Эпилог

Беренгария

Сегодня у нас радостное событие — благословение нашего первенца Размаром. Как и брачный обряд, это будет проходить в бассейне, куда мы все втроём должны будем погрузиться. Процедура очень волнительная, ведь именно сегодня мы узнаем, каково предназначение Рандэла — нашего любимого карапуза.

Ровно месяц назад он появился на свет, сама Уна пришла с Циммы принимать его. Она сделала всё, чтобы мне было как можно легче, даже поворачивала его в утробе, когда он умудрился крутнуться и обвиться пуповиной.

— Вот нетерпеливая порода, весь в дядюшку, — проворчала она тогда, ласково поглаживая мой живот.

— Ну, папаша у него тоже тот ещё жук, — усмехнулась я и тут же скривилась от боли.

— Тужься, давай, теперь всё нормально должно пойти.

И я постаралась. Мы все постарались, и теперь, держа на руках дрыгающегося сына, я не могла удержать слёз счастья. Какой же он всё-таки сладкий! Особенно пяточки.

— Милая, нам пора, — Крайл подошёл ко мне сзади, обнял за плечи и повёл к краю бассейна. — Давай я первым туда залезу, а ты мне Рандэла подашь.

Легко сказать, да трудно сделать! Малыш ни в какую не хотел отрываться от моих рук, принялся капризничать, а потом, когда на его нытьё никто не обратил внимание и таки отдали папе в руки, заорал благим матом. В сводах храма загуляло эхо, усиливая его вопли и пересмешничая на разные лады.

От неожиданности он замолчал и прислушался.

Не теряя времени даром, я быстро скользнула в бассейн и забрала сына себе, но ему было уже всё равно, он снова подал голос, но не от возмущения, а ради акустического эксперимента.

— Славный малыш! — раздался хорошо нам знакомый голос Размара. — Отличный выйдет правитель.

— Приветствую тебя, Размар! — мы склонили с Крайлом головы, сын же с любопытством принялся вглядываться в воду.

Орать, кстати, перестал.

— Зя, — выдал он, показывая пальчиком на бирюзовое свечение.

— Это наш Бог, — поведал ему Крайл, а я хихикнула.

Потому что месячный малыш вряд ли понял, что ему тут пытаются объяснить.

— Давайте его сюда, я хочу поближе взглянуть в его душу, — вновь пророкотал Размар.

Немного нервничая, что ребёнка придётся опускать под воду, я выполнила просьбу. Самое удивительное, что Рандэл даже не заметил перемены. Он продолжал дрыгать ручками и ножками, но не от испуга, а как обычно. Потом и вовсе замер, лишь ручки потянулись к свечению.

— Что, дорогой, дашь своим родителям прикурить? Вижу, что дашь. Но ничего, переживут, куда им деваться. Хороший воин, крепкий! А магии-то в тебе сколько! Фрейлия тоже поделилась с тобой, когда тебя родители зачинали на её землях. Отлично, с этой дамочкой давно пора пообщаться чуть ближе. Но это потом, а сейчас я приветствую тебя в нашем мире и дарю свое благословение.

Нашего малыша окутало это самое бирюзовое сияние, казалось, оно впитывается в его кожу, поселяется в нём, отчего сердце радостно встрепенулось. Всё будет хорошо. Его приняли, ему даровали силу, которая поможет ему стать достойным правителем Армарии, осталось только смириться, что по достижению им пяти лет придётся отдать его в школу юных воинов.

Тяжело, безумно страшно и в то же время я понимала эту необходимость. Крайл много успел рассказать о своём детстве, и его любовь к матери, даже несмотря на то, что она заставляла его пить чай с «этим ужасным жасмином», была сильна.

А ещё я поняла, что надо рожать девочку. Обязательно! Её у меня точно никто не заберёт, разве что её будущий муж, когда она вырастет.

Эх, как всё это непросто!

