвалась я.

Попыталась подняться, но он не отпустил. Навалился вдруг сверху, придавил меня к кровати всем телом. Я задёргалась, и в этот миг твёрдая, сильная рука легла на губы. В рот скользнуло, полилось что-то кисло-приторное.

Дроу всё удерживал меня, я замычала, пытаясь увернуться, но руки и ноги буквально пропитывались слабостью. Мне не был знаком этот вкус, могла только догадываться, что меня пытаются обездвижить. Что ещё? Заставить говорить правду? Или?

Жидкость всё вливалась, я старалась удержать её, не глотнуть, но несмотря на моё сопротивление несколько капель просочились по горлу.

– Передала? – тихим, пугающим голосом продолжил допрос злющий дроу.

Я кивнула.

А говорят, они там женщин чтут!

Впрочем, говорят также, что с врагами безжалостны… будь то хоть женщины, хоть дети.

Изловчившись, я дёрнула головой, выплюнула всю скопившуюся гадость прямо на него.

Ночной увернулся, так что капли пролились не на лицо, куда я метила, а на рубаху тёмного болотного оттенка.

Язык начал неметь, внутри нарастал жар.

Кажется, на магическую дрянь откликнулся мой артефакт!

Я в ужасе прислушалась к себе, не представляя, чем это чревато.

В голову остро вонзилась мысль о яде и не желала меня покидать.

Пора признаться себе: я не справилась. Нужно смотреть правде в глаза: выхода нет. Мне не сбежать. Не сохранить артефакт…

Перед помутневшим взглядом маячила кривая ухмылка дроу. Он распахнул мой халатик, обнажив грудь. По плечам резануло смесью жара и озноба. Внизу живота скрутилось, напряглось.

Он что же, ещё и возбуждающего подсыпал? Или это действие артефакта такое?

Понятия не имею, во что может вылиться столь длительное ношение артефакта Жизни в себе.

Через силу, словно преодолевая слои воды, которая делалась всё более вязкой, я попыталась сопротивляться. Оттолкнуть его. Но ничего не вышло.

Его руки коснулись груди, и с моих губ сорвался стон.

Нужно крикнуть. Позвать на помощь. Только язык всё ещё не повиновался мне.

Грантер принюхался. Будто даже с некоторым удивлением.

– Хм. Какая ты сладкая, оказывается, – шепнул на ухо.

Чуть приподнялся, желая освободиться от брюк.

И в этот миг его буквально смела дикая, неистовая волна.

Только после того, как он отлетел куда-то вверх и в стену, я обнаружила, что дверь потайного хода полностью распахнута.

А надо мной с искажённым лицом застыл Нарран де'Лавр.

Губы плотно сомкнуты. Ртутные глаза метают молнии, и в них столько ярости, какой-то необузданной страсти, граничащей с безумием.

Хотелось сжаться, спрятаться, но я по-прежнему не могла шевельнуться.

Нарран что-то рыкнул в сторону брата – нечленораздельное, но вполне опознаваемое.

Все мои чувства странным образом обострились. Я ощущала обоих дроу, и ещё эльфов за стеной – те волновались, чуяли неладное.

В груди пульсировало.

Нарран всмотрелся в мои глаза. Я приоткрыла рот, но по-прежнему не смогла произнести ни слова. Только живот ещё сильнее сжался, разгорелся. Внезапно почти невыносимо захотелось ощутить Ночного в себе.

Этот мужчина действовал на меня очень, очень странно. Неправильно. Не так, как должен бы!

Сглотнув, Нарран вдруг подхватил меня на руки. Краем глаза я заметила, как поднимается Грантер – случившееся уместилось в пару мгновений!

Как отворяется дверь, являя встревоженное, мрачное лицо Руотания.

А потом всё смазалось, лишь ветер от невероятно быстрого передвижения бил в лицо, трепал волосы.

Нарран де'Лавр с сумасшедшей скоростью нёс меня куда-то.