С другой стороны, мы никогда не знаем, какими именно вырастут наши дети, как сложится их жизнь. Да, хочется, чтобы у них было всё самое лучшее, но так хочет каждый. И как будет на самом деле, знает лишь Судьба — таинственная дама, которой не указ ни Размар, ни Фрейлия, ни кто-либо ещё. Она сильнее всех, её никто не может обмануть, как бы ни старался. И прямое доказательство тому — моя жизнь. Кто только ни пытался вертеть ей в угоду своих желаний, что королева Вириния, что король Харник, но ничегошеньки у них не вышло.

Потому что нет смысла идти против Предназначения, ведь нам, простым смертным, не дано знать все его нюансы. Видимо, потому Фрейлия и не делала ничего с Харником, несмотря на его злодейства, а ещё понимала, что основная зараза исходит в большей степени из Судры. Вот только ничего с этим сделать не могла.

Зато мы смогли при огромной помощи Размара. Видимо, пришло нужное время.

После благословения Рандэла мы вернулись во дворец, где уже вовсю готовился пир. Множество ароматов щекотало нос, вызывая голодные спазмы. К счастью, сын крепко заснули, и у нас с Крайлом выдалась возможность спокойно поесть.

— Знаешь, я так и думал, что из Рандэла не получится Хранителя, — Крайл с непередаваемой нежностью посмотрел в сторону кроватки, где посапывал наш непоседа.

— Я тоже, — согласилась с мужем. — И вообще, мне кажется, им будет наш младший сын, который после дочки.

— Откуда такое знание?

— Сложно сказать, — пожала плечами, — но есть такое ощущение.

— Ладно, жизнь покажет, а сейчас тебе лучше отдохнуть перед пиршеством, потому что я планирую танцевать с тобой.

— Что? — я даже ложку уронила от неожиданности. — А как же ваши традиции?

— Ну, ты же уроженка Коринии, к тому же моя любимая жена, подарившая наследника, — Крайл хитро улыбнулся. — Могу я побаловать свою Предназначенную в такой радостный день?

— О да, и не только днём, но и после, — я намекнула, что месяц прошёл, и нам снова можно всё.

— Вот видишь, именно поэтому я настоятельно рекомендую тебе передохнуть.

Кто я такая, чтобы спорить? Конечно же, только за!

Виветта

Я была зверски зла на всю свою родню! Они все ополчились против Кларка, разве что мама была более-менее спокойна.

Пока моя госпожа была на Цимме, я была не нужна, поэтому решила проведать свой родной дом. Зря, как оказалось. Папа и братья только и делали, что внушали, какая я изменщица родины, бросила своего жениха и повелась на первого же встречного армарийца.

— Да вы не представляете, сколько ему пришлось пережить! — пыталась оправдаться. — Да я его и по лицу била и ногой пинала и сарказмом жалила. Его только это ещё больше подхлестнуло.

— Тьфу, да он просто тряпка, — отец сплюнул на пол, за что получил грозный взгляд от мамы.

Она терпеть не могла грязь в доме.

— Ты должна хранить верность своей родине, — патетично произнёс Ролдан. — Да, тебя отправили на чужбину, но это не повод вертеть хвостом перед левыми мужиками.

— Знаете что? Я люблю его! Всем всё понятно? Хорошо, тогда до свидания, — я вышла из дома, хлопнув дверью.

— Куда пошла, кошка гулящая? — взревел за спиной голос отца.

— Это ты у Кларка спроси, какая я гулящая! — закричала ему в ответ. Благо, окна были открыты, всё было хорошо слышно. — Он тебе скажет, сколько он времени мой порог обивал! А ещё как дрался на турнире за право быть моим мужем и скольких противников одолел!

О третьем туре, где вышла ничья с садовником, я говорить не стала. Не их это дело, всё равно не поймут нюансы юмора армарийского Бога. Ведь на самом деле та ничья была не для него, а для меня. Чтобы я поняла, что именно чувствую к Кларку, осознала и не ныла потом всю оставшуюся жизнь, что меня вынудили выйти за него замуж их варварские законы.

По крайней мере, что-то в этом роде мне сказал король Крайлах, а уж он-то лучше всех Размара знает, не считая Жреца, разумеется.

— И сколько? — младший брат высунулся в одно из окон и с любопытством уставился на меня.

— Тебе и не снилось, — закатила глаза для большей достоверности. — Там такая жесть творилась, каждый день были погибшие, и никто даже не рыдал. Сказали, что это большая честь — они теперь будут в войске самого Бога.

— Нифига себе! — присвистнул Малек.

— Зверские обычаи, — ругнулся отец из другого окна. — Тебе оно надо?

— Любовь зла, — пожала я плечами. — Но одно могу сказать точно: мой бывший женишок и в подмётки Кларку не годится!

Сказала и гордо вернулась во дворец. А потом, когда все вернулись, и оказалось, что Кларк отличился в бою, я разревелась. Выла, как белуга, не хотела выходить из комнаты, да и замуж уже тоже. Вот как с ним жить, если в любой момент он может погибнуть?

Успокоила меня, как ни странно, мама. Она пришла ко мне, чтобы сказать, что не согласна с отцом и братом, а ещё, что смерть может настичь любого человека в любом месте. Да, у воина встретиться с ней шансов больше, но если кому-то суждено умереть, он всё равно умрёт, когда ему это предназначено. Просто это может быть чей-то меч или топор, сорвавшийся с гвоздя, до того мирно висевший на стене.

И я успокоилась.

А потом, когда мы вернулись в Армарию, я сама потащила Кларка венчаться, потому что сил уже моих никаких не было — так хотелось… того самого. И оно оказалось просто восхитительным! Размар, конечно, ехидно спросил, уверена ли я в своём решении, потом пригрозил, что назад пути уже не будет, но долго не мучил. Благословил нас и велел плодиться и размножаться.

И мы таки послушались! В конце концов, кто мы такие, чтобы перечить самому Богу? Тем более что процесс такой приятный…

Где-то в небесных чертогах

— Зачем ты выпустил этого зануду Прентума? — прекрасная Фрейлия, одетая в платье из лиловых незабудок, возлежала на огромной кровати.

Около неё лежал Размар, разумеется, не в обличии змея, а вполне себе человекоподобном. Он накручивал на палец её золотистый локон и ухмылялся.

— Он изменился, стал более решительным, Асовура смог запечатать. Или ты уже забыла, как совсем недавно этот псих чуть тебя не прогнул под себя вместе с твоими землями?

— Что есть, то есть, — развела она руками. — Ты вовремя вмешался и спас меня, мой герой!

Она потянулась, погладила тонкими пальчиками мощную грудь своего любовника (замуж она категорически отказывалась выходить — слишком ценила личную свободу), приникла к губам.

Его расслабленная поза оказалась обманчивой. Миг, и Размар подмял под себя строптивицу, развёл стройные бёдра и в очередной раз привёл весомый аргумент в пользу брака.

— Ох, как же хорошо! — стонала она, отдаваясь мужчине со всей страстью.

Давно у неё никого не было, уже много тысяч лет она предпочитала одиночество, ибо её предыдущие отношения чуть не стоили ей жизни. Но то давняя история, никто о ней и помнить не может, по крайней мере, из людей. Потому что и людей тогда на свете не было.

— Выходи за меня, — в очередной раз выдал Размар, вжимаясь так, что у Фрейлии звёзды в глазах зарябили. — Я не претендую на твои земли.

— Давай не будем торопиться, — несмотря на безумное удовольствие, она не могла довериться до конца.

Слишком горьким был тот давний опыт.

— Тогда я попрошу Прентума замолвить за мной словечко, а ты знаешь, с какой обстоятельностью он подходит к делам.

Фрейлия содрогнулась от подобных перспектив, но устояла.

— Продолжай уже, хватит болтать, — она сжала своими ножками мужскую талию, руками же притянула лицо Размара к себе и поцеловала.

То ли, чтобы он замолчал, то ли для удовольствия, а скорее всего, по обоим причинам. Так сказать совместила приятное с полезным.

Размар поддался. В этот раз. Но кто сказал, что он оступится?

Армария спустя два года

— Наконец-то мы сможем найти моего сына! — Зигвальд радостно потёр руки, стоя около зеркала, в которое Крайл и Беренгария собирались шагнуть.

На Цимму. Настал день семилетия мальчика. Сына Зигвальда и химеры, который пропал несколько лет назад. Именно сегодня должен был произойти скачок развития, когда у химер просыпается первая сила. При этом происходит мощный выброс магии, благодаря которому можно его найти.

Конечно же, для такого сложного ритуала потребуется многое: кровь Зигвальда, которая уже плескалась во флаконе, что держала Беренгария, а также волос матери, коя погибла много лет назад. Голову ей отрубили за измену. Такое себе дело, конечно.

От последней мысли Мирелла вздрогнула. Она уже год, как перебралась в Армарию и помогала Крайлаху с магией. Выходить замуж за Ортоса ей совершенно не хотелось, ведь куда интереснее оказался первый король Армарии. Всем он был хорош: красив, мужественен, а уж как дерётся… залюбуешься! Вот только казнь бывшей жены весьма настораживала. Не то чтобы она собиралась изменять, но всё равно боязно. Говорят, он сделал это собственными руками.

Правда, Беренгария разрабатывала с Уной артефакт, с помощью которого можно будет определять истинную пару до брачного обряда, но когда это ещё произойдёт.

А Зигвальда хотелось уже сейчас.

Собрав волю в кулак, Мирелла сосредоточилась на работе: активировала зеркало, проследила, чтобы Крайлах и Беренгария добрались до Циммы в целости и сохранности, а потом вернулась обратно. К Зигвальду.

— Знаешь, чем больше я на тебя смотрю, тем больше ты мне нравишься, — выдал магине первый король. — Красива, невинна, ведёшь себя строго, лишнего не позволяешь.

Он задумчиво смотрел в её глаза и колебался. Дева его очень возбуждала. Он хотел её всю, во всех позах и прочее и прочее, он почти дозрел, чтобы сделать ей предложение, но что-то его останавливало. Возможно, позже, когда вернётся сын.

— Я очень польщена вашим вниманием, — Мирелла опустила взгляд, чтобы не выдать радость пополам с сомнениями.

Впрочем, сомнения таяли с каждым разом, как она на него смотрела.

— Ну что, нашли мальчишку? — их уединение прервал Ортос.

Буквально ворвался в кабинет, сам того не подозревая испортив парочке момент откровения.

— Нет, только отправились, — Зигвальд недовольно взглянул на дознавателя.

— Жаль, очень интересно взглянуть на него, — Ортос сделал вид, что не заметил неловкости ситуации.

Хм, а так ли он не подозревал, в какой момент ворвался?

Зигвальд, увидев, как скуксилась Мирелла, ещё больше разозлился на Ортоса.

— Пойдём-ка, разомнёмся, — ему очень хотелось начистить ему морду в спарринге.

Показать, что нельзя лезть не в своё дело, даже если держишь девушку на подозрении. Да-да, Ортос до сих пор не доверял чужеземке, тем более магичке.

И они оттянулись от души. Молотили друг друга со всей дури, заодно пар сбросили. К тому моменту, как Крайлах и Беренгария вернулись, вид их был ужасен: оба грязные, потные, в разорванной одежде и разукрашенными физиономиями. Привести себя в порядок они не успели — Мирелла срочно позвала их обратно в кабинет.

И там их ожидало удивительное зрелище: худой светловолосый мальчишка висел на руках какой-то девушки и визжал. Пронзительно, ввинчиваясь в мозг противным звуком.

— А ну молчать! — гаркнул Зигвальд со всей мощи своих лёгких.

Мальчик замолчал. Девушка, которая с трудом удерживала его на руках, сначала вздрогнула, потом присмотрелась к первому королю, сузила глаза и едко выдала:

— Молодец! Теперь мне его придётся неделю выманивать из скорлупы, в которую вы его загнали своим диким криком. Взрослый человек, называется. Я так понимаю, папаша? Прекрасно! Я вижу, как вы ждали — не могли дождаться своего сына. Предупреждаю сразу: если вы его хоть пальцем тронете, будете иметь дело со мной!

И тут Зигвальд поймал себя на жгучем желании свернуть этой девице её тонкую шею. Вот только Крайлах и Беренгария стояли по бокам от неё и с укором взирали на него. По их виду было ясно, что они полностью с ней согласны.

Что за драх?..

Но это совсем другая история… под названием «Когда папа варвар».

Конец